Как приручить Зоро

Лёгкие и горло саднили, как после долгой пробежки. Тело всё ещё периодически сковывало судорогами, отдающими тупой болью во всех частях тела. В глаза словно залили кислоты, из-за чего те раздражённо щипали. Но Санджи просто не мог остановиться. Грудные мышцы безостановочно сокращались в беззвучном рыдании, а руки дрожали, будто он был портовым пьяницей. Слёзы уже давно закончились, а вот адская тупая боль в сердце, казалось, усиливалась с каждым вдохом. На секунду захотелось просто задохнуться, лишь бы не чувствовать этого. Со всех сторон кока окружали знакомые голоса. Мягкий, слегка влажный от слёз мех Чоппера, холодная сталь Фрэнки и даже неожиданно ласковые ладони Нами-чуан — всё это, словно кокон, обволакивало его со всех сторон, стараясь оттащить блондина от мёртвого тела. Мёртвого… тела… Кая. Перед глазами опять вспыхнул этот глупый букет, а горло скрутило новой судорогой. Санджи остервенело вцепился в труп руками, не желая сталкиваться лицом к лицу с суровой правдой. Накама вокруг него досадливо переглянулись. Они тоже, несомненно, грустили. Кто-то всё ещё опечаленно всхлипывал. Но все до единого понимали — с рыжим нужно проститься. А тёплый и влажный климат острова отнюдь не благоволил сохранности мёртвых тел. Винсмоук ощущал себя так, будто через него пропустили сотню призраков Перроны. Даже хуже. Он был недостоин любви, недостоин жизни, а главное — недостоин своей команды. Ведь он ничего не смог сделать с кучкой пьяных идиотов. Он подарил смерти того, кто признался ему в любви. Сердце вновь болезненно сжалось, и Санджи поморщился от этого ощущения, зарываясь носом в окровавленное кимоно. Внезапно он почувствовал, как чьи-то сильные руки подхватывают его за подмышки. Доли секунды он хотел вырваться и броситься обратно к телу Кая. Но передумал. Нет, не так. «Передумал» — это слишком насыщенное описание для процесса, происходившего у блондина в голове. По факту Винсмоук абсолютно внезапно ощутил абсолютное ничто. Как будто все его эмоции растворились, оставляя внутри зияющую дыру. И это стало его спасением. Над ухом кто-то раздражённо рыкнул, но Винсмоуку было всё равно. Ему вообще на всё было наплевать с высокой колокольни. Кай… умер… так тому и быть. Колесо сансары сделало очередной оборот. — Мы вернёмся. Скоро, — послышалось откуда-то сверху. Какой же идиотский акцент. А, впрочем, всё равно. Как же он устал, так хочется спать… Хотя, что мешает? Правильно. Ничего. «Какая удобная подушка», — подумал блондин, сонно утыкаясь щекой в белый мех. Санджи, ещё немного посмаковав ленивые мысли в пустой голове, провалился в небытие. *** Дракон устало и шумно выдохнул. Пара камешков покатились со скалы, не в силах противиться внезапному порыву тёплого воздуха. Место для «пикника» было весьма опасным. Но только лишь для людей. Для драконитов, чей второй дом — это небо, горная местность испокон веков была лучшим укрытием. А сейчас она стала таковой и для Санджи. Зоро перевёл взгляд на мирно спящего кока и против воли смутился этой странной картине. Завитушка сладко посапывал, крепко прижимаясь к «пушистому» телу дракона ближе к хвостовой его части. Губы его растеклись в лёгкой полуулыбке, а пшеничные ресницы подрагивали в предрассветных лучах. «Само спокойствие», — подумал Зоро. Как будто и не было всех этих слёзных сцен с умиранием на руках и прощальными… поцелуями. Ророноа внутренне скривился, перед глазами снова появился образ целующейся парочки. Завитушка со слезами на глазах наклоняется к умирающему другу и… Конечно, это был просто охуительно трогательный момент. Кажется, даже Робин всхлипнула от такой нежности. Но не Зоро. Зоро знал, что за уёбок этот Кай. Да даже не будь он чертовым работорговцем, это всё ещё не даёт ему никакого права целовать кока! «Вообще-то, это Санджи его поцеловал», — напомнило подсознание. Но Малахит отмахнулся от этой мысли, словно от надоедливой мухи. Да и вообще, насрать, с кем там целуется этот Завитушчатый! Рыжий ему притараканил этот просто невероятно уродливый букетик. Да и Санджи что-то подозрительно сильно убивался по этому уёбку. Так что, наверное, у них уже было и что-то большее, чем поцелуй. Собственные мысли прервало утробное рычание. Зоро моментально напрягся, готовый к атаке. Но внезапно понял, что звук издаёт он сам. Рык слегка вибрировал во всём теле, от чего спящий на нём кок смешно поморщился во сне. Ророноа вновь шумно выдохнул, даже не удивляясь необычной реакции драконьей сущности. Вопреки многозначительным взглядам кока, идиотом он не был. И давно уже сложил в голове два плюс два. Ну, как давно… Буквально вот час назад. Но подозрения… Подозрения появились ещё после совместного «уикенда» на острове, где внезапно обнаружилось, что Завитушка, оказывается, понимает его язык. Дракон ухмыльнулся, вспоминая лицо блондина, когда тот услышал от «Маримо» что-то длиннее односложных предложений. Бредовые галлюцинации с Завитушкой в тюремной камере лучше даже не добавлять в общую копилку «странностей». Очевидно, это была совершенная случайность и помутнение сознания. Да, подобный расклад достаточно необычен. Зоро бы даже сказал «уникален» (выкуси, кок! Зоро знает много всяких синонимов). Но вот очень странным его сделал тот полёт… тот чертовски смущающий и принёсший дракону слишком много вопросов полёт. В небе они будто были единым целым. И, хотя Ророноа не сразу понял, что к чему, в самом конце «перелёта» он мог уже точно различать, где его собственные переживания, а где — чувства блондина. Именно эта особенность их взаимодействия вкупе с природной чувствительностью драконитов к чужим эмоциям и подвела Зоро к финальному аккорду в понимании ситуации. Там, на пляже, когда он разобрался с этими ублюдками и бросил взгляд в сторону Завитушчатого, его буквально прибило шквалом чужих эмоций. Ророноа не только видел чужую боль, но и чувствовал её. И приятного в этом было мало. Сердце рвалось на лоскуты, а грудь сдавливало невидимым прессом. Малахит сразу вспомнил похороны бабушки и оглушающую пустоту внутри после её ухода. В какой-то момент ему стало стыдно, что боль от утраты члена семьи не была даже наполовину такой же обезоруживающей, как те эмоции, что сейчас испытывал Санджи. Ревность острой иглой хотела кольнуть Зоро, но растворилась в водовороте, не в силах противостоять чужой боли. Ни мягкие уговоры доктора, ни нежные руки ведьмы не могли отвлечь Завитушку от его потери. Малахит мрачно смотрел на их тщетные попытки, понимая, что они ничем здесь не помогут. Вот если бы можно было заглушить эти чувства, дать передышку бедному коку… В голове промелькнули старые бабушкины сказки, что она ему рассказывала, пока отца не было дома. Мысль пришла так внезапно, что Зоро на секунду растерялся, сомневаясь. Но чем чёрт