Эймонд l Таргариен.

Звук колоколов разносился по всему Вестеросу. Жители столицы устремились к Драконьему Логову, чтобы выяснить, что произошло. Колокола обычно оповещали о важных событиях. Простолюдины надеялись на праздник с раздачей милостыни и, возможно, остатков с королевского стола, а также на турниры. Королевская Гавань всегда славилась любовью к развлечениям. Но после болезни короля о праздниках можно было забыть. Теперь люди с радостью заполняли арену Драконьего Логова, стремясь узнать, что же случилось. — Сегодня один из самых печальных дней, — громко сказал великий мейстер Меллос. Его голос разнесся по всем уголкам Логова, достигнув каждого. — Наш добрый король Джейхерис из дома Таргариенов скончался. Толпа погрузилась в тишину, а затем по ней прокатилась волна грусти. Многие опустили головы, выражая свою скорбь и сочувствие семье короля. — Король Джейхерис будет похоронен по валирийским традициям на холме Рейнис. Его прах затем отправят в родовое гнездо Таргариенов, где он обретет вечный покой. Через две недели состоится коронация нового короля — кронпринца Бейлона Таргариена. После этих слов раздался громкий гул одобрения. Люди радовались предстоящей коронации, где будут раздавать милостыню и еду... "Простым людям, кажется, больше ничего и не нужно. Лишь бы наесться и немного набить карман", — мрачно размышлял Мордер, слушая мейстера в Драконьем Логове. Он ясно видел, что большинству людей безразлично, что король умер. На его место придет другой. Главное, чтобы новый правитель был щедрым и не обременял их налогами, а остальное им неважно. И Мордер не мог их осуждать. Что могут понимать крестьяне? Их задача — вспахивать землю, чтобы у знати было зерно, остальное их не касается. Сейчас он стоял со своей семьей на холме Рейнис и молча почтив память старого короля. Тело короля завернули в холщевую ткань и положили на специальные деревянные носилки. Принц Бейлон произнес речь, вспоминая все добрые дела своего отца, а затем отдал приказ своему дракону. Вхагар, старая драконица, раскрыла пасть и изрыгнула яркое пламя, которое полностью поглотило тело короля. Не прошло и десяти минут, как от Джейхериса Миротворца осталась лишь кучка пепла. Мордер стоял, склонив голову, и молча отдавал дань памяти покойному королю. Он редко видел короля, но дядя рассказывал, что Джейхерис был мудр как мейстер и благочестив как септон. Король стремился быть хорошим правителем, отцом и человеком. Но удалось ли ему? Ответ знали только Семёрка. Мордер старался не думать об этом. Он окинул взглядом собравшихся и сразу заметил Эймонда. Тот, как всегда, был спокоен и молчалив. Рядом с ним стояла Алисента и держала его за руку. Мордер тихо усмехнулся. Эймонд не подпускал никого близко, но для Лиси делал исключение. С ней он становился мягче. И это было неудивительно. Его кузина светилась добротой. Она была мягкой, кроткой и невероятно умной. Взгляд Мордера скользнул по королевской семье, и он нахмурился. Он не забыл, как принц Деймон обвинил его кузину в смерти короля... О смерти короля Джейхериса стало известно благодаря слугам, которых отправил мейстер Меллос. Сам мейстер был вызван стражниками, услышавшими крик Алисенты. Ворвавшись в покои, они увидели леди, плачущую на коленях у постели короля. — Я подошёл проверить состояние Его Величества, — объяснял сир Вестерлинг. — Леди Алисента была на грани истерики и не могла говорить. Его Величество лежал в постели, как будто спал, но его лицо было смертельно бледным. Когда я попытался нащупать пульс на сонной артерии, я не почувствовал биения сердца, поэтому сразу же вызвал мейстера. — Вы поступили правильно, сир Гаррольд, — сказал Бейлон, пытаясь скрыть растерянность. Он не мог поверить, что отца больше нет. Совсем недавно он разговаривал с ним, а теперь узнал, что его последний родитель отправился в чертоги Неведомого. Закрыв глаза, он на мгновение вернулся в детство, где был счастлив. Там были живы его братья и сёстры, а родители были молодыми и счастливыми. В их доме царили смех и радость. Сделав глубокий вдох, Бейлон постарался взять себя в руки. Теперь на его плечах лежала ответственность не только за семью, но и за миллионы