Where The Duck Is Minerva McGonagall?/ Где, Блин, Минерва Макгонагалл?

Спустя семь лет после получения Наследия Философского Камня Понедельник, 4 апреля 2016 года Драко Малфой Три года назад Гермиона пришла на работу в очень короткой юбке, и с тех пор Драко жил в постоянном изнеможении. Демон Недосыпа (он же Скорпиус Малфой), которого обожали домовые эльфы, помогавшие ему с какашками, появился на свет и по большей части наполнял жизнь Драко радостью. Радостью, которая заключалась в том, что он безостановочно кричал до трёх часов ночи только для того, чтобы помучить Драко. — Я думал, что с возрастом дети становятся спокойнее, — пожаловался Драко, не в силах сдержать зевок, пока они с Поттером плыли по Чёрному озеру к острову в его центре. — Это ложь, которую говорят другие родители, когда чувствуют, что тебе хочется рыдать в подушку, — ответил Поттер, и в его голосе впервые прозвучало искреннее сочувствие. — Честно говоря, как только что-то становится проще, они находят что-то ещё, чтобы держать тебя в напряжении. Сейчас у Джеймса период, когда ему нравится играть в игру под названием «Джеймс мёртв», в которой он очень убедительно изображает смерть с помощью томатного кетчупа. Это чудо, что я до сих пор жив, учитывая, сколько сердечных приступов у меня чуть не случилось. И что ещё хуже, Джордж теперь снабжает его искусственными частями тела, которые он использует в качестве реквизита. А ещё есть Альбус, который каждую ночь общается со своими мягкими игрушками. Звучит вполне безобидно, но иногда животные настаивают, чтобы Альбус делал по-настоящему глупые вещи… например, мочился на кровать родителей. — Скорп — Малфой, он бы никогда такого не сделал! — в ужасе воскликнул Драко. — Хотя, если бы он это сделал, я бы обвинил его маггловскую сторону. — Уверен, у Гермионы есть что сказать по этому поводу, — лукаво заметил Поттер. — Я не говорил, что буду винить его маггловскую сторону вслух, — прокомментировал Драко, и Поттер рассмеялся. Как и много раз за последние семь лет, магия с силой швырнула лодку на остров, где она остановилась, готовая выкинуть Поттера и Драко. Пока они шли ко входу в подземелье Дамблдора (Поттер однажды попытался назвать его «Бэтпещерой», но, учитывая явное отсутствие летучих мышей, выглядел довольно глупо), Драко лениво размышлял о возможных причинах этого неожиданного визита. Он не собирался сегодня отправляться на Остров, но, получив длинное и очень взволнованное сообщение от Гермионы («Драко. Остров. Сейчас! Приведи Гарри.»), послушно отправился в путь. — Как думаешь, Гермиону посетило очередное озарение? — спросил Поттер, когда они спустились по ступенькам в туннель. — Милый Салазар, надеюсь, что нет. Однако, если она переживает духовное прозрение, я очень надеюсь, что на ней не короткая юбка; я пока не готов ко второму Скорпиусу… — ответил Драко. — Попробуй троих! Хотя Лили — просто ангел, так что мне не стоит жаловаться, — сказал Поттер, останавливая Драко, прежде чем они подошли к портрету его фаната номер один. — Если Гермиона предложит нам снова попытаться убедить Камень уничтожить себя, пожалуйста, можем мы просто согласиться? Она расстроилась, когда мы смеялись в прошлый раз, и Джин встала на сторону Гермионы, хотя она понятия не имела, почему Гермиона расстроилась. Прошла целая неделя, прежде чем Джин снова заговорила со мной, а это означало... — Никаких особых ванн, — сочувственно закончил Драко. — Я собирался сказать, что Джин заставляла меня есть салат целую неделю… — Они оба поморщились от такого возмутительно жестокого наказания… — Но мне также очень не хватало особых ванн. Если говорить о наказаниях, то запрет на секс и здоровое питание — явно худшие из них. — Ладно, хорошо. Ради твоей сексуальной жизни мы согласимся на любую нелепую идею, которую придумает моя жена, — сказал Драко, ободряюще похлопав Поттера по спине. — Спасибо, — сказал Поттер, и они снова двинулись вперёд. — Добрый день, вы двое. Гарри, ты прекрасно выглядишь! — заметил портрет Альбуса Дамблдора с нежной улыбкой. Драко закатил глаза. Семь лет спустя портрет всё ещё демонстрировал явное отсутствие здравого смысла, когда дело касалось фаворитизма. — Добрый день, Альбус, — весело поздоровался Поттер. — В каком настроении сегодня Гермиона? — Взволнованная, — ответил Дамблдор с понимающей улыбкой. — Кажется, её посетило озарение. — Я очень надеюсь, что она не попросит меня снова очаровать ливанскую алхимичку, — простонал Поттер. Я тоже; это было ужасно. — Не волнуйся, Гермиона очень быстро поняла, что очарование — это не то, в чём мы можем на тебя положиться, — сообщил ему Драко. — Эй! Это уже слишком; я могу быть очаровательным! — возмущённо воскликнул Поттер. — Я не виноват, что словарный запас Алхимички намного превосходил мой собственный. Откуда мне было знать, что Колофония — это какая-то древесная смола? Меня нельзя винить за то, что я перепутал её с колоноскопией. — Вполне объяснимая ошибка, — посочувствовал портрет Дамблдора, который всегда был готов встать на сторону Поттера, даже когда Чудо-Мальчик демонстрировал невероятную глупость. — Колоноскопия была наименьшей из твоих проблем, особенно если учесть, что ты спросил бедную женщину, слышала ли она когда-нибудь о Кнат в Зад! — недоверчиво ответил Драко. — Тот факт, что ты упомянул игру, придуманную американцами, суть которой в том, сколько кнатов можно удержать ягодицами, говорит всё о твоём так называемом очаровании. — Американцы придумывают такие забавные игры, — радостно заметил портрет