Изумрудное Солнце.

Кристон Коль никогда не роптал на судьбу. Он вырос в Дорнийских Марках, окруженный любовью родителей и брата. Будучи вторым сыном, он с юных лет решил стать рыцарем, чтобы защищать тех, кто нуждается в помощи. Его детской мечтой было присоединиться к ордену Белых Плащей, и он верил, что однажды это случится. Мать, наполовину дорнийка, всегда учила его бороться за свои мечты. Однажды Кристон попал на королевский турнир в честь рождения наследника престола. Именно там он впервые встретил принцессу Рейниру. Она показалась ему настоящей богиней, спустившейся к смертным. Белоснежная кожа, серебристые волосы, уложенные короной, и светящиеся пурпуром глаза — перед ним была воплощенная валирийская красота. Принц Деймон, конечно, тоже был красив и искусен в бою, но его поступки выходили за рамки рыцарской чести. Ударить по ногам коня соперника — это был подлый ход. Тем более что соперник был всего шестнадцатилетним юношей. Позже Коль узнал, что это был Гвейн Хайтауэр, сын Десницы короля, которого принц ненавидел лютой ненавистью. И это чувство было взаимным. Сейчас Коль видел перед собой воплощение вседозволенности и не мог этого стерпеть. Он вызвал принца на дуэль, и тот с наглой ухмылкой принял вызов. Сначала принц попытался сбить его с лошади, но Коль удержался. Следующий удар копья выбил Таргариена наполовину из седла, и тот перевесился через перила. Когда перила закончились, Деймон с грохотом рухнул на землю. Слуга подбежал, чтобы помочь ему подняться, но принц оттолкнул его и вытащил меч. — Принц Деймон Таргариен желает продолжить поединок на мечах! — раздался громкий голос глашатая. Похоже, он задел чью-то гордость. Мысленно фыркнув, Кристон приготовился к атаке. Дважды Кристону удавалось повалить принца на землю, но на стороне Деймона был большой опыт, и он легко смог повалить его в грязь. Люди зааплодировали принцу, а Деймон торжествующе раскинул руки, наслаждаясь своим триумфом. «А не рано ли он радуется победе?» — возмутился про себя Коль и предпринял решительные действия. Коль воспользовался ситуацией и ударил принца булавой в спину. Тот упал и попытался дотянуться до меча, но Кристон оттолкнул меч в сторону и придавил принца ногой. — Сдавайтесь, — сказал он. Деймон злобно оскалился, но всё же кивнул. Кристон убрал ногу и протянул принцу руку, но тот грубо её проигнорировал. Похоже, друзьями они не станут. Когда он подошёл к королевской ложе, он посмотрел на принцессу глазами, полными восхищения, и попросил её внимания. С того дня его жизнь изменилась. Он осуществил детскую мечту и стал королевским гвардейцем. Принцесса выбрала его своим личным защитником, и он сопровождал её повсюду. На турнирах он носил её ленту, защищая её честь и достоинство. Он был её щитом, другом и слушателем, готовым поддержать в трудные моменты. Особенно когда роль наследницы тяготила принцессу, особенно после повторного брака короля. На пиру в честь именин маленького принца принцесса не выдержала настойчивости Джейсона Ланнистера и сбежала на лошади. Колю удалось догнать её. К счастью, ничего не случилось, но принцесса отказалась возвращаться. Им пришлось провести время в лесу, где их встретил взрослый кабан. Они устроили привал, но когда Кристон разводил костёр, перед ними появился огромный кабан и набросился на принцессу. Вместе они справились с диким зверем. Впервые Кристон увидел в принцессе настоящую воительницу. Кто бы мог подумать, что высокомерие и надменность были неотъемлемой частью характера Таргариенов? Когда она появилась перед ним обнажённая и прекрасная, он потерял самообладание. Он забрал у неё драгоценный дар, который она должна была отдать своему мужу. Когда король объявил о её помолвке, его сердце сжалось от боли. Он любил её и не мог представить её в объятиях другого. Он знал, как тяжело Рейнире с её положением. Он предложил ей сбежать вместе в Вольные города. Там он мог бы стать мечником и наняться на службу, чтобы обеспечить их жизнь. Главное, Рейнира смогла бы быть свободной. Свободной от брака с человеком, которого не любит, и от титула наследницы, который тяготит её. Она всегда говорила, что эти обязанности давят на неё, так что у неё не будет повода отказаться. Однако, как выяснилось, у неё был свой повод. — Я не хочу провести жизнь вдали от родины ради бочки апельсинов, — резко сказала она. — Я должна выполнить свой долг, но это не значит, что мы должны прекратить наши отношения... То, что принцесса предложила ему, навсегда разрушило его восхищение ею. Она