Лицом к Лицу с Легендой (Которая Разочаровала)
30 июля 2025 г., 15:50
Драко всё ещё озирался по сторонам. Всё-таки не каждый день бываешь в Косом переулке, хоть цель их визита с семьёй Тонкс и была до безобразия проста: прикупить вещи для Нимфадоры на её последний год в Хогвартсе и… закупиться всем необходимым для первого года самого Драко.
— Не кисни, Драко, — Нимфадора ткнула его локтем, заставив оторваться от витрины с жужжащими золотыми блюдцами. — Пока мама с папой гоняются за книжками, я мигом сгоняю за твоим котлом. Потом вместе за палочкой махнём… и, если успеем, за сюрпризом! — Её глаза весело блеснули.
Драко сдержанно кивнул. «Сюрприз» уже не был тайной — дядя Тед проболтался про магический зоомагазин. Мысль о собственном жабе или, может, совёнке заставляла сердце биться чаще, но сейчас её заглушала тревога.
— Я… я не могу с тобой? За котлом и… ну, за зельеварными штуками? — выпалил он.
— Зельеварными «штуками»? — Нимфадора фыркнула, и её нос на секунду стал кнопочкой. — Говоришь так, будто не выучил назубок прошлым летом «Основы зельеварения»! Мантии у Малкин шьют под каждого, как перчатки — вечность прослужат. А мы и так запоздали. Сюрприз наш может уле… кхм! В смысле, не успеем мы к нему, если будем копаться.
Драко тяжело вздохнул. Признаться, он был бы рад и копанью. Мысль о Хогвартсе, о толпе незнакомых детей-волшебников, нависала над ним, как тучка. Он уже представил в голове сценарий: «Малфой? Сын тех самых Пожирателей?» — и вот он уже изгой. А сейчас он должен был стоять здесь, один, среди этих людей с палочками, пока Дора бегает по делам. С друзьями-маглами во дворе было проще… Почему нельзя было просто остаться в Лондоне?
— Обещаешь, что быстро? — спросил он, и голос прозвучал тоньше, чем хотелось.
— Молниеносно, трусишка! — Нимфадора озорно подмигнула, её фиолетовые волосы (сегодняшний выбор) мелькнули в толпе и растворились.
Драко остался лицом к лицу с вывеской «Мадам Малкин: Мантии на все случаи жизни». Он втянул в себя липкий от волнения и жары воздух Косого переулка и толкнул дверь.
Прохлада магазина обволокла его. «Охлаждающее заклятье», — догадался Драко. Конечно. Как у тёти Андромеды в жару, только мощнее. Запах новой ткани и пыли витал в воздухе.
— А, новобранец для Хогвартса? — раздался голос прежде, чем он сориентировался. Перед ним стояла улыбчивая волшебница в нежно-розовой накидке — сама мадам Малкин. — Попал куда надо, милый. У меня как раз юный джентльмен примеряет новенькое.
В глубине за прилавком, на высокой скамеечке, стоял мальчик. Загорелый, с вихрем чёрных волос, которые Драко почему-то сразу представил мягкими, и ярко-зелёными глазами. Вторая портниха колдовала вокруг него, укорачивая подол длинной чёрной мантии. Мадам Малкин подвела Драко к соседней скамейке.
— Привет! — Мальчик повернул голову, и его взгляд скользнул по Драко с беглым любопытством. — Тоже в Хогвартс?
— Ага, — выдавил из себя Драко. Говорить первым? Немыслимо. Все темы, которые он набросал в уме по дороге («Квиддич! Книги! Погода!»), разлетелись, как пух одуванчика. «Квиддич!» — отчаянно напомнил он себе. Спроси про квиддич!
— Тоже ждёшь? — продолжал незнакомец. — Мой отец пошёл глянуть учебники, а мать — в аптеку за зельями. — Он скривился, будто проглотил лимон. — Скукота! Лучше бы на спортивные мётлы посмотрели! Не понимаю, почему первокурсникам нельзя играть! Они просто не знают, какой я талантливый! Если папу уговорю купить метлу — пронесу тайком. Увидишь!
Драко чуть не ахнул. Он сам завёл разговор на эту тему! Как удачно. Ну, почти. Квиддичем бредили все, кого он знал из рассказов Доры, да и сама она тоже. Но этот мальчик говорил о нём так… властно?
— А у тебя? Какая метла? — спросил черноволосый, перебивая его мысли.
Драко почувствовал, как уши наливаются жаром. Его собственные познания о мётлах ограничивались старой метёлкой для подметания двора у тёти Андромеды.
— У сестры есть. Я не в курсе, какая модель, — пробормотал он.
— Она играет? В Хогвартсе?
— Со знакомыми… иногда. Не в факультетской сборной. Просто любит.
