verlorene liebe im bernsteinlicht

4. Пока Амалия рисовала вновь счастливого отца, ему в голову пришла необычная идея. Необычная и слегка безумная, многоходовая. Ему требовалось договорится с кучей людей, а самым первым была как раз его дочь. Это и останавливало его от своей идеи. Что если ничего не получится? Что если никто не согласится? Что если у него не хватит времени? Нужно было распланировать день, время, узнать о занятости… По правде говоря, от выполнения его удерживало только то, что Аккарди может не согласиться. То, что у него может не быть свободного окошка. Но кто они, если не лучшие друзья? Разве у него может не быть времени на лучшего друга? Разве он может отказать такой миловидной мордашке? - Привет! – Юлик непринужденно начал разговор. Хотя на самом деле ему было безумно страшно и он держался за стол пока говорил, чтобы руки так сильно не дрожали. Было и невыносимо и легко ждать ответа. Ему даже не настолько хотелось чтобы он согласился, просто услышать его голос в очередной раз. В очередной раз влюбиться в него. В очередной раз разочароваться… - Здравствуй. По какому делу звонишь? Или просто решил поболтать? – Наконец то… Он ответил также непринужденно, но в голосе чувствовалось едва заметное напряжение. Наверное, заработался… Он такой трудоголик, словно сам вынуждает восхищаться им… - Быть честным, по делу. Но если у тебя есть свободная минута, я и поболтать рад. – Надеюсь, это звучало не слишком навязчиво? Нужно пытаться как то побыстрее договориться с ним, а то дрочить на голос друга… Как то странно. - Ты же знаешь, что минуты нам не хватит. Ладно, выкладывай. Что за дело? Опять посидеть с Амалией? - Нет-нет! А у тебя не будет свободного окошка так скажем… В эту субботу? Вечером. – Юлика умилило и задело то что Аккарди сказал что минуты не хватит. Он просто обожал долгие звонки с ним, рассказывал все самые свежайшие сплетни в Россо. Ну, когда-то обожал… - Допустим, будет. К чему клонишь? - Да я вот хотел тебя на свидание позвать… - Юлик с размаху хлопнул себя по голове. – То есть, не тебя! И не на свидание. - У тебя там что то упало? – Приятно что он пропустил мимо ушей этот позор. Даже легко на душе стало, несмотря на бешеное сердцебиение. - Не упало, в общем… Как насчет того чтобы парами сходить в бар, как в старые добрые? Ты с Райкер, я тоже приду… - Звучит заманчиво. Но ты опять придешь один? - Почему один? Со мной будет моя девушка. – Надеюсь он будет шокирован! - Ого! Когда успел? – Да! Он удивлен! Ну все, самооценка повышена, можно и продолжать продвигать бредовые идеи! - Да давно уже, между прочим. Короче, расскажу все когда встретимся! Я не успел его дослушать, руки и голос слишком дрожали, надеюсь он не заметил, не услышал, но понял, заметил и услышал и будет ждать! Она, кстати писала мне. Какая то аватарка с аниме девочкой, в описании куча всяких людей… Должно быть, ее друзья? Там кто то с припиской «любимый». Слава богу, это не я. Удивительно, да? Я даже не расстроен. Наверное потому что любовь от нее мне вообще не сдалась и в целом не нужна мне она… Просто выпили вместе, ну может переспали, ну может еще что то… Короче к черту ее, к черту всех! Никто мне сейчас не испортит настроение. Как и ожидалось, дел у нее не было на субботу вечером. Конечно, чем она еще будет заниматься? Будет снова сидеть в какой то дешевой пивнушке на окраине вселенной и заливать душу пивом? Я бы составил ей компанию, в любом случае, мне тоже нечем заняться. - ИДИНАХУЙ ЬУТЩМЬПАСКУДАЛВЖЭЩЙОНЕМЕЦКАЯКУТАААААА … !!! – Почему я не удивлен? - Витторино, мне нужно чтобы ты посидел с Амалией в субботу, я буду занят на работе. - КАКАЯ АМАЛИЯ НАС ЗАХВАТЯТ И ВСЕ УМРУУУУУУУТ! Они тут прямо, РЯДОМ БЛЯТЬ РЯДОМ - Успокойся, ради своего бога, Амалия это моя дочь, я буду занят на работе, мне нужно чтобы ты посидел с ней пока меня не будет. - ХОРОШО но сука ты