Дамблдора, придав лицу Драко слегка испуганное выражение. — Жаль, что я не знал об этом при жизни. — Действительно, нам лучше не заставлять Гермиону ждать, — весело сказал Поттер. — Пароль на этой неделе: Сев Рулит! — Хватит придумывать нелепые способы называть меня Сев! — донёсся приглушённый голос портрета Снейпа из соседней комнаты как раз перед тем, как дверь распахнулась. — Давно пора! — воскликнула Гермиона, поднимая голову от своего компьютера (маггловское изобретение, управляемое говорящей скрепкой, очень сложное). — Почему у тебя такой травмированный вид? — спросила она, заметив слегка испуганное выражение лица Драко. — Альбус хочет сыграть в Кнат в Зад, — радостно объявил Поттер. — Ох... — Гермиона сморщила нос... — Я могла бы обойтись без этого мысленного образа. — Я тоже, — согласился Драко, с некоторым облегчением обнаружив, что его обожаемая жена решила сегодня надеть джинсы. Конечно, джинсы не могут просто так исчезать с помощью чар, но Гермиона начала кричать на него, когда он это делал, что также привело к заметному снижению сексуальной активности… так что лучше было этого не делать. Быстро поцеловав свою любимую, Драко переключил внимание на другое хаотичное явление в своей жизни — Доджера. Нюхлер, лежавший рядом с Гермионой на маленькой бархатной подушке, с нежностью посмотрел на Драко, когда тот начал гладить его по животу. — Ты стал отвратительно ручным, Драко, — пожаловался портрет Снейпа. — На это страшно смотреть. — Ой, а Северус тоже хочет, чтобы ему почесали животик? — спросил Поттер странным детским голоском, который Драко отказывался использовать даже с собственным сыном (некоторые уровни идиотизма лучше оставлять профессионалам). — Если ты хотя бы попытаешься прикоснуться к моему портрету, я скажу Фламелю, что ты снова хочешь услышать историю о том, как он создал Философский Камень, — прошипел портрет Снейпа в ответ. Чёрт! Только не это, что угодно, только не это! Все они с тревогой посмотрели на храпящий портрет Николаса Фламеля, который, к счастью, продолжал спать. За годы работы они поняли, что если спросить Фламеля о создании Камня (или о чём-то ещё), то обычно это приводило к шестичасовой лекции, из которой только первые десять минут были хоть сколько-нибудь понятны. — Ладно, не трогай его, Сев! — огрызнулся Поттер, когда Драко сел за стол. — Я буду сверлить тебя взглядом, пока ты не уйдёшь, — возмутился портрет Снейпа. — Кое-что не меняется, — ответил Поттер. — Зачем тебе карта Швейцарии? — спросил Драко, кивнув на карту, разложенную на круглом столе. — Тебе опять захотелось сыра? — Всегда, но карта Швейцарии мне нужна не поэтому, — быстро ответила Гермиона. — Я думаю, что нашла способ уничтожить Камень. — Мы что, собираемся растопить его в чане с сырным фондю? — спросил Драко, ухмыляясь, когда она разочарованно фыркнула. — Пожалуйста, будь внимателен, — взмолилась она. — Я уже знаю, что тебе будет сложно понять то, что я собираюсь объяснить. — Поттер имел наглость рассмеяться, но быстро замолчал, когда Гермиона добавила, — Это касается вас обоих. — Хорошо, давай послушаем, — подбодрил её Драко. Как обычно перед пространным объяснением от Всезнайки, она глубоко вздохнула и выпрямилась в кресле (прелестно). — Что касается существующих исследований по уничтожению Философского Камня, то есть один путь, который никогда не был изучен. На протяжении сотен лет основное внимание уделялось магическому решению, и это логично, ведь Камень — магический объект, а значит, для его уничтожения нужна магия, верно? Нет. — Да, — сказал Поттер, умудрившись попасть в самую очевидную словесную ловушку. — Неверно, — заявила Гермиона. Шокирующе. — …За прошедшие годы магглы добились значительных успехов в науке и технологиях. Я думаю, это может стать ключом к уничтожению Камня. — Неужели маггловская наука настолько сильна? — скептически спросил Драко. — Думаю, да, и именно здесь в дело вступает Швейцария, — сказала Гермиона, взволнованно улыбаясь. — Кто-нибудь из вас слышал о Большом адронном коллайдере? — Большом эрогенном коллайдере?! — спросил Драко, широко раскрыв глаза. — Пожалуйста, скажи мне, что это не тонкий намёк на то, что я должен согласиться на секс втроём с другим мужчиной. Если это так, то ты могла бы поднять эту тему, когда Поттера не было рядом… Блядь, если только… — Драко посмотрел на Поттера, и в его голове пронеслись нежеланный образ сэндвича с всезнайкой и другие непристойности. — Даже не думай об этом! — настаивал Поттер, но, к сожалению, слишком поздно. — Нет ничего плохого в столкновении двух... — Ад-Ронный Коллайдер! — выкрикнула Гермиона, к счастью прервав то, что собирался сказать портрет Дамблдора. — Боже, ты иногда ведёшь себя как полный придурок, — добавила она, сердито глядя на Драко. [Примечание автора: различные шутки про «Адского Рона», были отредактированы по просьбе Драко Малфоя. Жаль, ведь эти шутки были одними из лучших у Гарри.] — В кои-то веки я согласен с мисс Грейнджер, — проворчал портрет Снейпа. Грубо. — Гермиона, пожалуйста, объясни, что это за коллайдер, пока Малфой не травмировал меня ещё больше, — попросил Поттер. — Да, с удовольствием, — подтвердила Гермиона, бросив на Драко последний презрительный взгляд, прежде чем снова переключиться в режим Всезнайки. — Неподалёку от Женевы находится организация под названием ЦЕРН — межгосударственная научная организация Европейского союза, крупнейшая по размерам в мире лаборатория физики высоких энергий, а в ней — Большой адронный коллайдер, названный так потому, что