не шутит? Проигнорировав щемящее чувство в груди, дракон буквально сгрёб кока в охапку за подмышки. Почти моментально обмякшее тело блондина подарило облегчение, но вместе с этим — тревожное осознание сложившейся ситуации. Ророноа раздражённо рыкнул. Почему всё так сложно? Пообещав себе разобраться в этом позже, Малахит небрежно бросил команде: — Мы вернёмся. Скоро, — и обернулся драконом под удивлённые (и восхищённые) вскрики мугивар. «Нет для дракона связи священнее. Едины они с наездником перед Богами, и чувства их едины, как едино пламя и его отражение в воде. И несла эта связь лишь безумие и беды, пока не пресытились Древние чувством потерь. Долгие лета прошли в молитвах и смирении, пока Боги их не услышали. Снизошло на драконье племя то ли дар, то ли проклятье. Встретились двое — дракон Двухё и наездница Тишина. Потерял Двухё в битве своего сына и обезумел от тоски. И тогда Тишина украла его горе — всё, до последней слезинки. Дракон прожил ещё триста лет, безвольный и равнодушный к миру. А она превратилась в статую, вечно скорбящую по былому счастью. Поэтому помни, мой дорогой Малахит. Нельзя забрать чужую боль, можно лишь подарить новое счастье». Из расплывчатых воспоминаний Зоро вывело недовольное бурчание и возня. Переведя взгляд на лохматого кока, дракон не смог сдержать улыбки. Санджи проснулся и, по всей видимости, ещё не до конца понимал, где он находится, неловко ворочаясь на мохнатом «одеяле». Спустя ещё пару секунд сонной возни блондин с громким «бам» рухнул на каменистую поверхность склона. От неизбежного падения в пропасть его отделяли какие-то сантиметры. Сердце Зоро на мгновение замерло. Но после того, как Винсмоук, громко ругаясь, поднялся на ноги, дракон еле слышно выдохнул. Впрочем, даже такого тихого звука хватило для того, чтобы кок обратил на него внимание. Резко развернувшись на сто восемьдесят градусов, он окинул взглядом белоснежный мех, слегка поблёскивающий в лучах рассветного солнца. Зоро буквально услышал, как шестерёнки в голове Завитушчатого пришли в действие. К его разочарованию, взгляд кока с каждой секундой темнел всё больше. Смешная бровь возмущённо дёрнулась, наглядно демонстрируя настрой владельца. — Ты! — гневно прошипел кок. — Блядская ящерица, зачем ты меня сюда притащил?! Ророноа раздражённо прикрыл глаза. Коктейль из растерянности, гнева и… невыносимой боли снова настойчиво долбился в голову. Но теперь Малахит хотя бы примерно осознавал, что это такое, и старался максимально абстрагироваться от чужих чувств. Молчание дракона Винсмоук воспринял на свой счёт. Гневно цыкнув, он повторил, растягивая слова: — Зачем. Ты. Меня. Сюда. ПРИТАЩИЛ?! Шумно выдохнув, Зоро оттолкнулся от земли и поднялся вверх, мягко закручивая хвостовую часть тела сзади себя. Из-за близости к Санджи белый мех невесомо скользнул по его ногам. Тот лишь чертыхнулся себе под нос и отпрыгнул в сторону настолько, насколько позволяла это сделать небольшая платформа. Ророноа тем временем уверенно двинулся по направлению к блондину. Ему хотелось лишь одного — без лишних разговоров доставить кока обратно к накама, раз уж он отошёл от пиздостраданий по этому конченому работорговцу. Однако его планам не суждено было сбыться. Погрузившись в свои мысли, Зоро не заметил на подлёте, как опасно сверкнули глаза Завитушчатого. В следующую секунду тот привычно крутанулся на месте, практически шипя: — Diable Jambe… Concassé! Когда у Зоро появится такая возможность, он обязательно попросит прощения у своих предков на семейном алтаре. Потому что пропустить атаку в лоб от типа с закрученной бровью — это позор, который ничем уже не отмыть. Ророноа чувствовал, что Санджи бьёт не в полную силу. Но это не значит, что тот не старался. Малахит почувствовал, как треснула скуловая кость, и, гневно рыкнув, взмыл в небо, уходя из-под линии ударов. Парочка всё же пришлась по длинному телу, но это было уже далеко не так болезненно. — Ты что творишь, идиот?! — низкий гортанный драконий рев пронёсся над ущельем. Шумно выпустив воздух из ноздрей, Зоро постарался успокоиться. Всё-таки местные жители не привыкли слышать по утрам гневное рычание дракона. Кажется, Санджи тоже не ожидал таких мощных децибелов от дикаря. На секунду его глаза округлились, прежде чем он, подпрыгнув в небо вслед за зверем, поднял ногу для следующего удара: — Collier Strike! — закричал Завитушчатый, и Зоро почувствовал жар от его ноги в районе шеи. Мощная атака откинула голову дракона назад на пару метров. Но тот быстро остановился в воздухе, кидая гневный взгляд на блондина. — ДОВОЛЬНО! — прорычал он чуть громче, чем следовало. Гортанный звук теперь пронёсся не только над скалой, но, казалось, и над всем лесом, простирающимся у её подножия. Санджи в это время уже приземлился на холодный камень и с нескрываемым удовольствием закурил сигарету. Для него в этой схватке победитель был очевиден. Хотя для дракона она даже и не начиналась. Ророноа, раздражённо выдохнув, приземлился на землю, оборачиваясь прямо в полёте в человеческую форму. Им надо срочно поговорить. *** Санджи раздражённо выпустил клуб дыма себе под ноги, стараясь не смотреть на Маримо. Глаза предательски щипало, но он из всех сил старался не заплакать. Только не снова, и только не перед ним. — Чёртова ящерица, — пробубнил он себе под нос и все-таки поднял гневный взгляд на Зоро. Винсмоук моментально закашлялся, поперхнувшись дымом. Зеленоголовое чучело стояло слишком близко. Санджи отскочил на шаг назад, презрительно скалясь. — В чём твоя проблема, кок? — Ророноа тоже не сочился дружелюбием. Он недовольно позыркивал на блондина, скрестив руки на груди. Однако попыток ответить на недавние избиения не предпринимал. В груди вспыхнул стыд, и Санджи отвёл взгляд, предпочитая забыть о своём ребячестве. Он надеялся, что идиот-Маримо ответит на его провокацию и он сможет выпустить пар. Но в Зоро совершенно неуместно проснулась дипломатичность. Винсмоук раздражённо выпустил в небо струю дыма, понимая, что это никакая не снисходительность, а банальная жалость. Ещё больше разозлившись от своих мыслей, блондин раздражённо кинул: — Я ухожу, — и приготовился к лунному шагу. Почувствовав мягкий останавливающий толчок в районе груди, он даже не стал поднимать взгляд на дикаря. Пусть идёт к черту. Санджи вспомнил: он видел его там. В крови, среди обезглавленных трупов. Зоро стоял там, словно дикий зверь, устроивший кровавую баню. Санджи знал, на что тот способен. Орудие убийства, заимевшее разум. Вот кем был Ророноа Зоро. Так почему же Кай умер от руки бандита, когда у этих пьянчуг не было и шанса перед монстром? «Съебался с корабля», — донеслась фраза в обрывке сознания. Ответ прост. Кай с самого начала не нравился Зоро. А значит, дракону не было нужды спасать его. И