Бедные, но женатые

      – Просыпайся, моя маленькая сеңелем. – ласковый голос звучал над ухом, сквозь остатки сна.              Юля кое-как раскрыла глаза. Голова слегка гудела после прошедшего девичника. Спину и руки приятно холодил ветерок из открытого окна, а вот голову он никак не мог оживить. Татищева тяжело вздохнула и прикрыла глаза, но стоило ей это сделать, как она осознала, что кто-то её звал. Чёрные омуты тут же распахнулись и она, наконец, отвела взгляд в сторону я где увидела смутно знакомый силуэт.              – Ну ты и поспать, конечно. – весело хохотнули сверху и только тогда Юля узнала этот голос.              – Камалия?! – девушка тут же подскочила и поморщилась от резкой головной боли. Женщина, что стояла над ней, лишь улыбнулась и потянулась рукой с длинными пальцами красным маникюром к тумбочке, на которой стояла минералку. Она передала её названной сестре. – Спасибо… – смущённо протараторила Татищева. – Ты как тут?              – Ха, вообще-то у тебя свадьба, я не могу пропустить такое событие, я, итак, не смогла приехать на ваш никах! – она демонстративно вздохнула. – Тем более ты мне сама пригласительные отправила! – Камалия очень бодро закинула мешающиеся каштановые волосы с плеча на спину. Сколько раз Юля её видела, а она совсем не менялась, не старела, будто бы она знала секрет какого-то эликсира молодости и никому о нём не говорила.              – Точно, отправила… – кивнула Юля. – Но свадьба только в следующем месяце… – девушка на секунду задумалась, роясь в глубинах кратковременной памяти. – А… Ну, осталось три недели…              – Мой младший братец, Данис, сказал, что ты не можешь платье выбрать. А зная какой он зануда, я решила тебе помочь с организацией. – она очень уверенно усмехнулась. – Всё же, у меня три брака за плечами, так что доверься своей старшей сестрёнке!              Юля удивлённо посмотрела на Камалию. «Старшая сестрёнка» звучало немного странно, учитывая, что сестрами в прямом значении этого слова они не были. Их родство связывало через Даниса, а точнее, через его отца, но сейчас Татищевой было слишком сложно об этом всём думать. Но в её словах была доля правды: Камалия действительно была мастером организации и улаживания проблем. Она плохо запомнила её предпоследнюю свадьбу с каким-то московским бизнесменом, наверное, в силу возраста, зато очень хорошо помнила её последнюю свадьбу, с нынешним мужем-ментом. Юля всегда забывала, то ли он был полковником, то ли подполковником, но прекрасно знала, что у её апай есть связи и в случае чего, она всё решит и разрулит. В голове промелькнула мысль: если кто и мог помочь ей с этой свадебной лихорадкой, так это она.              – Ну, если ты уверена, что у тебя есть время и желание… Я буду очень рада помощи, – призналась Юля, чувствуя, как груз ответственности немного спадает с плеч. – Данис, конечно, немного преувеличил. Остались небольшие детали. Но вот платье… Это правда проблема...              На кухне засвистел чайник, на этот свит обернулись обе женщины.              – Давай, поднимайся, приходи в себя, у нас сегодня много дел – по-деловому хлопнула в ладоши Камалия. – А я пойду приводить в чувства Даниса.              Юля проводила сестру взглядом, пока та не скрылась в гостиной. Она села на кровати, чувствуя себя немного более собранной после глотка минералки, хотя голова всё ещё неприятно гудела.              Она редко общалась с сестрой, в основном, когда она приезжала навестить Даниса, но с детства она не чувствовала от неё какой-то враждебности или агрессии. Камалия играла с ней, часто рассказывала какие-нибудь истории и защищала от недовольства брата. Но то было в детстве, а это – сейчас. И как сейчас себя вести с старшей сестрой она не знала.              Она в принципе немного общалась с девушками, постоянно находясь в пацанской тусовке, подруг, как таковых, не имела вовсе. Она иногда сравнивала себя с той же Камалией, которая своим заразительным смехом и искрящейся за километр уверенностью могла сразить любого (даже московского бизнесмена и нижегородского подполковника МВД), или с Ксюшей, девушкой брата, которая была очень спокойной, кроткой, но такой хозяйственной и умелой (наверное, поэтому брат всегда провожал её таким обожающим взглядом). Была, конечно, в её окружении ещё и Татьяна, но она цепляла взгляды своими формами, своей строгостью и статностью. К такой женщине на кривой кобыле не подъедешь. Юля же понимала, что уж в этом вопросе ей точно проигрывает. Александра… хм… её Юля вообще не воспринимала, в слишком разных мирах они жили и росли. Да и терпела она её, только из-за Кости. Лучшая подруга и все дела...              