Дом в Глубине 3

Ещё не рассвело. Небо на восходе было окрашено в предрассветные цвета. Дом вышел, наконец, из мёртвого треугольника. Ноэль сидел за столом, держа в руках горячую чашку с кили. Спать он даже не пытался, он знал, что не сможет и надеялся на чудо ягоды-бодрости теперь. Генри застыл черной каплей перед камином. Может быть спал, может просто не двигался. Девочки сидели на ступенях лестницы и тихо переговаривались о чём-то. Положив голову на сложенные перед собой руки, за столом напротив Ноэля сидел Лео, а рядом с ним, тоже с чашкой синего напитка расположилась Лиска. — Вообще, глядя на вас со стороны, иногда складывается впечатление, что у вас роман, — сказала Лиска. — Не обижайся, если что. Говорю, что вижу. — Ага, — сказал Лео. — А я что говорю. — Лео, кстати, на Бритву так не крысился, пока ты не появился, — сказала Лиска. Лео толкнул её под столом. — Он точно ревнует, — сказала она мстительно. — Лео то у нас без комплексов, его романом с парнем не напугаешь. Лео снова попытался пнуть Лиску под столом, но она ловко увернулась. Ноэль задумался. — А бывают дружеские романы? — спросил он. — Не слышала, — Лиска пожала плечами. — Бывают, — печально сказал Лео. — Когда влюбляешься в человека душой, а не телом. И может быть даже, что с первого взгляда. Не знал вчера человека, а вдруг р-р-раз, и он твой любимый друг. Без пошлости. Реально. Бывает так. — У тебя было? — спросила Лиска. — Всё тебе расскажи, — сказал Лео. — Хочешь лучше расскажу, как меня препод по мировой литературе в институте пытался развести на интим за оценку? — Что-то мне подсказывает, что не он тебя, а ты его, — Лиска фыркнула. — Больно надо, — хмыкнул Лео. — Ты бы видела этого старого пидораса. — Почему ты, действительно, всё время конфликтуешь с Бритвой? — спросила Лиска у Лео. Лео зевнул демонстративно. — Потому что он тебя побил? — не отставала Лиска. — Ну во-первых не он меня побил, а мы друг друга побили, — сказал Лео. — Во-вторых, а ты любишь людей с которыми дралась? — Всё зависит из-за чего. В тот раз ты виноват был. — Нихрена! — воскликнул Лео и сел прямо. — Не был я виноват. Лексу было шестнадцать, это уже взрослый, блять, лоб. Он в состоянии, как бы, сам решать с кем он и чего хочет. Я к шестнадцати уже дважды сам, ответственно, от гонореи вылечился. Не кажется тебе, блин странным, что у Лекса ко мне никогда претензий не было, а у Бритвы с какого-то хера, были! Не я к Бритве плохо отношусь. Это он в мою сторону снобит всю дорогу и поливает своей пассивной агрессией. — Когда вытащим Бритву, устрою вам семейную психотерапию, — сказал Ноэль и вздохнул. — Вытащить бы только его. — Вытащим… — сказал Лео. — И я, кажется, придумал, как. — Как? — Ноэль посмотрел на Лео с надеждой. — Мэр покойный же этих Тех как-то вызвал, — сказал Лео. — Значит знал, как вызвать или кто-то подсказал. Надо поискать в его записях и порасспрашивать его домочадцев, там, слуг или кто у него ещё был. Короче — надо найти тот способ, которым он вызвал Тех и вызвать их. Затем ты привораживаешь того бесполого и говоришь: “Отдай Бритву и я буду твоя”. Ну и не держишь слово, само собой. Ноэль усмехнулся и медленно кивнул. — Ты супер! — сказал он. — Если там способ вызова этих Тех типа того, который нам начинал читать монстролог, то у мэра это точно где-то записано должно быть, потому что там хрен запомнишь. Ноэль тоскливо посмотрел на верх лестницы. — Мариша проснётся и надо в Бемот. Уверен, нам новый мэр поможет с тем, чтобы доступ к записям предыдущего получить. — В Бемоте сегодня надо ещё договориться, чтобы нас их тягачи подхватили и начали уже смещать в нужную сторону, — сказала Лиска. — А то не успеем. Нас от берега надо оттащить подальше, чтобы мы мимо