Teach Me How to Love!

4-ый год колледжа, отсюда и начнётся наша история. Шанс начал свой первый год обучения поздно, только когда ему стукнуло уже 29 лет. Обычно, люди отправляются в колледж прямо со старшей школы, но после комфортно проведенной жизни с родителями, у него не было определенной нужды в образовании. До того момента, пока родители не устали от его выходок, заставив получить «реальное» образование, чтобы он смог разместиться на «реальной» работе. Они больше не хотели его нянчить. И, честно, он больше не ребенок. В его возрасте, у него, вероятно, должны были быть свои дети, но сейчас он сам был ребёнком. Шанс тяжело вздохнул, просматривая расписания семестра, пока в его руках остывало дешевое кофе. Финансы и бухгалтерский учёт, маркетинг, экономика. Все связанное с бизнесом, все выстроено в линию, чтобы выдать ему «простой» семестр – или, так он говорил себе. Он слышал хорошие вещи о бухгалтерии и маркетинге, но экономика? Другая история. Видимо, профессор по экономике был строгим. Ужасно строгим. Страшные истории о слезах и выгорании от бесконечных заданий кружили по студенческому форуму. Но Шанс принял это как испытание, закатывая глаза на драматические отзывы. Студенты все время преувеличивают, ноя из-за профессора, который, на самом деле, просто заставляет их работать. Насколько плохо все может быть на самом деле? В конце концов, он не будет в этом один. Эллиот - его сосед по комнате, согласился ходить на пары вместе с ним, даже, если из-за этого придется перестроить свое расписание. Шансу могло быть тридцать четыре, но он был не выше того, чтобы упрашивать его друга выживать со строгим профессором вместе с ним. Он запихнул расписание обратно в сумку и повел плечами, вступая в прихожую, что пахла сожженным кофе и чистящим средством с запахом лимона. Просто еще один класс, два семестра, и еще один шанс, чтобы доказать его родителям, и самому себе, что он уже может сделать это. Он больше не ребенок. И он собирался доказать это, даже, если это значит выжить на экономике мистера Соннеллино. Расписание Шанса было достаточно легким: Понедельник, среда и пятница, каждый день только с одной парой, отдав ему два часа для «работы», что, обычно, значило валять дурака в компьютере, до того как он убедит себя начать учиться. Но, поскольку был только первый день, это был учебный сезон. Учителя передавали друг другу яркие, аккуратно сложенные бумаги, уточняя, какие материалы и книги им нужны, ожидания класса, разбивание по категориям, даже дружеские строки о себе. Это делало пары выглядящими, как минимум, терпимо. Кроме предмета Соннеллино в пятницу. Шансу вручили простой белый лист, где не было ничего, кроме базовой информации и списка запрашиваемых книг. Единственной информацией о профессоре было имя и емейл. Вот и все. Как скучно. Он пытался не беспокоиться, но Эллиот, стоявший рядом с ним, когда они вышли из комнаты, не мог сдержаться, чтобы прокомментировать. - Я никогда в жизни не видел такого пугающего учебного плана – Шанс посмеялся, погружая бумагу в его папку. – Я согласен – начинаю думать, что мне стоило прислушаться к тем предупреждения в сети, чувак. – - Да, без шуток. – Им не пришлось ждать долго, чтобы обнаружить то, почему все были так напуганы. Громкий звук откашливания пробился через болтовню тридцати человек, столько студентов находилось внутри, собирая все взгляды в сторону двери. Там стоял мистер Соннеллино своей персоной: высокий, внушительный, планшет в одной руке и дешевая синяя ручка в другой, он агрессивно зажимал ее, пока осматривал комнату. - Посещаемость, - рявкнул он. – проявите внимание и слушайте. Я не буду повторять имена. Если вы не ответите или