— А я буду ловцом! Лучшим! — заявил мальчик, выпрямляясь на тумбе.
— Почему именно ловцом? — спросил Драко, радуясь, что разговор хоть как-то течёт.
— Мой отец! — в голосе зазвучали ноты гордости. — Он был звездой! Лучший ловец Гриффиндора за десятилетие! Я тоже буду в Гриффиндоре, как он. Папа говорит, не взять меня в команду — просто преступление. И он прав! А ты? На какой факультет хочешь?
Вопрос застал врасплох. Драко растерялся. Что сказать? Правду? «Мой отец был Пожирателем смерти, мать — тоже, их убили, а я живу у тёти. Но они, кстати, все на Слизерине, наверное, и я буду»?
— Не знаю, — осторожно начал он. — В семье… разные факультеты были. Много слизеринцев. А вот сестра моя… она в Пуффендуе. Я… не уверен, куда меня распределят.
— Ха! — мальчик фыркнул. — Пуффендуй? В семье слизеринцев? Жесть! У меня все гриффиндорцы. Если меня в Слизерин запихнут — сразу сбегу! А ты?
Драко почувствовал, как в груди закипает что-то колючее. Задеть его — полбеды. Задеть Дору? Нет.
— Моим… всё равно, — сказал он твёрже, чем ожидал. — И сестре в Пуффендуе нравится. Она классная.
Мальчик недоверчиво хмыкнул и отвернулся к окну. Драко последовал его взгляду. За стеклом стояла Нимфадора. Она о чём-то оживлённо спорила с высоким парнем в мантии, и в пылу спора её волосы лихо поменяли цвет с фиолетового на кислотно-зелёный, а нос вдруг стал маленькой розовой пуговичкой. «Вот она как спешит…» Мысленно он уже строил планы мести за это ожидание.
— Жесть, глянь-ка на это! — пренебрежительно бросил мальчик, кивнув в окно на Тонкс.
— Это моя сестра, — отрезал Драко, леденея внутри. Презрение в голосе незнакомца было осязаемым.
— Сестра? — брови мальчика взлетели к чёлке. — Да вы же не похожи! И она… какая-то странная…
— Двоюродная, — коротко бросил Драко. Обычно это ставило точку в разговоре с другими детьми (с их маггловского района уж точно). Да и с чего бы его сестре быть странной?
— А где твои родители? Почему ты с ней? — допытывался брюнет.
Драко сглотнул.
— Они… умерли, — прошептал он, глядя куда-то мимо. Только бы не спросил фамилию. Только бы…
— Ой… — в голосе мальчика не было ни капли сожаления, только неловкость. — Но они были… ну… наши?
— Волшебники, — ответил Драко, чувствуя, как камень ложится в живот.
— У меня мать выросла среди магглов, — поспешно сказал собеседник, будто отмахнувшись от неприятной темы. — Но она волшебница! А эти магглы, у которых она жила… они же ужасны! Совсем другие. Выросли в грязи, ничего не знают о магии. Представь, некоторые даже не слышали про Хогвартс до письма! В школе должны быть только дети из волшебных семей. Так честнее. А ты… — он прищурился, — как твоя фамилия-то?
Сердце Драко упало в кроссовки. Конец. Сейчас всё рухнет. Даже если этот наглый парень не сбежит сразу, он расскажет всем…
— Готово, дорогой! — как по волшебству, зазвучал голос мадам Малкин.
Драко чуть не кубарем скатился со скамейки, не глядя на портниху.
— Ну, тогда в Хогвартсе увидимся, — бросил ему вслед зелёноглазый мальчик.
Драко выскочил из магазина, глотнув горячего воздуха переулка. Он молился, чтобы эта встреча оказалась последней.