это самый большой адронный коллайдер в мире. Проще говоря, Большой адронный коллайдер — это ускоритель частиц, а тот, что находится в ЦЕРНе, представляет собой двадцатисемикилометровое кольцо из сверхпроводящих магнитов... — Заметив непонимающий взгляд Драко, Гермиона отважно попыталась объяснить ещё проще, — Внутри очень большой трубы, которая образует двадцатисемикилометровое кольцо, о котором я говорила, находятся два пучка частиц высокой энергии. Эти пучки сталкиваются друг с другом в четырёх разных точках кольца. Когда они сталкиваются, частицы распадаются, что позволяет учёным исследовать природу Вселенной. Я не понимаю о чём она говорит, но я так возбуждён что мне придётся расстегнуть ремень. — Я немного запутался, — признался Поттер с виноватым видом. — Я немного возбудился, — пробормотал Драко, вызвав цепную реакцию: Поттер съежился, Гермиона шлёпнула Драко по руке, а Доджер запустил в её голову золотой скрепкой. — Я не могу объяснить это проще, — фыркнула Гермиона, пытаясь вытащить скрепку из волос. — От того, что вы двое будете разбираться во внутреннем устройстве Большого адронного коллайдера, ничего не изменится. — Это утешает, — заметил Поттер. — Значит, ты думаешь, что Большой адронный коллайдер достаточно мощный, чтобы уничтожить Философский Камень? — Он не обязательно его уничтожит: протонный луч воздействует на отдельные атомы внутри Камня, которые затем испускают поток частиц, дестабилизирующий его, — подтвердила Гермиона, а затем, увидев непонимающие взгляды, добавила, — Он просто станет неодушевлённым предметом; все его магические свойства будут уничтожены в процессе дестабилизации. — То есть нам просто нужно засунуть Камень в коллайдер, и дело сделано? — спросил Драко. — Проще говоря, — сказала Гермиона, пожимая плечами. — Мой приблизительный план таков: нам нужно будет наложить мощное сдерживающее заклинание на часть трубы, чтобы внутрь не попадал воздух и не дестабилизировал луч. Как только это будет сделано, мы уничтожим ровно столько трубы, чтобы можно было вставить Камень. Чтобы убедиться, что план сработал, я нашла заклинание, которое отслеживает магические свойства объекта. С его помощью мы сможем отслеживать Камень после того, как он попадет в трубу. Если всё пойдёт по плану, то нам останется только починить трубу и аппарировать. — Звучит не так уж плохо… — оптимистично заметил Драко. — Согласен. В чём подвох? — спросил Поттер. — Что ж, несмотря на то, что гражданские могут посещать ЦЕРН, в общественных зонах нет доступа к подземным туннелям, где находится труба. Кроме того, там, скорее всего, будет довольно высокий уровень безопасности… — Гермиона с опаской посмотрела на них… — Нам понадобится помощь, чтобы проникнуть внутрь. — Могу поспорить, Кингсли будет не в восторге от того, что мы вломимся в охраняемое маггловское учреждение, — заметил Поттер. — Особенно если мы не сможем объяснить почему. — Согласна, — сказала Гермиона, радостно ухмыльнувшись. — Но я знаю команду, которая не задаёт слишком много вопросов и с радостью нарушит одно-два правила. О, чудесно! Папочка возвращается домой. — Ради всего святого, пожалуйста, не говори маме, что Холворт в этом месяце приедет с дополнительным визитом, — простонал Драко. — Не будь таким неблагодарным, Малфой! У некоторых людей нет даже одного отца, не говоря уже о двух! — взволнованно воскликнул Поттер, заставив Драко смириться с тем, что его мать, скорее всего, узнает обо всём ещё до конца дня. — Осторожнее, Поттер, а то я могу проболтаться Лили, что тебе на самом деле нравится, когда она будит тебя в шесть утра, запрыгивая на кровать и во весь голос распевая «Греби на своей лодке», — предупредил Драко. — Ты бы не стал! А как же отцовский кодекс?! — возмутился Поттер. — Да заткнитесь вы наконец! — рявкнула Гермиона, бросив взгляд на занавешенное зеркало в углу комнаты. — Прежде чем разбираться с вашими отцовскими проблемами, нам нужно проверить, достаточно ли хорош предложенный мной план, чтобы зеркало освободило Камень. — Мне нравится эта часть, — воскликнул портрет Дамблдора, перебегая в портрет Снейпа, чтобы лучше рассмотреть. — Как ты смеешь вторгаться без спроса?! — портрет Снейпа взорвался негодованием. — Если ты прикоснешься хоть к одному из моих рисунков, я отрежу тебе бороду! Драко последовал за Гермионой и Поттером к Зеркалу Еиналеж, чувствуя, как в животе у него всё переворачивается от дурного предчувствия. Их предыдущие попытки вернуть Камень привели к провалу, с которым никто из них не мог справиться. На самом деле в последний раз, когда они потерпели неудачу, они до беспамятства напились эльфийского вина Эрлы и проснулись на следующий день с Кубком Хогвартса (который они вернули Лонгботтому в тот же день, принеся ему множество извинений). Взмахнув палочкой, Поттер убрал ткань с зеркала, и Гермиона с решимостью, которая, по мнению Драко, достойна восхищения (и возбуждения), шагнула вперёд. — Я нашла способ уничтожить Камень, — чётко произнесла она, протягивая руку. Было непонятно, как именно можно получить Камень из зеркала, но, судя по скудной информации, полученной от портрета Дамблдора, после того как заявление сделано, зеркало возьмёт всё в свои руки и сделает всё остальное. Прошло несколько напряжённых минут, пока они ждали вердикта зеркала, и как раз в тот момент, когда Драко подумал, что им снова отказали, Гермиона удивлённо ахнула. — Вы только посмотрите! — сказал он, уставившись на большой красный камень в её руке. — Думаю, «Эрогенная Операция» началась.

