Маска

— О, небеса, я начинаю ненавидеть этот праздник. — Сердилась Линвэнь, обречённо подсчитывая количество молитв, обращённых к богам. Их было не меньше десяти тысяч. И как могло столько накопиться!? Ах, да.... В этом году урожай оказался самым богатым за последние несколько веков. И потому Праздник середины осени отмечался гораздо веселее, чем в прошлые годы: тут тебе и лунные пряники, что сладко тают во рту, и театральные постановки со взрывами хохота и аплодисментов, и изысканные сорта вина, от которых которых голова кружится в экстазе. Когда праздник прошёл, голова кружилась уже не в экстазе, а.... просто кружилась. И жутко болела. Многие небожители были не в состоянии работать: кто-то переживал, должно быть, самое тяжёлое в его жизни похмелье, а кто-то просто устал до невозможного. Практически все решили отложить свои дела на потом. А затем еще на потом, и ещё.... И вот, когда это "потом", наконец, настало, оказалось, что молитв накопилось невероятно много. — Разгребать всё это придётся неделями, — говорили одни, тяжело вздыхая. — Перспектива захлебнуться в алкоголе, а не в долгах, мне нравилась больше, — поддерживали другие, вздыхая еще тяжелее. Сегодня небесная столица напоминала огромную ярмарку — все носились и толкались, спеша по своим делам. Разумеется, никто не раскаивался. И многие бы отдыхали и пили дальше, если бы не Линвэнь, которая нависла над бездельниками грозовой тучей, метая молнии и вспыхивая от гнева. — Пока хотя бы половина дел не будет выполнена, никаких добродетелей вам не видать! — заявила она во всеуслышание. Её терпение лопнуло, точно мыльный пузырь. Поразилась абсолютно вся столица. Небожители привыкли к вечно терпеливой богине. — Кажется, Линвэнь меня очень пожалела, — прошептал Пэй Мин, услышав чьи-то возмущения. — Список моих молитв не может быть настолько мал. — У кого как, — закатил глаза Му Цин, — а на меня уж больно много чужих дел повесили. — Он посмотрел на Фэн Синя. — И на меня, — поддакнул генерал Наньян, вчитываясь в свой свиток и совершенно не обращая внимания на многозначительный взгляд друга, который уже прожёг в нём дыру. — “Отчёт о лесах Юго-Запада"! Вот здесь я точно уверен, что это не моё! Какого хрена я должен отчитываться о твоих землях!? — А что у меня в списке твои земли делают? — У меня все отчёты и молитвы связаны с твоими. Му Цин еще раз, но уже внимательнее, хмуро проскользил глазами по списку: — И у меня, стоит наведаться к Линвэнь. — Так вы поменяйтесь свитками, — прыснул генерал Пэй, представляя, как отреагирует и так разъярённая богиня, если эти двое явятся к ней. Да она просто вышвырнет их за шкирку, словно они не боги войны, а надоедливые гости, которых надо гнать взашей. Тем не менее, он искренне посочувствовал своей подруге. Фин Синь и Му Цин ещё немного поругались, но всё-таки прислушались к генералу Пэю и поменялись свитками. Пэй Мин хмыкнул и пробормотал: “Видать, у всех сегодня настроение паршивое, — и отвёл взгляд на приближающегося к нему небожителя, — ну, кроме него.” Се Лянь, как обычно, приветливо улыбался. Мингуан поражался его радушию. Кроме принца ходить с отличным настроением семь дней в неделю мог только Ши Цинсюань, и то не всегда. “Редкий вид,” — усмехнулся Пэй Мин. — Добрый день, Генерал Пэй. — Сказал Се Лянь и сразу перешёл к делу, не давая генералу и слова вставить. Понимал, что его сейчас либо подстебнут, либо заинтересуется личной жизнью. — У меня в списке все дела связаны с Вашими землями. Я хотел было обратиться к Линвэнь: скорей всего, она от усталости перепутала все дела (Пэй Мин не мог с ним не согласиться), — но решил её не беспокоить. Вы читали свой свиток? — Не особо, — уклончиво ответил он и бегло прошёлся по списку, — думаю, у меня не Ваш свиток. Здесь в основном задания сосредоточены в западных землях. — Передам его Цюань Ичженю, — тяжело вздохнул Се Лянь, — заберите свой. — Спасибо. — Пэй Мин забрал свиток принца и сразу же помрачнел: список оказался огромным. “А ведь только недавно ликовал, что так легко отделался...” — горько вздохнул он.