он не спас. Но мог ли? — Санджи, — раздалось тихо над ухом кока. Тот вздрогнул, моментально покрываясь мурашками. Но, скинув с себя наваждение, он раздражённо дёрнул плечами, сбрасывая ладонь Маримо у себя с груди. Подняв наконец безразличный взгляд на Зоро, он прошипел: — Я иду к накама. Один или без тебя, — и шагнул в пропасть, отталкиваясь от воздуха. Ророноа за его спиной вновь тяжело вздохнул и, обернувшись в звериную форму, полетел чуть впереди кока, указывая путь. Несмотря на то, что белый мех призывно поблёскивал на солнце, Санджи решил из принципа больше никогда не пользоваться услугами «Зоро-экспресс». Всё было не так. В книгах процесс прощания выглядел совершенно иначе. Согласно канонам жанра, на улице должен был идти ливень, а над красивой каменной могилой стоять многочисленные близкие и родные умершего, провожающие оного на тот свет. Реальность же была до безобразия жестока: хоть и очень искусное, но всё-таки наспех сбитое Фрэнки с Усоппом деревянное надгробие возвышалось над уродливой горкой из песка и грязи. И вместо семьи, родных и просто любящих людей, говорящих трогательные речи, рядом с могилой неловко столпились мугивары. Никто не проронил ни слова, все просто печально шмыгали носами и вообще старались слиться с окружающей местностью. На улице стояла великолепная погода: солнце слепило, а лёгкий прохладный ветерок должен был дарить успокоение в этот погожий денёк. Но только не сегодня. Сегодня благосклонность природы ощущалась скорее как издевательство. В паре метров от захоронения стояли Зоро и Брук. Последний что-то тихо играл. Мелодию сложно было назвать скорбной — скорее меланхоличной, но достаточно светлой. Кажется, скелет не хотел, чтобы команда (а в особенности Санджи) погружалась в отчаяние. Ророноа же просто, как всегда, хмуро сканировал взглядом окружение, далёкий от любой скорби. Винсмоук, конечно же, принял это как очередное доказательство того, что Зоро плевать хотел на судьбу Кая. Слёзы уже кончились, остался лишь гнев и чувство несправедливости. Санджи отомстит обидчикам и спасёт сестру Кая, чего бы это ему ни стоило. Отель «Амур» находился на окраине города, в противоположной стороне от бухты, в которой остановились мугивары. Стараясь вести себя как можно более обычно и непринуждённо, Санджи подал завтрак и обед. Конечно, когда он отворачивался, то слышал перешёптывания команды и чувствовал спиной обеспокоенные взгляды. Но был даже благодарен за такую заботу о его самочувствии. После обеда накама как будто бы даже успокоились и перестали как бы случайно следить за передвижениями кока. Кто бы мог подумать, что сложнее всего будет избавиться от «хвоста» Зоро. Сердитое дыхание дикаря, казалось, преследовало Санджи абсолютно везде. Но его настороженная внимательность, к счастью Винсмоука, компенсировалась тупостью и предельной исполнительностью. Поручив Ророноа перебирать картошку, кок под видом того, что идёт в туалет, легко скрылся с корабля, обещая себе вернуться до ужина. Конечно, он не будет лезть на рожон. Просто тихо проникнет в этот «Амур», вытащит оттуда девчонку и вернётся с ней на корабль. На самом деле, по мнению Санджи, в такой тихой операции команда будет лишь обузой, генерирующей слишком много шума на один квадратный метр. Здание отеля представляло из себя не слишком роскошное, но довольно приличное строение в стиле дешёвого классицизма. Колонны перед главным входом в здание не отличались внушительными размерами и слеплены были явно из неблагородных материалов. Но в общем и целом приятная бледно-розовая цветовая палитра и свежевыкрашенный фасад не давали повода думать о том, что перед тобой — место, где взаперти держат прекрасных меллорин. Санджи, остановившись в зоне для курения рядом с отелем, зажёг сигарету, сканируя наружную охрану. Поняв, что на главном входе её практически нет, он решился обойти здание по периметру — и не прогадал. Рядом с чёрным входом с восточной стороны здания стояла парочка страшных бугаев. Осторожно выглянув из-за угла, Винсмоук понял: мужчины охраняют вовсе не дверь, а неприметный люк, напоминающий скорее канализационный. Подслушав разговор охранников с помощью воли наблюдения, Санджи не узнал ничего интересного, кроме подробностей интимной жизни бугаев. Раздражённо цыкнув, он решил не привлекать много шума и ознакомиться с планировкой здания изнутри. — Миледи, — Санджи обворожительно улыбнулся администратору. Это была изящная меллорин в строгом костюме и с забранными в высокий хвост каштановыми волосами. Она нарочито дружелюбно улыбнулась в ответ, моментально признав в блондине потенциального клиента. «Сразу видно — извращенец», — подумала она, а вслух лишь уточнила: — Чем я могу вам помочь, мистер? Улыбка Винсмоука растянулась ещё больше. В вестибюле приятно пахло чем-то цветочным. Однако этот аромат всё ещё позволял уловить нотки перечного парфюма девушки на ресепшн. Воистину, женщины — невероятные создания. — Мне, пожалуйста, стандартный номер на двоих. Девушка деловито кивнула и открыла отельный гроссбух. Вытащив из отдельной папки слип [прим.: карточка гостя для регистрации], она протянула его Санджи и вновь обворожительно улыбнулась. — Заполните необходимую информацию и возвращайтесь ко мне, — она кокетливо понизила голос. — Вы можете это сделать вон за тем столиком рядом с креслом. — Всенепременно, — ответил Винсмоук и, еле сдерживаясь от того, чтобы осыпать милую меллорин комплиментами, направился к указанному месту. Вестибюль отеля не отличался роскошью: всё те же розово-пастельные оттенки лишь иногда разбавлялись кричащим красным или зелёным цветом. В общем и целом везде было чисто и достаточно уютно. То тут, то там по помещению были разбросаны удобные на вид диваны и кресла с изящными столиками. На удивление, растений в вестибюле не было. Внезапно входная дверь еле слышно хлопнула, и Санджи поднял взгляд на очередного гостя отеля. Им оказался достаточно низкий, но вместе с тем очень прилично одетый мужчина. Поля его твидового котелка прикрывали верхнюю часть лица, из-за чего едва ли можно было рассмотреть его глаза. Но кок даже не стал пытаться, погрузившись в анкету. Вопросы были весьма стандартные, но отвечать правдой на них Винсмоук не собирался. Всё-таки он на разведке. Так же в анкете были любезно указаны стандартные цены на основные классы номеров, помимо «президентского». Блондин нервно сглотнул, надеясь, что Нами никогда не узнает, на что именно пошли тысячи белли из его карманных. Санджи погрузился в свои мысли, пока до его ушей не донёсся обрывок фразы: — И, конечно, я жду особых услуг в номере, как обычно, — мужчина сально улыбнулся. Девушка активно закивала головой, делая пометку в гроссбухе. — Ваш номер 208, — сказала она и подала ключ. К мужчине тут же кинулся