Star Wars Whumptober Collection 2021

      Кашель звучал ужасно, как будто что-то разрывало его изнутри. И это беспокоило человека, которому не так давно пересадили новые легкие.               Почувствовав на себе ее взгляд, отец поднял свой, чтобы встретиться с ней глазами.               — Тебе не нужно беспокоиться, Лея. Это просто простуда.               Она подняла бровь, глядя на него, и необъяснимо, Анакин усмехнулся.               — Что? — спросила она, вставая и направляясь на маленький камбуз в каюте своего отца. Они ждали Люка, чтобы поужинать вместе — только втроем. Это случалось не часто, но тот факт, что это вообще могло случиться, был чем-то особенным.               — Просто... — бывший лорд ситхов размышлял, пока она разогревала его чайник, — …у Пиетта точно такое же выражение лица, вплоть до брови. Скептический взгляд.               Лея улыбнулась про себя. Это было правдой, предположила она. До сих пор она не осознавала, что приняла его. Каким-то образом эта небольшая связь между ней и адмиралом сделала ее счастливой. Даже с учетом ее беспокойства о здоровье отца.               — Что ж, для него это довольно эффективно, — прокомментировала она, ища кружку и чай.               — Это работает и для тебя тоже. Не на мне, конечно, но...               — О, конечно, — сухо сказала она, заливая пакетик чая горячей водой и наслаждаясь сильным ароматом имбиря и лимона.               Ее отец снова закашлялся, и она вернулась в гостиную с кружкой.               — Тебе следует поговорить об этом с Хенли, — сказала девушка, протягивая чай.               Отец уставился на Лею поверх края кружки, и эти голубые глаза были одновременно так похожи и, в то же время, непохожи на глаза Люка.               Люк тоже мог выглядеть таким напряженным, но даже когда он был таким, его синий цвет был теплым. Анакин в своем гневе становился холодным. Не то чтобы она была напугана.               — Тебе следует. Я раньше говорила то же самое адмиралу. Ты же знаешь, что так и было.               Ее отец потягивал чай, и Лею поразило, что он никогда по-настоящему не позволял ей себя видеть, когда он чувствовал себя слабым или больным. Она знала, что Люк был там, но это был Люк. Избранный. Сын, ради нахождения которого Анакин разорвал галактику на части...               Нет. Она не должна идти по этому пути. Они оба пытались. Она знала, что ее отец чувствовал вечную вину за то, что он сделал с ней на «Звезде Смерти». Знала, что за это он никогда себя не простит. Но она могла. Она это сделала.               Это не означало, что боль все еще иногда не появлялась. Поэтому Лея сосредоточилась на том факте, что Анакин позволил себе такую слабость, как простуда (хотя это звучало еще хуже) в ее присутствии. И она могла ответить на это с изяществом.               — Я не Пиетт, — спокойно напомнил ей отец. — Он может и быть беспомощен перед твоими прихотями, но мне уже давно приходится иметь дело с подобными вещами.               Лея вздохнула и постучала по принесенному датападу.               — Отец. Позволь мне напомнить, что тебе «давно приходится иметь дело с подобными вещами» рядом с Хенли. У тебя температура. Мы можем отложить этот ужин, потому что не должны рисковать твоим здоровьем...               — Нет. Мы... мы и так не часто это делаем, Лея, и... — он прервался, чтобы снова ужасно закашляться. Она использовала Силу, чтобы забрать кружку у него из рук, прежде чем та расплескалась, и она зависла перед ним, пока он с хрипом втягивал воздух и брал ситуацию под контроль.               И в этот незащищенный момент Лея почувствовала его эмоции.               Страх, что она отменит вечер. Горе от того, что они не были ближе. Разочарование из-за неспособности даже сейчас преодолеть физические последствия Мустафара. Глубоко укоренившееся желание быть с ней и с Люком...               Он сделал еще один вдох и сфокусировал взгляд на парящей перед ним кружке, прежде чем медленно протянуть руку, чтобы снова ее взять и посмотреть на дочь.               У Леи защемило сердце. Она тоже чувствовала это страстное желание, чтобы все было по-другому. И, возможно, если бы не случилось Альдераана и «Звезды Смерти», так бы и было.               Отец и дочь посмотрели друг другу в глаза, а затем Лея отложила датапад и направилась к его освежителю.               — У тебя в шкафчике есть необходимые лекарства? — окликнула она его, входя.               — Да, — ответил он, и она порылась в поисках лекарств от простуды и шприца от лихорадки.               Лея вернулась с триумфом и вручила ему таблетки, одновременно вводя шприц ему в шею.               Затем села рядом с отцом и задумалась, что сказать.               — Мы поужинаем вместе. Ты понимаешь, что тебе придется иметь дело с Люком, который суетится вокруг тебя.               Он слегка фыркнул и снова отхлебнул чаю: — Я могу выдержать суету Люка. Точно так же, как я могу выдержать эту простуду.               — Ммм, — сказала она уклончиво. — Это действительно чудо, что вы с адмиралом в какой-то момент не свалились одновременно. Вы так похожи, когда дело доходит до этого упрямого отказа отдыхать…               Отец фыркнул и бросил на нее оскорбленный взгляд: — У меня был костюм. И Сила. Адмирал просто обладает своим смехотворным количеством чистой воли. Конечно, я не собирался падать в обморок.               — Я слышала истории, — напомнила ему Лея. — Ты не был непобедимым, отец. И все еще таковым не являешься.               — Пиетт действительно абсолютно слабоволен, когда дело касается тебя, да? — проворчал Анакин, и Лея действительно рассмеялась.               — Почему ты думаешь, что адмирал так легко тебя предаст? Я думаю, ты забываешь, что он не единственный, кто может рассказывать истории о тебе, отец. — Она заговорщически подняла глаза к потолку и почувствовала, как Леди испытывает удовлетворение оттого, что ее так включили.               Ее отец вздохнул: — Да, ладно...               — И, конечно, был случай, когда наш адмирал вызвал Люка, чтобы помочь вытащить тебя с той покинутой Силой скалы, потому что ты напутал с артефактом ситхов, и, как ни странно, это имело неприятные последствия...               — У твоего брата нет способности держать рот на замке...               — Что ты имеешь в виду? Я ведь никогда не предавал Восстание, не так ли? — спросил Люк, входя в этот момент.               Лея уставилась на него, приподняв бровь, и рядом с ней отец снова усмехнулся: — Пиетт должен просто тебя усыновить и покончить с этим, — тихо пробормотал он. Лея почувствовала благодарность за то, что он мог шутить по этому поводу — за то, что он мог признать, что адмирал обладал чем-то ценным, чего не мог иметь он сам.               Лея похлопала его по руке и встала, чтобы обнять Люка. — Некоторые сказали бы, брат мой, что ты сделал именно это, бросившись спасать лорда ситхов, борющегося с Восстанием. И потом сопроводил его и его адмирала почти до самого имперского флота, чтобы упомянутый адмирал добрался туда до того, как потеряет сознание.               Люк ухмыльнулся им обоим: — И я держал касаемо этого рот на замке, разве нет? И не притворяйся, что ты не рада, что я это сделал.*               — Сейчас да, — согласилась Лея. — Тогда же напротив. В любом случае, смысл этого разговора в том, что отец болен. Так что он будет есть на диване, а мы сможем занять место на полу.               Лея расставляла еду на низком столике возле дивана и слушала, как Люк суетится вокруг их отца. Она встретила его пристальный взгляд поверх светловолосой головы Люка, и они разделили краткое веселье по поводу ее брата.               Возможно, они никогда не будут близки, но она бы ничего не изменила.