Татищева тяжко вздохнула и поднялась, держа равновесие. К горлу подкатил неприятный ком, но тут же опустился обратно в желудок. Она стянула со стула свои спортивные штаны и натянула поверх спальных шорт. По полу дул холодный ветер, да и за ночь она как-то замёрзла. Девушка потянулась, разминая затёкшие мышцы, сунула околевшие ноги в тапки, и пошаркала на кухню, где уже слышались разговоры её родственников.              Данис и Камалия уже во всю о чём-то спорили, а на плите что–то очень аппетитно шипело.              – Ағай, – прохрипела Татищева. Данис обернулся на неё и тут Юля чуть не засмеялась в полный голос. Удивление смешалось с весельем, ведь у её старшего брата под левым глазом цвёл приличный такой синяк. – Ч-Что с тобой? – Юля прикрыла рот рукой, прекрасно видя, как злиться Данис.              – Что со мной? Это ты у своих долбаёбов друзей спроси! – не стесняясь разразился башкир. – Я блять не помню, как до дома добрался, а проснулся с синяком, инен бетеге! И Ксюша со мной не разговаривает!              – А я тебе говорила не пей эту сивуху, которую Илья принёс! – всё же не удержалась от смеха младшая сестра. – А ты дуҫтым, да дуҫтым.              – Блять… – Данис с характерным хлопком ударил себя по лбу. – Позорище… Кто узнает что я с этим ахмаком братовался, позора не оберусь.              – Да не такой уж он и плохой. – пожала плечами Юля и заглянула в кастрюлю, в которой варились макароны.              – Я так понимаю, девичник вы провели весело. – Камалия сложила голову на руки и наблюдала за ними сидя за столом, попивая горячий чай.              – Не то слово. – протянула Юля, а Данис лишь махнул рукой, бормоча что-то себе под нос.              – Так, – Камалия резко опустила руки на стол и хищно улыбнулась. – Тиз ашагыз и поедем за платьем!              – Уже? – недоумевающе выдала невеста. – Рано же ещё!              – Кто рано встаёт – тому бог подаёт! – выдала Зилант. – И букылтамаймса!              Позавтракав на скорую руку, компания погрузилась в машину Камалии. Большой вместительный мерседес быстро тронулся с парковки, увозя их в каменные джунгли. Данис, как наседка, всю дорогу ворчал, требуя от сестры учесть его пожелания к платью. «Никаких тебе декольте и голых плеч! Юля выходит замуж, а не на панель!» – твердил он. На улице было пасмурно, но чёрные очки всё же Данис надел. Камалия отмахивалась, уверяя, что знает, что делает, и вообще, ей ли не знать, как должна выглядеть невеста. Юля же, сидя на заднем сиденье, старалась не вмешиваться в семейные разборки. Её мысли были далеки от свадебных хлопот. Она все еще чувствовала себя немного не в своей тарелке, и предстоящая суета только усиливала это чувство.       Приехав в свадебный салон, Камалия тут же взяла инициативу в свои руки. Она уверенно общалась с консультанками, перебирала вешалки с платьями, отсеивая варианты, которые не соответствовали ее представлению об идеальном наряде для Юли. Данис, скрестив руки на груди, ходил следом, критически осматривая каждый предложенный вариант. А Юля только и делала, что смотрела на ценники и радовалась, когда сестра откидывала дорогие варианты в кучу с названием «недостойные»       В итоге, после долгих споров и примерок, было отобрано несколько платьев. Данис настаивал на скромном платье в пол с длинными рукавами, а Камалия предлагала более смелое платье с открытой спиной и кружевной отделкой. Юля, не в силах больше выносить их препирательства, решила примерить оба варианта.              – Ну? – девушка повертелась в платье, выбранном Данисом. Брат тут же расцвёл и уже готов был открыть рот. Чтобы сказать, как же ей идёт и какая она у него красавица, как его тут же оборвала Камалия.              – Как монашка, снимай!              – Да с чего бы как монашка?! – не выдержал Данис. – Прекрасное платье!              – Для похорон! – Зилант уставилась на брата в упор таким холодным и не терпящим возражений взглядом. Что же, эту битву Юлин агай проиграл. – Снимай и надень моё.              Татищева спорить не стала и вернулась в примерочную. Выйдя из примерочной в платье, выбранном Камалией, Юля почувствовала себя неуютно. Платье, безусловно, было красивым – струящийся шелк цвета слоновой кости, изящное кружево, открытая спина, но чувствовала она себя в нём совсем идиоткой. Ей явно такое не шло, она не умела такое носить. Данис присвистнул сначала, но быстро опомнился и вместо восхищения на его лице читалось скорее неодобрение.       – Ну и как? – спросила Камалия, подталкивая ее к зеркалу и придерживая её плечи, с нетерпением дожидаясь реакции сестры.       Юля критически оглядела себя. Платье подчеркивало ее фигуру, вырез в форме сердца хорошо ложился на грудь и делал её больше и подтянутей, а кружева струились по тонким рукам, делая их изящней, но… «Это не моё», – подумала она. Она привыкла к более практичной одежде, скрывающей ее формы, а не выставляющей их напоказ. Хотя и показывать ей было особо нечего.       – Мне не нравится, – честно призналась Юля, и стала искать застёжку сбоку платья.       Камалия нахмурилась, а Данис самодовольно ухмыльнулся. Казалось, они были готовы продолжать этот бесконечный спор.              – Сеңелем, совсем не нравиться? – махнула своими волосами Зилант, убирая мешающиеся пряди. – Или что-то одно не нравиться?              – Совсем. – выдохнула Юля и скрылась за шторкой, прекрасно слыша и ворчание Даниса и негодование Камалии. Она прекрасно понимала. Что ведёт себя очень капризно. Ей и самой это всё порядком надоело, но поделать с собой она ничего не могла. Ей совершенно ничего не нравилось.              – Ой, Юля, а может это померишь? – Зилант взяла с вешалки ещё одно платье, на этот раз с закрытым верхом и рукавами, но зато с очень высоким разрезом на юбке, почти до самого пояса.              – Это точно нет. – категорично высказался Данис.              – Да она ещё его даже не примерила, а ты уже бракуешь! – фыркнула женщина.              – Я её в этом безобразии не пущу!              – Я плачу! Значит имею право хотя бы посмотреть! – взорвалась Камалия.              Дальнейшую ругань родственников Татищева уже не слушала и тихо прошмыгнула мимо них из примерочной, оставляя своих старших разбираться, кто прав. Она вышла из салона и зашла за угол, чтобы перекурить и немного расслабиться. Юля закурила крепкую сигарету и глубоко затянулась, чувствуя, как никотин успокаивает нервы. Смотреть на нарядные витрины свадебного салона совсем не было никакого желания. Её уже тошнило от всего этого обилия белого и его производных. Внутри было душно и пахло лаком для волос, а снаружи – прохладный воздух и шум машин. Она представила себя в одном из этих вычурных платьев, с прической и макияжем, и почувствовала себя еще более неловко. Она могла представить кого угодно, даже на Косте все эти рюши и атласные юбки смотрелись бы лучше, чем на ней. Эх, вот бы Костя сейчас был здесь. Он бы обязательно что-нибудь придумал. Он ведь художник, у него другой взгляд!              Юля слегка повеселела, стоило подумать о своём женихе, и полезла в карманы куртки в поисках телефона. Она проверила телегу и ВК на предмет новых сообщений, но больше за ночь Костя ей не написал, зато написали ребята в общий чат. Отправили ещё фоток с мальчишника и жаловались на Илюхину настойку. Провалы в памяти были у всех без исключения. Татищева выпустила белый дым и стала набирать в контактах знакомое имя. В трубке послышались гудки, долгие, хозяин явно не торопился брать телефон, а затем электронная женщина сообщила, что абонент не отвечает. Стало немного не по себе. В голову закрался червячок сомнений и каких-то подозрений, но она постаралась выкинуть это из головы. Она обещала, что будет ему доверять. Может быть, он просто ещё спал, всё же, разница часов никуда не делась.              Докурив сигарету, Юля вернулась в салон. Внутри было тихо, сестра и старший брат сидели на диванчике, насупившись. Камалия что–то увлеченно строчила в телефоне, а Данис сверлил взглядом пол. Заметив Юлю, они оба взглянули на нее с немым вопросом. Она вздохнула и пошла вдоль больших залов с платьями. Татищева бездумно ходила мимо них, иногда рассматривая рукава или юбки.              