ПООООООМНИШЬ???? Помощь мне нужна, МНЕ НУЖНА ПОМОЩЬ! Иди нахуй кстати - Обязательно, родной. Все, иди проспись, я наберу тебя перед тем как уходить, не придешь я тебя вытащу из этой твоей Базилики и скажу дочке заплести тебе прическу лабубу с дубайским шоколадом, будешь ходить без волос, зато без блох. - ДА НЕТ У МЕНЯ БЛООООООООООООО Я его не дослушал, слишком орет в трубку и я боюсь что мой телефон просто откажет работать если я продолжу слушать этот непереводимый даже самыми элитными лингвистами всего мира пиздец. Фух. Вроде позвонил всем кому надо. Ну а теперь одна из самых сложных задач… - Папа! Смотри, это ты и я! И мы катаемся на лошадках! Так весело! - Да, любимая моя ягодка, очень весело! – Как же я ее люблю и горжусь ей. Она такая маленькая, а уже так хорошо рисует. Каждый рисунок, даже самый маленький, вставлен в рамочку и стоит на самом видном месте в моей комнате. Я люблю смотреть на них перед сном, это помогает мне думать что все не так уж плохо. Да и вообще, все совсем не плохо. Я бы даже сказал что все хорошо. Когда я обнимаю этот маленький, непорочный комочек счастья, я чувствую себя живым и совсем не думаю о том что когда то мне было плохо. – Доченька моя, в субботу у меня встреча будет с одним очень разговорчивым клиентом. Я постараюсь вернуться пораньше, но с тобой придет посидеть дядя Витторино! так что если что, скажи ему уложить тебя спать. И не засиживайся допоздна, меня не жди, хочешь спать, значит идешь спать. - Хорошо! А ты же меня не бросишь? Не убежишь? - Конечно нет, любовь моя, как я могу бросить тебя? Как ты могла про такое подумать? Папа всегда будет рядом, всегда поможет и обнимет! Мы обнимались, сидя на диване еще долго. Я не хотел оставлять ее, хотелось защитить от всего мира. Она мирно сопела у меня на груди, должно быть, меж моих костей было сложно найти место где можно поспать без головной боли. Конечно мне было немного неудобно, но что такое это неудобство когда мне наконец тепло? Наконец мое сердце перестало так сильно долбиться в моей голове, наконец я нахожусь в состоянии спокойствия и умиротворения. Полный дзэн. Наверное, я тоже задремал, потому что разбудили меня ее ручки, гладящие лицо. Она трогала скулы, выпирающие из щек и острый подбородок, гладила нежно и осторожно своими маленькими пальчиками. - Папа… А почему ты такой жалкий? - В каком смысле? - Ну типа, мы вроде идем на свидание? Или мне перед этим следует откормить тебя как следует? Хочешь, зайдем в КФС? Будешь боссом и заплатишь. А то я все пробухала. Мое лицо гладили уже слегка дрожащие пальцы моей фейковой девушки. Как я мог так забыться? Мы стоим на какой то заправке. У нее широченные зрачки. Волосы она слегка завила и оделась как шлюшка. Не сказал бы что мне не нравится, но и нравится мне такое не могло. Короткие шорты, колготки под ними блестят. Уже вечер. Я проводил Витторино и Амалия сразу потащила красить ему ногти. Он не ответил на звонок, но в семь вечера уже стоял на пороге моего дома. На ней еще была майка, из под которой выглядывал лифчик. Ну и кофта. По правде говоря, кофта выглядела как что то, что мог создать я. Но сейчас я не уверен в том что смогу создать хоть какое то слово, что разрядило бы обстановку. А вот ботинки ее мне нравятся. Высокая подошва, завязки почти до колен. - Не следует откармливать меня. У меня итак шикарная фигура. - Да ну, у тебя вон ребра из под рубашки торчат! А сиськи мои зацени, я по совету из тиктока короче намазала их блестками какими то. Ваще прикол, да? Во как светятся! - Да ты прям диско-шар какой то. - Э! Ваще то у меня два диско-шара! Завидуешь? Она демонстративно помоталась из стороны в сторону, размахивая своей грудью и я почувствовал какое то едва уловимое но пиздецки сильное чувство что совершаю ошибку. Будь что будет. - ААА! Бля, лапать то меня необязательно! Извращуууга! Разве она сама не предлагала