***

Женева, Швейцария Четверг, 28 апреля 2016 года Гермиона Грейнджер Гермиона впервые оказалась в Женеве и, к сожалению, совершила ошибку, позволив Гарри и Драко присоединиться к ней на ознакомительной экскурсии. Так что то, что должно было стать расслабляющей прогулкой вокруг Женевского озера, превратилось в жаркий спор о том, является ли фонтан Же-До чем-то выдающимся или ужасно не впечатляющим. — Я лишь хочу сказать, что это нельзя назвать фонтаном, — настаивал Драко, указывая на центр озера. — Это просто струя воды. Может, мне стоит наложить на него Силенцио. — Ну, всё, что я говорю... — фыркнул Гарри, размахивая карманным путеводителем, который он стащил у Гермионы... — это то, что туристическое управление Женевы утверждает обратное. Же-До описывается как фонтан, а высота струи составляет сто сорок метров, что впечатляюще! Доджер под чарами для отвода глаз, устроившись на плече Гермионы, раздражённо вздохнул. — Я согласна, — тихо пробормотала она. — Но, как я уже говорил, это всего лишь струя воды! — воскликнул Драко. — Где мраморные единороги или, не знаю, статуя Мерлина, которая стоит под таким углом, что кажется, будто он писает прямо на вас! — Чёрт, — пробормотала Гермиона, размышляя, не наложить ли на себя заклинание для отвода глаз и не исчезнуть, пока никто не заметил. — Ладно, ладно, — сказал Гарри, поднимая руки. — Я признаю, что если бы фонтан выглядел так, будто Мерлин справляет нужду, это было бы довольно забавно. Меня окружают некультурные идиоты. — Спасибо! — с энтузиазмом сказал Драко. — Магглы действительно упустили такую возможность! — Видимо, я забыла попросить Молли присмотреть за двумя самыми большими детьми в моей жизни, — вздохнула Гермиона. — Клянусь, Скорп вёл бы более интеллектуальную беседу. Решив проверить, насколько хватит терпения у Гермионы, Драко прошептал Гарри на ухо, — Она злится, потому что ещё не попробовала сырное фондю. — Смотри, а то победного секса, о котором ты твердишь уже несколько недель, может и не быть, — предупредила Гермиона. — Победный? — воскликнул Гарри. — Это при условии, что «Эрогенная операция» пройдёт по плану. Я всё ещё скептически отношусь ко всему этому. — Тебе не о чем беспокоиться, Поттер, Гермиона отлично справляется с эрогенными ситуациями, — заверил его Драко, отпрыгнув в сторону, когда Гермиона попыталась его ударить. Почему я вышла замуж за такого идиота?! — Думаю, нам лучше пойти в ресторан, прежде чем я отправлю вас обоих в озеро, — процедила Гермиона, развернулась и направилась в сторону Старого города. Недели, прошедшие с момента появления Камня, были наполнены лихорадочной подготовкой, которая привела к этому самому моменту. Сегодня вечером они проникнут в ЦЕРН и попытаются уничтожить Философский Камень раз и навсегда. Однако для такого подвига нужна команда, поэтому они направлялись в небольшой ресторан, чтобы встретиться с Андерсоном, Холвортом и Грейсоном и в последний раз обсудить план. К всеобщему удивлению (кроме Гермионы), Андерсон с готовностью откликнулся на её призыв о помощи и быстро организовал «командный отпуск», чтобы они могли «сплотиться» и держать Джека в неведении. То, что американские коллеги Гермионы не стали расспрашивать её о том, почему ей нужно было проникнуть в сверхзащищённое маггловское научное учреждение, свидетельствовало о глубоком доверии. На самом деле Грейсона больше интересовало, может ли он что-нибудь взорвать («ни в коем случае»), а Андерсон лишь переглянулся с Холвортом, прежде чем сказать: «Хорошо», как будто она просто пригласила его выпить в пабе. Гермиона повела их через более современную часть Женевы с высокими офисными зданиями и современными магазинами в Старый город, похожий на лабиринт. Именно здесь, в небольшом ресторане в переулке, они нашли Андерсона и Грейсона в приподнятом настроении. — Чёрт возьми, сколько вы выпили?! — возмутилась Гермиона, глядя на пустые стаканы, разбросанные по столу. — Каффс! — громко воскликнул Андерсон и поднялся, чтобы обнять Гермиону. Боже. Спаси его от волшебника-убийцы, и в ответ получишь лишь кивок. Предложи ему проникнуть в охраняемый маггловский объект, и он обнимет тебя, ради Мерлина! — Я бы сказал, что немало, раз Андерсон так всех обнимает, — весело заметил Драко. — Я слышу ревность в твоём голосе?! — съязвил Андерсон. — Не волнуйся, красавчик, ты тоже можешь меня обнять. Пока Андерсон валялся с Драко по полу, притворяясь, что это какой-то приём в борьбе (мальчишки есть мальчишки и всё такое) Гермиона подошла поприветствовать Грейсона. — Не сердись из-за лёгкого опьянения, — икнул Грейсон, обнимая Гермиону. — Ничего не поделаешь. Андерсон неправильно рассчитал разницу во времени, и мы приехали в ресторан на час раньше. А как ещё мы могли убить время? — О, я не знаю, чем можно заняться в месте, где ты никогда раньше не был? — саркастически спросила Гермиона, делая вид, что задумалась. — Ах да, исследовать местность — это, наверное, хорошая идея! — Так и было. Мы тщательно исследовали швейцарский бар! — Грейсон махнул бармену, который воспринял этот жест как сигнал налить ещё. — Надеюсь, у тебя есть отрезвляющее зелье, — пробормотал Гарри, обращаясь к Гермионе. — Я никуда без них не хожу, — ответила Гермиона и повернулась к Грейсону. — Где Холворт? — подозрительно спросила она. — Я здесь! — крикнул Холворт, только что вошедший в дверь. Гермиона подняла глаза и увидела, как он лавирует между столами с... О, нет… — МАМА?! — воскликнул Драко. — Что, во имя Салазара, ты здесь делаешь?! — Привет, дорогой! — весело поздоровалась Нарцисса. — Холворт спросил, не хочу ли я уехать на неделю, чтобы предаться разврату, а вы же знаете, как сильно я люблю… — А-а-а, нет! Пожалуйста, не заканчивай это предложение! — перебил её Гарри. — Тебе действительно нужно было уточнять «развратную» часть?! — крикнул Драко. — Швейцарию, — многозначительно произнесла Нарцисса. — Я собиралась сказать: «вы же знаете, как сильно я люблю Швейцарию», дорогие. — А ещё ей нравится разного рода разврат, — зачем-то добавил Холворт, и Гермионе пришлось похлопать Драко по спине, чтобы помочь ему откашляться от вина, которое он только что глотнул. У Холворта и Нарциссы было взаимовыгодное соглашение, которое в основном сводилось к тому, чтобы встречаться как минимум дважды в месяц и заниматься сексом до изнеможения. Формально Нарцисса всё ещё была замужем (даже если вела себя иначе), а у Холворта были проблемы с обязательствами, поэтому Драко неохотно закрывал глаза на происходящее, полагая, что Холворт никогда официально не станет его отцом. Гермиона, с другой стороны, не была так уверена в этом. — Я обещаю, что не буду мешать вашим весёлым планам, — настаивала Нарцисса, усаживаясь в кресло, которое Холворт только что для неё отодвинул. — Бонжур, тусовщики! Не бойтесь, Нотт прибыл и привёз эльфийское вино! — объявил Тео, входя в ресторан под громкие возгласы американцев. Ты, должно быть, шутишь! — Какого чёрта Тео здесь делает?! — возмутилась Гермиона, повернувшись к своему мужу, который выглядел очень смущённым. — Тео — повелитель времени и пространства; неизвестно, где и когда он может появиться, — ответил Драко, пытаясь спрятаться за меню. — Грейнджер, ты не можешь устроить вечеринку под названием «Эрогенная Операция» и не пригласить меня, — настаивал Тео, занимая место между Нарциссой и Грейсоном. — Сейчас самое время упомянуть, что... — Гарри замолчал, когда в бар вошли Джинни и Джордж. На самом деле я собираюсь его убить. Прочитав её кровожадные мысли, Гарри быстро пододвинул стул, чтобы Джинни могла сесть рядом с Гермионой и стать своего рода буфером. — Чёрт возьми, этот отпуск — именно то, что мне было нужно, — заявила Джинни, потянувшись за