этого рифа не прошли. — Девчонки, с дороги, — раздался сверху хриплый голос Маришы. Сильва и Лиза ойкнули и быстро спустились с лестницы. Мариша, лохматая, бледная, с синяками под глазами, запахнувшись в бархатный зелёный халат, спустилась по лестнице и, быстро подойдя к столу, рухнула на стул. — Девочки, — сходите на четвертый этаж, в кабинет, посмотрите, что там ещё проросло за ночь. Сильва и Лиза недоверчиво на Маришу покосились и со вздохом пошли наверх. Мариша выждала секунд двадцать, прислушиваясь к шагам. — Это жесть… — сказала она. — дайте мне кофе кто нибудь, пожалуйста! Ноэль, чувствуя, как тревога сковала грудь, встал и прошел на кухню. Он достал чашку из шкафа и наполнил её синей жидкостью из кофейника. Вернувшись, Ноэль передал чашку Марише и сел напротив неё, выжидательно глядя. — Рассказывай, не томи, — сказала Лиска. — Боже… — Мариша отпила из кружки сразу треть, — я его видела, — шепотом проговорила она. — Там всё ужасно… Они его пытают! От него требуют, чтобы он назвал имя того, кому мы служим и не верят, что никому. Его держат в темнице, там всё в корнях деревьев и страшно, пиздец. И его эти корни оплетают, и он всё время спит. А когда не спит, приходят они и спрашивают… Это просто жесть! — Мариша ещё отпила из чашки. — Нужно срочно его оттуда вытаскивать! Срочно! Ноэль простонал, встал и принялся ходить по комнате, грызя ногти. Лео встал, подошел к Ноэлю и взял его за руку, которую Ноэль принялся грызть. — Ногти оставь в покое, — сказал Лео. — Собираемся и плывём в Бемот, выяснять как мэр вызывал этих грёбаных эльфов. Мариша, давай с нами. Нам четыре человека на вёсла нужно. — Пойду оденусь, — сказала Мариша, допила залпом кофе и поспешила к лестнице. Ноэль кивнул, глядя на Лео. — Спасибо, — сказал он. — Пойду тоже оденусь и напишу записку остальным. Встречаемся тут через пять минут. Они причалили к пристани как раз, когда первые лучи солнца вырвались из-за горизонта, окрашивая в яркие цвета крыши и верхушки деревьев. — Здравствуйте господа, — поприветствовал вылезающих из лодки друзей молодой парень в брезентовой куртке, подходя к лодке. — Мне с вас деньги брать запретили. Добро пожаловать в Бемот. — Доброе утро, — сказал Ноэль. — А подскажите, где дом нового Мэра? Парень обернулся, разглядывая город. — Видите красную крышу? — спросил он. Ноэль присмотрелся и увидел среди мешанины крыш, шпилей и мансард красную крышу башенки. — Вот это он, — сказал парень. — Прямо через рынок по улице, а у ратуши налево поверните. — Спасибо, — поблагодарил Ноэль парня и обернулся. — Ну что, пошли! — сказал Лео. — Чего сиси мнём? Было бы кому. Ноэль усмехнулся и быстрым шагом направился в сторону портового рынка. — Может извозчик тут где-нибудь будет, — сказала Мариша. — Сомневаюсь, — Лиска окинула взглядом сонный порт, в котором не видно было никакого движения. — Мне кажется тут не особо денежный период для извозчиков. На рынке, самые ранние продавцы только начинали раскладывать товар. С друзьями здоровались, желали доброго дня. Угостили свежими булочками, ещё теплыми, недавно из печи. На ходу жуя вкусный хлеб, компания вышла на улицу и направилась к красивому старинному каменному зданию ратуши. — Интересно, сколько лет этому городу, — задумчиво произнесла Мариша. — И в курсе ли горожане, сколько ему лет и когда его поглотила глубина. — Интересно, что с ним было до того, как его поглотила глубина, — добавила Лиска. — Ведь он был в каком-то нормальном мире, которого больше нет. — Так и Земля могла бы сейчас тут кусками болтаться, — сказал Лео. — Полезно иногда напоминать себе, что нас не за просто так турнули навсегда из родного мира, — сказал Ноэль мрачно. — Надеюсь, там всё хорошо и всё это не было напрасно. — А