жизней. Он не мог позволить себе утонуть в горе. Позже, когда он останется один, то сможет позволить себе погрустить, но сейчас ему нужно отдать необходимые приказы. — Мне кажется странным, что в последние часы с дедушкой была леди Алисента Хайтауэр, — сказал Деймон, не отрывая взгляда от плачущей девочки. Бейлон недоуменно посмотрел на сына. Что Деймон имел в виду? — Что вы хотите этим сказать, принц Деймон? — спросил Отто, прищурив глаза, опередив Бейлона. — Почему в покоях была только ваша дочь, сир Отто? — настойчиво спросил Деймон. — Я могу ответить на этот вопрос, мой принц, — взяв себя в руки, сказала Алисента. Смерть короля стала для неё шоком. Его Величество всегда хорошо к ней относился, и она была привязана к старому королю. Когда она поняла, что король скончался, это стало для неё неожиданностью. Она закончила читать и, решив, что король уснул, хотела поправить одеяло. Но, случайно коснувшись его руки, с ужасом осознала, что она ледяная... — Его Величество приказал слугам выйти. Он не любил, когда кто-то находился в покоях, когда я читала ему. — Как удобно, — саркастично сказал Деймон. — Думаешь, я поверю в эту ложь?! Теперь говори, что ты сделала с моим дедом, сучка? В королевской семье и среди Хайтауэров воцарилась тишина. Все были шокированы словами Деймона. Он обвиняет юную леди, которая заботилась о немощном короле как о родном деде? — Как вы смеете так обвинять мою дочь? — возмутился Отто, его голос дрожал от гнева. — Король, который ещё недавно был в добром здравии, внезапно умирает, и рядом с ним был только один человек. Что ещё я должен думать? — с насмешкой произнёс принц. — Это... это неправда! — воскликнула Алисента, её голос дрожал от страха. — Мой принц, клянусь всеми богами, я ничего не делала! — Вы настоящая лицемерка, леди Алисента, — ухмыльнулся Деймон, его глаза светились торжеством. Наконец-то у него появился повод избавиться от этих пиявок. — Вы лучше, чем некоторые двуличные особы. Мне интересно, действительно ли вы заботились о короле или... — Довольно! — резко оборвал его Эймонд, его голос был холоден как лёд. Мордер был бесконечно благодарен своему другу за вмешательство. Иначе он бы не сдержался и ударил этого наглеца, несмотря на все возможные последствия для себя. Мордер наблюдал, как Эймонд защищает Алисенту, которая уже была на грани истерики. — Обвинять кого-то, не имея доказательств, — это непростительная глупость для тебя, дядя, — холодно произнёс Эймонд, едва сдерживая гнев. Он изо всех сил старался держать себя в руках, ведь сейчас было не время. Его главной задачей было защитить девушку, которая пряталась за его спиной и крепко сжимала ткань на его спине. — Ты смеешь её защищать? — прошипел Деймон, переходя на валирийский. — Или, может, хочешь осквернить нашу кровь её грязной кровью?! — Если потребуется, я это сделаю, — прорычал Эймонд, тоже на валирийском. — Не тебе указывать мне, что делать. — Ты... — Деймон хотел преподать племяннику урок, но в этот момент вмешался их отец. — Довольно! — рявкнул Бейлон на валирийском. — Деймон! Эймонд! Немедленно прекратите! Вы находитесь у постели умершего, проявите уважение. Деймон, Эймонд прав. Ты не можешь утверждать что-то без доказательств. Как тебе вообще могло прийти в голову, что леди Алисента нанесла вред моему отцу? Я понимаю, что ты ненавидишь Отто Хайтауэра, но вымещать свою злость и ненависть на беззащитной девушке — это даже для тебя слишком. Чтобы я больше такого не слышал. Ясно? — Да, отец, — мрачно ответил Деймон. Бейлон повернулся к напряжённому Отто и, переходя на общий язык, сказал: — Сир Отто, прошу прощения за поведение моего сына. Деймон расстроен смертью деда и не контролирует свои слова. Надеюсь, этот инцидент не станет причиной раздора между нашими Домами. Отто пришлось приложить все усилия, чтобы успокоиться. Как бы он ни презирал Деймона, он не хотел конфликта с Бейлоном Таргариеном. — Я принимаю ваши извинения, мой принц, — спокойно ответил Отто. — Понимаю состояние принца Деймона. Искренне сожалею о вашей утрате. Бейлон кивнул и велел позвать Молчаливых Сестер для подготовки тела короля к похоронам... После того как пламя угасло, принц Бейлон