просила его стать её тайным любовником. Она хотела, чтобы он был её шлюхой. — У меня нет ничего, кроме моего меча и белого плаща, — сказал он. — Но теперь мой плащ запятнан кровью, я нарушил традиции и свой долг. И вы просите меня стать вашей шлюхой? — он был глубоко задет. Да, он опорочил честь рыцаря, но гордость ещё теплилась в его сердце. Он продолжал службу, но старался не пересекаться с принцессой. Благо, дочь короля охраняли другие стражники. Когда королева вызвала его, одного взгляда хватило, чтобы понять: она всё знает. Это принесло ему странное облегчение. Он был клятвопреступником и заслуживал наказания. Кристон рассказал королеве всё и даже осмелился попросить о милосердии. Единственное, о чём он молил, — избежать кастрации. Но королева проявила великодушие. Она не стала рассказывать королю, лишь велела продолжать службу. Потом был пир, на котором произошло убийство, окончательно запятнавшее честь Коля как рыцаря и Белого Плаща. Джоффри Лонмаут заявил, что знает о связи Коля с принцессой. Гнев захлестнул Коля, и он не видел ничего, кроме лица юнца, решившего его шантажировать. В порыве ярости Коля избил Джоффри, а затем трусливо сбежал в богорощу, намереваясь покончить с собой. Он больше не видел смысла жить. В этот момент перед ним засиял свет маяка Староместа. Королева спасла Коля от самоубийства и убедила короля назначить его своим личным защитником. Около полугода спустя Кристон стал сопровождающим королевы и увидел, как тяжело она переживала третью беременность. Когда начались роды, все слуги молились за королеву и ребенка. Слава Семерым, роды прошли благополучно, но королева потеряла сознание. Кристон спросил одну из служанок, что случилось. Та ответила, что королева просто устала. Мейстер сказал, что ей отдохнуть, и тогда она придет в себя. Но поздно ночью Кристон пережил настоящий ужас. Из покоев королевы донесся дикий крик. Ворвавшись туда, он увидел королеву на коленях. Она кричала и пыталась выцарапать себе глаза. — Зовите мейстера! — закричал Кристон. — У королевы истерика! Он бросился к ней и обнял. Она не узнала его и начала драться, кричать: — Не трогай меня… Я не хочу… Не надо… Мейстер подбежал, и они вдвоем влили ей в рот маковое молоко. Королева обмякла и уснула. Кристон уложил ее на постель и остался у дверей до утра. Он знал, что король в курсе случившегося, но тот не пришел. Кристон смотрел на спящую королеву и пытался понять, почему она так себя повела. Ее крики, попытки вырваться… Казалось, он хотел опорочить ее. Но он понимал, что королева его не узнала. Он звал ее, просил очнуться, но она не реагировала. Значит, ей что-то привиделось или вспомнилось. Что-то, что заставило ее кричать и драться. Создавалось впечатление, что она уже пережила насилие. Но это же невозможно. Добрый король никогда бы не... Или же всё-таки... Алисента не зря умоляла его остановиться. Это не просто «отпусти меня». Так кричат жертвы насилия. Кристон сжал эфес меча. Что же происходит между королевскими супругами? На следующее утро он смог поговорить с королевой, но она выглядела не так, как обычно. Точнее, её глаза. Раньше её прекрасные зелёные глаза казались тёплым светом среди тьмы Красного Замка. Теперь же они напоминали холодные изумруды, а взгляд — как у людей, потерявших близких. – Сир Кристон, прошу прощения за вчерашнее, – сказала королева. – Я, кажется, вас напугала. – Не стоит извиняться, ваша милость, – ответил он. – Но скажите, что с вами произошло? И почему вы назвали это имя? Королева напряглась. – Какое имя? – переспросила она. – Оберин, – осторожно сказал Кристон. Королева заметно расслабилась. – Ах, вот в чем дело, – произнесла она. – Понимаете, сир Кристон, мне приснился страшный сон, и я услышала это имя во сне. Не обращайте внимания. Лучше попросите мейстера осмотреть меня и служанок привести моих детей. – Слушаюсь, ваша милость, – Кристон поклонился и покинул покои. Что-то тревожило его. Королева явно что-то скрывала. Ее беспокойство усилилось, когда он напомнил ей о том имени. Теперь она пыталась убедить его, что это был лишь сон. Он верил своей королеве, но решил проверить всех слуг, имеющих доступ в ее покои. Он не мог позволить себе бездействовать, когда его королеву охватил такой страх, что она готова была выцарапать себе глаза. Ему нужно было во всем разобраться и найти таинственного Оберина... Сир Кристон проявил искреннюю заботу о ней, беспокоясь о её ночном поведении. Элия убедила его, что это был всего лишь кошмар, и имя Оберин случайно всплыло в