коридорный, подбирая его внушительный чемодан. Гость кивнул и направился вслед за мальчишкой. На его губах играла мечтательная улыбка. Санджи будто прошибло током. «Особые услуги… запертые внутри девушки… Всё это очень подозрительно», — подумал он и сосредоточенно прикксил кончик ручки. Данная «спецоперация» нравилась ему с каждой минутой всё меньше. — Вот, пожалуйста, — Санджи вновь улыбнулся и положил на ресепшн листок бумаги. — Спасибо, мистер э-э… Принц? Винсмоук немного зарделся, но уверенно кивнул. — Да, всё верно. Ещё бы, я хотел уточнить… — Всё что угодно, — девушка наклонилась чуть ближе, услужливо улыбаясь. Из выреза её рубашки слегка показалось декольте. Но кок в панике отвёл взгляд, стараясь не концентрироваться на ненужных мыслях. — Я бы хотел заказать в номер, кхм, особые услуги… Санджи не был уверен, что делает всё правильно. Но раз у мужчины в шляпе получилось — значит, и он сумеет. — Конечно, какого рода? — в глазах девушки мелькнула едва уловимая искра. Она всё ещё сомневалась в надёжности гостя. — Ну, вы меня понимаете, — блондин наклонился чуть ниже и понизил голос. — Я хочу провести этот вечер в приятной компании. Администратор понимающе кивнула и сделала пометки в журнале. — Конечно, мистер Принц. Винсмоук выдохнул и, заплатив, получил ключи от номера 301. С дополнительными услугами номер выходил в два раза дороже, но кок решил для себя, что это трата во имя спасения чужой жизни. Войдя в просторный комфортабельный номер, Санджи с лёту повалился на мягкую постель. Он блаженно прикрыл глаза. Да уж, ни в какое сравнение не идёт с корабельными койками. Раз уж за всё оплачено, он должен хотя бы на секунду насладиться местным комфортом. Внезапно стационарная ден-ден муши зазвонила, и Винсмоук резко подскочил с кровати, будто застигнутый врасплох. Немного запоздало подняв трубку, он вновь услышал голос милого администратора: — Мистер Принц, в какое время вам высылать сопровождение? — А-а… э-э-э, — растерялся он на секунду. — Как можно скорее! — О, — слегка удивилась девушка. — Конечно, ожидайте. И повесила трубку. Санджи, не зная, чего ожидать, спешно направился в уборную и поправил и без того идеальную причёску. После того, как он в сотый раз пригладил рубашку на груди, в дверь мягко постучали. Сердце кока забилось быстрее, и он с явным волнением пошёл навстречу этим самым «особым услугам». Впрочем, волновался он не зря. Только открыв дверь, он увидел на пороге…её. Просто невероятной красоты девушку в атласном розовом халате. Она была, несомненно, юна. Блондин не смог сразу угадать, сколько ей лет. Не больше двадцати — это очевидно. Роскошные длинные и чёрные, как смоль, волосы водопадом ниспадали ей на плечи. Санджи уловил приятный клубничный аромат, исходящий от её тела. Сердце сжалось от осознания. Такая молодая. Значит, очевидно, есть ещё моложе. Сколько лет было Герде, Санджи не знал. Но надеялся, что она не так юна. — Мистер Принц? — спросила девушка, чуть кланяясь. Её взгляд был направлен в пол, а голос был хоть и мил, но будто безразличен ко всему. — Да, п-проходи, — кивнул кок. Голос его слегка подрагивал. Сознание вопило о том, что это просто чудовищно. Но нутро прекрасно видело и ощущало: меллорин — невероятно сексуальная и красивая меллорин — стоит прямо перед ним. Дыхание слегка спёрло от неуместного желания. И от этого стало ещё более мерзко. Пока Санджи играл в поддавки со своей совестью, девушка мягко присела на край кровати, меланхолично поглядывая на клиента. Увидев, что тот колеблется, она устало вздохнула и буднично скинула халат с плеч, оголяя своё бледное обнажённое тело. Реакция последовала моментально: блондин, чувствуя, что сейчас упадёт в обморок, резко отвернулся, прислоняя ладонь к носу. Из него моментально хлынул поток алой жидкости, окропляя светлый пол номера. — Мистер Принц?! — казалось, в голосе девушки впервые слышались хоть какие-то эмоции. Она, всё ещё обнажённая, подпрыгнула на ноги и быстро подошла к Винсмоуку, стараясь понять, что с ним случилось. Чувствуя приближающийся клубничный аромат, Санджи в панике смотрел по сторонам, думая, что предпринять. В это время меллорин уже обошла его и с нескрываемым беспокойством попыталась заглянуть ему в глаза. Кок в ужасе вытаращился на неё, стараясь не обращать внимания на пышную грудь незнакомки. — Прикройся!.. — пискнул он и всё-таки рухнул на пол, проваливаясь в небытие. *** — Ми… мистер Принц?! — Санджи почувствовал блаженное дуновение ветра. Еле разлепив глаза, он вновь уставился на юную красавицу. Его голова лежала у неё на коленях, она со страхом всматривалась в лицо клиенту и легко обмахивала его лицо ладонью. Благо, уже снова в халате. Какой позор. — О, милейшая из меллорин, — слабо начал кок, всё ещё приходя в себя. — Как вас зовут? Девушка глупо хлопнула глазами, не понимая, зачем её спрашивают об этом, но всё-таки ответила: — Ми… Мими. Блондин легко улыбнулся и удовлетворённо кивнул. — Мими, я… здесь не за твоими «услугами». Девушка в досаде закусила губу: — Мистер, я… я вам не понравилась? Вам могут привести другую, я… Винсмоук резко поднял руку вверх, останавливая её. — Нет. Я здесь вообще не за этим, — девушка снова глупо хлопнула глазами. — Ты… ты знаешь Герду? Глаза Мими в шоке округлились, но она постаралась скрыть эту эмоцию, отведя взгляд в сторону. — Мистер, нет… Я просто работаю здесь и никого не знаю, — бесцветным голосом сказала она. Винсмоук резко подскочил с её колен, на что меллорин опасливо ойкнула. Обнаружив, что они сейчас на полу, он на коленях резко развернулся лицом к Мими и схватил её за плечи. В глазах девушки отразился страх. — Мими, я… я пришёл спасти вас. Меня прислал Кай. Девушка в шоке прикрыла рот рукой: — Кай?.. Санджи внутренне заликовал. Она знает эти имена. А значит, она в курсе, где держат Герду и остальных. О том, как он будет спасать несколько человек вместо одной девушки, блондин предпочёл пока не думать. — Мими, — начал он, — скажи мне, пожалуйста, ты здесь по своей воле? Меллорин снова закусила губу, думая над ответом. Спустя некоторое время она отрицательно махнула головой. Сердце Санджи сжалось. — Я хочу вытащить вас, понимаешь? — девушка кивнула. — Но для этого мне нужна твоя помощь. Мими отвела взгляд, а пальцы её боязливо смяли розовый атлас халата на ногах. Подумав с полминуты, она покачала головой: — У вас не получится, вы пострадаете, — в голосе снова появилась безнадёжная меланхолия. — Тут много охраны. Очень. Санджи ободряюще улыбнулся и чуть сильнее сжал плечи девушки: — Поверь мне, я сильный. От тебя мне нужен лишь хотя бы примерный путь до места, где вас держат, хорошо? Чтобы я знал, куда идти. Поколебавшись ещё немного, Мими кивнула. И Санджи не смог сдержать вздоха облегчения. Спустя час он вышел из отеля