винным меню. — Я провела весь день в спа-центре отеля, и по большей части это было очень расслабляюще. — По большей части? — переспросила Гермиона, когда Джордж обнял её сзади и попытался лизнуть в шею, но Драко шлёпнул его меню. — Я нашел очень эффектный способ привлекать сексуальных мужчин, — заявил Джордж. — Мы решили попробовать эту штуку с сауной, — объяснила Джинни. — Внутри было довольно темно, поэтому Джордж нажал на кнопку, думая, что это один из маггловских выключателей. А потом мы услышали сигнал тревоги, и он каким-то образом умудрился вызвать трёх мужчин в очень коротких шортах. — Магглы изобретают кнопки для всего, — радостно заявил Джордж. — Верно, — смиренно вздохнула Гермиона, оглядывая стол и глядя на то, как все радостно болтают. — Итак, я вижу, что мы пригласили на секретную миссию почти всех. — Не волнуйся, меня не интересует ваш секретный проект, — заверила её Джинни. — Я здесь только ради сыра, шоколада и спа. — Ауч! — воскликнул Драко, глядя на Гарри. — Поттер, ты даже в топ три своей жены не попал! — Эй! — возмущённо воскликнул Гарри, глядя на Джинни, которая пожала плечами. — И это мой повод откланяться… — сказал Джордж и поспешил сесть рядом с Грейсоном. — По крайней мере, здесь будет больше людей, если что-то пойдёт не так и нам придётся применить обширный Обливиэйт, — сказала Гермиона, пытаясь найти во всём хорошее. — Именно, — подтвердил Драко с облегчением на лице. Прошло несколько часов, и сырное фондю в сочетании с тремя бокалами вина значительно улучшило настроение Гермионы. Однако этого нельзя было сказать о Драко, который взял за правило швырять в Холворта картофелем в сырной панировке всякий раз, когда тот слишком распускал руки с Нарциссой (что случалось регулярно). К сожалению, Холворт только усугубил ситуацию, радостно заявив, что Драко не о чем беспокоиться, потому что его руки уже исследовали каждый сантиметр Нарциссы. После нескольких отборных ругательств, за которыми последовали Силенцио (для Холворта) и связывающее заклинание (чтобы привязать Драко к стулу), ситуация снова стабилизировалась. Что касается остального, то за столом образовалось обычное трио негодяев, состоящее из Тео, Джорджа и Грейсона. Троица планировала пойти в клуб, как только Грейсон разберётся с «эрогенной операцией», и они пригласили других, но по какой-то причине приглашение обернулось очередным обсуждением любви швейцарцев к скучным фонтанам. Разговор, разумеется, вёл Драко, который очень самодовольно улыбнулся, когда все согласились, что его предложение «Мерлин писает на тебя» сделало бы Же-До намного лучше. Решив, что у неё и так достаточно поводов для беспокойства, Гермиона пришла к выводу, что лучше всего будет позволить троице заняться этим, а о последствиях такого союза подумать утром. Если говорить о менее тревожных новостях, то Гарри и Андерсон большую часть ужина спорили о том, следует ли разрешать аврорам использовать Империус в критических ситуациях. Неудивительно, что Гарри был против («Это варварство!»), а Андерсон — за («Как и позволять дементорам высасывать душу, но британцы несколько лет назад были за это»). А ещё была Джинни, которая настойчиво рассказывала Гермионе (в подробностях) о новых увлечениях, которые она открыла для себя, прочитав сборник непристойных любовных романов, который Луна подарила ей на Рождество. В конце разговора Джинни пообещала дать Гермионе несколько книг при условии, что та пообещает не портить их. Когда трапеза подошла к концу, те, кто не участвовал в «Эрогенной операции», ушли, а все остальные быстро выпили зелья трезвости. — Ладно, Лохматый, твой выход, — подтвердил Андерсон после того, как Гермиона незаметно наложила на стол заклинание Муффлиато. — Верно, — сказал Гарри, разворачивая карту. — Место встречи находится за маггловской автобусной остановкой, прямо у главных ворот, ведущих в ЦЕРН… — Гарри указал на автобусную остановку на карте. — Это будет отправная точка для миссии, и там же мы встретимся по её завершении. Андерсон, Холворт и Грейсон под дезиллюминационными чарами проберутся в отдел безопасности, расположенный здесь... — Гарри указал пальцем на другую точку на карте. — Оказавшись внутри, они должны будут обезвредить сотрудников службы безопасности и отключить функцию записи на камерах видеонаблюдения, оставив камеры включёнными только для визуального наблюдения. Ты помнишь, как это делается, Холворт? — Не беспокойся обо мне, Лохматый, я уже много лет балуюсь маггловскими технологиями, — ответил Холворт. Да, насколько я слышала, ему удалось взломать спутник... Я уверена, что с несколькими камерами видеонаблюдения он справится без труда. — Хорошо, — подтвердил Гарри и продолжил, — Андерсон и Грейсон с помощью камер определят местоположение любого персонала у входа в туннель, а затем выйдут и оглушат их. Когда туннель и прилегающая территория будут очищены, Андерсон и Грейсон отступят на безопасное расстояние и будут вести наблюдение. — Да, сэр, — ответил Грейсон, отсалютовав Гарри. — В этот момент Холворт пошлёт Патронус мне, Гермионе и Малфою, давая нам сигнал к действию. Гермиона и Малфой проберутся в ЦЕРН под моим плащом-невидимкой, чтобы сэкономить энергию, а я тем временем применю дезиллюминационное. Двум взрослым людям было непросто пробраться в ЦЕРН под мантией-невидимкой, но это было необходимо. Из всех участников операции у Драко и Гермионы была самая сложная задача: им нужно было наложить удерживающее заклинание на трубу, чтобы поддерживать вакуум внутри коллайдера. Если они не справятся, протоны столкнутся с молекулами воздуха и разлетятся во все стороны, как шарики в автомате для игры в пинбол. Поэтому было очень важно, чтобы они берегли силы и не допустили этого. — Мы доберёмся до входа в туннель и воспользуемся Алохоморой, чтобы попасть внутрь. После этого нам не составит труда выполнить то, что нужно, — сказал Гарри, глядя на Гермиону в поисках поддержки, которую она ему дала в виде уверенной улыбки (всё будет хорошо). — Когда Гермиона, Малфой и я аппарируем обратно на автобусную остановку, я пошлю каждому из вас Патронус, который подтвердит, что пора отступать, — заключил Гарри. — Всё ясно? — Мне нравится, когда ты говоришь своим властным голосом, Лохматый. От этого у меня мурашки по коже, — сказал Холворт, взъерошив волосы Гарри, прежде чем тот успел отойти в сторону. — Хотел бы я, чтобы все мои отпуска были такими же весёлыми, как этот, — сказал Андерсон, явно пребывая в приподнятом настроении. — В прошлом году Изабелла затащила меня в Орландо, где было безумно жарко и очень беспокойно; магглы там поклоняются говорящей мыши! — По крайней мере, Изабелла не заставила тебя снова ехать в Италию к её бабушке, — отметила Гермиона. — Что ты такое говоришь?! Мне кажется, Андерсону понравилась часовая лекция о том, почему американская пицца — это оскорбление итальянской культуры и как ему должно быть стыдно за то, что он попросил добавить в пиццу ананас… — сказал Грейсон и от души рассмеялся, когда Андерсон поморщился. — Я уже говорил это однажды и повторю снова, — сказал Драко, недоверчиво качая головой. — Вы все сумасшедшие. Я до сих пор не могу поверить, что вы согласились на этот план, не зная, в чём он заключается. Я имею в виду, если бы Гермиона попросила вас проникнуть в Азкабан, потому что хотела освободить печально известного Пожирателя смерти Рабастана Лестрейнджа, вы бы сделали это без лишних вопросов? Андерсон, Грейсон и Холворт переглянулись, после чего Холворт небрежно сказал, — Наверное, нет, если это был Рабастан. Если бы она хотела освободить Родольфуса Лестрейнджа, у меня бы возникло несколько вопросов. — Невероятно, — заявил Драко, к огромному удовольствию Гермионы.