***
Август промчался слишком быстро. И вот Драко стоял на платформе 9¾, стиснув ручку потёртого чемодана дяди Теда, а рядом покачивалась клетка с его новой полярной совой — Хедвиг (самая настоящая красавица!). Тоскливый комок подкатил к горлу, смешиваясь с привычным страхом. Он уставился куда-то вдаль, за пыхтящий паровоз. Его застывшую фигуру заметила тётя Андромеда. — Драко, милый, не переживай, — её нежная рука легла на его взъерошенные светлые волосы, гладя их с привычной лаской. — В Хогвартсе столько ребят, я уверена, ты найдёшь себе друзей по душе. — К тому же Дора поможет тебе освоиться, — поддержал дядя Тед, поправляя очки. — Но я же могу попасть не на Пуффендуй, а на… ну… — Драко запнулся. Он хотел сказать: «На Слизерин. Как Пожиратели Смерти. Как Тот-Кого-Нельзя-Называть». Но слова застряли. — Не парься! — Нимфадора весело треснула его по плечу, заставив вздрогнуть. — Я буду присматривать за тобой из-за каждого угла! Кто-то начнёт шептаться — бац! — и получит щекотливое проклятие в самое неожиданное место. Кто знает? — Она озорно подмигнула. — Нимфадора! — строго окликнул её Тед. — Что? Я же шучу! Андромеда, отвернувшись от их перепалки, взяла Драко за руку. — Драко, я тоже училась на Слизерине, — сказала она тихо, но чётко. — И знаю: на любом факультете есть хорошие люди. Настоящие друзья. Не место красит человека, а человек место. Помни это. Драко сомневающе качнул головой — скорее, чтобы успокоить тётю, чем от веры в её слова. — К тому же, — Нимфадора перехватила инициативу, — с тобой на курсе будет сам Гарри Поттер! Вот познакомитесь, подружитесь — и все эти глупые предрассудки развеются как дым! Она повторяла это всё лето. Каждый раз эти слова не успокаивали, а лишь больше волновали. А вдруг… — Вперёд, солдат! — Нимфадора резко выдернула его из оцепенения, подтолкнув к ближайшему вагону. — Греби! — Идите, родные, а то опоздаете. — Пока, мам! Пока, пап! — крикнула Нимфадора. Драко лишь молча махнул рукой. Он с Нимфадорой скрылись в вагоне. Она протащила его по коридору, ловко лавируя среди учеников, стоявших у разъезжавшихся купе. Драко ловил обрывки разговоров: «…а Поттер точно поступает в этом году? «, «…сын Пожирателей, представляешь? В одном поезде с Поттером!..» Каждое упоминание фамилии «Малфой» или «Поттер» заставляло его вздрагивать, как от щелчка. — Вот! — Нимфадора распахнула дверь пустого купе. — Идеально. — А я… я не могу с тобой? — вырвалось у Драко. Голос звучал тоньше, чем хотелось. Сидеть среди болтливых семикурсников Пуффендуя казалось райским уделом по сравнению с незнакомыми сверстниками. — Не глупи! — Дора фыркнула, и её нос снова стал пуговкой. — Знакомства в купе — святое! Пока вас не распределили, все равны. Устраивайся, я схожу за сладостями к той милой старушке с тележкой. Хочешь шоколадных лягушек или берти боттс? А может, и то, и другое? — Она подмигнула. — Берти боттс, — пробормотал Драко, бросая чемодан на сиденье. Он хотел, чтобы она осталась. Отчаянно. — Будет через пять минут! — Она уже выскочила в коридор. Дверь захлопнулась. Гул голосов снаружи стал приглушённее. Драко опустился на сиденье, глядя на клетку с сонной совой. Тоска накатила с новой силой. Он скучал по своей магловской школе у дома. По простой тишине классной комнаты. По друзьям, для которых он был просто Драко. Без фамилий. Без Избранного в соседнем купе.***
Драко сидел в своём купе, мрачно разминая в пальцах мармеладку Берти Боттс красного цвета. За окном мелькали поля, леса, горы — знакомый мир уплывал всё дальше. «Хогвартс где-то в Шотландии», — вспомнил он строчку из «Истории Хогвартса», прочитанной впопыхах несколько дней назад. Никто не заглядывал в его купе. Драко не знал почему, но раздражающие мысли так и лезли в голову. Может, все купе заняты? Или… Другая же мысль — дойти до купе Нимфадоры и остаться там, становилась всё навязчивее. Щелчок двери заставил его вздрогнуть. На пороге стоял круглолицый мальчик. Глаза его были красноватыми, губы дрожали, будто он вот-вот разревётся. — Извини, — голосок прозвучал жалобно. — Ты… ты не видел тут жабу? Драко молча покачал головой, разводя руками. Мальчик всхлипнул. — Я потерял его! Вечно он сбегает! — Его голос сорвался на визгливый шепот. Вот он! Мысль ударила Драко с неожиданной силой. Шанс! Этот мальчик не выглядел как тот, кто станет