ответите слишком тихо, вы будете отмечены отсутствующим и получите выговор. - Аудитория наполнилась тишиной, напряжения было достаточно, чтобы его можно было почувствовать. Имена назывались с быстрой последовательностью, ответом следовало нервное "здесь." и "присутствует." пока студенты садились ровно на своих местах, сутулясь, как будто их могут выгнать. Затем – - Шанс? – Шанс, наклонился назад на своем стуле, ухмыляясь. -прямо здесь, сэр! – Несколько студентов обернулось, чтобы посмотреть, будто не могли поверить, что кто-то на самом деле мог говорить так уверенно. Шанс просто ухмылялся, решив, что, если он и должен быть в этом классе, то, по крайне мере, должен наслаждаться собой. Мистер Соннеллино остановился, его пристальный взгляд поднялся вверх с планшета, глаза холодные и нечитаемые. Затем закатив их, он черкнул что-то на листке посещаемости с резким щелчком ручки, до того как переместиться к другому имени. Ухмылка Шанса задержалась, пока его лицо не выпрямилось опять, но внутри, что то в его груди сжалось. Может быть, этот год будет действительно непростым. Мистер Соннеллино не терял время зря. Как только перекличка закончилась, он погрузился в учебную программу, зачитывая правила в сжатой форме, почти с военной интонацией. Никаких задержек работ. Никаких дополнительных баллов. Посещение обязательно. Телефоны прочь. Глаза смотрят вперед. Вопросы только в конце. Он двигался словно машина, перелистывая слайды, что были совершенно белыми с черным текстом, ни цветов, ни шуток, ни приветственных сообщений. Просто основные моменты. Шанс горбится дальше на его стуле, глядя на Эллиота с видом полного отчаяния, но Эллиот только потряс головой, выписывая заметки так, будто его жизнь зависела от них. И затем, как будто дела не могли стать ещё хуже, Соннеллино заканчивает лекцию с резким хлопком его рук. - Ваш первый доклад должен быть готов к следующему занятию. Две страницы реферата, отражающие, что вы знаете об экономике и ваше текущее понимание маркетинговой структуры. MLA формат. Никаких преувеличений. Рот Шанса открылся. Доклад? Уже? По всему кампусу, другие классы заканчивали с весёлыми прощаниями и обещаниями никакой домашки в первую неделю, и все же, он был здесь, севший с докладом в первый день. - Серьезно? – Шанс бормотал себе под нос, когда он погружал бумагу учебного плана глубже в его папку – это первый день, мужик. – Мистер Соннеллино не выглядел озабоченно, уже захлопнув его ноутбук и складывая стопку листов посещаемости. Когда пара закончилась, студенты выходили в напряженной тишине. Шанс и Эллиот тащились позади, дверь захлопнулась за ними, когда они вышли вкоридор. Шанс издал длинный, театральный стон. - Бро, семестр только начался, а я уже выгорел заживо – Эллиот фыркнул. – Ты единственный кто думал, что все будет не так плохо. – Шанс пожал плечами, изогнутая улыбка появилась у него на губах, когда он глянул назад, на класс, который они только что покинули. – Да, ну, в конце концов, он довольно сексуальный. Эллиот остановился моргнув. – Ты шутишь, правда? – Шанс только поднял свои брови, губы изогнулись еще больше, когда его глаза метнулись обратно, прямо к двери с взглядом, который Эллиот видел у него на вечеринках – оценивающим, голодным, веселым. Челюсть Эллиота отпала. – Чувак. Чувак. Ты не можешь быть серьезен. Ему…будто сорок с чем то.