***

Драко Малфой — Гарри, если ты не перестанешь вертеть в руках свою палочку, я её конфискую! — рявкнула Гермиона, к огромному удовольствию Драко. — Прости! Я ничего не могу с собой поделать, я нервничаю! — ответил Поттер, опуская палочку, чтобы она не подожгла кого-нибудь. — Почему ты не взял с собой мячик для снятия стресса? — спросил Драко. — Джордж что-то с ним сделал, — застонал Поттер. — Не знаю, что именно, но теперь, когда я его сжимаю, у меня начинается икота. Интересно… — Может, вы двое перестанете нести чушь и сосредоточитесь?! — взмолилась Гермиона, не сводя глаз с контрольно-пропускного пункта на другой стороне дороги. Не желая ещё больше злить свою любимую Всезнайку, Драко замолчал и стал внимательно осматриваться. В данный момент они прятались за автобусной остановкой, на которой было много анатомически неверных рисунков пенисов. За остановкой для пенисов, на другой стороне дороги, находился ЦЕРН, окружённый многокилометровым металлическим забором с грозно выглядящими витками колючей проволоки поверх него. Один-единственный человек сидел в маленьком, похожем на ящик сарае и поднимал в воздух длинный шест, чтобы впустить в здание повозки смерти. Что касается охраны, то она была совершенно не приспособлена для борьбы с волшебниками, и, когда поступил сигнал, им, учитывая их невидимость, нужно было лишь обойти шест, чтобы попасть внутрь. — Просто хочу убедиться, что Камень у тебя, — спросил Драко скорее для того, чтобы развлечься, чем по какой-то другой причине. Этот вопрос, как и все предыдущие, заданные Поттером или Драко, заставил Гермиону трижды проверить содержимое кармана, прежде чем ответить, — Да, я трижды проверила, и Камень точно у меня. Золотая скрепка ударила Драко по щеке. — Прости! Не смог удержаться! — одними губами произнёс Драко, глядя на хмурого Нюхлера, сидящего на плече его жены. Что-то серебристое устремилось к ним из глубины поместья, и по воздуху пробежала волна предвкушения, от которой у Драко на руках встали дыбом все волоски. Неудивительно, что Патронус Холворта оказался таксой, особенно если учесть, что основными чертами его характера были громкий лай, несносный (хотя иногда и милый) нрав и стремление трахнуть всё, что движется. — Путь свободен. Можете войти и поиграть с самым большим эрогенным коллайдером в Швейцарии, — проворчала такса голосом Холворта. Гермиона раздражённо вздохнула. — Я должна была догадаться, что прошу слишком многого, когда требовала профессионального подхода сегодня вечером. — Вина лежит исключительно на том, кто придумал название Большого эрогенного коллайдера, — ответил Драко. — Может, ты перестанешь называть его... — Наденьте плащ, — скомандовал Поттер, прерывая назревающий спор, из-за которого у Драко, скорее всего, случилась бы неловкая эрекция. После того как Поттер исчез под дезиллюминационными чарами, Драко притянул Гермиону к себе и накинул на них плащ-невидимку. Было бы неправдой сказать, что в голове у Драко не проносились интересные мысли, пока они крались мимо плакатов «Кока-колы» (некоторые иллюстрации были очень вдохновляющими). — Здесь мы можем делать всё, что захотим, и Поттер ни о чём не догадается, — прошептал он, скользнув рукой по бедру Гермионы и слегка надавив ей между ног. Гермиона грубо оттолкнула его руку и повела их через дорогу к контрольно-пропускному пункту. — Сейчас не время! — прошипела она. — Это плащ-невидимка, а не плащ тишины, — огрызнулся Поттер откуда-то спереди. — И лучше тебе его не осквернять; плащ — единственная вещь, которая досталась мне от отца! — Только не говори мне, что ты никогда не вытворял ничего грязного под этим плащом, Поттер! — усмехнулся Драко. — Я не делал этого! — настаивал Поттер. — Значит, у тебя был этот плащ в Хогвартсе, и ты ни разу не использовал его для занятий сексуального характера? Если бы он был у меня, я бы воспользовался им, чтобы по-быстрому перепихнуться посреди квиддичного поля, — прошептал Драко, когда они прокрались мимо защитного барьера на территорию комплекса. — В Хогвартсе у меня никогда не было быстрого перепихона! — прошептал Поттер в ответ. — Это ложь, — возразила Гермиона. — Тот случай с Джин перед финальной битвой не в счёт, — прошипел Поттер. — Формально я не был студентом, когда это произошло. — Слава Салазару, что меня распределили на Слизерин, — задумчиво произнёс Драко, пока они спешили по уныло-серому офисному зданию. — Эгоистичные моральные принципы позволяли получать гораздо больше удовольствия. — Я сильно сомневаюсь, что у слизеринцев в Хогвартсе были какие-либо моральные принципы, эгоистичные или нет, — отметила Гермиона. — Клянусь, вы использовали зелёно-серебристую форму как предлог, чтобы делать всё, что вам заблагорассудится. — Если бы это было правдой, я бы сделал кое-что с тобой, — пробормотал Драко, дерзко прикусив её ухо и заслужив восхищённый вздох. — Фу, прекратите делать там то, что вы делаете! — потребовал Поттер, когда они присели на корточки возле большого серебристого люка. С палочками наготове они быстро осмотрели местность, чтобы убедиться, что Андерсон и Грейсон выполнили свою работу. Судя по всему, так и было, потому что вокруг никого не было — Ну что ж, — пробормотал Поттер, направляя палочку на люк. — Алохомора. Громкий металлический лязг заставил Поттера поспешно произнести заглушающее заклинание, прежде чем люк открылся, и показалась лестница, ведущая в ярко освещённый туннель, полный труб и проводов. Совершив трюк, который стоило бы выполнять только при наличии хорошей страховки у стоматолога, Чудо-Мальчик зажал палочку зубами и полез вниз по металлической лестнице. Как только он подал сигнал «всё чисто», Гермиона