***

Се Лянь уже стоял у ворот дворца Цюань Ичженя. Он несколько раз стучался, звал и пытался связаться с небожителем по духовной сети. Ответа не последовало нигде. Это начинало раздражать. Внезапно послышался тихий и мягкий голос: — Вы к Его Высочеству Циину? — принц повернул голову в сторону говорившего. Перед ним стоял Юэ Ду — младший служащий Цюань Ичженя. Он вознёсся относительно недавно и оказался единственным, кого Циин подпустил к себе. Никто так до сих пор и не понял, как это получилось. Но Се Лянь предполагал, что это могло быть из-за того, что Юэ Ду очень сильно напоминал Инь Юя. Такой же мягкий, как свечение луны, и тихий, как водная гладь. Он тоже предпочитал ходить в тёмных одеждах и никак не выделялся среди толпы. — Да, мне надо передать Цюань Ичженю список дел. — Он спит. — Спит? — удивился Се Лянь. “Уже день...” — подумал он. — Я могу его разбудить. Принц благодарно кивнул. Юэ Ду открыл ворота и вошёл внутрь. Се Лянь остался ждать снаружи: от скуки он пинал камни, проводил взглядом по загнутой крыше дворца, изучал золотые росписи на воротах, разглядывал облака и думал о скором возвращении домой. Спустя какое-то время ворота снова открылись. Вышел Цюань Ичжень. — Ваше Высочество? — спросил он, нахмурившись. Принц кратко объяснил всю ситуацию и отдал ему свой свиток. У Циина, как оказалось, свитка Се Ляня не было. Принц очень огорчился и в конце концов всё же решил отправиться к Линвэнь.

***

— Прошу прощения, Ваше Высочество. Я перепутала все свитки и.... — судорожно оправдывалась богиня. Она выглядела неимоверно уставшей. А если точнее, заебавшейся. Гораздо хуже, чем когда-либо. И это было вполне ожидаемо: в течение двух недель Линвэнь одна работала без продыху, разгребая работу за тех, кто беспардонно отдыхал. Не ела, не спала, её мир сузился до бумаг. Спасибо, что хотя бы заплатили за мучения. — Ничего-ничего, — перебил Се Лянь, — я понимаю, Вы устали. Богиня признательно, но вымученно улыбнулась. — У Его Высочества Циина не нашлось моего свитка. Может, Вы мне сможете его снова продублировать? — А..... — задумалась Линвэнь, — я, кажется, его не стала писать. Однако Вы все свои молитвы и так всегда вовремя выполняете. И отчёты мне регулярно присылаете. Полагаю, у Вас и дел-то никаких нет. — О... — принц вскинул брови. Линвэнь прикусила губу и, замявшись, спросила: — Вы не могли бы взять одно дело? Никто из богов войны не желает этим заниматься. Заставить их я не могу, ибо место, в которое надо отправиться, находится за пределами чьих-либо земель — на острове. И я понятия не имею, что мне с этим делать. — А что за дело? — Демон, обитающий в болотах, притворяется существом, которого жертва боится больше всего. Обманывает, а потом убивает. Люди бояться туда ходить, хотя на том болоте растут травы, необходимые для лекарей. — Демон, который притворяется твоим страхом, — Се Лянь задумчиво потёр подбородок, — звучит не особо сложно. Я возьму это дело. — Безмерно Вам благодарна, — с облегчением выдохнула Линвэнь.