- Шанс ухмыляется, начиная идти вновь. - Именно. – Эллиот, вскидывает руки в воздух, рыча. - О мой бог, ты безумец. – Шанс только смеется, но даже когда они уходили прочь, он оглянулся назад в последний раз, память о резком, командующем голосе и холодном, устойчивом взгляде мистера Соннеллино, прилипла к его мыслям дольше, чем он полагал. --- Когда Шанс шел в аудиторию в следующую пятницу, первой вещью, которую он заметил, было то, как пусто ощущалась комната. Тут должно было быть тридцать учеников. Сейчас, может оставалось пятнадцать, разбросанные между рядами, словно выжившие в последствиях шторма. Вероятно, двух страниц в первый день было достаточно, чтобы отправить людей спешить закончить доклад, до конца дедлайна. - Чувак, - прошептал Эллиоту Шанс, когда они заняли своиместа, - они мрут как мухи. – Эллиот только ухмыльнулся, раскрывая его аккуратно организованные заметки. – Я говорил тебе. – Шанс закатил его глаза, вытаскивая его собственный доклад, который был грязно смят внутри сумки в 3 часа ночи, после того, как он закончил с помощью слишком большого количества растворимого кофе и запросов в ютюб о базовой лекции по экономике. Соннеллино зашел точно вовремя, опуская его папку и ручку вниз, с такой же холодной точностью, которая была в первый день. Он не приветствовал их. Не улыбался. Просто начал собирать бумаги ряд за рядом. Когда он забирал бумагу шанса, их глаза встретились на долю секунды. Шанс пытался уверенно кивнуть, но тяжелый взгляд Соннеллино был нечитаем, опустив его на бумагу, затем, посмотрел вверх с одной приподнятой бровью, до того как двинуться дальше. Следующие часы были наполнены слайдами о спросе и предложении, диаграммами, что заставляли Шанса чувствовать мозги, словно кашу, и холодные, эффективные объяснения. Эллиот был заперт в легком написании заметок, иногда вздыхая, когда он видел, что слайд поменялся до того, как он закончил. Шанс, между тем, боролся, чтобы успевать хоть что-то, едва понимая диаграммы, его заметки быстро превращались в каракули и вопросительные знаки. Когда пара закончилась, голос Соннеллино прервал звуки скрипящих стульев. - Шанс. Останься на месте. – Слова ударили Шанса, словно пощечина. Его желудок упал, и он чувствовал, как кровь уходит с его лица. - Бро, удачи, - прошептал Эллиот про себя, забирая его сумку и удаляясь, бросая ему извиняющийся взгляд на пути. Дверь с щелчком закрылась, оставляя Шанса одного с мистером Соннеллино, который листал стопку бумаг, останавливаясь на работе Шанса стяжелым вздохом. Шанс сглотнул. – Ах, сэр, есть какая-то проблема… - - Есть, - Соннеллино перебил, смотря вверх с уставшим глазами, что все еще умудрялись быть острыми. – Твой доклад был ужасен. – Шанс вздрогнул. – Ох. – Соннеллино поместил доклад на столе между ними, красная ручка помечала, почти заглушая слова между ним. – Отсутствие любых базовых знаний в тебе ужасно очевидны, и твоя структура написания в лучшем случае водная. Ты очевидно не получал должного высшего образования в школе, чтобы подготовить тебя к этому. Лицо Шанса горело. – Я-я пытался… - - Я не заинтересован в извинениях, - категорически сказал Соннеллино, оправляя манжеты на рукавах, до того как скрестить свои руки. –Тебе незамедлительно нужно репетиторство, если у тебя есть намерения окончить этот курс. Я не собираюсь тратить свое время, протягивая твою руку через материал, который ты уже должен знать. – Рот шанса открылся, закрылся и открылся опять. – Вы… Я уже провалился? – - Ты провалишься, если продолжишь как сейчас, - Соннеллино отвечал холодно. Затем, его глаза сузились, и в них была вспышка чего то, может быть раздражения или чего-то хуже. – И стирай улыбку со своего лица, когда ты в моем классе. Шанс смущенно моргнул, перед тем как понять, что он постоянно выдавал его нервозную полуулыбку. Он быстро убрал ее. - Эти пары важны, - Соннеллино продолжил, слегка склоняюсь вперед. – Экономика не просто цифры и диаграммы. Это твоя жизнь. Это разница между стабильностью и упадком. Если ты думаешь, что