с картой в кармане и, что немаловажно, с информацией. Прекрасная меллорин была не только невероятно красива, но ещё и наблюдательна. Насколько ей позволяла её положение, она рассказала про время, когда охраны меньше всего. Но всё же предупредила, что это очень и очень опасная затея. — Я буду ждать вас, мистер Принц, — прошептала она ему на ухо перед его уходом. Вспоминая это, Санджи вышел из отеля с преглупой счастливой ухмылкой. К его разочарованию, он наткнулся на что-то твёрдое и… зелёное. — Ты что, трахаешься в борделях? — Ророноа скрестил руки на груди и смерил Винсмоука привычным хмурым взглядом. Кок моментально вспыхнул, но постарался не выдать своего смущения, закуривая. — Отвянь, — он выпустил клуб дыма прямо в лицо дракону, победно ухмыльнувшись. Тот даже не поморщился, продолжая строго смотреть на принца. — Что-то затеваешь? — поинтересовался он. Санджи неопределённо повёл плечами и направился восвояси. Но смыться ему не удалось. Через секунду кок оказался пригвождённым к стене отеля. Рука Зоро крепко сжимала его плечо, а сам парень грузно нависал над блондином. В паху призывно заныло. Санджи слегка раскрыл глаза от удивления и тяжело сглотнул. «На корабле нужно будет срочно подрочить», — подумал он: «А то от вида прекрасной Мими я на взводе». Глаза Ророноа в это время метали молнии. Он с презрением изучил взглядом лицо Санджи. Блондину показалось, что тот задержался на губах чуть дольше, чем следовало, прежде чем вновь вернуться к уничижительному взгляду глаза в глаза. — Ты, — буквально рычал Маримо, — что-то затеваешь, я знаю. И это «что-то» плохо закончится, если ты будешь держать это в тайне от команды. И куда, чёрт его дери, теряется акцент этого идиота, когда он угрожает ему?! Блондин вскинулся, пытаясь скинуть руку Зоро со своего плеча: — Не твоё собачье дело, Маримо! Ророноа резко тряхнул кока, сильнее прибивая того к стенке, и наклонился ближе, склоняясь к уху Винсмоука. — Либо скажешь ты, либо я скажу капитану, — прошептал он и моментально отстранился, хищно улыбаясь в лицо оппоненту. Но Санджи было совершенно не до бесстыдных улыбочек Маримо. Его органы чувств опять сузились до треклятой эрогенной зоны, а тело покрылось миллиардом мурашек. В паху снова сладко затянуло, и Винсмоук молился всем Богам, чтобы это была не эрекция. Потому что большего позора, чем стояк на эту ящерицу, придумать невозможно. Пытаясь скрыть своё смущение, Санджи затянулся всё ещё тлеющей сигаретой и раздражённо кинул в лицо Маримо: — Ладно! Я скажу. Честно сказать, впечатлённый рассказами Мими, он сам начал сомневаться в том, что справится в одиночку. Поэтому помощь накама правда бы не помешала. Ророноа, удовлетворённо кивнув, отпустил плечо Санджи. Винсмоук на секунду заметил, что кончики ушей дракона покраснели, но решил не задерживаться надолго на этой мысли. Пока они шли обратно до Санни, блондин кратко рассказал Зоро о просьбе Кая и об обстановке в мотеле. Тот лишь напряжённо молчал и изредка кивал, кидая хмурые взгляды на кока. Так и дошли они остаток пути в гнетущей тишине. Впрочем, Санджи это было только на руку. Ноющее в паху желание никуда не пропало, напоминая о себе зудом на подкорке сознания. На борту их встретил вновь несущий свою вахту Брук. Но уже без чашки мятного чая. Ощутив укол совести, Винсмоук мысленно пообещал себе сделать ему освежающий коктейль чуть позже. Узнав у скелета, что остальные накама разбрелись по своим делам, блондин пулей направился в душ. Подставив голову под тёплые струи воды, Санджи удовлетворённо прикрыл глаза, наконец выдыхая. Казалось, усталость всего мира свалилась на его плечи. Он вновь подумал о Кае, и глаза предательски защипало. Отбросив от себя скорбные мысли, он с некоторой досадой прикоснулся к обнажённому члену, стараясь как можно подробнее представить перед собой образ великолепной Мими. Эти прекрасные формы, шелковистые волосы и пышная грудь… Постояв так пару минут, Санджи раздражённо шикнул. Ничего не получалось, член вяло висел на полшестого, как будто и не стоял час назад от безысходности на тупого Маримо. Невыносимо хотелось разрядки, и Винсмоук рассеянно погладил себя по животу, поднимаясь выше. Скользнув правой рукой по соску, он прикусил губу. Перед глазами всплыла рыжая голова, ласкающая его тело под рубашкой. Пенис призывно дёрнулся, капля смазки заблестела на головке, но моментально смылась напором воды. Воображение продолжало подкидывать горячие сцены с Каем: их первый поцелуй, второй… эти невероятно смущающие, но очень приятные ласки расходились по телу приятными волнами. Санджи, тяжело дыша, застонал, делая очередную фрикцию. Облокотившись на плитку душевой для удобства, блондин нарастил темп, задыхаясь в ощущениях. Стараясь не думать о том, что дрочит сейчас на мужчину, кок неосознанно прикоснулся к уху, вспоминая мимолётную сцену с Зоро в подсобке. — А-ах, — простонал он, до боли закусывая губу. Почувствовав на ушах фантомное горячее дыхание, блондин ощутил странное, но чертовски приятное чувство. Нервные окончания будто обострились, а шершавую ладонь на члене, казалось, заменили чьи-то чувственные губы. Спустя ещё пару остервенелых толчков в руку, Санджи с протяжным стоном излился на каменную плитку душевой. Немного отойдя от непривычных ощущений, он полушепотом произнёс: — Вау, — определённо, это был самый яркий оргазм в его жизни. Где-то в паре стенок от Винсмоука тяжело дышал Зоро. Койка слегка поскрипывала под весом дракона, контрастируя с безлюдной тишиной в каюте. Ророноа блаженно прикрыл глаза, растягивая непривычное удовольствие. Ладонь, покрытая спермой, всё ещё сжимала пульсирующий член. Всё-таки чувствовать эмоции другого иногда бывает очень приятно. *** — Так это правда, — как-то грустно вздохнула Робин после рассказа Санджи за обеденным столом. Все остальные накама обернулись в её сторону. — Ты всё знала?! — удивился Луффи, роняя челюсть на стол. В буквальном смысле. О-хара неопределённо покачала головой: — Догадывалась, но не была уверена наверняка. Нами, для которой любые истории, связанные с работорговлей, были личной болью, сидела чернее тучи. Отойдя наконец от шока, она стукнула ладонями по столу и уверенно произнесла: — Мы разнесём там всё до щепок! Фрэнки с Усоппом возбуждённо подпрыгнули со своих мест, поддерживая подругу: — Да! ДАЖЕ ЩЕПОК НЕ ОСТАВИМ! Луффи, явно вдохновлённый своей командой, тоже нетерпеливо подпрыгнул на месте: — Спасём Герду и… МУМУ! Через секунду капитан плюхнулся обратно на место, пoтирая затылок. Санджи влепил ему болезненную оплеуху: — МИМИ, идиотина! Накама заливисто рассмеялись, наконец выдыхая. Они — команда и обязательно справятся с любым злом, находящимся на этом острове. Даже Зоро тепло ухмыльнулся одним уголком губ. Правда, взгляд его был направлен