презрительно морщиться при фамилии «Малфой». Может, просто испугается? Но если Драко поможет ему сейчас, найдет жабу… Гениально! — Я… я помогу тебе её найти, — предложил Драко, вставая. Голос звучал чуть громче, чем он планировал. — Мы можем проверить туалеты или купе подальше. Жабы любят прохладу и темноту, наверное. — П-Правда?! — Лицо мальчика озарилось слабой надеждой. — Я был бы о-очень благодарен! За его спиной возникла ещё одна фигура. Девочка. Густые каштановые волосы были аккуратно собраны, но несколько упрямых прядей выбивались. Она уже переоделась в новенькую чёрную мантию Хогвартса. Её взгляд, умный и оценивающий, скользнул по Драко, затем по мальчику. — Он не видел Тревора? — спросила она, обращаясь к мальчику, но глядя на Драко. Её передние зубы были чуть крупнее обычного, что придавало ей вид очень серьёзного кролика. — Я помогаю Невиллу искать. Он потерял его где-то между этим вагоном и следующим. Я Гермиона Грейнджер. А ты? — Драко, — быстро ответил он. — Я тоже хочу помочь. Чем больше нас, тем быстрее найдём. — Он шагнул в коридор, присоединяясь к ним. Странное чувство — быть частью маленького отряда, пусть и с целью найти сбежавшую жабу. Поиски превратились в медленное продвижение вдоль вагона. Гермиона методично заглядывала в каждое приоткрытое купе, чётко спрашивая: «Извините, вы не видели жабу?». Невилл шептал: «Тревор? Тревор, выходи, пожалуйста!». Драко старался идти рядом, чувствуя себя одновременно немного полезным и очень неловким. Он предлагал заглянуть под багажные сетки («Там темно») или в ниши у выходов («Там сквозняк, может, ищет прохлады?»). Гермиона одобрительно кивала его логике, и это странным образом грело. — А вы уже долго ищете Тревора? — спросил Драко, когда они покидали очередное купе, где на них лишь недоумённо покачали головой. — Чуть ли не с самого начала пути, — ответила Гермиона, поправляя рукав. — Но, как видишь, пока безрезультатно. Мы даже не встретили Гарри Поттера! Драко нервно сглотнул. — Не думаю, что нам так уж надо с ним встречаться, — промямлил Невилл. — С чего бы это? — удивилась Гермиона, остановившись. — Ну… Моя бабушка знакома с его родителями, мы иногда пересекались. И… не сказал бы, что он такой уж особенный, как про него рассказывают… — Невилл покраснел. — Но он же победил самого Ты-Знаешь-Кого! — воскликнула Гермиона. — Как говорила бабушка, заклинание от него просто отскочило, — пробормотал Невилл. — Он не сам его победил. Просто… выжил. — Но всё же! — настаивала Гермиона. — Мы с Драко обязаны с ним познакомиться! Ведь мы будем учиться с ним на одном курсе! Представь, учиться рядом с самым знаменитым волшебником нашего времени! — Она повернулась к Драко. — И ты не хочешь с ним познакомиться? — Не то чтобы не хочу… — Драко нашел, что ответить, чувствуя, как подступает краска к щекам. — Просто… переживаю. Вдруг он… ну, не такой, как ожидаешь? — Пустяки! — уверенно парировала Гермиона. — Ты не глупый и помогаешь найти жабу — это же добрый поступок! Думаю, герою магической Британии должны нравиться добрые люди. Не так ли? Невилл попытался подавить смешок при слове «герой». Драко же попытался представить, что этот самый Гарри Поттер не окажется таким же заносчивым придурком, как тот мальчик из магазина мантий. Они миновали ещё несколько вагонов. Шум голосов, смех, возня становились всё громче. Гермиона подошла к купе, откуда доносился особенно громкий хохот и возня, и привычным движением распахнула дверь. — Извините! — её звонкий голос перекрыл шум. — Вы не видели жабу? Мальчик потерял свою жабу. Так вы её видели или нет? — спросила она начальственным тоном. И о чём же молился Драко после того дня в магазине мадам Малкин? О том, чтобы больше никогда не встречаться со странным, высокомерным мальчишкой? Видимо, его молитвы не долетели до адресата. Прямо на Драко смотрели слишком знакомые, слишком яркие зелёные глаза — глаза того самого мальчика из Косого переулка. — Он здесь уже был, и мы ему сказали, что не видели, — ответил рыжий мальчик, доедавший огромный бутерброд и явно раздражённый вторжением. Но Гермиона, кажется, его не слушала. Её внимание приковала волшебная палочка в его руке, направленная на сонную серую крысу на столике, заваленном фантиками от Шоколадных Лягушек. — О, ты показываешь фокусы? — воскликнула она с интересом. — Давай, мы