можешь расслабиться, валять дурака, или относится к этому, как к простым отметкам, покинь класс сейчас. – Сердца шанса долбилось, вес слов и мысли, что его родители скажут, если он провалиться, вдавливали его вниз. - Я-я возьму помощь, - Шанс заикался. – я пойму это. – Глаза Соннеллино задержались на нем на мгновение, холодные и нечитаемые, до того, как он наконец единожды кивнул. - Посмотрим, что ты сделаешь. – С этим, он подобрал стопку бумаг, оборачиваясь, чтобы сложить их, пропуская Шанса без лишних слов. Шанс стоял там, в моменте, сжимая его сумку, стыд и разочарование скопилось в его горле. Затем, тихо, он выскользнул из класса, эхо слов Соннеллино прилипли к нему, как пятно, которое он не может смыть. Шанс не сделал даже три шага наружу класса, до того как его ударила паника. Эхо холодного голоса Соннеллино внутри его головы – Твой доклад был ужасен, ты провалишься, это важно, стабильность и упадок, стабильность и упадок – и это все сверлило его на дистанции, неизбежная гибель его родителей искала, он завалил колледж в тридцать четыре. - О боже, о боже, о боже, - шептал Шанс, сжимая его сумку,будто это был спасительный плот, когда он споткнулся и упал внизу холла. - Чувак. – Эллиот появился сзади него, кофе в руках, выглядел слишком спокойной, для того, кто просто пережил лекцию Соннеллино. –Ты в порядке? - Нет, я не в порядке! – Шанс шипел. – Я-я уже провалился, и это второй день, и он сказал, что мне нужно репетиторство, и я даже не знаю как найти репетитора, и мои родители убьют меня, и… - - Дыши, парень. – Шанс остановился на середине холла, драматично пробежавшись руками вниз по лицу. – Я собираюсь умереть. Я собираюсь умереть здесь, в холле, и они напишут «провалил экономику» на моем надгробье. – Эллиот фыркает, попивая свой кофе. – Ты слишком драматичен. – - Я реалист! Он просто сказал, что мой доклад ужасен! Ужасен, Эл! Это словно словарь конца света! – Шанс взбросил свои руки в воздух. – Где я должен найти репетитора в этом кампусе, когда, видимо, половина класса бросила это, из за того, какой он страшный? – Эллиот остановился, затем, наклонил его голову. – Что, если я помогу тебе? – Шанс моргнул. – Ты? – - Мне кажется, я преуспеваю в докладах. Я разобрался с основами, но, не то чтобы могу сделать тебе лучше, когда ты расхаживаешь туда обратно по спальне, жалуясь на то, как ты провалишься. – Эллиот пожал плечами, маленькая ухмылка появилась на его лице. – Кроме того, это было довольно весело, видеть твою панику над спросом и предложением. – - Вау, спасибо за поддержку, - сказал Шанс сухо, но небольшая вспышка образовала искры у него в груди. – Ты реально сделаешь это? - Да, парень. – Эллиот усмехнулся, слегка толкая его плечо. –Ты не свалишь с обучения так просто. – Шанс выдохнул, ложась вдоль стены, дав весу на его плечах расслабиться хоть немного. – Хорошо. Хорошо, круто. Мы сможем сделать это. – - Да, - сказал Эллиот. – И тебе лучшего взяться за это серьезно. Соннеллино может быть ужасающим, но он не ошибся в том, что это важно. Шанс кивал, но когда они немного начали идти прямо по парку, он не мог помочь себе, проговорив тихо под нос: - Хотя, он все еще довольно сексуальный, -шептал он, надеясь, что Эллиот его не услышит. Эллиот остановился на его пути. –Шанс. – - Что? Я могу быть многосторонним. – Эллиот простонал, проводя рукой по его лицу. – Ты будешь моей смертью. – Шанс просто ухмыльнулся, но правда в его словах была, исключая шутки, паника все еще была внутри. Холодный, пугающий страх, что он не сможет оторваться от этого, что он слишком сильно отстал, слишком поздно, чтобы ловить что то в жизни. Но у него был Эллиот. И он еще не собирался уходить – пока нет.