спустилась следующей, а за ней последовал Драко, который приземлился как раз в тот момент, когда Поттер взмахнул палочкой, чтобы снова закрыть и запереть люк. Засунув плащ-невидимку в карман пальто, Гермиона подошла к самой большой трубе в туннеле с выражением крайней сосредоточенности. — Это она, — тихо сказала она. — Труба, по которой проходят протонные пучки. — Ты уверена, что она не взорвётся? — спросил Драко, наверное, в сотый раз. — Настолько, насколько это возможно, — ответила Гермиона с лёгкой улыбкой. — Нет смысла тратить время на сомнения, мы уже обсудили все возможные сценарии, — выдохнул Поттер, протягивая руку. — Давай покончим с этим. Гермиона осторожно достала Философский Камень из кармана пальто и протянула его Поттеру, который тут же коснулся его палочкой, чтобы активировать заклинание для отслеживания его магических свойств. Камень слабо засиял оранжевым светом, и рядом с ними появилась карта, состоящая из светящихся точек, похожих на те, что появляются при использовании заклинания «Пыль». На карте была изображена местность, а пульсирующий оранжевый свет обозначал Камень. Когда Поттер перемещал Камень, свет тоже двигался. — Заклинание действует, — зачем-то подтвердил Поттер, хотя они и так это видели. — Ты готов? — спросила Гермиона Драко. Её глаза блестели от неуместного волнения, которое, как ни странно, усилило его любовь к ней. — Нет, но когда это вообще что-то меняло? — ухмыляясь, ответил Драко. Они оба направили свои палочки на самый гладкий участок трубы, свободный от болтов и проводов, и произнесли заклинание сдерживания. Стараясь не дрожать от волнения, Драко наблюдал за тем, как Поттер шагнул вперёд, сосредоточенно нахмурив брови. Не торопясь, чтобы убедиться, что он растворил лишь небольшой участок трубы, Поттер медленно поднял палочку и тихо произнёс заклинание. Как только он закончил, на его магию обрушилось давление, подобного которому Драко никогда раньше не испытывал. Издав глубокий стон, Драко отступил на шаг, но затем сумел твёрдо встать на ноги и, стиснув зубы, вложил в заклинание всю свою силу, желая, чтобы оно сработало. — Блядь! — услышал он стон Гермионы рядом с собой. Драко быстро перевёл взгляд на неё, заметив на её лице страдание, но решимость, а также обеспокоенность и в то же время ярость на лице Доджера, который наблюдал за происходящим из-за её плеча. — Держите его! — крикнул Поттер, левитируя камень в сторону дыры. — Легче сказать, чем сделать! — прорычал Драко, и по его лбу побежали капли пота. Камень мучительно медленно приближался к дыре, а мышцы Драко начали сводить судороги, и из его горла вырвался болезненный стон. — Если ты потеряешь контроль над заклинанием, я тебя убью! — задыхаясь, выпалила Гермиона, сжимая палочку обеими руками. Сейчас действительно не время для таких грязных разговоров. — С чего бы мне так поступать после того, как ты так мило мне пригрозила?! — ответил Драко, и напряжение в его голосе погасило сарказм. Когда камень достиг отверстия, Поттер направил палочку внутрь трубы, и камень тут же исчез. Драко в отчаянии повернулся к карте за секунду до того, как пульсирующий оранжевый свет растворился в воздухе. — Сработало?! — спросил Драко. От истощения магических сил у него разболелась голова. — Думаю, да. Гарри для верности произнеси Акцио! — проинструктировала Гермиона. Поттер бросился обратно к дыре, крича, — Акцио Философский Камень! Ничего. Спасибо, блядь. С торжествующим взрывом спонтанного (и слегка безумного) смеха Поттер быстро наложил на дыру заклинание Репаро, чтобы сдержать давление, и позволил Драко и Гермионе без сил рухнуть на пол. — Ты в порядке? — спросил Драко, прижимая её к груди. — В порядке, — выдохнула Гермиона, крепко прижимаясь к нему. — Не могу поверить, что мы действительно сделали это… — выпалил Поттер, всё ещё глядя на карту, где несколько мгновений назад горел оранжевый свет. Гермиона открыла рот, чтобы ответить, но в этот момент свет в туннеле замигал и погас. — О, это, наверное, не к добру, — заметила она. Через секунду по туннелю разнёсся пронзительный сигнал тревоги, и их ослепил мигающий красный свет. — Это сигнал уходить! — крикнула Гермиона, поднимая Драко на ноги, а Поттер схватил их за руки и аппарировал в безопасное место. Когда они снова появились за Пенисной остановкой, Поттер тут же отправил Патронусы Холворту, Андерсону и Грейсону, велев им убираться ко всем чертям. Драко, пошатываясь, прислонился к дереву и выпил болеутоляющее зелье, стараясь унять дрожь в конечностях. Гермионе было не намного лучше, и это заметил Доджер, который попытался дать ей свой золотой шар, чтобы она могла его подержать. — Все в порядке?! — крикнул Андерсон, как только появился, и посмотрел на каждого из них по очереди. — Отлично, — подтвердил Гарри. Спорный вопрос. — Что за тревога?! — потребовал Грейсон. — На эрогенном коллайдере отключилось электричество, — объяснил Холворт, подходя к краю пенисной остановки, чтобы посмотреть на магглов, бегающих по территории. — Я предполагаю, что из-за вашего задания произошло отключение электричества. — По крайней мере, миссия прошла успешно? — быстро спросил Андерсон. — Да, хотя это... — Гермиона указала на хаос, разворачивающийся за металлическим забором... — несколько проблематично. — Вы, ребята, уходите, — как ни в чём не бывало заявил Холворт. — Я сам разберусь. — Что ты собираешься делать?! — возмутилась Гермиона, уперев руки в бока. Она выглядела очень мило. — Я собираюсь немного приврать о том, что могло произойти, — ответил Холворт, явно воодушевлённый этой идеей. — Мутный Тип, — сказал Драко, увидев возможность покрасоваться. — Я точно знаю, что тебе нужно сказать.