мне вот что интересно, — сказала Мариша, — если здесь в Глубине есть люди, зачем Принц вербовал своих Слуг Глубины на Земле? — Может условие игры, — предположил Ноэль. — Или местные отмечены уже Глубиной и не способны владеть арканами, — сказал Лео. Миновав ратушу друзья свернули налево, на симпатичную прямую улицу. Здесь были хорошие, красивые дома с маленькими палисадниками. — Элитный район, — сказал Лео. — Манхэттен! Ноэль усмехнулся. Дом нового мэра Бемота скромным не выглядел. — Чувствуете этот тонкий аромат коррупции? — спросил Лео. Ноэль, улыбнувшись, кивнул и подошёл к массивной двери из дерева красивого, красного цвета. Взявшись за дверной молоток в виде лапы кота, он настойчиво и громко постучал. Спустя примерно полминуты дверь приоткрылась, и за ней показалась вторая дверь — решетчатая, за которой стоял в халате пожилой сонный мужчина. — Что угодно? — спросил мужчина с возмущением в голосе. — В такую рань у нас все ещё спят. — Нам нужно повидаться с мэром, — сказал Ноэль. — К сожалению, это срочно. Я, Ноэль Хармс, это… — Впусти их, — раздался в глубине дома голос и мужчина, продолжая смотреть неодобрительно, отпер дверь и посторонился. Друзья вошли в небольшой, но очень роскошно обставленный вестибюль и увидели, как по лестнице к ним, в халате и в полосатом ночном колпаке спускается Перри Селер, новый мэр Бемота. — Надеюсь, никакой катастрофы не случилось? — спросил он взволнованно. — Нет, — ответил Ноэль и, решив добавить важности моменту, прибавил, — пока что нет. — Пройдемте в мой кабинет тогда, — сказал вальяжно мэр и направился к красивым дверям из красного дерева. — Осфин, принеси нам чаю, будь добр. В кабинете, который Ноэлю больше напомнил помещение дворца-музея, типа Версаль, мэр предложил гостям присесть в полосатые бело-голубые кресла на золочёных изогнутых ножках и сел сам. — Итак… — мэр сложил руки домиком и посмотрел на гостей. — Нам нужно изучить бумаги бывшего мэра, — сказал Ноэль. — Тира Ваклиса, то есть? А могу я поинтересоваться зачем? — Перри внимательно взглянул на Ноэля и тот растерялся. — Нужно сделать так, чтобы Те не вернулись, — сказал Лео. — И не стали мстить. Для этого нам нужно знать, как покойный мэр их вызвал и что обещал. — Мы надеемся, что это может быть в его записях, — добавила Лиска. Ноэль увидел обеспокоенность на лице мэра. Тот задумчиво какое-то время стучал пальцами по подлокотнику кресла, а затем кивнул. — Хорошо. Если вы меня подождете, мы вместе пойдём в ратушу. — Думаете это в ратуше? — спросил Ноэль. — Не дома? Мэр криво усмехнулся. — Бедняга Кроуди фактически жил в ратуше. С супругой у него были невозможно отвратительные отношения. Он её, я полагаю, боялся. Впрочем её половина города боится. Ужасно скандальная особа. — А ещё, — сказала Мариша, — наш Дом вышел из мёртвого треугольника и его бы пора уже толкать к рифу. — Ага… — Перри встал и переместился за свой рабочий стол. — Тогда я сейчас… — он достал лист бумаги, чернильницу и перо и принялся что-то писать, — напишу начальнику порта… Дописав, Перри посыпал письмо тальком, встряхнул и, сложив вдвое, упаковал в конверт. — Осфин! — крикнул он. — Иду, иду… — отозвался пожилой мужчина, открывая дверь. Он вошел с подносом, на котором было пять чашек с чаем в блюдцах и корзинка с разнообразным печеньем посередине. — Письмо нужно срочно отправить начальнику порта, — сказал мэр, протягивая письмо. Осфин без лишней суеты поставил поднос на столик и, подойдя к мэру, взял письмо. — Будет сделано, — ответил он. — Отлично! — Перри встал и подошёл к двери. — Подождите меня минут десять и пойдём в ратушу. Когда мэр скрылся за дверью, Ноэль выдохнул. — Ты огонь, — сказала Лиска и ткнула Лео кулаком в бок. — Круто