тоже посмотрим! — Не дожидаясь приглашения, она опустилась на свободное сиденье напротив. Рыжий мальчик заметно занервничал под её пристальным взглядом. — Э-э-э… — нерешительно протянул он. — Ну ладно. Он прокашлялся и снова поднял палочку: — Жирная глупая крыса, перекрасься ты в жёлтый цвет и стань такой же, как масло, как яркий солнечный свет. Он энергично помахал палочкой над крысой. Ничего не произошло. Крыса продолжала безмятежно спать, сохраняя свою серую шкурку. — Ты уверен, что это правильное заклинание? — поинтересовалась Гермиона, склонив голову набок. — Что-то оно не действует, ты не заметил? А я тут взяла из книг несколько простых заклинаний, чтобы немного попрактиковаться, — и всё получилось! — добавила она с гордостью. — В моей семье нет волшебников, я была так ужасно удивлена, когда получила письмо из Хогвартса, — я имею в виду, приятно удивлена, ведь это лучшая школа волшебства в мире! И конечно, я уже выучила наизусть все наши учебники — надеюсь, что этого будет достаточно для того, чтобы учиться лучше всех. Драко стоял в дверях, чувствуя себя неловко и всё больше нервничая. Мальчик из магазина мантий почему-то молчал, в отличие от своей болтливости в Косом переулке. Он лишь сидел, ухмыляясь — то ли над неудачным фокусом рыжего, то ли… Драко поймал его взгляд, направленный на него самого и Невилла. В этом взгляде была знакомая снисходительность. Драко надеялся, что усмешка относится только к рыжему. — Магглорожденная? — наконец подал голос мальчик, разглядывая Гермиону с явным любопытством, смешанным с легким, словно бы врожденным, высокомерием. — Странно. Выглядишь… сносно. Для маггловской. — Я выросла среди магглов, да, — ответила Гермиона, ее щеки слегка зарумянились, но она подняла подбородок, пропуская мимо ушей его тон. — Но я уверена, что мои знания и усердие позволят мне достичь высот в магии. Я уже прочла… — Ну, конечно, — перебил он ее с легкой усмешкой, как будто ее уверенность была наивной детской забавой. — Магия — это кровь, … как тебя? — Его взгляд скользнул по Драко и задержался на Невилле. — А, Лонгботтом! Как дела? — спросил он тоном, в котором звучала фальшивая забота, словно он обращался к не совсем полноценному существу. Сам Невилл при этом вопросе словно съежился, покраснел и потупился. Что с этим парнем не так? — Ох, так вы знакомы? — оживилась Гермиона, все еще не до конца уловив ледяной подтекст его слов, но уже насторожившись. — Я Гермиона Грейнджер, а вы? — Я Рон Уизли, — буркнул тот, всё ещё разглядывая свою палочку с досадой. Тот самый неприятный мальчик улыбнулся ещё шире и даже встал со своего места, приняв горделивую позу. — Ну, а я Гарри Поттер! — объявил он громко, словно делал важное заявление. — Прошу, не показывайте на моё купе пальцем после того, как выйдете. Не хочу привлечь ещё больше фанатов. Хочется, знаете ли, немного спокойствия. — Он сделал паузу, его зелёные глаза насмешливо скользнули по Драко и Гермионе. — Или вы специально искали меня? Чёрт. Видимо, план по дружбе с героем магической Британии можно было смело выбрасывать в мусорное ведро. Хуже встречи и представить нельзя. Хотя, может быть Драко просто будет нейтрален к Гарри Поттеру и у них могут сложиться товарищеские отношения? — Ты действительно Гарри Поттер? — Взгляд Гермионы стал ещё более пристальным и восторженным. Она совершенно упустила язвительность его тона. — Можешь не сомневаться, я всё о тебе знаю! Я купила несколько книг, которых не было в списке, просто для дополнительного чтения, и твоё имя упоминается в «Современной истории магии», и в «Развитии и упадке Тёмных искусств», и в «Величайших событиях волшебного мира в двадцатом веке»! — Не стоило тратиться, — отмахнулся Поттер с преувеличенной скромностью, которая выглядела фальшиво. — Я могу и сам это все рассказать. Куда интереснее из первых уст, не так ли? Ладно, нейтральным по отношению к этому парню быть трудно. Поттер оказался полнейшим самовлюблённым болваном. Даже в магазине он казался хоть сколько-то сносным. Ну, как минимум, не выкрикивал свою фамилию как титул каждые пять секунд и не строил из себя мученика, страдающего от собственной славы. — Это… интересная точка зрения, — осторожно поддержала Гермиона, ее энтузиазм заметно поугас. — Но книги все же основа знаний… Ох да, — она переключилась, — вы не знаете, на