велел собрать прах короля Джейхериса и готовиться к поездке на Драконий Камень. В своих покоях Мордер дал указания слугам, а затем решил проведать Лейнора. Ведь покойный король был и его дедом. Он знал, что Эймонд, скорее всего, предпочтет уединение или компанию Лиси. Только кузине он позволял нарушать свое одиночество, остальные старались держаться подальше, когда он был зол или расстроен. Гвейн же, вероятно, будет рядом с Лейной, чтобы поддержать её. Как и ожидал Мордер, Лейнор находился в своих покоях. Наследник Дрифтмарка сидел в кресле, не отрывая взгляда от слуг, которые собирали его вещи. — Лейнор, — тихо позвал он друга. Тот поднял глаза, и Мордер едва не вздрогнул: в глазах Лейнора блестели слезы. Он не стеснялся своих слуг — знал, что те не станут болтать о его слабости. Мордер вздохнул. Лейнор Веларион всегда был красив, и даже слезы не портили его. Похоже, он переживает смерть короля сильнее, чем думал Мордер. Подойдя к столу, Мордер налил вина. Молча сел напротив друга и протянул ему кубок. Лейнор хмыкнул, но кубок взял, сделал глоток. — Хочешь поговорить? — спросил Мордер. — Нет, — покачал головой Веларион и отвел взгляд. — Давай просто помолчим. Что ж, Мордер не возражал. Он умел слушать и молчать... Драконий Камень произвёл на него гнетущее впечатление. Нет, сам замок был действительно величествен. Построенный из чёрного камня и украшен драконами. Величественный и скучный. Нет, ну серьёзно, у этих Таргариенов изображения драконов были везде и в любой форме. В виде статуй, на стенах и гобеленах, на посуде и, Семеро помогите ему, даже на ночном горшке. После того как прах короля Джейхериса был торжественно похоронен в склепе Таргариенов, принц Бейлон решил, что они останутся тут на ночь. Как свите юных принца и принцессы им выделили вполне достойные комнаты, которые, кто бы сомневался, были украшены драконами. Мордер отпустил слуг и не поленился заглянул под кровать. Как и полагается, там стоял ночной горшок. Усмехнувшись, он вытащил его и... Ну конечно же. И на нём были выгравированы мелкие драконы. О, Семеро, эти Таргариены совсем с ума сошли со своими драконами. Решив прогуляться, Мордер вышел из комнаты. Идя по коридорам, он думал, как побыстрее выйти в сад, но тут его внимание привлекло какое-то движение. Почуяв любопытство, которое не раз доводило его до неприятностей, Мордер смело пошёл в ту сторону, где увидел мельтешение. Но стоило ему зайти за поворот, как его быстро схватили за грудки, а к горлу прижали кинжал. — Мордер? — узнал его Эймонд. — Что ты здесь делаешь? — Потише, приятель, я просто гуляю, — ответил Хайтауэр с улыбкой, несмотря на кинжал у горла. Ему не привыкать к такому обращению со стороны принца. Он до сих пор помнил тот единственный случай, когда Эймонд мог его убить. Это произошло, когда он без стука вошёл в покои друга. Дядя попросил позвать Алисенту, а она в тот момент была у принца. Увидев эту сцену, он не мог забыть её. Если бы он умел рисовать, то постарался бы запечатлеть её на холсте. Алисента находилась в комнате Эймонда и заплетала ему косу. В свои тринадцать лет он был достаточно высоким для своего возраста, и его волосы уже спускались ниже плеч, что позволяло создать аккуратную причёску. Мордер, с широко раскрытыми глазами, смотрел на друга, чьи волосы были заплетены в косу и уложены вокруг головы короной, украшенной множеством бантиков. — Эм... — Мордер с трудом сдерживал смех. — Приятель, ты что, решил сменить образ? Его всегда удивляла способность Эймонда двигаться быстро и бесшумно. Вот и сейчас принц мгновенно оказался рядом с ним, и кончик кинжала упёрся в его горло. — Надеюсь, ты понимаешь, что это следует держать в тайне? — спокойно сказал Эймонд, прищурив глаза. "Как ему удаётся выглядеть таким грозным даже с этими бантиками на голове?" — Мордер, казалось, был поглощён только этим вопросом, не осознавая реальной угрозы со стороны принца. Неожиданно разрядила обстановку Алисента. Её тихий смех заставил Эймонда опустить кинжал и взглянуть на неё с нежностью. — Можешь не волноваться, Эймонд, — улыбнулась она. — Мордер не из тех, кто распространяет сплетни. Правда ведь, братец? Теперь Мордер заметно