Пролог
31 июля 2025 г., 11:02
"Когда последний меч сломался о броню врага, и знамя пало в прах
Достойней смерть принять, чем солнце встретить в рабских кандалах"
Неизвестный автор
***
Что определяет победу и поражение? Ответьте себе на этот вопрос. Для каждого критерий победы будет разный. Для кого-то это власть, для кого-то — материальные блага, ну а для кого-то возможно даже свобода или жизнь. Для кого-то может быть... но не для меня. Моей победой является правда. И прежде чем вы скривите лица с фразой "ещё один придурок твердящий "сила в правде"...", позвольте мне поведать вам мою не слишком короткую и довольно-таки мрачную историю. Звать меня Влад Демионов. Я владелец небольшого магазина бытовой техники на окраинах областного центра. Вернее, был таковым до недавнего времени. Свой магазинчик я унаследовал от отца, так что это, можно сказать, семейное дело. Дело, которое свело меня в могилу... Поначалу я не слишком задумывался над тем, почему мой отец так старательно готовит меня к тому, чтобы я унаследовал семейный бизнес. С тех пор, как моя мать пропала без вести, отец был сам не свой, и я его понимал — сам долго горевал из-за потери близкого человека. Однако я в итоге смирился с этим, но отец, похоже, нет. Уже тогда я должен был что-то заподозрить, но не сделал этого. Большая ошибка с моей стороны. Когда мне исполнилось двадцать лет, я всё-таки узнал правду, подслушав разговор отца с каким-то важным человеком, а затем расспросив уже наедине. Отец долго отнекивался, но в итоге сдался, выложив всё как есть. Оказывается, тем самым важным человеком, с которым он говорил, был один из крупных шишек крупного преступного синдиката. По молодости, когда мне было ещё совсем мало лет, отец задолжал этому самому синдикату крупную сумму денег. Очень крупную. Поначалу он старался уладить дело миром, но бандиты сразу дали понять — компромиссов не будет. Они убили его жену — мою мать — и припугнули, мол, заявишь в полицию, с твоим сынишкой случится кое-что похуже. С тех пор мой отец и стал пешкой синдиката, а семейный бизнес ныне использовался преступниками для отмывания денег. Конечно же, я был разозлён, услышав об этом, и жаждал мести. Но отцу удалось успокоить меня и убедить не предпринимать ничего необдуманного. Он и так крупно рисковал, рассказав мне обо всём раньше положенного. И, честно говоря, лучше бы не рисковал. Кто-то из бандитов прознал о произошедшем и донёс начальству. Те, не медля, жестоко расправились с моим отцом. Подробности рассказывать не буду — до сих пор больно вспоминать, что пришлось пережить старику... Меня же пощадили, поскольку посчитали достаточно напуганным, чтобы я боялся рассказать хоть кому-то о произошедшем. Но только при условии что займу место отца как управляющего данной ячейки синдиката. Скрепя сердце, я согласился, ведь понимал, что это единственный способ выжить и когда-нибудь отомстить. Шли годы. Я играл свою роль послушного слуги синдиката, но о своей мести не забывал. На создание приемлемого плана ушло много времени, ещё больше — на его осуществление. Втереться в доверие сначала к низшим членам синдикатам, а после завоёвывать ещё больше доверия, двигаясь к верхушке, аккуратно узнавая грязные секреты синдиката и собирая эту информацию в скрытом хранилище. Играть роль верного слуги криминала было утомительно и омерзительно одновременно, но я держался стойко. Держался, чтобы отомстить. За мать, за отца, за жизнь, отнятую у меня по прихоти богатых ублюдков. И мои старания окупились. Архив с компроматом, коего достаточно, чтобы уничтожить весь синдикат под корень. Осталось только доставить его куда нужно, и дело в шляпе. Управимся до обеда...***
До обеда... Ага, как же... Третий день в бегах, скрываюсь от ищеек синдиката. Похоже, кто-то прознал о моём плане. Как не вовремя... С собой только пистолет, три магазина к нему да любимая трость. Еда закончилась ещё прошлым утром, что же насчёт воды — приходится перебиваться каплями концентрата. Чувствую, как организм начинает сдавать. Ещё бы. Я никогда не был приспособлен для физических нагрузок или выживания в экстремальных условиях. Кем я был, тем и остался — хрупким мальчишкой, который решил пойти против системы... Шум на нижних этажах. Похоже, обнаружили, что я прячусь здесь. Что ж, эта гонка не могла продолжаться вечно... По крайней мере, я приготовил им неприятный сюрприз. С трудом встав, я зашагал в сторону лестницы, опираясь на трость. Учитывая, копией чьей трости является моя, ситуация получается ироничной. Я ведь, как и он, тоже сейчас рассыпаюсь в прах, пусть в моём случае больше метафорически... Подъём занял дольше времени, чем я предполагал. На предпоследнем этаже бандиты нагнали меня. Пришлось отстреливаться. Успешно, однако пистолет заклинило после последнего выстрела. Сил, чтобы привести его в рабочее состояние, у меня нет. Вот ведь досада. Когда я всё-таки добрался до крыши и дошёл до её края, сзади послышался