какой факультет попадете? Я уже кое-что разузнала, и хочется верить, что я буду в Гриффиндоре. Похоже, это лучший вариант. Я слышала, что сам Дамблдор когда-то учился на этом факультете. Кстати, думаю, что попасть в Когтевран тоже было бы неплохо… — Очевидно, мы будем в Гриффиндоре! — самоуверенно заявил Рон, набивая рот новой конфетой. — Да, — подхватил Гарри, снова бросая на Драко взгляд. — Где ещё учиться герою и его верному другу, правильно? Мы с Роном наконец-таки всем в Хогвартсе покажем, как выглядит настоящая легенда! — Его тон был преисполнен самомнения. Драко всё сильнее хотелось выпрыгнуть из окна этого злосчастного купе. — Не знаю, зачем вообще в Хогвартсе оставили остальные факультеты, — проговорил Рон, глядя куда-то мимо Драко. — Если Слизерин хоть как-то и отличается, его всегда побеждает Гриффиндор, то зачем другие? Особенно Пуффендуй. Для кого он? Для неудачников? Драко почувствовал, как кровь ударила ему в виски. Он уже готов был что-то сказать, но Поттер опередил его. — Для сестры этого мальчика, например, — Гарри указал пальцем прямо на Драко, его губы растянулись в улыбке, в которой не было тепла, только насмешка. — Двоюродной, да? Той самой, что меняла цвет волос? Странновато, конечно. Я кстати так и не узнал твоей фамилии. Так ты… кто? — Его взгляд скользнул по не самой новой одежде Драко, оценивающе, словно пытаясь определить его «качество». Драко выпрямился. Страх, неловкость, желание понравиться — все это сгорело в одно мгновение, после этой странной улыбки брюнета. Его сестру назвали «странноватой», его самого оценивали как вещь. — Малфой. Драко Малфой. Тишина в купе стала еще глубже. Даже Рон перестал жевать, уставившись на Драко. Гермиона резко повернула голову. — Малфой? — воскликнула она, забыв на миг про жабу. — Из семьи Малфоев? Той самой древней чистокровной семьи? Я читала о вашем роде в «Великих Волшебных Династиях Британии»! Вы упоминаетесь там с самого основания Мерлинского Ордена! — Ее голос звенел от чисто академического интереса, как будто перед ней ожила страница истории. Невилл тоже напрягся. Его круглое лицо выражало не страх, а глубокую задумчивость и легкое смущение. Ну… Хоть не убежал. — Да ладно? — Гарри Поттер медленно поднял брови, изображая удивление, но в его глазах читалось лишь злорадное удовлетворение. — Я слышал, что помимо меня в поезде едет и сын Пожирателей, но не думал, что встречусь лично. Какая честь. Драко не отводил взгляда. — Как видишь, живой и во плоти. Гарри Поттер усмехнулся уголком рта. — Очень рад, что мы встретились, — Поттер протянул слова, его тон был слишком… сладок. Казалось, он и вправду испытывал некое подобие радости, но обида за его пренебрежительный тон по отношению к Нимфадоре бушевала в Драко намного сильнее. — Ведь я сам не понаслышке знаю, каково это — быть популярным, пусть даже… в таком неприятном ключе. — Он сделал многозначительную паузу. — Хотя, конечно, популярность из-за родителей… это совсем другой уровень, не так ли? Не совсем… заслуженный. Драко нахмурился: — К чему бы это? Поттер повернулся к нему полнее и протянул руку. — Думаю, мы могли бы быть… одного поля ягодами в Хогвартсе. Ты же, должно быть, умеешь выбирать правильных друзей? — Его взгляд скользнул мимо Гермионы и Невилла с явным пренебрежением. — Тех, кто понимает цену настоящей значимости. Драко краем глаза уловил реакцию других. Невилл смотрел на протянутую руку Поттера не со страхом, как Драко предполагал, а с каким-то странным, горьким смущением. Гермиона переводила взгляд с Драко на Поттера и обратно. А в памяти Драко всплыло, как ядовито этот самый Поттер отзывался о магглах и магглорожденных в магазине мадам Малкин. Да и зачем этот «герой» предлагает дружбу «сыну Пожирателей Смерти»? Но даже так, дружить с этим лицемерным болваном, чьё самомнение вознеслось выше облаков? Да ни за какие коврижки! — Ты прав в одном, — голос Драко прозвучал резко, как щелчок. — Я действительно умею выбирать друзей. — Он намеренно развернулся от протянутой руки Поттера, спиной к его наглой ухмылке. — Поэтому пойду займусь своими грязными Пожирательскими делами… или что-то в этом роде. Не буду портить золотую атмосферу лицемерия и высокомерия в вашем… избранном кругу. Он не стал ждать реакции, не стал смотреть на выражение лиц Поттера или Уизли. Просто резко шагнул