напрягся. Как бы Алисента ни казалась спокойной, её взгляд мог заставить чувствовать себя неловко весь день. — Конечно, ты же меня знаешь, Лиси... Принц тоже, судя по его сдержанной улыбке, вспомнил тот случай. — Что-то мне это напоминает, — произнёс Мордер. — Не тебе одному, — хмыкнул Эймонд, убирая кинжал в ножны. — Тебе лучше вернуться в свои покои. Не хочу после искать тебя по всему замку. — А ты почему бродишь один? — спросил Мордер. — Неужели сбежал? — У меня есть дело, — небрежно ответил Эймонд, направляясь за поворот. — Подожди, — Мордер почувствовал неладное. Его интуиция подсказывала, что отпускать принца одного опасно. — Я пойду с тобой. Эймонд бросил на него хмурый взгляд через плечо, но кивнул: — Как хочешь. Когда они шли за принцем, Мордер удивился, обнаружив тупик. Но ещё больше его поразил момент, когда Эймонд нажал на небольшой камень, и стена отъехала в сторону, открывая тайный проход. — Тайный вход? — удивился Хайтауэр. — Дед не раз брал меня на Драконий Камень, я здесь всё знаю, — хмыкнул принц. — Идём, нас никто не должен видеть. Мордер поспешил за другом. Когда Эймонд закрыл дверь, он рискнул спросить: — Так ты так покинул свои покои? — Верно, — кивнул Эймонд и внимательно посмотрел на друга. — Надеюсь, ты понимаешь, что стал свидетелем нашей семейной тайны. Об этом никто не должен знать. — Мне кажется, я уже достаточно храню ваши тайны, чтобы доверять мне, — недовольно сказал Мордер. — Лишний раз не помешает напомнить, — фыркнул Эймонд. — Пошли, нам нужно успеть до утра. Мордер не знал, куда ведёт Эймонд, но последовал за ним. Они шли долго, пока принц не вывел их к высокой горе. Даже Мордер понял, куда так торопится его друг. — Драконья Гора? — воскликнул Мордер с удивлением, а затем недоверчиво посмотрел на принца. — Ты же не собираешься оседлать Дракона короля Джейхериса? Даже я, Хайтауэр, знаю, что подходить к дракону после гибели его всадника крайне опасно. — Я просто хочу увидеть Бронзового Гнева, — спокойно ответил Эймонд на нотацию друга. — Если он не позволит мне приблизиться, я уйду. Тебе не обязательно идти со мной. — Ни за что, — решительно заявил Мордер. — Я тебя не оставлю. Куда ты, туда и я. Эймонд был явно удивлен настойчивостью друга, но ничего не сказал. Они отправились тайной тропой, которую показал ему дед, и вышли к восточной гряде, где обитают свободные и дикие драконы. Едва они вошли в пещеру, как услышали протяжный рев. Вертимор, страдая от потери всадника, явно никого не хотел видеть. Увидев их, он начал реветь еще яростнее, предупреждая, чтобы они покинули его убежище. Эймонд начал петь валирийскую песню, осторожно приближаясь к дракону. Но этого оказалось недостаточно, чтобы завоевать его благосклонность. Вертимор ревел все громче, начал бить хвостом по каменному полу, а из его пасти начал вырываться огонь. Эймонд понял, что величественный зверь не собирается подчиняться. — Осторожно, отступаем, — скомандовал Эймонд. Мордер был рад уйти отсюда, но его не покидало ощущение, что за ними следят. Он огляделся и чуть не выругался. Из темноты пещеры на них смотрели два ярко-синих глаза. — Эймонд, у нас проблемы, — сказал Мордер, не отрывая взгляда от наблюдателя. — Почему ты так решил? — спросил принц, глядя на Вертимора. — У нас компания, — ответил Хайтауэр, указывая на источник проблемы. Эймонд увидел, куда указывал друг, и едва сдержал ругательство. Помимо Вертимора, здесь был ещё один дракон. Принц с восхищением посмотрел на него. Из темноты вышел самый прекрасный дракон, которого он когда-либо видел. Угольно-чёрный, с ярко-синими глазами, он был лишь немного меньше Вертимора. — Что теперь делать? — нервно спросил Мордер. — Есть идеи? — Есть одна, — ответил Эймонд. — Но она тебе не понравится. — Мне всё это не нравится, так что переживу, — проворчал Хайтауэр, внимательно глядя на принца. Эймонд бросил взгляд на дракона и сделал свой первый шаг в его направлении. Что удивительно, дракон не зарычал на него. Вместо этого он продолжал наблюдать за принцем с любопытством. Мордер был почти уверен, что ящер оценивает, решится ли Эймонд подойти ближе. И Эймонд решился. Он начал приближаться, и когда оказался рядом, осторожно