Часто, долго и счастливо

      Чу Ваньнин захлопнул дверь и уселся на кровать, доставая телефон. Глупо следить за собственным мужем, когда тот в соседней комнате, но он не посмел признаться, что сходит с ума от ревности, когда Мо Жань начинает стрим.       Запрещать своему партнеру заниматься любимым делом он не собирался, но с каждым днем его терпение истощалось все сильнее. Нет, Чу Ваньнин и сам, будучи всего лишь профессором Мо Жаня, следил за его выступлениями — и тогда очень радовался шуткам на грани, улыбкам и сладким заигрываниям с публикой. Мо Жань зарабатывал деньги, дразня своих зрителей, но никогда по-настоящему не переходил черту пристойности, несмотря на некоторые вольности.        Да уж, донаты проливались не дождем, а настоящим ливнем, стоило Мо Жаню подыграть незнакомцам из интернета и снять узкую майку, которая и так мало что скрывала. Чу Ваньнин и сам изрядно опустошил свой кошелек за время его стримов. Но…       Он подключился к трансляции и тут же пролистал бурно заполняющийся чат.        “Гэгэ, ты сегодня слишком горячий, придется всю ночь дрочить”.       “Зачем ты вообще прячешь свои кубики? Это преступление”.       “Готов заплатить, если ты назовешь меня сучкой своим сладким голосом”.       И все в таком духе.       Мо Жань посмеивался, отвечая на самые безобидные вопросы, но раздеваться не спешил — после того, как они начали встречаться, он сам, без просьб Чу Ваньнина перестал снимать верх даже за донаты.        Но…       Опять это “но”.       Мо Жань действовал профессионально, если можно назвать профессией торговлю своим обаянием. Он даже рассказал своим подписчикам, что вступил в брак!       Часть зрителей сразу ушла, и Чу Ваньнин собирался извиниться, но Мо Жань заверил его, что не собирается развлекать людей, которые не уважали его выбор. И все равно казалось, что Чу Ваньнин не заслужил своего места, что он ограничивал Мо Жаня…        “Не верю, что такая шлюха, как Тасянь-Цзюнь, и правда женился. Зачем трахать одного, когда несколько тысяч готовы для тебя ноги раздвинуть?”       Чу Ваньнин едва успел прочитать комментарий, как тот исчез, снесенный твердой рукой Сюэ Мэна, который помогал модерировать чат. Грубо, но по существу это правда. Не первая часть! Но Мо Жань так молод и красив, что Чу Ваньнину казалось, будто он украл его у остального мира. Сам-то он перешагнул тридцатилетний рубеж и не мог похвастаться соблазнительной раскрепощенностью, которая привлекала мужчин. У него и мужчин до Мо Жаня не было! Хотя он поддерживал свое тело в хорошей форме — идеальной. Ваньнин, я так сильно хочу тебя нагнуть, пока ты тренируешься с мечом. Можно хоть разочек, а? — но ему недоставало обаяния и легкости.       — Вы не заслужили, — сказал вдруг Мо Жань, видимо, отвечая на вопрос в чате. — Я сам трудился много лет, чтобы заполучить своего мужа, с чего вы решили, что можете глазеть на него?       Чу Ваньнин вернулся к чату и увидел, что зрители в очередной раз обвиняли Мо Жаня в том, что тот выдумал своего мужа, чтобы подразнить их и разбить сердца самым отчаянным.        Глупо идти на поводу у анонимов из интернета, но Чу Ваньнин понял, что его терпение закончилось. Пальцы задрожали над экраном, а потом он поспешно написал: “Закроете сбор и увидите его мужа. Один раз, а после я лично буду вышвыривать каждого, кто засомневается в моем существовании”.       Чу Ваньнин нажал “Ввод” и отбросил телефон, не видя, что чат взорвался потоком сообщений, а сам встал с постели и распахнул шкаф. Он не сомневался, что из чистого упрямства эти придурки заплатят сколько нужно, поэтому приготовился раз и навсегда заявить свои права на Мо Жаня. Чу Ваньнин не собирался появляться на трансляции в домашних штанах и старой футболке Мо Жаня, поэтому достал заранее приготовленную одежду — Мо Жань подарил, сам бы он ни за что не купил себе безрукавку с высоким воротом и полностью открытой спиной. Он и надевал-то ее всего раз — они собирались сходить на свидание, но в итоге так и не покинули квартиру, так что он, наверное, неплохо в ней смотрелся?..       Пока Мо Жань бросал взволнованные взгляды на дверь в комнату и пытался успокоить взбудораженных зрителей, Чу Ваньнин распустил волосы, влез в узкие штаны — Ваньнин, тебе нельзя в них выходить на улицу, я передумал, тебя точно украдут у меня! — и надел топ. Даже в зеркало смотреть не стал, а то последняя храбрость испарится. Чу Ваньнин на мгновение засомневался в своем решении — даже голым он чувствовал бы себя комфортнее, чем в этой странной, провокационной одежде.       Поборов страх, он подошел к двери, за которой Мо Жань веселым, но немного нервным голосом что-то объяснял зрителям. Наконец Чу Ваньнин вошел внутрь, и Мо Жань в ту же секунду крутанулся на кресле, поворачиваясь к нему. Его муж замер, с восторгом разглядывая Чу Ваньнина, и тот, как бы ни отрицал, почувствовал удовлетворение. Мо Жань так смотрел на него, не на чужих людей из интернета.        Чу Ваньнин подошел ближе, собираясь подарить мужу один пристойный поцелуй, чтобы развеять всякие сомнения у зрителей, но Мо Жань с силой притянул его ближе и усадил к себе на колени. Горячие ладони нежно обхватили его талию, потом скользнули по открытой спине. Чу Ваньнин не успел ничего сказать, как губы Мо Жаня захватили его рот.       После тот уложил его спиной на стол и одной рукой потянулся к клавиатуре, но быстро вернул ее на спину Чу Ваньнина, а потом скользнул ниже, сжимая обтянутые тканью ягодицы.        Черту благопристойности они точно пересекли, но Чу Ваньнин, ошеломленный напором, даже не подумал об этом. К счастью, Мо Жань отключил трансляцию, и людям в чате оставалось только бесноваться в неизвестности, восторгаясь, проклиная и умоляя.        Чу Ваньнин написал то сообщение от аккаунта, под которым годами следил за выступлениями Мо Жаня. Неудивительно, что нашелся человек, который это заметил.       “Бля-я-я, это ведь его подписчик?!! Мало я донатил ( ಥ ʖ̯ ಥ)”        Но отчаянный комментарий быстро смыло волной новых сообщений.