вывернулся, — сказал Ноэль. — Не за что, — ответил Лео, откинулся на спинку кресла и принялся рассматривать кабинет. — На потолке только голых амуров не хватает, — сказал Ноэль. — Ты что, похабник?! Это же рабочий кабинет, какие амуры?! — воскликнул Лео. — Очень надеюсь, что мы найдём то, что нужно, — вздохнул Ноэль. — Не ссы, принцесса, — ответил Лео. Мариша взяла чай и печенье и принялась с аппетитом жевать. — Хоть позавтракаю, — сказала она. Лиска тоже стащила печенье из корзинки и задумчиво от него откусила. — А что-то его насторожило, — сказала она. — В том, что мы записи мэра прошлого хотим смотреть. Лео широким жестом обвёл кабинет. — У прошлого, я уверен, был ещё роскошнее, — сказал он. — Как думаешь, было ему что скрывать? — Да уж… — Лиска скептически обвела кабинет взглядом. — У меня бы в глазах пестрило в таком работать. — Да… — Лео развалился в кресле и сложил руки на животе, — в таком кабинете не работать надо. В таком кабинете нужно секретаршу полюбливать… Ну или секретаря, кому что больше нравится… Мариша фыркнула, а Лиска улыбнулась. Ноэль же сидел и стучал ботинком по полу, нервничая из-за необходимости ждать. В ратуше в столь ранний час, как ни странно, уже были люди, ходили между кабинетами, носили какие-то папки. Ноэлю сложно было себе представить, чем они здесь занимаются. То есть объективно он понимал, что наверняка налогами, снабжением, закупками, строительством, дорогами, коммунальным хозяйством и огромным количеством нужных вещей, точно тех же, какими занимаются чиновники в каком-нибудь земном мегаполисе. Но в его голове, почему-то, упорно не вязалась вся эта нужная чиновничья работа со звучным словом “ратуша”. Видимо, сказывалось увлечение D&D и фэнтези книгами. Украдкой зевая, мэр провёл друзей по гулким коридорам старинного здания к деревянной, красивой двери, с которой, что было видно по не выгоревшему пятну на двери, недавно сняли табличку. Парри достал из внутреннего кармана сюртука ключницу, нашел нужный ключ и отпер дверь. — Как раз окна на восход, будет хорошо всё видно, — сказал он. Ноэль заглянул в кабинет и обомлел. По периметру кабинета стояли пустые полки, в центре — красовался большой пустой стол, а на полу стояли в ряд двенадцать больших коробок с бумагами. — Вот, — со вздохом сказал Перри. — Я, собственно, почему без энтузиазма отнёсся к вашей идее… Ноэль переглянулся с друзьями. Все были в растерянности. — А у прошлого мэра не было доверенного помощника, или секретаря? — спросил Ноэль. — Кого-нибудь, кто мог знать о его планах вызвать Тех. Приподняв брови, Перри задумался. — Я его секретаря к вам пришлю, — сказал он. — Пусть заодно помогает искать. — А сейчас я вас оставлю. Надо и своими делами заняться. Держите меня в курсе, если что. — Спасибо, — сказал Ноэль, потерянно глядя на коробки. — Это пиздец, — сказала Лиска, когда мэр вышел. — Мы тут неделю проведём. — Ну не… — ответил Лео. — Всё что с цифрами, сразу откладываем. И вот уже вместо двенадцати ящиков останется штуки три. — А если оно вперемешку? И мы даже не знаем что это, может он на уголке налоговой декларации какой-нибудь записал, как Тех вызвать… — Тогда беда, — сказал Ноэль. — Тогда у нас нет шансов. Раздался короткий стук в дверь и тут же дверь приоткрылась и в кабинет заглянул сухенький, остроносый мужчина неопределенных лет. На нём была белая сорочка и черный жилет, а на рукавах его были надеты чехлы, защищающие манжеты от чернил, а локти от протирания. Шейный серый платок был завязан так высоко и так туго, что казалось, что головой пошевелить он не может. — Дамы… господа. Вы просили меня прийти, — сказал он вкрадчивым голосом и протиснулся в кабинет. — Я секретарь… бывший секретарь покойного…господина