***

Малиновый закат медленно и лениво расплывался по облакам. Близилась ночь. Жители Призрачного города до сих пор торговали на улице. Радостные и оживлённые возгласы доносились из каждой лавки, смешиваясь в невыносимо громкий галдёж. — Попробуйте леденцы из пальцев! Два леденца по цене одного! Очень вкусные, ну просто тают во рту!!! — зазывала демоница. Она походила на упитанную свинью, с розовыми копытцами и поросячьим хвостиком, вот только вместо пяточка у неё был орлиный клюв. Кожа её свисала над глазами, на щеках и на руках. —Кто у тебя за такие цены купит? Совсем охренела, старая? — выплюнул продавец за соседней лавкой. Внешне этот демон был похож на быка и кабана одновременно. Глаза у него маленькие и глубоко посаженные. На бычьем носу висело увесистое золотое кольцо, а в кабаньих ушах — серьги, но уже серебряные. В нём всё выдавало богача, не скупого на собственные удовольствия. — Грубиян! — обиженно взвизгнула демоница и демонстративно щёлкнула клювом. В Доме Блаженства весь день — как это и бывало обычно — царила тишина. Непрерывные разговоры слуг нисколько не нарушали её, а только придавали этой тишине спокойствия и безмятежности. Это сравнимо с морскими волнами: нежными и ласкающими, словно море что-то нашёптывает. А когда наступил вечер, морские волны усилились, всё громче ударяясь о берег. Безмятежность прервалась оживленным спором, раздававшимся из покоев Хуа Чэна и Се Ляня. Стоит отметить, что их перепалки были очень редкими и, кроме того, обычно заканчивались проиграшем Хуа Чэна: Се Лянь, имея непоколебимость в своих решениях или даже скорее упрямство, не так часто шёл хотя бы на компромисс. — Гэгэ, зачем тебе возиться в грязи? Почему бы этим тунеядцам не поработать? — Негодовал Хуа Чэн, скрестив руки на груди. — Ты, полагаю, один из немногих, кто трудился, пока другие себе отдых устраивали. — Я добровольно согласился взять это задание. И раз уж согласился, то должен выполнить. Кроме того, задание очень лёгкое для меня, там делать-то нечего. Хуа Чен скептически выгнул бровь и продолжил гневную тираду: — Пусть поручают другим богам эту нечисть убивать. Из средних небес, например. Но другое дело — отправлять сильнейшего Бога Война в болото. — Се Ляню казалось, что Хуа Чэн готов сейчас поджечь весь божественный пантеон. И, судя по его реакции, он действительно мог бы это сделать, причём с большим удовольствием. — В болото, гэгэ!!! Зачем ты согласился? — Жителям того поселения страшно ходить в лес. Я правда хочу помочь им, Саньлан. — Хотя бы возьми кого-нибудь с собой, — быстро сдался Хуа Чэн. — не одному же гэгэ со всем этим разбираться. Се Лянь вопросительно нахмурил брови: — А ты не хочешь со мной пойти? — Меня не будет дня два, — ответил демон. — Почему? — Надо разобраться с одним должником. — С Черноводом? — Нет, с другим. Черновод — единственный, кто задолжал деньги только мне, остальные должны Игорному дому, — демон вымученно вздохнул, — не успеваю ловить. Се Лянь сочувствующе улыбнулся. Хуа Чэн замолчал и мотнул головой, вернувшись к теме разговора: — Раз я не смогу пойти, возьми Инь Юя с собой. Он поможет. — Ладно, — ответил принц после недолгих раздумий, — передай ему, чтобы взял оружие и переоделся в одежду, которую ему не жалко. — Ага. — Выражение лица демона смягчилось.

***

Инь Юй всегда работал с большим усердием, выполнял любую, даже безвозмездную работу, и стремился к идеальным результатам. Градоначальник Хуа часто ставил его в пример другим. Но порой всё-таки бывали периоды, в которые призрака настигали лень и вялость. Как, например, сейчас, когда он стоял перед градоначальником, объяснявшим какое-то новое поручение. Инь Юй пытался понять суть дела, но получалось, мягко говоря, безрезультатно. Маска висела на боку, являя миру его уставшее лицо. — Так вот, Инь Юй, помоги Его Высочеству выполнить это задание. — Посланник Убывающей Луны ничего не ответил: глаза слипались, а в ушах гудело. Во всех трёх мирах было известно, что демоны могут хоть неделю без сна — а то и больше — оставаться бодрыми. Однако Инь Юй бы сейчас отдал всё, даже свой прах, лишь бы уснуть в мягкой постели и проспать года так два, а лучше — четыре. Градоначальник, посчитав его долгое молчание за нежелание, сказал что-то вроде: "За это будет отдельная плата". Инь Юй сонливо потёр глаза, несколько раз поморгал и, наконец, кивнул. Хуа Чэн оглядел своего подчиненного и нахмурился: — Совсем устал? — догадался он. — Нужен выходной? — Пожалуйста. Градоначальник поджал губы. — Ладно, отдохнешь недельку одну-две после задания, — сжалился он и сразу же перешёл на строгий тон, — но чтобы потом с новыми силами принялся за работу. — Спасибо, Ваше Превосходительство. — Инь Юй поклонился. Нечасто ему давали такие поблажки, поэтому сейчас он был искренне благодарен градоначальнику. — Когда приступать к поручению? — Когда гэгэ закончит свои дела в столице, но я сомневаюсь, что он успеет до заката. Поэтому, скорей всего, завтра. От работы я тебя пока освобождаю. — Понял. — Призрак снова отвесил поклон и удалился из кабинета