топот. Ещё несколько бандитов. И все, как один, нацелили оружие на меня. — Сдавайся, предатель. Тебе некуда бежать. Я усмехнулся и обернулся к ним. Увидев, что я невооружён, бандиты немного расслабились, но всё ещё были готовы выстрелить. — И какой же резон мне сдаваться на милость жалких крыс? Иль думаете вы, что я потерял рассудок? — Будешь и дальше бормотать херню — подтвердишь это. — Сдавайся, — сказал второй бандит, — и, возможно, босс сохранит тебе жизнь. — О, да неужели? Так же, как он сохранил жизни моих родителей? — съязвил я. — Не придуривайся, будто у тебя память отшибло. Сам знаешь что твой папаша был должен солидную сумму боссу. Так что сам виноват. — Не спорю — отец мой был далеко не умным человеком. Но вот то что вы сделали с моей матерью, я вам не прощу. — Громкие слова для того, кто загнан в угол. Сдавайся уже, и закончим этот фарс. В угол, говорите? Насколько я вижу, у меня есть как минимум один выход. — "В час, когда надежда обратилась в тлен, ступлю я бездну но не сдамся в плен." Сказав это, я сделал шаг назад. — Что за... Хватайте его, парни! Но было слишком поздно. Я уже летел к земле. Короткая вспышка боли, а затем темнота. Похоже, сломал шею. Так даже лучше. Никаких шансов для них вернуть меня в нормальное состояние. А когда они обыщут тело, их ждёт неприятный сюрприз...***
— Чёрт, не успели! — пробормотал один из бандитов. — Кто ж знал, что этот парнишка окончательно свихнулся... Но тем лучше для нас. Спускаемся и обыскиваем его, ребята! Архив должен быть при нём. Спустя несколько минут — Эм, здесь ничего... — Что значит "ничего"? — То и значит. Никакой флешки, внешнего диска или ещё чего-то похожего... Они ещё не знают, что архив, который они ищут, давно отправлен по нужному адресу. Оппонент переиграл их даже находясь на том свете...***
— Браво! Браво! — из ниоткуда заговорил незнакомый голос, обладатель которого, похоже, ещё и аплодировал. — Изумительно! Бесподобно! Даже я не придумал бы плана лучше! — Аргх... — отозвался я. — Можешь не орать, придурок? Голова раскалывается, будто на неё кирпич уронили с девятого этажа. — То, что уронили, это ты верно подметил, — всё не унимался незнакомец. — Вот только уронили тебя, а не кирпич. — Если это какая-то плоская шутка, то несмешно. — Никаких шуток, друг мой. Ты реально упал с девятого этажа головой на асфальт. Красивый уход, учитывая, как ты смог поднасолить тем идиотам из криминала... Вот тут я занервничал. Да кто этот чудик, чёрт побери, такой? Откуда он знает, что произошло перед моей смертью? И почему я до сих пор жив? — Жив ты потому, что у меня есть к тебе деловое предложение, — тут же ответил он на неозвученный вопрос, чем окончательно вверг меня в ступор. — Сделка проста как сюжет исекая. Ты мне — героический эпос, а я тебе — главную роль в этом эпосе. Так что в твоих же интересах выполнить свою часть сделки добросовестно, ведь от этого зависит, что принесёт тебе роль главного героя — славу и богатство или боль и страдания. — А если я откажусь? — ради интереса спросил я. — Тогда отправишься прямиком к Смерти. Но, скажу честно, жалко отдавать такую перспективную душу в утильсырьё. Я задумался. С одной стороны, прожить жизнь так, как хочется мне, не оглядываясь на призраки прошлого, звучит как хорошая идея. Но вот героический эпос... — Что хоть за эпос? — О, всё очень просто — тебе нужно будет заменить героя-спасителя мира. Видишь ли, оригинальный спаситель настолько аморфный, что по сравнению с ним даже амёба выглядит гигантом мысли и действий. Так что для интересного эпоса нужен тот, кто не побоится действовать. Кто-то вроде тебя... Интересно, что это за "херой" такой? Наверняка какой-нибудь япошка... — Хорошо, убедил. — Рад, что мы нашли общий язык, — удовлетворённо ответил незнакомец. — Ах да, ещё кое-что. Свою личность ты не сможешь использовать в новом мире, чтобы не привлекать внимание Смерти. Так что придётся тебе взять новый образ. На секунду он прервался, а затем продолжил: — Но, вижу, с этим ты уже разобрался. Значит, решено. Ступай же, V. Разгони багряные небеса, сгустившиеся над новым миром...***
Снова яркая вспышка света и падение. На сей раз менее болезненное, и не смертельное. Открыв глаза и с трудом встав — благо, трость осталась при мне — я огляделся. Огромное полутёмное помещение, похожее на собор. У стен стоят ряды колонн. В центре помещения — нарисованный на полу круг с какими-то символами и рунами. В этом круге как раз и находился я, вместе ещё с тремя людьми, рассмотреть которых получше пока не представлялось возможным. Как и ещё нескольких человек, стоявших за пределами круга. Последних дополнительно было сложнее рассмотреть из-за капюшонов. Надолго повисло молчание. А затем один из людей за кругом удивлённо спросил: — Что за... где четвёртый Герой? И что это за задохлик в чёрных одеждах? Похоже, речь обо мне. Что ж, видимо, предстоит долгий разговор. Становится всё интереснее и интереснее...