в коридор и зашагал прочь, прочь от этого купе. «Наверное, стоит дойти до Доры, — пронеслось в его голове. — Сказать ей, что я провалил её «святую миссию» по знакомству в купе перед распределением. Ах да, и по пути умудрился поссориться с живой легендой магической Британии. Просто великолепный старт!» — …Ладно, — донесся сзади голос Гермионы, — мы пойдём дальше искать жабу Невилла. Драко! Подожди! Он замер. Обернуться было страшно. Страшно увидеть осуждение или жалость. — …Да? — обернулся он всё же, неохотно. — Ты… ты в порядке? — тихо спросил Невилл, подойдя чуть ближе. В его голосе слышалась искренняя тревога. — Да, — Драко поспешно кивнул, отводя взгляд. — Всё нормально. Простите, что сразу не сказал… кто я. Просто… — Всё хорошо, — вдруг вставил Невилл с неожиданной для него твёрдостью. — Я же говорил, что Гарри Поттер ну… не совсем тот герой, которого все себе представляют. Драко удивлённо посмотрел на него. Ого. Невилл не только не сбежал, но и… защищал его? И Гермиона стояла рядом, слушая, хотя на её лице всё ещё читалось смятение. — Мне он тоже, ну… не особо понравился, — осторожно признала Гермиона, теребя прядь каштановых волос. — Самовлюблённый, грубый, но… это же Гарри Поттер! Может, у него есть причины так себя вести? Стресс, давление… — Он лицемер, — отрезал Драко, не колеблясь. Слова вырывались сами, горячие и обжигающие. — Я встретил его в Косом переулке, когда покупал мантию. Он тогда очень нелестно… гадко высказывался об обычных людях. А теперь строит из себя великодушного героя перед тобой? Это… это неправильно. Сказать такое вслух было неловко, но правда. — Ох, — Гермиона смущённо опустила взгляд, её щёки тоже порозовели. — Ну… спасибо, что сказал. — Она посмотрела на него, и в её взгляде уже не было прежней восторженности. — Твоё купе, кажется, рядом. Нам с Невиллом пора дальше. А тебе лучше переодеться, — она кивнула на его обычную одежду. — Думаю, мы скоро приедем. — До встречи в Хогвартсе, Драко, — сказал Невилл напоследок, прежде чем они с Гермионой двинулись дальше по коридору. Драко смотрел им вслед. В груди, где ещё недавно бушевали ярость и горечь, зародилось странное, хрупкое, но тёплое чувство. Надежда? Никто из них не убежал. Никто не назвал его сыном убийц или предателя (кроме этого болвана Поттера). Они… остались. Поговорили. Даже Невилл, который явно знал больше о его прошлом, чем Гермиона. Может быть… может быть, это его первые настоящие друзья-волшебники? И, может быть… они не отвернутся от него в Хогвартсе? Эта мысль, робкая и невероятная, согрела его сильнее любого заклинания.***
Величественный зал Хогвартса был залит светом тысяч свечей, мерцающих под ночным небом-потолком. Воздух гудел от возбуждённых голосов первокурсников, теснящихся перед столами факультетов. Драко стоял за Гермионой и Невиллом, чувствуя, как дрожат колени. Шёпотки про «Малфоя» и «Пожирателей смерти» висели в воздухе плотным туманом. Боже, неужели нельзя поговорить ни о чём другом? Гарри Поттер стоял чуть поодаль с Роном Уизли, излучая самоуверенность, словно король перед коронацией. Его взгляд скользил по залу, пренебрежительный и цепкий, задерживаясь на Драко дольше всего. Профессор МакГонагалл развернула длинный пергамент. Тишина воцарилась мгновенно. — Аббот, Ханна! Девочка с косичками, похожая на испуганного кролика, шагнула вперёд. Шляпа коснулась её головы и через секунду выкрикнула: — ПУФФЕНДУЙ! Аплодисменты стола в жёлто-чёрных галстуках. — Боунс, Сьюзен! — ПУФФЕНДУЙ! — Бут, Терри! — КОГТЕВРАН! — Браун, Лаванда! — ГРИФФИНДОР! Каждое имя, каждое распределение заставляло сердце Драко биться всё чаще. Он поймал взгляд Нимфадоры за столом Пуффендуя — она подмигнула ему, но её улыбка самому Драко показалась натянутой. — Грейнджер, Гермиона! Гермиона выпрямилась, поджала губы и уверенно направилась к табурету. Шляпа опустилась на её каштановые кудри. — ГРИФФИНДОР! На противоположном конце зала, за столом в красных и золотых мантиях, раздались аплодисменты. Гермиона, сияя, сняла Шляпу и побежала к гриффиндорцам, где её встретили похлопываниями по спине. Драко почувствовал странную смесь радости за неё и тревоги. Хорошо ли ей будет там… с Поттером? — Лонгботтом, Невилл! Невилл подошёл к табурету, споткнувшись о собственную мантию. Шляпа съехала ему на нос. — ГРИФФИНДОР! На столе Гриффиндора