Психо-терапия

      Вечер оказался шикарным и без продолжения, потому что давал надежду на что-то большее, чем разовый перепих, и на что-то более интересное, чем обычный перепих. Брок, уловив задумчивость собеседника, прикрутил тарахтелку и молча любовался. Но пускать на самотёк такое серьёзное дело было нельзя. - Как сегодняшняя терапия? - Познавательная. И вкусная. - Повторим? - Давай, только не здесь. - Давай в "Восхождении"? Там классно. - Ну... Можно. - Дай мне свой номер телефона, чтобы маякнуть накануне, все ли в силе. Я тоже дам. Чисто контрольный созвон. Мало ли...       Момент был щекотливый, но ему рассеянно кивнули, и они проговорили друг другу заветные коды доступа. Взмах рукой, и жёлтая машина притормаживает напротив. - Пока. - Пока.       И можно откинуться назад, расслабить шею, дать свободу лицу и блаженно пялиться в светло-серую крышу. Потом собраться в кучу, вынести себя домой, оглянуться, как в месте, куда попал впервые. Не задумываясь, раздеться, раскидав вещи, подняться, упасть, снова улыбнуться. Включить обратный отсчёт и заснуть почти счастливым.       И снова рутина трудовыебудней. Джек искоса посматривал и вопросительно пошевеливал бровями, зная, что спрашивать словами у отворачивающегося дружка с чуть окоселыми глазами пока бессмысленно. Каша должна довариться, быть распробованной и признанной годной, или хлынуть из горшка вЕрхом, нанеся ожоги разных степеней; и вот тогда прочищай уши и устраивайся поудобнее - рассказ будет подробным. Брок умилялся и молчал, в бандану ли, в шлем, боясь расплескать свое чудное ощущение летающих внутри и переливающихся пузырьков. Даже внезапно встреченный Пирс ушёл удовлетворенным блеском в глазах, хотя ему безбожно наврали про служебное рвение. - Отлично, отлично, Рамлоу! - вяло похлопала по плечу морщинистая веснушчатая ладонь, как раз по тому месту, по которому всего несколько часов назад с энтузиазмом трескал Роджерс, причём с такими же комментариями.       Сложнее всего было заставить себя не бросаться к телефону на каждую вибрацию и не гипнозитировать чёрный экран, но и этот навык тренируем, а потому субботнее сообщение с предложением встретиться чуть попозже, провисело непросмотренным целых полчаса.       "Без проблем. Я тогда пропущу Чейн, чтобы не болтаться три часа одному. До встречи."       Лучше поспать впрок, это никогда не лишнее при такой нервной работе.       В клуб они явились, не сговариваясь, в кожаных куртках - на календаре весна, хотя вечера и ночи ещё такие же зябкие. Сели за барную стойку и решили сегодня ударить по текиле. Разговор свернул на тему сайтов знакомств. Англичанин сознался, что не имеет такого опыта, и американец, у которого опыта подобного рода было больше, чем хотелось, принялся травить байки о своих угарных переписках и провальных свиданиях. Глаза блестели, щеки краснели, смех становился громче.       Брок сидел и мучался тактильным голодом - невыносимо хотелось потрогать, погладить, потискать, хотя бы невзначай прижаться бедром или коленкой. Но эти "случайные" прикосновения редко выглядят достоверно, и приходилось терпеть - ставки были высоки, как никогда.       Спустя часа полтора, когда они уже перекусили, а алкоголь явно сделал свое полезное дело, Брок предложил заказать приват-танец. - Мальчика или девочку? - спросили в ответ безо всякого ломания. - А ты кого хочешь?.. Ну, если не знаешь, тогда мальчика. Какого?       Ответа на этот вопрос пришлось ждать долго, и Брок снова взял инициативу в свои руки, выбрав молодого худощавого парня с темными волосами.       Немалую часть комнаты с зеркалами занимал роскошный полукруглый диван. Они сели недалеко друг от друга, конечно не лицом к лицу, но, стоило чуть повернуть голову, как можно было смотреть почти в упор. Стриптизер начал двигаться и раздеваться, стоя между ними, и иногда мешал подглядывать за реакцией второго зрителя.       Мальчик был хорош - детально проработанное, но не перекачаное тело, выразительные глаза, пухлые губы, прекрасная пластика, но воображение упорно пририсовывало ему другое лицо.       Показав товар со всех сторон, танцовщик выбрал первым Брока, залез ему на колени и начал прижиматься. Теперь он почти не мешал смотреть, и уже через пару минут стало ясно, что второй клиент смотрит только на первого. - Я не умею танцевать, - хрипло хохотнул Брок, чувствуя биение пульса в самых разных частях тела. - А он - да!       Ему в ответ неопределенно пожали плечами: - Мне хочется смотреть на твою реакцию. - А на него? - А на него не хочется. - Почему?       Увидев капризно искривленные губы, Брок сунул в неснятые ещё штаны денег и мотнул головой на выход. Повторять не пришлось. Он пересел ближе, почти касаясь коленом колена и повторил: - Почему? - Он мне не очень нравится. - Зачем соглашался? - Хотел посмотреть, кто нравится тебе. Но понял, что мне нравятся другие. - Какие? - Постарше. - Постарше его или тебя? - Меня. - А ещё какие характеристики? - Помощнее, - и руки очертили в воздухе плечи, не Уже Роджерсовых, или...       Сердце заколотилось. Брок плавно поднялся и одним движением перетек ближе, встал на диван коленями, но не стал садиться на бедра, держа задницу на весу. Стащил лонгслив, отбросил, не глядя и почти прижался грудью к носу: - Типа такого?       На него посмотрели абсолютно пьяными глазами, хотя ещё пять минут назад взгляд был острым и насмешливым. Губы закусили, а потом облизнули.       Брок согнул руки в локтях, напрягая бицепсы: - Потрогай и скажи, достаточно ли мощные.       Ладони опустились на плечи и заскользили ниже, пока не уперлись в сгибы локтей, после чего накрыли и сжали соски. Они оба дышали часто, гораздо быстрее, чем дышат люди в состоянии покоя, а мир вокруг перестал существовать.       Брок пересел уже спиной к животу, на этот раз опустившись ниже и коснувшись ягодицами ног. Откинулся назад, касаясь обнажённой спиной мягкой ткани, и положил руки себе на живот. - Пересчитай кубики, и скажи, достаточно ли красивые.       В шею судорожно выдохнули, щекоча тёплым воздухом, и горячие пальцы обрисовали все доступные контуры.       Брок снова развернулся лицом к лицу, на этот раз усевшись всем весом. Провел ладонями по волосам, наклонился и замер, почти касаясь носом носа: - Ты не ответил. - Достаточно, - прошептали ему беззвучно, и потянулись губами навстречу.       Они целовались и целовались, словно не делали этого с сотворения мира или, в лучшем случае, с момента изгнания из рая. Неудержимо хотелось провести губами по скулам, бровям, бешено пульсирующей коже между подбородком и шеей. Ширинка не треснула лишь потому, что была сшита из качественного денима и намертво удерживалась металлическими зубьями молнии. В какой-то момент Брок нашёл в себе силы оторваться, запустил руку между чуть разведенных ног и обнаружил там шикарный стояк: - Его я тоже хочу поцеловать.