Она же целое
1 августа 2025 г., 19:35
Морская трава касается бёдер, посылая тысячи мурашек вверх по телу. Длинные листья колышутся в воде, кончики длинных волос колышутся им в такт. Баки кажется нереальным, сказочным существом: он такой и есть — его чешуя переливается и мерцает зеленью, хвост и плавники прозрачны, словно вуаль.
— Стив, — стонет Баки, сильные пальцы с острыми когтями нежно, почти умоляюще скользят по шее. Он очень опасен, его нежный отзывчивый любовник, и это тоже заводит до звёзд перед глазами.
— Бак. — Стив дразняще обводит головку его члена, Баки всхлипывает и запрокидывает голову. Темные пряди змеятся в воде диковинным цветком.
У Баки удивительный член, в возбуждённом состоянии он пурпурный, почти фиолетовый, с мягкими бугорками по бокам и нижней стороне. Обычно Стив обожает чувствовать его в себе, но сегодня не обычный день. Поэтому они почти целиком в воде, чтобы Баки было как можно удобнее, чтобы у него не пересохла кожа, и Стив смог бы ласкать его столько, сколько нужно. Потому что у Баки замечательный член, но куда интереснее то, что под ним.
Водные жители отличаются от людей множеством вещей. Они могут надолго задерживать дыхание, у них покрытый чешуей хвост вместо ног, более светлая плотная кожа, чарующие голоса. Они прекрасны, если у любого из них есть хотя бы половина, хотя бы четверть очарования Баки. Стив видел других русалок лишь издали, лишь слышал о них от друга, потому что жители моря осторожны и не слишком-то дружелюбны к людям. И только Баки приплывает к Стиву, говорит с ним, позволяет прикасаться к себе, даже там, где не позволил бы никому другому. Потому что жизнь Стива принадлежит Баки. Потому что сам Стив принадлежит Баки. Ведь много лет назад Баки Стива спас.
Он мог бы увлечь тонущего мальчишку в тёмную глубину, или просто равнодушно проплыть мимо. Или кружить поблизости, любопытно рассматривая, насмешливо скалясь. Вместо этого он вытолкал Стива на берег и так старался, чтобы его не смыло обратно, что до крови оцарапал себе о гальку бока. И с тех пор не переставал навещать.
Баки всегда смеялся, что лишь приглядывает за своей собственностью. Пока однажды Стив не поцеловал его. В тот день все изменилось.
Они изучали друг друга беззаботно, как дети, которыми едва перестали быть, Баки забавляло, что Стив прячет свой член под одеждой, вместо того, чтобы скрывать его в собственном теле. Стива завораживал момент, когда Баки больше не мог сдерживать возбуждение, и узкая щель в его теле раскрывалась, делая его очевидным. Со временем они многое узнали о том, как доставить друг другу удовольствие, но не утратили ни любопытства, ни пыла, ни любви.
Они видятся редко, гораздо реже, чем им бы хотелось. Баки всё ещё вынужден считаться с запретами старших, да и Стиву лишние слухи ни к чему. А потому, встречаясь, они наверстывают разлуку жадными ласками, берут всё, что могут успеть. И сегодняшнюю встречу Стив ждал. Очень.
— Стив, — острые когти давят на поясницу, хвост бьёт по воде, окатывая их брызгами.
Стив обводит основание члена Баки, пальцы скользят ниже, погружаются до самых костяшек, и Баки выгибается под ним, приподнимает над водой. Стонет так, что от одного его голоса можно кончить. Баки там тугой и гладкий. Стив только пару раз ласкал это тайное место, они и не знали сначала, что Баки настолько чувствителен там.
— Стой! Стой, Стив, я так кончу.
Это правда, в первый раз Баки излился, едва Стив погладил нежную изнанку его тела. Да и во второй раз продержался недолго.
— Уверен? Не хочу сделать тебе больно, ты такой узкий там.
Стив трётся бородой о коричневый сосок, прикусывает, легонько тянет и отпускает.
— Я хочу, хочу почувствовать тебя внутри, Стив. Давай же!
Стив знает, что дразнит, но Баки такой красивый, такой жаждущий сейчас, что он хочет насладиться каждым мигом.
Стив подтягивается выше, целует Баки в распахнутые губы, перехватывая его дыхание, пахнущее морем. Он направляет себя, и Баки замирает, когда гладкая головка касается его члена. А потом Стив давит ниже и не останавливается, пока не входит до конца.
Баки выгибается навстречу, судорожно всплескивает хвостом, выдыхает долгое: «А-а-а-ах!» Глаза у него широко распахиваются, а потом закрываются. И он дрожит, и сжимается внутри, его семя мутной влагой оказывается на животе, и почти сразу смывается водой, а Стив наполовину выходит и толкается снова, выбивая новый громкий стон.
Это так хорошо, что похоже на пытку. Потом что слишком, слишком хорошо. Стив прикусывает щеку до крови, но Баки так нежно и крепко сжимает его собой, он такой горячий и сильный, такой невозможно прекрасный, что продержаться долго не получается.
Стиву до головокружения хорошо, когда он выплескивался внутрь Баки, он почти не замечает, как тот кончает снова.
— Оставайся, — просит Стив, — останься со мной. Я люблю тебя.
— И я люблю.
Звуки вплетаются в плеск волн, море теперь всегда говорит со Стивом голосом Баки: люб-лю, люб-лю, люб-лю.
Вода на мелководье тёплая, Стив опускает голову Баки на грудь, слушает, как стучит его сердце.
— Я всегда буду с тобой, — длинные пальцы прочесывают волосы Стива, чуть тянут вверх, и он ловит взгляд Баки, его волшебных прозрачных глаз. — Я всегда буду к тебе возвращаться.
— Я бу-ду, я бу-ду, — плещут волны, и Стив верит морю и Баки.
