"Шрам в форме улыбки"

🍷 Большой зал. Огни в зале стали мягче, свечи опустились чуть ниже, будто прислушиваясь. Первокурсники — уставшие, шумные, полные впечатлений — разговаривали приглушённо. За столами пестрели цвета факультетов, а над головой, под заколдованным небом, медленно текли облака. Эвелина почти не ела. Она сидела спокойно, спина прямая, взгляд внимательный, но отрешённый. Шум вокруг будто не касался её. Только один взгляд — холодный, точный — вытягивал её внимание. Северус Снегг. Он сидел на краю преподавательского стола, не двигаясь. Его лицо, как всегда, было мраморно-бесстрастным, но в глубине глаз — тень, напряжённая, цепкая. Он смотрел не просто на ученицу. Он как будто что-то проверял. Что-то вспоминал. Или предупреждал. Эвелина встретила его взгляд — спокойно, но не без скрытого смысла. Она не отвела глаз. Миг — и он слегка склонил голову, едва заметно. Настолько едва, что это могло быть случайностью. Но не было. Он узнал её. Большой зал звенел от голосов, смеха и позвякивания посуды. Пир был в самом разгаре, и первокурсники то и дело тянулись к новым блюдам, переглядывались, переговаривались, восторгались. Эвелина устроилась между Роном и какой-то бойкой девочкой с пышными волосами. Она чувствовала волнение внутри, но снаружи держалась уверенно и... с интересом. — Я Рон, — сказал рыжий мальчик, чуть запинаясь, — Рон Уизли. — Эвелина, — ответила она с лёгкой, дружелюбной улыбкой. — Приятно познакомиться, Рон. Я, кажется, села рядом с экспертом по всему столу. Рон покраснел, но засмеялся. — А я — Гарри. Гарри Поттер, — добавил мальчик напротив. Он был тихим, но в его глазах была какая-то тревожная глубина. Эвелина взглянула на него чуть дольше. — Ты — не только имя. Но я думаю, ты это уже понял. Гарри моргнул, но вдруг улыбнулся. — Возможно, ты права. — Гермиона Грейнджер, — произнесла девочка рядом уверенно. — Я уже прочитала «Историю Хогвартса», «Путеводитель по школе», «Теорию магии» и— — Дай угадаю, — мягко перебила Эвелина. — Ты записалась в библиотеку, не дожидаясь завтрашнего утра? Гермиона выпрямилась, удивлённая, но на её лице появилась уважительная тень. — Ты догадливая. — Привычка, — усмехнулась Эвелина. — А ты — вдохновляющая. Думаю, с тобой я точно не отстану в учёбе. В этот момент над их столом повисли две рыжеволосые тени. — Что за звёздный состав за одним столом? — раздался весёлый голос. Фред и Джордж Уизли уселись рядом, глядя на новеньких с нескрываемым интересом. — Новенькая, — Фред щёлкнул пальцами. — Ты кто? — Эвелина, — спокойно ответила она, чуть склонив голову. — А вы, очевидно, местные шутники. — Шутники? Джордж, ты слышал? — Оскорбление! Мы — архитекторы хаоса! — Создатели легенд! — Поставщики фейерверков в душные будни! Эвелина рассмеялась. — Значит, мне повезло. Я обожаю фейерверки. — О, она наша, — сказал Фред с видом полного восторга. — Официально — Гриффиндор, фактически — неприкасаемая, — добавил Джордж. — Не дай им слишком разойтись, — тихо прошептал Рон. Эвелина повернулась к нему с лукавой улыбкой: — А ты боишься, что они испортят мою репутацию? — Ну... может, чуть-чуть, — пробормотал Рон. — Поверь, — сказала она, — я её испорчу сама, если захочу. Все рассмеялись. Пир продолжался, но уже было ясно: Эвелина Роуен влилась в их круг не как гость — а как одна из своих. Гул голосов начал стихать, когда Дамблдор встал из-за стола. Все взгляды тут же обратились к нему. Он поднял руки, и по залу пробежала тишина, словно магия сама помогла ему. — Добро пожаловать, мои дорогие ученики, — голос директора был мягким, тёплым, и казался будто бы звучал в каждом углу зала. — Начинается новый учебный год. Пусть он будет полон открытий, знаний, дружбы и, надеюсь, поменьше нарушений правил... За учительским столом кто-то (возможно, Снегг) недовольно хмыкнул. — Напоминаю, что Запретный лес — по-прежнему запрещён, а мистер Филч добавил к списку запрещённых предметов ещё сорок семь позиций... Полный список висит у него на двери. Прошу ознакомиться. За столом Гриффиндора весело фыркнули близнецы Уизли. Дамблдор продолжал: — Спать пора. Завтра вас ждёт насыщенный день. Старосты факультетов, прошу проводить первокурсников к их гостиным. Толпа зашевелилась, лавки заскрипели, дети начали вставать. Высокая староста с золотым значком на мантии подошла к первокурсникам Гриффиндора. — Все новенькие, ко мне! — бодро позвала она. — Идём, не отстаём! Эвелина затерялась среди остальных, но, к счастью, рядом снова оказались Фред и Джордж. Близнецы по-прежнему не теряли духа. — Надеюсь, ты не из тех, кто боится лестниц, — усмехнулся Джордж. — Или портретов, — добавил Фред. — Некоторые тут довольно разговорчивые. — И не все вежливые, — фыркнула Эвелина, вспоминая, как один из портретов на пути в Большой зал заявил, что у неё «взгляд как у слизеринки». Братья переглянулись с живым интересом. — Вижу, у тебя будет острый язык. Нам это нравится, — кивнул Джордж. — Только не соревнуйся с нами, — шутливо пригрозил Фред. — Мы в этом чемпионы. — Посмотрим, — ответила Эвелина, и уголки её губ слегка дрогнули в первую за вечер настоящую улыбку. Длинный путь по коридорам был наполнен пересудами и шёпотом — кто-то обсуждал волшебные потолки, кто-то — еду, а кто-то сдержанно оглядывался, надеясь не потеряться. Наконец, они остановились перед большим портретом толстой дамы в розовом. — Пароль: Caput Draconis, — произнесла староста. Портрет отъехал в сторону, и первокурсники ступили в уютную круглую гостиную, полную мягких кресел, ковров и уюта. — Девочки — налево, мальчики — направо, — скомандовала староста. — Увидимся утром. Не забудьте про будильник — первый урок в девять! И, как по щелчку, день закончился. Остались только мягкий свет, шорох мантий и лёгкое предвкушение завтрашнего — первого — настоящего дня в Хогвартсе.