Голос разума

Ричард проснулся от стука в дверь. За стуком последовал голос служанки: — Просыпайтесь, тан. Завтрак через полчаса. Потянувшись, Дикон повернулся на спину. После чего резко открыл глаза. Сегодня был день его отъезда в Лаик. Ричард был удивлён, когда месяц назад сообщили, что ему придётся поехать в школу оруженосцев. Казалось, что про Окделлов вспоминали, только когда вновь повышали налоги на Надор. Поэтому приглашение в Олларию или, как называет её матушка, Кабитэлу было неожиданным. Совершив привычные утренние ритуалы, Дикон спустился в столовую. Его матушка с сёстрами и дядюшка Эйвон уже сидели за столом. — Вы опоздали, Ричард. — Матушка поджала губы, её голос был привычно холоден. — Прошу прощения, — Дикон сел, опустив взгляд на скатерть. Ричард ел, не чувствуя вкуса, то ли еда была даже более пресной, чем обычно, то ли дело в том, что мысли его были далеко. — Сегодня очень важный день. Вы, Ричард, отправляетесь в столицу. Надеюсь, вы помните о своём долге. Вы встретитесь с близким другом нашей семьи. Вы обязаны неукоснительно следовать его советам. — Говоря это, матушка перебирала старые чётки. Дикон не знал, являлись ли они какой-то семейной реликвией или просто были подобраны в цвета рода Окделлов. — Да, матушка. — На самом деле Дикон не понимал, в чём заключается его долг. Ему уже 5 лет твердили, что он должен отомстить за отца, продолжить его дело. Только вот слуга как-то обмолвился, что дуэль Рокэ Алвы с отцом была на линии, а значит, победа была честной. Так за что он должен мстить убийце? Тем более, что эта дуэль спасла его отца от Занхи, а их семью от незавидной участи. Да и как он должен поспособствовать возврату власти Раканам, когда у Надора даже нет своей армии? — Рекомендую перед отъездом посетить часовню и помолиться Создателю, дабы он помог вам исполнить ваш долг.

***

Путь до Олларии был долгим. Дороги размыло из-за дождей, так что кони вязли чуть ли не по стремена. Матушка утверждала, что на пути им могут встретиться убийцы, ведь слишком много людей не хотят, чтобы герцог Окделл попал в столицу. Ричард не удивился, что все опасения оказались напрасными и дорога выдалась спокойной, ведь герцогиня Мирабелла часто преувеличивала и надумывала опасности. Наконец они въехали в ворота Олларии. — Запомните, Ричард, в столицу мы приехали не сегодня вечером, а завтра утром. — Ларак старался говорить тихо, так что Дикону приходилось прислушиваться. — Сегодня ты встретишься с Августом Штанцлером, другом вашего покойного отца. Придорожная гостиница "Мерин и кобыла" была небольшой, но достаточно уютной. Постучавшись, в их комнаты зашёл пожилой монах. — Дикон, как же ты похож на отца, — откинув капюшон, произнёс этот тучный человек. Ричард понял, что это и есть эр Щтанцлер. У него было простое умное лицо, но взгляд показался Дикону неприятным. Он не понимал, откуда у него появилось это ощущение, но смотреть в глаза этому человеку было сложно. Далее шёл длинный монолог Августа Штанцлера на тему того, как вести себя в "загоне". Дикон не считал все эти советы полезными, но решил на всякий случай запомнить. После разговора ужин вышел неловкий. Кансилльер пытался вести беседу, Ларак ему вторил, Ричард же плавал в своих мыслях. Он совсем не так представлял себе "друга семьи". Как вообще его отец мог общаться с этим неприятным человеком? Разговор перешёл на тему восстания Эгмонта. По словам Штанцлера, Талигойя может надеяться лишь на Ричарда в роли её освободителя, ведь только он может заменить отца. Это утверждение показалось Дикону лживым. Кансилльер явно играл на его самолюбии и чувстве важности, только вот Ричард понимал, что вряд ли он один такой "достойный". Закончился этот разговор ближе к ночи. После ухода Штанцлера юноша отправился ко сну, но заснул лишь на рассвете.