Юля остановилась возле манекена в простом, но элегантном платье А–силуэта, с квадратным вырезом и рукавами фонариками. Никаких кружев, страз или вышивки. Только гладкий, плотный шелк белого цвета и тонкий поясок, подчеркивающий талию. Юбка доходила чуть выше колен, но сверху к поясу можно было надеть ещё одну Юбку из того же материала, и тогда платье становилось в пол. Что–то в этом платье зацепило ее взгляд.                     –А давайте вот это посмотрим? – тихо предложила она, указывая на платье. Камалия и Данис переглянулись, удивленные ее внезапным решением. Консультантка салона тут же сняла платье с манекена и предложила Юле примерить.       В этот раз, выйдя из примерочной, Юля почувствовала себя иначе. Платье сидело идеально, словно было сшито специально для нее. Цвет подчеркивал свежесть кожи, именно свежесть. А не её привычную бледность и даже делал щёки чуть розовее. Простой крой не скрывал, а выгодно подчеркивал ее фигуру, а короткая юбка открывала длинные ноги. Она взглянула в зеркало и увидела не неловкую девушку в чужом наряде, а уверенную в себе женщину, готовую к новому этапу в жизни. Юля улыбнулась сама себе, понимая, что нашла то, что хотела.       – Вот оно! – воскликнула Камалия, радостно хлопнув в ладоши. – Тебе очень идёт!              – Ноги открыты… – пробурчал Данис, но не так агрессивно, как до этого. Видимо и он понял, что лучшего варианта им не найти,              – Вторую юбку натяну. – Юля взяла ткань из чехла и приложила к талии, чтобы показать брату. Тот долго смотрел, а затем одобрительно кивнул.              – А что, хороший вариант. – знающе закивала Камалия. – В ЗАГС в длинном, а на пьянку в коротком. Считай, что два платья в одном.              – Мы берём его. – Татищева ещё раз осмотрела себя в зеркале и приняла окончательное решение.              Консультант быстро и аккуратно упаковала платье и фату, на которой настояла Камалия. После покупки платья настроение у всех заметно улучшилось. Данис даже позволил себе пару шуток в адрес Юли, а Камалия принялась планировать детали свадебного образа, представляя, какую прическу и макияж нужно сделать. У Юли же, после находки платья, словно гора с плеч свалилась. Она впервые по-настоящему ощутила себя невестой. Будто бы только сейчас пришло осознание, что ещё немного и они с Костей станут семьёй. Девушка улыбалась своим мыслям, тихо смотря в окно машины. Ей не терпелось показать покупки Косте, но она понимала, что нужно сдержаться.              Родственники протаскали её по магазинам до самого вечера, пока не стемнело. Вернувшись домой, Юля первым делом достала платье из чехла. Она еще раз полюбовалась им, любуясь каждой линией и изгибом. С замиранием сердца надела его, ощущая приятную прохладу шелка на коже. Вновь посмотрела на себя в зеркало, убеждаясь, что не ошиблась с выбором. Улыбка не сходила с ее лица. Аккуратно сняв платье, она повесила его в шкаф, в отдельный чехол, чтобы не помялось.       Вскоре на кухне разлились аппетитные ароматы. Юля и Камалия, смеясь и переговариваясь, приготовили салат, нарезали фрукты и сделали бутерброды. Зилант собиралась ещё и чак-чак «по-быстрому» приготовить, но её вовремя остановили. Откуда в ней было столько энергии одному Аллаху известно. Они уселись за стол, наливая в чашки душистый чай. Разговор тёк непринужденно, Камалия рассказывала о своей работе в спорткомитете, делилась новостями из жизни мужа, жаловалась, что он не выездной и они не смогли поехать на Бали вместе с её бывшим мужем и его новой девушкой. Татищеву всегда удивляло, как можно вот так просто общаться с бывшим, да ещё и ездить с ним отдыхать, хоть и за его счёт. Юля внимательно слушала, радуясь возможности провести время с сестрой. Данис, уставший после шопинга и нервного дня, мирно посапывал (а точнее нагло храпел) на диване в гостиной.              За чаем они обсудили предстоящие свадебные хлопоты, список гостей и план рассадки. Камалия, как старшая сестра, брала на себя роль главного организатора, с энтузиазмом предлагая идеи и решения. Юля, уставшая от магазинов, с радостью уступала ей пальму первенства.       