***

Пятница, 29 апреля 2016 года Драко Малфой Драко застонал, открыв глаза и встретившись взглядом с ярким светом из окна отеля. Все его тело болело, и не из-за бурной ночи, как можно было бы подумать. Нет, истощение магических сил разрушило все его планы на веселье. Снова закрыв глаза, Драко повернулся на кровати и почувствовал тепло жены, свернувшейся рядом с ним. Он улыбнулся, прижался ближе, обнял её за талию и нежно поцеловал в плечо. — Ммм, как приятно. Драко резко открыл глаза, услышав голос, который, без сомнения, не принадлежал его жене и, к сожалению, подтверждал, что он только что случайно прижался к (возможно) самому похотливому ублюдку на свете. — Какого хрена ты делаешь в моей постели?! — потребовал Драко, так сильно толкнув Тео, что тот скатился с кровати и приземлился на пол рядом с полуобнажённым и крепко спящим Джорджем Уизли. — И какого хрена здесь делает Уизли?! — Хватит кричать! — раздался мучительный стон. — Грейсон?! Какого хрена ты валяешься без сознания на моём диване?! — возмутился Драко, уставившись на американца, который прикрылся полотенцем, которое, должно быть, стащил из ванной. — Я не помню... — пробормотал Грейсон, натягивая полотенце на голову. Полагая, что его жена, которая разбиралась во многих вещах, могла бы знать, что, чёрт возьми, происходит, Драко огляделся в поисках её. — Где Гермиона?! — спросил он у вырубившихся идиотов, не найдя её. — О-о-о! — заметил Тео, прищурившись и глядя на Драко. — Вот зачем мы сюда пришли! Мы пришли признаться Грейнджер, что совершили глупость. Что ж, это самое пугающее заявление, которое я когда-либо слышал... — Гермиона может всё исправить, — пробормотал Джордж. — Что вы натворили?! — взревел Драко. — Выпили много вина Эрлы… — захныкал Джордж. Ну ни хрена себе. — Да, я уже сам пришёл к такому выводу, — нетерпеливо ответил Драко. — Я имел в виду, какую глупость вы совершили в результате того, что выпили вино Эрлы? — Не могу вспомнить, — пробормотал Грейсон из-под полотенца. — Я тоже, — сказал Джордж и уткнулся лицом в бок Тео, чтобы не видеть свет. — Я уверен, что со временем всё прояснится, — заверил его Тео, улыбнувшись так, что на щеках появились ямочки. Вероятно, этот придурок думал, что это спасёт его от гнева Драко. — Блядь, — воскликнул Драко, сбрасывая одеяло и вставая, чтобы найти чистую одежду. — Я пойду поищу свою жену. А вы можете… Он сделал два шага к двери, как вдруг она распахнулась, и в комнату ворвался вихрь с безумными глазами и всклокоченными волосами, размахивающий газетой. — ЛАСКА?! — взвизгнула Гермиона, поднимая газету и указывая на заголовок: «Большой адронный коллайдер: ласка стала причиной отключения» Драко целую минуту смотрел на статью, вчитываясь в каждую деталь, а потом расхохотался. — Не могу поверить, что Мутный Тип действительно это сделал! — прохрипел он. Я должен подарить Уизелу на Рождество копию в рамке. — Ради всего святого, Драко! Ты когда-нибудь перестанешь выводить Рона из себя?! — возмутилась Гермиона. — Нет, — без тени раскаяния ответил Драко. — Он делает это слишком забавно. — Вы оба очень громко кричите! — пожаловался Грейсон. — Заткнись; вам повезло, что я не вышвырнула вас за дверь, когда вы явились в четыре утра, особенно после того, как один из вас помочился в цветочный горшок, приняв его за унитаз, — рявкнула Гермиона, подбегая к дивану и срывая с Грейсона полотенце. — Кстати, можешь сам это убрать, — добавила она, указывая на несчастный папоротник в горшке у двери. — Они тебе что-нибудь рассказали? — спросил Драко. — Судя по всему, они пришли сюда за твоей помощью после того, как совершили какую-то глупость… — Нет… — осторожно ответила Гермиона. — Они довольно быстро отключились. — А, — поморщился Драко. — Нам, наверное, стоит уйти как можно скорее, пока не стало известно о том, что они сделали, — пробормотала Гермиона. Наверное, так будет лучше. — Согласен. А НУ, ВЫ ВСЕ, ПОДНИМАЙТЕСЬ! — прокричал Драко, вызвав в ответ недовольные стоны. После поспешного выезда из отеля они не успели пройти и пяти шагов по улице, как стало ясно, каким гнусностями занималось это упорное трио прошлой ночью. Драко широко улыбнулся, когда его жена снова превратилась в разъярённую фурию. — СКОЛЬКО?! — потребовала Гермиона, сверкая глазами от ярости, от которой у любого встал бы член. Салазар! Она великолепна. — Ах да, теперь я вспомнил, почему мы пытались тебя найти, — сказал Тео, закусив щеку изнутри, чтобы не рассмеяться. — Боже, — пробормотал Поттер, проводя рукой по волосам. — Думаю, так лучше, — заявила Джинни, сдвинув солнцезащитные очки на кончик носа, чтобы лучше видеть. — Действительно, очень артистично, — отметила его мать. — Это не самое худшее, что они могли сделать, — сказал Андерсон, пытаясь найти во всём положительные стороны. — Я определённо видел, как Холворт поступал гораздо хуже на протяжении многих лет. — Если бы я не был занят неоднократной заботой о маме Красавчика прошлой ночью, я бы присоединился, — подтвердил Холворт. — Ты просто напрашиваешься на то, чтобы тебя убили, — прорычал Драко, хмуро глядя на него. — СКОЛЬКО?! — снова воскликнула Гермиона. — Не так много… — попытался возразить Джордж. — Дохрена, — признался Грейсон, смеясь, несмотря на похмелье. …И вот история о Философском Камне подошла к концу: вся компания носилась по Женеве, исправляя многочисленные декоративные фонтаны, которые три пьяных идиота превратили в писающего Мерлина.