вовсе не на капитана. Залюбовавшись улыбкой Завитушки, Ророноа слегка помотал головой, развеивая наваждение. *** — А почему этот с нами?! — гневно прошептал Санджи, кидая недовольный взгляд на идущего сзади Маримо. — Кто, Зоро?! — не понял Луффи. — Он сильный! На улице вовсю цвели сумерки, а из многочисленной растительности доносились звуки всевозможных певучих насекомых. — Ему нельзя доверять, капитан! — Винсмоук не мог поверить, что они потащили с собой на такое важное задание этого дикаря. Луффи, хлопнув глазами, почесал затылок: — Ну… он же дракон. Это круто! Далее никаких других объяснений не последовало. Кок закатил глаза, обессиленно вздыхая. Как раз тот факт, что Зоро — хрен пойми какое чудовище с хрен пойми какими мотивами, и должен настораживать. Но Винсмоук понимал: команда хотела верить Ророноа. Уж больно всем нравилась перспектива заиметь себе на корабле реального дракона. Недовольно цыкнув и закурив сигарету, Санджи снова кинул недоверчивый взгляд на Маримо. Встретившись с ним взглядами, блондин поперхнулся дымом и моментально отвернулся. Ещё и пялится! Неужели ему одному это кажется плохой идеей?! Робин, молча наблюдающая за злопыхающим Санджи, снисходительно улыбнулась. С самого первого дня пребывания Зоро на корабле она заметила их особую с коком связь. Только вот в чём она заключалась, пока что даже О-хара не догадывалась. Однако она была уверена, что Ророноа знает намного больше. Это было очевидно по тому, что, в отличие от принца, тот не сопротивлялся происходящему и всегда невидимой тенью следовал за Винсмоуком. План мугивар был на удивление изящным и простым. Три отряда: один отвлекает, второй расчищает путь, третий — освобождает. Напролом идут Луффи с Зоро, Усопп и Фрэнки с помощью своих прибамбасов уводят охрану подальше, Санджи и Чоппер ищут проход к пленным и освобождают их. Конечно, не обошлось и без козыря: секретного четвёртого «женского» отряда. Робин контролирует ситуацию, а Нами… Нами крадёт всё, что видит. Возможно, вы усомнились в полезности последнего звена. Но вызволенных пленников же нужно будет кормить! Так что кошка-воровка занимается не разбоем, а совершенно честным гуманитарным грабежом! На том и порешали. Ко всеобщему удивлению, план действительно работал. Санджи недоверчиво прислушивался к своим ощущениям, зная, что идеально всё пройти не может. Но пока что мугивары расчищали этажи от охранников вполне удачно и без лишнего шума. Большинство бугаев отвлекали те самые бомбы-вонючки, работоспособность которых была не единожды проверена в каютах Санни. Местечко, надо сказать, было пренеприятным. По всей видимости, отель построили прямо над старыми угольными шахтами. Будь Фрэнки здесь, он бы точно усомнился в целесообразности подобного конструктивного решения. В подвале пахло землёй и сыростью, а ещё очевидно не хватало свежего кислорода. Лабиринты различных проходов и ответвлений приводили их в комнаты «персонала». Мужчины, хоть и были грозными на вид, особой угрозы не представляли. Сердце болезненно сжалось от дежавю. Когда-то именно от таких амбалов его «спас» Кай, вот только блондин спасти его не смог. — Санджи! — донёсся голос Чоппера из-за очередного поворота. — Сюда! Завернув за угол вслед за звуком, Винсмоук резко остановился, зажмурившись. Помещение с камерами резко контрастировало со всем остальным. Яркий свет флуоресцентных ламп бил по глазам, не давая ни единой возможности спрятаться в тени. На удивление, рядом с камерами не было охраны, хотя в отдалении и стояли одинокие стол со стулом, явно предназначенные для неё. Видимо, из-за кипиша наверху основная часть «защитников» покинула своё рабочее место. Тяжёлые массивные двери, встроенные в такие же металлические толстые стены, стояли рядами с двух сторон. Их было в районе десятка, а в самом коридоре стояла гробовая тишина. Немного поколебавшись, Винсмоук крикнул: — Мими?! За одной из дверей камер послышался стук. Чоппер в человеческой форме подбежал к ней и отодвинул узкую заслонку, явно предназначенную для передачи еды. Оттуда тут же послышался знакомый женский голос: — Санджи?! Это ты?! Кок кинулся к двери, немного неуклюже толкнув Чоппера боком. Быстро извинившись перед малышом, он обеспокоенно всмотрелся в щель, отвечая: — Да, это мы. Где Герда?! — В соседней камере справа, — ответила девушка. — Не могу поверить, что вы здесь. Я так переживала, когда подняли тревогу… — Не волнуйся, — успокоил её Чоппер. — Ты не ранена? — Нет… нет, конечно нет, — немного рассеянно ответила меллорин. — Нас не трогают, если мы слушаемся. Сердце болезненно сжалось от слов девушки. Они обязательно спасут их. Они обязаны. Отодвинув заслонку на двери указанной Мими камеры, Санджи неуверенно позвал: — Герда? В камере послышалась возня, и через секунду из щёлки на него взглянули до боли знакомые карие глаза. Винсмоук прикусил губу, сдерживая непрошеные слёзы. Девушка не отвечала, внимательно изучая «гостя» насколько это позволяло ограниченное пространство. — Вас Кай прислал? — наконец тихо спросила она. Голос был совсем юный, почти детский. Винсмоук обеспокоенно вздохнул. Его худшие опасения подтвердились. — Да… он, — собственный голос показался Санджи тихим и безжизненным. Девушка заметно повеселела, в её голосе послышалась улыбка: — А он придёт? Я так давно его не видела… Блондин прикусил губу, сминая рубашку в районе груди. — Кай… он… нет, он не придёт. Но мы вас вытащим! Герда не ответила, отойдя от двери. Поняла ли она, что с братом случилось неладное? Не время об этом думать. У них не так много времени. Вернувшись к двери Мими, Санджи взглянул на пыхтящего Чоппера, всё это время пытавшегося выломать массивную дверь. — Не поддаётся, — резюмировал доктор. Винсмоук взглядом указал ему отойти. — Мими, отойди от двери! — крикнул он и привычно раскрутился на месте. — Diable Jambe… Joue Shoot! Мощная атака не пробила прочный металл, но Санджи добивался вовсе не этого. Оставаясь в позе атаки, он с силой продавливал дверь в районе ручки. Жмурясь от гнетущего жара, он собирался проплавить металл насквозь. Через какое-то время материал начал капать вниз, наконец поддаваясь. — Ого! — восхитился Чоппер. Через полминуты дверной механизм с хлюпающим лязгом провалился куда-то вниз, и Чоппер тут же толкнул дверь, открывая её. Их взгляду предстала довольно аскетичная, но вместе с тем чистая и светлая комната. Единственное, что напрягало, — это почти полное отсутствие личных вещей. В камере располагались небольшая кровать с серым постельным комплектом, мягкий пуф и, в завершение, белая шторка в самом углу. Как понял Санджи, там располагалась своеобразная уборная. Ничего лишнего. Всё для того, чтобы пленники могли беспроблемно существовать, не доставляя лишних хлопот охранникам. На полу рядом с