Ваклиса. — Он вздохнул. — Пусть небеса будут к нему благосклонны. — Мы вас не задержим, — сказал Ноэль. — Вы знаете, ваш бывший начальник где-то мог сохранить информацию о том, как он собирался вызывать Тех? Секретарь вжал голову в шею и отрицательно покачал головой. — Ну, это же наверное не просто ритуал? — сказала Мариша. — Не знаю, откровенно говоря, — сказал мужчина. — Знаю только, что информация это, вероятно, ценная. А он не стал бы записывать секретную и ценную информацию там, где её могли бы найти посторонние. Так что даже предположить не могу… Ноэль переглянулся с Лео. Он был близок к отчаянию. — Так… — сказала Мариша решительно. — А откуда он знал, как это делается? Он специалист по общению с теми был? — Да ни разу не знал! — воскликнул секретарь. — Он боялся их как огня и долго искал, готовился, собирался, советовался. Ноэль выгнул бровь. — С кем советовался? — спросил он. — Откуда же мне знать с кем именно. Он переписку вёл с разными учёными людьми. С ними и советовался. Не с местными. У нас никто такими делами не занимается. — Бинго, — сказала Лиска и подтянула к себе ближайшую коробку. — Спасибо, — сказал Лео. — Не смеем задерживать. — Ага… ага, — сказал мужчина и, приоткрыв дверь, проскользнул в коридор. — Ищем письма, — сказала Лиска. — В переписке это должно быть. Ноэль поднял одну из коробок, водрузил её на стол и принялся выкладывать из неё папки и стопки бумаг. Искали молча, пыхтя и шелестя бумагами, пока, наконец, Лео не воскликнул: — А вот и они, родимые! Он извлек из коробки большой кожаный ларец без крышки и поставил на стол. В ларце, перевязанные лентами лежали стопки разнообразных конвертов, белых, желтоватых, коричневых, розовых, зеленоватых и даже чёрных, разных форм и размеров. — Стандартизация до них не добралась, — сказала Мариша и взяла в руки верхнюю связку писем. Лео взял розовую, развязал и вытащил сразу конверт из центра пачки. Вытащив письмо он принялся читать, присев на край стола. Ноэль аккуратно вынимал из ларца связки писем и раскладывал их на столе. Как он понял, рассортированы были письма по перепискам с конкретными людьми. — Знаю, как любишь ты, моё солнце, мои груди, велела художнику для тебя их запечатлеть. Когда картина просохнет, пришлю тебе с оказией… — зачитал Лео. — А я его жену понимаю, так-то… Он бы у меня тоже боялся, — сказала Мариша, перебирая толстые зеленоватые конверты и по-очереди вынимая из них письма. — Пишет ему какой-то мужик о книгах, которые прочел. Похоже на дружескую переписку. — Тут ему кто-то докладывает, сколько чего сгружают и загружают в порту какого-то Миртана. Это город, судя по всему, — сказал Лиска, вчитываясь в письма в белых узких конвертах. Со дна ларца Ноэль достал продолговатые золотистые конверты с тиснением в виде листьев и сломанными печатями рыжего цвета с отпечатанным на них жёлтым резным листом дерева. — Ого… — сказал он, взял верхний конверт и достал письмо. Письмо было коротким и написано было мелким почерком со всякими красивостяями и завитушками. Ноэль принялся читать вслух: — Право не знаю, чем могу помочь тебе, сын человеческий Тир Ваклис. В твоей беде тебе помогут гвардейцы Принца более, чем древняя магия. Напиши Его Высочеству и попроси прислать помощь. С приязнью, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — Это оно! — воскликнула Мариша. — Читай дальше! Ноэль убрал письмо в конверт, открыл следующий и развернул красивую тонкую бумагу. — На твоем месте, сын человеческий Тир Ваклис, мудрый из Тех выбирал бы между тем, что имеет и тем, что может получить, а не между тем, что хочет и тем, о чём мечтает. С недоумением, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — Тонко сказано. Хитрожопая лисица, — усмехнулся