Когда чай был выпит, а все новости пересказаны, Юля почувствовала, как усталость берет свое. Легкий зевок выдал ее состояние. Камалия, заметив это, предложила закончить посиделки и отправиться спать. Юля с благодарностью согласилась.       Попрощавшись с сестрой и укрыв спящего брата пледом, Юля отправилась в свою комнату. Уже лёжа в постели, завибрировал телефон и Татищева приняла знакомы звонок, не сдерживая улыбки.              – Алло, ты ещё не спишь? – знакомый бас раздался на том конце.              – Привет, нет, не сплю. – Юля перевернулась с бока на спину. Уставившись в потолок. – Я смотрю ты вчера тоже хорошо погулял. Весь день в сеть не заходил.              – Да так, немного умирал с похмелья – виновато пробормотал Костя. – Однако, твоё фото быстро меня воскресило. – Юля тут же покраснела, вспомнив, что всё же решилась в пьяном веселье отправить своему жениху очень откровенное фото. – Это была единоразовая акция?              – Посмотрим на твоё поведение… – позорно сбежала от ответа Юля.              – Я буду себя хорошо вести. – усмехнулся Уралов. – Я вчера прям в клубе подрочил. Настолько мне понравилось, представляешь? Ты очень горячая…              – Хватит меня смущать! – не дала договорить ему девушка, краснея пуще прежнего. –Ты вот специально это делаешь, да?! – Костя не сдержал тихого смеха. – Засранец!              – Ладно, ладно, проехали. Как у тебя дела? Платье выбрала? – спросил Костя, меняя тему разговора.              – Выбрала! – воскликнула Юля, не в силах сдержать радость.              – Покажешь?              – Нет. – девушка осталась непреклонной. Она улыбнулась, когда Костя разочарованно выдохнул в трубку. – Когда ты вернёшься из своего загула?              – Завтра вечером. – Костя немного подождал, видимо, думая, что ещё сказать. – А ты соскучилась?              – Да… – честно призналась Татищева. Ей правда очень не хватало Костиной поддержки. Его голоса, его тёплых объятий. Они не виделись всего ничего, но, почему-то, именно сейчас эти пару дней казались просто невыносимой вечностью. – Соскучилась…              – Я тоже по тебе соскучился. – Косте было приятно это слышать. – С Сашей, конечно, весело, но питерские менты совсем не понимают шуток…              – Ты там успел с ментами порамсить? – выгнула чёрную бровь Татищева.              – Да так, просто немного недопоняли друг друга. – Юля выдохнула. Всё же, Костя и пьяный Костя – это два совершенно разных человека. Сколько раз они находили приключения на свои задницы, как раз таки из-за этой второй скрытой личности Константина?              – Знаешь, я вот только сегодня в полной мере осознала, что скоро мы станем семьёй… – Юля посмотрела на блики от фар проезжающих под окнами машин. – Ты и я… Квартира в Снежинске правда стоит того?              – Юль…              – Я знаю-знаю! Уже поздно давать заднюю. Я и не даю! Просто… – затараторила Татищева, а потом прикусила губу, думая, как бы ей получше выразиться. – Просто, семья – это же серьёзно… А если дети появятся?              – Юль, – вздохнул Уралов. – Ты правда всё ещё думаешь, что я женюсь на тебе только из-за сраной квартиры в Снежинске? – Юля открыла рот, но затем закрыла, решив оставить вопрос без ответа. – Квартира – это хороший бонус. Но это не главное. Я хочу жениться на тебе, потому что ты самая добрая и… настоящая. Ты единственная, с кем я могу быть самим собой, понимаешь? С кем мне просто хорошо. А дети… Юль, дети – это прекрасно! Я буду счастлив если у нас будут дети, и я уверен, что ты станешь самой лучшей мамой на свете.              Юля почувствовала, как к горлу подступил ком. Эти слова, простые и искренние, растопили лед ее сомнений. Захотелось обнять его с новой силой, крепко–крепко.       –Спасибо, – прошептала она, стараясь сдержать слезы. – Мне было очень важно это услышать.                     –Ты там ревёшь что ли?       –Не реву! –Татищева шмыгнула и наспех вытерла глаза.              –Тогда ложись спать. –улыбнулся Костя. –Спокойной ночи.       –Спокойной ночи, – ответила Юля и отключила телефон. Она еще долго лежала, глядя в потолок, и улыбалась. Завтра Костя вернется, и все будет хорошо. А потом будет свадьба, новая квартира и, может быть, даже дети. И всё у них будет хорошо. Надо просто верить в это.