кроватью одиноко лежала потрёпанная книжка. По всей видимости, единственное развлечение для Мими. Меллорин в это время боязливо поглядывала на Чоппера, периодически переводя взгляд на Санджи. — Не бойся, — Винсмоук успокаивающе поднял ладони вверх. — Это наш доктор, Чоппер. — Приятно познакомиться, Мими, — улыбнулся малыш. Кажется, детский голосок доктора немного диссонировал с его внешностью на данный момент, из-за чего меллорин в шоке округлила глаза. Но всё же, взяв верх над своими эмоциями, она уверенно кивнула: — Давайте спасём остальных. Просить дважды не стоило. Как оказалось, из многочисленных камер были заняты только шесть. Пять девушек и один парень. Всем было на вид не больше двадцати. На удивление, почти все, будто ожидая этого момента, с радостью доверились парням. Конечно, испуг всё ещё читался на их лицах. Но после заверений Мими, что всё хорошо, они подчинялись общему плану и без опаски выходили из своих типовых камер. Отперев комнату Герды, Винсмоук на секунду перестал дышать. «Она так невинна», — пронеслись у него в голове слова Кая. И он был с ними согласен. Казалось, чудаковатое безумие старшего брата совсем не передалось этой юной леди. Объединяли их только бездонные карие глаза и непослушная копна рыжих волос. В остальном девушка с почти прозрачной белой кожей была полной противоположностью Кая. Она мягко и плавно двигалась, тихо говорила и, казалось, совершенно не была заинтересована во внешнем мире. Герда будто сошла со страниц очень старой книги с выцветшими картинками и олицетворяла собою слово «меланхолия». Слабо улыбнувшись одними уголками губ, она шагнула вперёд навстречу Санджи, но тут он услышал обеспокоенный крик Чоппера позади себя: — Берегись! В следующую секунду кок почувствовал резкую жгучую боль в районе спины. Как будто на него случайно вылили чан кислоты. Герда боязливо охнула, прикрыв рот руками: — Это Орм… — еле слышно прошептала она. Винсмоук резко обернулся и едва успел отскочить от стремительного удара. Проследив за его направлением, Санджи наткнулся взглядом на высокого и неприлично волосатого мужчину. Улыбаясь во все тридцать два неестественно белых зуба, он насмешливо наблюдал за блондином. Одна из его рук сейчас была превращена в смертоносный… хлыст. «Фруктовик», — подумал Винсмоук. — Чоппер, забирай Герду и беги! — крикнул он. — Я задержу его. Чоппер, кивнув, притянул к себе опасливо выглядывающую из-за дверного проёма девушку, собрал всех пленных в кучу и, разместив их за своей спиной, превратился в защитный шар. Пленники охнули, удивившись чудесному перевоплощению. — Следуйте рядом со мной! — крикнул доктор и покатился прочь. Орм громко рассмеялся, наблюдая за этим действом. Его хлыст окрасился в зелёный цвет и зашипел. Винсмоук рассмотрел на нём острые зазубрины-шипы. Замахнувшись, мужчина направил оружие в сторону Чоппера и пленных. Малыш зажмурился, готовый принять атаку на себя, но кок, подскочив, встал между ними, на лету наматывая хлыст на свою ногу. Икру прошибла жалящая боль, блондин сцепил зубы, согнутым коленом крепко удерживая оружие противника. Тот лишь ещё больше оскалился, не воспринимая это столкновение как что-то серьёзное. Пересиливая неприятные ощущения и чувство онемения в конечности, Санджи со всей силы рванул на себя хлыст, направляя свободную ногу для атаки: — Crosse Strike! — практически прорычал он. Орм, потеряв равновесие, полетел прямо на горящую ногу Винсмоука. Улыбка моментально улетучилась с его лица, сменившись паникой. Удар пришёлся прямо в лицо самодовольному амбалу. Винсмоук с удовлетворением взглянул вслед удаляющемуся Чопперу, прежде чем перевести внимание на противника. Тот, кажется, потерял сознание на доли секунды. Натяжение хлыста ослабло, но острые шипы всё ещё не давали быстро выпутаться из западни. Не теряя ни секунды, блондин продолжил атаковать свободной ногой. Не обращая внимания на жжение и головокружение, он остервенело наносил удары один за одним, не давая Орму возможности оклематься. Санджи вложил всю свою боль и ярость в эти атаки, всю свою скорбь по умершему другу и тяжёлой судьбе местных пленников. — Joue Sh… Sh… — на втором десятке яростных ударов кок почувствовал непривычный туман в голове. Тело обмякло, и блондин, несмотря на внутреннее сопротивление, плавно опустился на колени, не понимая, что с ним происходит. С пола вновь раздался противный раскатистый смех. — Ха-ха-кха-ха, — он был уже не таким бодрым, но само его наличие вызывало беспокойство. — А ты… крепкий малый. Я уж думал, не-кха-сработает… До Санджи слова Орма проходили словно через толщу воды. Их смысл долго доходил до мозга Винсмоука. Но когда всё-таки дошёл, он понял — хлыст был отравлен. К собственному удивлению, Санджи эта мысль не расстроила. Главное — пленники спасены, остальное второстепенно. Он выполнил просьбу Кая, вытащил Герду. А значит, его долг выполнен. «А как же Оллблю?» — спросил детский голос в подсознании. Точно, у него же была мечта… Но он её не достоин. И никогда не был. — Прощай, блондинчик, — донеслось откуда-то сверху. Под яркими лампами блеснуло в замахе что-то острое и наверняка смертоносное. Тело не слушалось, а мысли неохотно сменяли друг друга. «Кай, встречай», — улыбнулся бы Винсмоук, но лицо, казалось, тоже парализовало. Санджи прикрыл глаза, готовый ко встрече со смертью. Но вместо рокового удара он почувствовал, как ему на лицо брызнуло что-то тёплое. Приоткрыв веки, он увидел лишь половинку Орма. Честно сказать, располовиненный он выглядел гораздо симпатичнее. Внутренне улыбнувшись такой абсурдной мысли, кок почувствовал, что бедро уже ничего не сжимает, а разум о-очень медленно проясняется. Рассеянно моргнув, он слегка отклонился назад от неожиданности: перед ним внезапно материализовалось Маримо. Самое настоящее и зелёное. Глаза Ророноа обеспокоенно вглядывались в лицо блондина. Легко похлопав Санджи по щекам, Зоро добился лишь глупой ухмылки и раздражённо рыкнул: — Отрава. В следующую секунду Винсмоук почувствовал, как его подхватывают на руки и взваливают на плечо. Что этот придурок себе позволяет? Он не какая-то там беспомощная девица, чтобы его таскали на плече! — Ма… Мамимо! — зло промямлил Санджи, слабенько брыкаясь. Ророноа ожидаемо не отреагировал. Тогда Винсмоук, сконцентрировав всё своё рвение к свободе, сосредоточился на правой ноге. После пары безуспешных попыток он всё-таки смог довольно ощутимо толкнуть дракона коленкой. Зоро резко остановился и в ту же секунду скинул кока на каменистый пол. — А-а-а! — заорал Санджи, ударяясь спиной о жёсткую поверхность. — Ты что, ид… Договорить он не успел, прервавшись на полуслове. Ророноа, наплевав на все нормы этикета (что, по мнению Санджи, было лишь доказательством его тупости), навис сверху над лежащим на спине