снова вспыхнули аплодисменты. Невилл, красный как помидор, но сияющий, побежал к Гермионе. Драко видел, как она подвинулась, уступая ему место. — Малфой, Драко! Шёпот, словно ветерок, пробежал по рядам учеников: «Малфой? Сын тех Малфоев?». Драко почувствовал, как сотни глаз впились в него. Он встал, стараясь держать спину прямо, как учила тётя Андромеда. Каждый шаг давался с трудом. Шляпа опустилась на голову. «Оооо, интересно… Очень интересно…» — мысленный голос Шляпы был старым и проницательным. «Малфой… Бывали у нас такие, истинные слизеринцы!» — Только не Слизерин, пожалуйста… — отчаянно прошептал Драко. «Что-о-о? Только не Слизерин? Ты боишься Слизерина… Но боишься ли другого места больше?» — Только не Слизерин, — настаивал он. Драко хотел на Пуффендуй, к своей сестре Нимфадоре, к добрым и верным пуффендуйцам! «Ах да… Страх… Много страха перед клеймом, перед самим собой. Хороший ли я человек? Да… Но есть и другое… Преданность тем, кто проявил к тебе доброту…» Да! Он хотел быть хорошим, честным. Пуффендуй — его место! «Но что это? Мужество. Да, настоящее мужество. Мужество стоять против течения. Мужество выбрать дружбу с теми, кого презирает толпа. Мужество назвать лицемерие — лицемерием, даже если это «герой».» К чему это?.. «Думаю, я знаю отличное место для такого храбреца, раз он не хочет в Слизерин!» — ГРИФФИНДОР! Тишина. Даже привычные аплодисменты гриффиндорцев запоздали на долю секунды, прежде чем взорвались с удвоенной силой — но в них явно слышалось недоумение. Драко встал и пошёл к столу в красном и золотом, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Он сел рядом с Невиллом, который тут же толкнул его локтем с робкой улыбкой. — Молодец! — прошептала Гермиона. — Поттер, Гарри! Гарри Поттер шёл с видом победителя, легко, почти грациозно, помахивая рукой в ответ на чей-то сдавленный возглас. Он уверенно надел Шляпу, откинув чёрную челку. Аплодисменты стихли. Это была чистая формальность. Весь зал знал, куда попадёт Избранный. Даже Драко, несмотря на всю неприязнь, не сомневался. Прошло пять секунд. Десять. Пятнадцать. Уверенная улыбка Гарри начала тускнеть. Он нахмурился. По залу пошёл недоумённый гул. Что-то было не так. Шляпа явно о чём-то долго думала. Лицо Гарри стало напряжённым. Прошла минута. Две. — СЛИЗЕРИН! Да ладно? Тишина в зале стала абсолютной, гробовой. Когда Шляпу сняли, лицо Поттера было искажено чистым, немым ужасом и непониманием. Он побледнел, его широко распахнутые зелёные глаза метались по залу, ища поддержки, объяснения. Он замер, не в силах пошевелиться. — Прошу к вашему столу, мистер Поттер, — резко напомнила профессор МакГонагалл, указывая взглядом на стол Слизерина. Гарри сполз с табурета. Аплодисменты слизеринцев были сдержанными, вежливыми, но не восторженными. Многие ученики просто смотрели на него с открытым ртом. Драко наблюдал за этим, и первое, что хлынуло в него — острое, почти болезненное чувство злорадства. Неправильно, но что поделать? Этот парень явно заслужил хоть маленькое падение со своего трона. — Уизли, Рональд! Рон поднялся, всё ещё ошеломлённый распределением Гарри. Его лицо было бледным, даже веснушки выделялись ещё резче. Он надел Шляпу, всё ещё оглядываясь на стол Слизерина, где сидел потрясённый Гарри. Распределение Рона, на всеобщее удивление, не заняло и секунды. Шляпа лишь коснулась его рыжих волос, как тут же выкрикнула: — СЛИЗЕРИН! На этот раз в зале раздался гул изумления. Уизли сорвался так резко, что чуть не уронил Шляпу. Он посмотрел на стол Гриффиндора, где сидела его семья (Драко заметил их такие же рыжие макушки) — их лица выражали полнейшее недоумение и шок. Драко наблюдал за этой парой: «золотой мальчик» и его «верный друг», теперь оба в зелёном и серебре Слизерина. Что за ирония? Они презирали Слизерин так же яростно, как сам Драко его боялся. И вот они там. А он — здесь. В Гриффиндоре. Взгляды Драко и Поттера встретились сквозь зал. Надменности больше не было в этих зелёных глазах, только ненависть и обвинение, адресованное именно ему. Драко позволил себе лёгкую ухмылку. Ну что ж, сегодня он может побыть немного «злодеем». Он сидел за столом Гриффиндора. Он был Драко Малфой, сын Пожирателей Смерти. А напротив, за столом Слизерина, сидел Гарри Поттер, «Мальчик-Который-Выжил». Да уж, подумал Драко. Это только начало.