мне это? Ладно, проехали. Мы еле как дошли до бара, у входа нас уже поджидала сладкая парочка из моего мужчины и его облупыша уличного. - Bonjour! Как добрались? – Аккарди сразу бросился гладить меня по плечу, хотя я всем своим видом показывал что мне этого не особо хочется. Неприятно когда каждую из моих косточек сжимает его сильная рука. Но, впрочем, мне плевать. Пусть оставит синяки на мне. Будет что вспоминать. - Да вроде нормально. Ну, знаешь, когда ДВА огромных диско-шара освещают дорогу, идти намного проще. – Выкусила? Я шутливо толкнулся своим бедром в ее бедро и тут де пожалел об этом, ведь мои бедные костяшки, обтянутые кожей, встретились с ее, походу пуленепробиваемым телефоном в кармане. - Я вообще подумала что меня на свидание зовет слендермен. Но поняла, что он слишком мелкий для него! Мы все вместе рассмеялись, а я всем своим видом показывал что мне ни в каком смысле эта затея уже не нравится. Аккарди понимающе посмотрел на меня и предложил зайти, выпить. Только он меня понимает. А все вокруг пидорасы и хуесосы. Мы заказали первые напитки, в баре играла ритмичная музыка. Моя девушка флиртовала с его дружком, а я сидел и осушал уже третий бокал вина. Я уже наверное был пьян, как и все в нашей компании. В какой то момент я совершенно забыл следить за тем что происходит вокруг меня и отдался напиткам и флирту со своим мужчиной. Вино не смело кончаться, мне пополняли бокал, я забыл каким уже он был и давно пересел к нему на бедра. На мягких, пышных ногах Аккарди было сидеть приятнее чем на твердом и холодном стуле. Он аккуратно держал меня за талию, я лежал головой на его груди. Я слышал как его сердце бьется в такт музыке. Я чувствовал его дыхание, его руки, вроде такие сильные и властные, но меня он держал максимально нежно, так что я едва чувствовал его. Я вообще все едва чувствовал сейчас. Краем уха я услышал, что началась медленная мелодия. Колонки прекрасно передавали звук и парочки встали как попало, все уже были подшофе, но эта любовь в воздухе была такой искренней. Такой завлекающей. Настолько, что неладная меня понесла выйти тоже. Он принял мое приглашение. Также осторожно взяв меня за талию и переплетя наши пальцы на другой рукой, он начал неспешный вальс квадрат. Простые, но такие любящие движения. Он делал шаг вперед, я делал шаг назад. Краем глаза я видел как моя девушка зажимает Райкер. Плевать на них. Я прижимаюсь к его груди вновь, вдыхая аромат его парфюма. Он держит меня за спину, поглаживая и приобнимая. Я почувствовал поцелуй в лоб. Я в раю. Он опускается на одно колени передо мной, я по памяти повторяю движения, которые мы разучивали в полной темноте его дома, отдавшись друг другу. Когда он поднимается я успеваю в ответ поцеловать его подбородок. Он задерживается чтобы я смог сделать это. Мне стоит считать это намеком? Сердце бьется в голове но я не обращаю на это внимания сейчас. Я в его власти, а он в моей. Он прижимается ко мне сзади, держа руку на моей груди. Наши лица направлены друг в другу и я получаю очередной поцелуй в щеку. Когда мелодия подходит к концу, он встает передо мной, наклонив голову. Все вокруг завершают танец, мелькают пестрые платья и однотонные костюмы. Прожектора светят вокруг, свет постепенно приглушается. И тогда происходит то, о чем я мечтал больше чем хотел жить. Я чувствую вкус его губ, пропитанных вином. Глаза закрываются сами собой, языки неловко переплетаются. Мы не разучились целоваться, просто мы слишком пьяны. Я хотел бы жить в этом моменте вечно, только я и он. Никого нет вокруг, все растворяется и медленно уплывает в бесконечное вечное. Я люблю тебя. Когда поцелуй заканчивается, я открываю глаза. Он выглядит счастливым. Наверное, я тоже. Я смотрю на сладкую парочку из моей девушки и его подсоса. У того все лицо в блестках и помаде, глаза стеклянные, а она продолжает выкачивать из