Винсмоуком. Внимательно оглядев его лицо, он наклонился ближе к шее блондина, опаляя горячим дыханием его кожу. Санджи завис, не в силах вымолвить и слова. В этот момент он искренне надеялся, что его бездействие — лишь результат работы яда. Вернувшись в исходное положение, Ророноа слегка хрипло проговорил: — Яд всё ещё внутри. Так что либо я несу тебя, либо ты лежишь тут до утра. Винсмоук, отвиснув, недовольно фыркнул, но возражать не стал. Тем более на плече у Маримо на самом деле было достаточно удобно. Они продолжили путь, и их молчаливая прогулка по запутанным лабиринтам подземелья натолкнула Санджи на определённые мысли. — Ты спас меня. Кок буквально прочувствовал телом, как Зоро напрягся. — А Кая не спас, — как бы Винсмоук ни пытался, он не смог скрыть укора в голосе. — Не успел, — коротко ответил Зоро, не желая дальше развивать эту тему. Санджи округлил глаза, хлопая ресницами. Удивительно, но эти слова от Маримо звучали совсем не как оправдание, скорее — словно констатация жёсткого факта. Или точнее — признание вины. Да, не смог. Да, не успел. И теперь ему жить с этим знанием, неся груз собственного бессилия перед судьбой. На секунду Санджи стало стыдно за свою ребяческую обиду. Ведь совершенно неясно, зачем в ту ночь эти бандиты направлялись на Санни. Может, они хотели выкрасть милых меллорин? И если бы не Зоро, жертв могло бы быть гораздо больше. А Санджи, ослеплённый скорбью, поспешил обвинить не того человека. Ведь настоящими преступниками были те, кто напал. А не тот, кто стал в итоге их палачом. Но что там, чёрт возьми, забыл Кай? Отбросив неуместные тяжёлые мысли, Санджи в досаде закусил губу. Он мог физически ощущать, как модифицированный организм фильтрует заразу внутри. От размеренного дыхания Ророноа невыносимо тянуло в сон. Прикрыв глаза на секунду, Санджи невольно задремал. Проснулся он уже в койке больничного крыла на Санни. Что-то часто он стал сюда наведываться. *** Только оклемавшись от тяжёлой интоксикации, Санджи моментально приступил к своим привычным обязанностям на корабле. Под возмущения Чоппера, конечно. Ведь яд на поверку оказался смертельным. Просто, спасибо папочке Джаджу, Винсмоук был отнюдь не обычным человеком. И там, где жизнь писала «смертельно», принц в уме читал «терпимо». Кок достаточно явственно ощущал, что попал в какое-то бесконечное лимбо. Где помимо ухода за бедовыми накама к нему как-то сами собой прилипли хлопоты, касающиеся новоприбывших «пленников». Уборка, готовка и организация быта — всё это было на коке. Но он не жаловался. Честно говоря, эти хлопоты хоть и выматывали, но давали невероятное чувство удовлетворения. Пока никто не видит, Санджи фантазировал о том, что все эти ребята — его дети, которых ему родила любящая жена. А значит, он обязан заботиться о них, как о членах семьи. Большинству не исполнилось ещё и шестнадцати. Герде в том числе. Девчонка затруднялась назвать свой точный возраст, но точно знала, что четырнадцать ей исполнилось примерно год назад. — Я праздновала вместе с Каем, — вспоминала она, устроив голову на коленях кока. — В тот же день к нам привели Зою и Алекс. Но скоро их увезли. Всех рано или поздно увозили, кроме меня. Санджи рассеянно гладил рыжие волосы девочки. Несмотря на неряшливый вид, на ощупь они были мягкие и шелковистые. От подобных мрачных тем из уст вчерашнего ребёнка особенно сильно хотелось курить, но кок не позволял себе травить дымом ребят. — Санджи, — тихо окликнула она. — Расскажи мне о Норс Блю. Мне интересно. Блондин тихо выдохнул, улыбаясь от умиления. — Конечно, — начал он тоном бывалого рассказчика. — Там, где вода превращается в лёд, а пламя — в буйный ветер… Герда честно пыталась не уснуть и дослушать интересную историю до конца, но Морфей всё-таки забрал её в свои объятия. Санджи, услышав тихое сопение, замолк. Ребятам очень нравились истории о море. Все до единого были в восторге от Санни и их небольшого «приключения». Они предпочитали не говорить и не вспоминать о днях, проведённых в заточении, а мугивары не спешили их разговорить. Положив руку на мягкую копну волос девочки, Санджи тяжело опрокинул голову на основание шезлонга, рядом с которым они уединились на палубе. Герда всегда ждала его после ужина, чтобы послушать истории бывалого морского кока. Так она и засыпала у него на коленях, после чего блондин обязательно относил её в общую каюту. Но сегодня, казалось, у него не было сил даже на это. Стресс и четыре почти бессонные ночи отпечатались на лице Винсмоука глубокими тенями под глазами. Услышав мягкие шаги по деревянной палубе, Санджи вздрогнул. Через секунду рядом с ним грузно опустился Маримо. Блондин раздражённо шикнул, гневно смотря на нарушителя спокойствия: — Тише! — зашептал он. Зоро понимающе кивнул. Санджи закатил глаза, не понимая, зачем Ророноа вообще сюда припёрся. Конечно, кок был несомненно благодарен дракону за спасение, но всё ещё не мог понять, как именно он относится к этому странному дикарю. С одной стороны, команда всё ещё до конца не понимала, кто он и что забыл на борту Санни, с другой — никакой внутренней тревоги по отношению к дракону Санджи не ощущал. Наоборот, часто ловил себя на мысли, что в присутствии этой нелепой водоросли он чувствует себя спокойнее. Как будто зная это, Ророноа всё время находил предлог находиться подле кока. А тот со временем привык к этому. Тем более, во всех этих хлопотах ещё одна пара рук никогда не была лишней. — Иди спать, — еле слышно прошептал Зоро. — Я посижу с ней. Винсмоук вздрогнул, выдернутый из своих размышлений. — Я не могу. Она во сне плачет, — слегка раздражённо объяснил блондин. — Если проснётся без меня, она может испугаться твоей рожи. Пусть это и было чистейшим ребячеством, но Санджи скорчил угрюмую гримасу, пародируя вечно недовольного Ророноа. Увидев в ответ лишь точно такую же хмурую рожу, блондин не смог сдержать улыбки. Взгляд Зоро моментально потеплел. Он, секунду подумав, утвердительно кивнул и продолжил сидеть на том же месте. Кок сначала было хотел возмутиться бестактности Маримо, но его плечо так некстати приятно грело. Шумное дыхание дракона удивительным образом успокаивало не хуже, чем шёпот морских волн, а плечо было таким удобным, мягеньким и… А почему это он думал, что Зоро бестактный? Сам того не заметив, Винсмоук уронил свою голову на плечо Маримо, проваливаясь в долгожданный и спокойный сон. Ророноа, заметив это, добрых десять минут боролся с навязчивыми мыслями. В итоге желания взяли верх. Осторожно, словно боясь спугнуть, Зоро медленно поднял левую руку и аккуратно, будто сапёр, положил ладонь на голову Завитушке. Удовлетворённо выдохнув, он зарылся пальцами в пшеничные волосы кока. «Мягкие», — подумал Ророноа и понял, что этот вечер станет для него началом конца.