Лео. — Это походу он о нежелании Ваклиса пускать в Бемот гвардейцев Принца. Ноэль открыл следующий конверт. — Упорство твое достойно внимания, сын человеческий Тир Ваклис. И только поэтому пишу тебе: мышам сподручно воевать с мышами. Львам сподручно воевать со львами. Не нужно искать большего, чем то, что само идёт в руки. С непониманием, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — А он правда упорный… — сказала Лиска. — Давай дальше. Ноэль уже доставал следующее письмо. — Мольбы твои растопили даже моё старое сердце, сын человеческий Тир Ваклис. Но хочу предупредить тебя — за то, что дорого, дешево не заплатишь. Готовься что-то отдать. С сочувствием, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — Мы приближаемся к кульминации, как мне кажется, — сказал Лео. Ноэль достал следующее письмо и прочёл: — Раз говоришь ты, что рассудил зрело, сын человеческий Тир Ваклис, то не стану я сомневаться в этом. Один из пажей Осеннего дома мог бы разрешить твою беду. Прекраснейший имя его. Но будь готов отдать ему то, что он от тебя пожелает. Готов ли ты? С любопытством, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — Прекраснейший, мать его! — воскликнул Ноэль. — А когда у них классные прилагательные заканчиваются, они начинают войну? — Вполне вероятно, — сказал Лео. — И я серьёзно. Давай, читай дальше. Ноэль кивнул и достал следующее письмо: — Вижу рвение твоё, сын человеческий Тир Ваклис и не могу препятствовать более затее. Возьми вино золотое, гребень красивый и зеркало и положи это на траву. Сядь рядом и скажи смиренно: “Блотин Гвенвиниг Харс! Я, Тир Ваклис, сын человеческий молю, приди. Испей вина, расчеши волосы, посмотри, как прекрасен ты. Я исполню одно твое желание, а ты исполни одну просьбу мою”. С интересом, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — Да что за нахрен! — воскликнул Ноэль. — А не обещая ему ничего, нельзя его призвать? — Блин, подстава… — сказал Лео. — Там ещё два письма. Давай, читай дальше. Ноэль вздохнул и развернул следующее письмо: — Вопросы твои выдают неуверенность, сын человеческий Тир Ваклис. Уже писал я, что Прекраснейший разрешит беду твою. Но в нерешительности если ты и боишься я снова напомню тебе о гвардейцах Принца. С недовольством, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — Скотина какая… — сказала Мариша. — Он же его провоцирует! — И последнее, — сказал Ноэль и развернул лист бумаги: — Сын человеческий, Тир Ваклис, ты достал уже меня. Если готов, как писал, действовать — действуй. Не готов — не ной мне в письмах. Более я не отвечу. С возмущением, сенешаль Осеннего дома Мудрейший лис. — Скотина рыжая, — сказал Лео. — И ведь развёл Ваклиса. Сто процентов знал, что помогать ему этот Прекраснейший пидорас не собирается. — Ну а чего он хотел, я не понимаю, — сказал Ноэль. — Это же сенешаль Осеннего дома. А Принц — он тоже из Осеннего дома. Они же по идее за одно. Ну, этот мудрейший и рассудил, что раз бандиты в кабаке для Ваклиса недостаточная причина позвать гвардию Принца, то Те, творящие в городе беспредел, быть может станут достаточной причиной. Что делать то будем? Без обещания, интересно, сработает ли? — Мне кажется тут главное — вот эта херня сложнопроизносимая, — сказала Лиска. — Остальное, это обвес. — Да, я тоже так думаю, — сказал Лео. — Надо пробовать. Ноэль кивнул, положил письмо с описанием ритуала в конверт и убрал конверт во внутренний карман сюртука. Раздался вдруг стук в дверь и заглянул незнакомый мужчина в чёрном сюртуке. Друзья оглянулись, вопросительно глядя на незнакомца. — Прошу прощения, — сказал мужчина. — Но у входа в ратушу стоит пожилой господин и очень настойчиво просит увидеться с господином Ноэлем Хармсом.