её сне. Мейстер Меллос посоветовал ей больше спать и принимать микстуры. Однако сейчас Элия жаждала увидеть детей королевы. Третья беременность Алисенты оказалась особенно тяжёлой. Она страдала от постоянной тошноты и головных болей, почти ничего не ела и плохо спала. В день родов повитухи столкнулись с трудностью: ребёнок застрял в родовых путях. Королева несколько часов не могла разродиться, то теряя сознание, то приходя в себя. Всё это сопровождалось её криками и стонами. Когда ребёнок начал продвигаться, Алисенту охватила невыносимая боль. Она кричала, что умирает. Вероятно, так оно и было бы, если бы Элия не заняла её место. Теперь Элия стала королевой Алисентой Хайтауэр и хотела увидеть своих детей. Служанки сообщили ей, что сразу после рождения ребенка приходил король, но к тому времени она уже потеряла сознание. Мальчика назвали Эймондом, и сейчас он с кормилицей. При этих словах Элия нахмурилась. В прошлой жизни она кормила своих детей, и в этой тоже хотела испытать радость материнства. Пусть она не рожала этих детей, но боги привели ее в эту эпоху, чтобы изменить Дом Таргариенов. Она решила начать с малого — с детей. Когда привели детей короля Визериса, Элия чуть не расплакалась от умиления. Эйгону было уже три года. Перед ней стоял пухлый малыш с серебряными волосами и лиловыми глазами. Одетый в светлые одежды, он был самым милым ребенком, которого Элия когда-либо видела. Если бы ее Эйгон дожил до таких лет, он был бы таким же очаровательным. Малышка Хелейна, которой исполнился год, была одета в розовое платье. Ее серебристые волосы скрывал милый чепчик, а серебристо-лиловые глаза смотрели на Элию с доверием. И, наконец, Эймонд. Служанка держала сверток, который Элия приняла с большим трепетом. Малыш, ставший причиной ее появления в этом времени, мирно спал, не подозревая, что его рождение привело к исчезновению матери. Она осторожно коснулась его щечки и удивилась, насколько она мягкая. Серебристые волосики были нежными, как тонкий шелк. Внезапно малыш открыл глаза, и темно-фиолетовый взгляд с любопытством устремился на нее. Элия была поражена до глубины души. Она поцеловала его в лобик, улыбнулась остальным детям и попросила служанок оставить их. Девушки помогли детям забраться на ее постель и, поклонившись, удалились. Эйгон, первым делом подполз к ней и с интересом взглянул на брата. Хелейна, еще маленькая, не знала, как себя вести, и лишь хлопала глазками. Элия улыбнулась и протянула малышке руку. Она немного помедлила, но все же придвинулась ближе. Лежа среди детей, Элия чувствовала удивительный покой. Глядя на трех малышей перед собой, она не могла поверить, что двое из них стали узурпатором и убийцей. Нет, они не заслуживали такой судьбы. Как и Хелейна. Разве этот ангел заслужил, чтобы на его глазах убили старшего сына? А второго разорвала толпа? И их дочь, невинная душа, погибла при странных обстоятельствах. Девочка стала лишь препятствием на пути алчных лордов. Если верить некоторым историческим книгам, Эйгон Узурпатор не стремился к власти. Малый Совет вынудил его, угрожая, что Рейнира убьет его, его детей и семью. Правда это или нет, но Эйгон просто хотел выжить, и ради этого решился на войну. Для слабого правителя это был смелый шаг. Но теперь все могло измениться. Если Эйгон не желает быть королем, пусть так и будет. История показывает, что Эймонд больше подходит на роль правителя. А что, если Эйгон откажется от престола и преклонит колено перед братом? Или, может быть, она сделает его принцем-консортом Дорна? Насколько Элия помнила, у Дорна есть две принцессы: наследница Ариадна и принцесса Кориандра. Что, если она повторит подвиг Дейрона Доброго? Если малышка Хелейна захочет, то сможет выйти замуж за того, кого выберет сама. Что касается Баратеонов и Ланнистеров, можно пообещать, что её будущие внуки смогут вступить в брак с младшими детьми этих домов. Да, она считала Роберта Баратеона мятежником, но до его рождения ещё сто лет. Тайвин Ланнистер приказал своим людям убить её детей, но в наше время его нет, и кто знает, родится ли он вообще, если она выиграет эту игру. Никто не знает, что произойдет завтра, не говоря уже о будущем через сто лет. Прижимая к себе детей, она дала себе обещание, что позаботится о них. Её дети не повторят свою судьбу Алисента Хайтауэр, королева Семи Королевств, торжественно клянется оберегать своих детей. Любой, кто осмелится причинить им боль, станет ее врагом. Слово Хайтауэров, клятва Мартеллов. Несломленное солнце Высокой Башни.