него жизнь в поцелуе. Мы с Аккарди вместе смотрим на эту сцену. - Походу, нам обоим изменили. - Я с ними не встречаюсь. - Я с ней тоже. Мы ушли оттуда, конечно я попрощался с ней и Аккарди попрощался со своим дружком. Отправились мы естественно к нему домой. У меня ведь сидит конченный священник и дочка разрисовывает его лицо. По дороге домой мы смеялись, шутили и целовались, пока стояли на красном. Обычно ночью он ездит на красный, все равно ведь никто не видит и никто не ходит? Но сейчас он останавливался. Каждый раз. И каждый раз я целовал его как в последний. Когда мы прибыли домой, я уселся на диване, точнее даже улегся. Он тоже присел рядом. Постепенно я переполз на него снова. Аккарди гладил меня везде. Мои плечи, больше не скрываемые рубашкой. Выпирающие ребра и ключицы. Он как будто боялся сломать меня. Такой осторожный, прямо как хирург. Он вроде увлекался медициной? - Ты такой хрупкий. – Сказал он, то ли с сочувствием, то ли с упреком. Я пожал плечами, он провел пальцами в перчатках от груди до низа моего живота. Кожа мгновенно покрылась мурашками и я даже простонал. И мне даже было не стыдно. - Ты правда так думаешь? - Ты шутишь? Любой нормальный человек заметил бы что с его любимым что то не так. Ты вообще ешь? Извини если задеваю. – Я не совсем понял про что он, задевает меня словами или касаниями? В любом случае, и то и то меня не волнует. - Любимый… - Я смаковал это слово. Он правда назвал меня так? Пусть я и был ужасно голоден, сейчас мой живот наполняли те самые бабочки о которых пишут во всяких фанфиках. - Да. Ты мой любимый человек. Очень дорог мне. И я беспокоюсь за твое здоровье. - Беспокоишься… - Я ведь не просто так видел твою машину возле психушки? Ты помнишь? - Возле психушки… Да, я помню. - И тогда ты сказал что просто заболел. – Он взял в свою руку мое запястье, рассматривая порезы. Я даже не отдергивался. На старых рубцах появлялись новые раны, кровь на тех уже давно запеклась. Мы долго молчали. Он все возвращался к осмотру моего тела. Возвращался к моим порезам и костяшкам. А потом ушел. Я подумал что он меня бросил снова. А потом он принес какой то бутылек и ватные диски. Он промокнул один диск в жидкости и я на автомате подал ему руку. Аккарди не отворачивался. Он аккуратно взял ее в свою. - Это перекись. Скажи если будет щипать. – Он проводил ватой по моим порезам, очищая их. Руку щипало, но я ничего не говорил. Я не хотел чтобы он останавливался. Когда с обработкой было покончено, он обмотал мою руку бинтом, перед этим конечно помазав кремом. После этого он вновь ушел, видимо уже убирать то что принес, а я улегся на диване, прикрыв глаза. Когда он вернулся, он лег лицом ко мне, поцеловал в лоб. - Я люблю тебя. - Я люблю тебя сильнее. Он прижал меня к себе, все также осторожно и деликатно. Я не помню что он говорил дальше, только просил меня больше не делать так. И я помню как он плакал. Я тоже плакал наверное. Больше не помню. Утром я проснулся с кошмарным похмельем. Его рядом не было, зато на мне был теплый плед и рядом стопочкой лежала моя одежда. На столе рядом с диваном стоял кувшин воды, который я почти сразу весь осушил. Рядом лежала записка и ключи. «Это ключи от моей квартиры. Приходи сюда каждый раз, как только почувствуешь себя настолько плохо, что тебе вновь захочется навредить себе. И звони мне, если у тебя не будет сил дойти. Я всегда приду к тебе, буду рядом. Береги себя.» Уже у себя дома я заметил спящих Витторино и Амалию за столом. На столе были разбросаны игрушки, недоеденные хлопья, пластилин и куча прочего мусора. Я решил пока не будить их и тихо, как мышка проскочил в свою комнату. Достав записку я заметил на обратной стороне темный след от помады. Понюхав ее, я сразу почувствовал прилив счастья. Я еще полежал на своей кровати, изучая наши старые фото, картинки, которые рисовала Амалия и был в раю.