поднял руку и коснулся тёплой чешуи дракона без каких-либо препятствий. Принц погладил дракона, наслаждаясь его теплотой и магической трелью рычания, и на мгновение забыл, где находится. Лишь когда дракон слегка отстранился и подставил ему своё крыло, приглашая полетать, Эймонд словно очнулся от долгого сна. Он внимательно посмотрел на дракона и, собравшись с духом, решил рискнуть. Аккуратно взобрался на спину дракона, схватился за гребень и воскликнул: — Полетели! Дракон расправил крылья и вылетел из пещеры. Мордер бросился следом, с восхищением наблюдая, как его друг парит высоко в небе. Но ему нужно было возвращаться в замок. Если уже заметили их отсутствие, он даже не представлял, какой переполох это вызовет... Что ж, поднялся настоящий переполох. Как и предполагал Мордер, слуги заметили их отсутствие и поспешили доложить об этом принцу Бейлону. Принц Деймон смотрел на него с явным удовольствием, словно ждал возможности обвинить ещё одного Хайтауэра в покушении на королевскую семью. Чем больше Мордер наблюдал за отношением принца к его семье, тем сильнее убеждался в словах дяди о том, что Деймон Таргариен их ненавидит. Но прежде чем Деймон успел выдвинуть нелепые обвинения в адрес Мордера, в зал Расписного Стола ворвался стражник. Он сообщил, что принц Эймонд приземлился у главных ворот. Все тут же бросились туда, чтобы увидеть, как юный принц спускается с чёрного дракона. — Эймонд! — первым отреагировал принц Бейлон. Он не обратил внимания на внимательный взгляд дракона и бросился к внуку, крепко обняв его. — Глупец, зачем ты полез на восточную гору? Что, если бы ты и Мордер погибли? Ты хоть представляешь, что мы бы чувствовали? Эймонд сначала стоял неподвижно, как статуя, но потом обнял деда в ответ. — Мне жаль, что я снова заставил тебя беспокоиться, дедушка, — сказал он. — Но со мной всё хорошо. Более того, я смог оседлать дракона. Бейлон тяжело вздохнул, осознавая радость внука, и решил отложить более детальный разговор. Он отступил от внука и посмотрел на дракона. Хранители драконов сообщили ему о появлении нового дракона на Драконьем Камне. Этот дракон не вылупился из яйца, а прилетел неизвестно откуда, но поскольку он не причинял вреда, Бейлон просто принял эту информацию к сведению. Хранители дали ему имя Бродяга за его непредсказуемые прилёты и улёты. Теперь у Бейлона появилась возможность рассмотреть этого загадочного дракона. Он был полностью чёрным, напоминая Каннибала, которого видел лишь несколько счастливчиков, сумевших сбежать от этого монстра. Однако у этого дракона были ярко-синие глаза, напоминавшие глаза его внука. Бейлона смутило, что дракон внимательно смотрел на него, словно оценивая. За всю свою жизнь Бейлон только один раз сталкивался с таким пристальным взглядом — при первой встрече с новорождённым внуком. Чтобы не зацикливаться на этом, Бейлон спросил внука. — Как ты его назовёшь? — спросил Бейлон. Эймонд внимательно посмотрел на дракона. Бейлон готов был поклясться, что в глазах дракона мелькнуло любопытство. Наконец, Эймонд произнёс: — Завоеватель... Через две недели после смерти короля Джейхериса состоялась коронация. Времени прошло мало, но оставлять королевство без правителя нельзя, поэтому Бейлон приказал мейстеру разослать письма всем домам Вестероса. Коронацию провели в Звёздной Септе. Бейлон хотел повторить обряд помазания своего отца и прадеда. Со всех уголков Вестероса в Старомест стекались лорды, чтобы присягнуть на верность новому королю. Исключением стали Дорн и Железные острова. Принц Бейлон, облачённый в чёрно-красные цвета своего дома, преклонил колени перед Верховным Септоном, и церемония началась. — Пусть Воин придаст ему храбрости, — септон опустил большой палец в чашу с елеем и широким мазком коснулся лба Бейлона. — Пусть Кузнец укрепит его меч и щит, пусть Отец защитит в трудный час. Пусть Старица зажжет свой фонарь и укажет ему путь к мудрости. Старик улыбнулся и взял корону Завоевателя. Он осторожно надел ее на голову нового правителя. — Да здравствует Бейлон из дома Таргариенов, первый в своем имени, король андалов, ройнаров и первых людей, лорд Семи королевств и Защитник государства! Слава королю!