Вернуть нельзя забыть. Спин-офф о закадровом

      — И снова мы здесь. Да за что?!       Джаст медленно поднял голову, встретившись взглядом с собой же. Что-то кольнуло, словно бы сняв цепи с памяти. За мгновение промелькнуло как странная четверка появилась в зале и среди них он был. Он и Алфедов, которые так естественно касались друг друга, будто это ничего не стоило. Будто они не ожидали никакого подвоха от чужой руки. Еще тогда Джасту такое доверие показалось верхом мечтаний.       Сейчас же он ошарашенно уставился поначалу просто на себя. Этот он… Выглядел уверенно. Даже в наполовину расстёгнутой рубашке. И еще странно безопасно. Нечто в нем далекое словно бы шептало что нельзя навредить самому себе. Алфедов тоже вызывал схожее чувство. Как его настоящая версия, только больше. Вновь всплыло в памяти мягкое «Тише, Энди, тише», вынужденно расслабившее тело. У этого Алфедова было его имя и почему-то это не вызывало опасений. Наоборот.       — И снова ты, — мягкий голос от снеговика переплелся с прохладными объятиями. Джаст неуверенно обхватил руками чужую спину и испуганно вздрогнул от фырканья другого себя.       — Ты его усыновить решил теперь?       Старший он улегся на кровать и закинул руки за голову. Алфедов осмотрелся и зачем-то потянул Джаста туда же. Однако сопротивляться не хотелось. Зажатый между собой же и снеговиком он чувствовал себя в безопасности.       — Ну и зачем? — недовольное бурчание послышалось одновременно с устроенной на грудь ладонью. Джаст вцепился в когтистые, такие же как у него, пальцы и постарался дышать как можно тише.       — Потому что на такого тебя смотреть больно. Я как будто не знаю когда начну полноценно уделять внимание и когда получится тебя из этого состояния вытащить. Да и будто тебе себя не жаль.       Холодные руки крепко его обняли и Джаст подался ближе, прижимаясь к прикосновениям. Даже если это лишь сон… Здесь было так хорошо. Забывалось обо всем.       — Жалят пчелки. И раз тебе некуда любовь свою девать, то, не знаю, устрой ему тогда первый раз, что ли.       — А ты и ревновать не будешь?       — Ради матушки, Алфедов, мы женаты не одно тысячелетие. Какая ревность?       Все звучало сном. Хорошим сном. Ведь это он из будущего. А значит его судьба так жениться на Алфедове. И надолго. Правда вот про первый раз…       — Тогда что насчет тебя? — прохладные пальцы коснулись его уха, заставив повернуть голову, — хочешь попробовать то, что в наше время называют любовью? Оно не совсем для долгожителей, скорее уж смертные расы используют такое чтобы сделать друг другу приятно, таким образом показывая свою любовь.       Признаться, Джаст бы сейчас согласился на любое предложение. Поэтому и кивнул, четко уверенный что ему не навредят. Последовавший поцелуй все же заставил вздрогнуть, но не сопротивляться. Алфедов давил ласково, без угрозы. И то, что обычно не вызывало эмоций при наблюдении внезапно расцвело новыми красками. Но все равно слишком необычно. Так, что отсутствие воздуха успело вскружить голову окончательно, уничтожая здравые мысли.       Джаст ощутил смену позу, после которой его опустили на колени к снеговику. Старший он перед лицом смотрел слегка сурово, но в поглаживающей волосы руке не было угрозы. И демон тянулся ближе к обычно неизвестной ласке. Прохладные руки медленно расстегивали ему рубашку, заставляя тело трястись в неизвестном ожидании.       — Ты, помнится, к эмоциям моим был привязан. Так к ним тянулся.       Казалось бы что различий между ним и старшим практически нет. Ну может несколько сантиметров роста. И все равно таким завораживающим собственный голос Джаст никогда не слышал. Нервный выдох сорвался с губ когда теплые руки легли ему за уши, аккуратно массируя. Это приятно. Действительно приятно, он даже не знал что так могло быть.       Рубашка свалилась с плеч и прохладный Алфедов прижался ближе к его спине, поглаживая по вздрагивающему животу. Все в Джасте дрожало. Он давно зажмурился, руками вцепившись в плечи другому себе. Тот довольно быстро наклонился поцеловать Алфедова. А затем и его, все еще прохладными после контакта губами. Джаст всхлипнул, приподнимаясь под неожиданно жадными касаниями. Обратно его рывком притянул Алфедов, принявшись уже за штаны.       Это показалось стыднее, но попытку вырваться все равно пресекли. Другой он наклонился к шее и невесомо коснулся губами. На этот раз обожгло сильнее, словно бы магией, на тонкой грани боли, от которой Джаст вновь вздрогнул. Затем холодные руки скользнули уже ему под нижнее белью и он вновь вздрогнул, настолько что едва не выбрался из объятий. Подобная реакция и его ошарашила.       — Тише, не дергайся так, — другой он коротко посмеялся, попросту обнимая, — расслабься. Нравится?       Нравилось. Странные ощущения, ему раньше неизвестные. Он слышал о подобном, даже видел, многие давно посчитали что его присутствие можно отнести к тому же факту как и наличие канделябра, но по своей воле участвовал впервые. И было определенно приятно от того как прохладные пальцы ласково поглаживали его по бедрам, обходя то самое место. Нарастающее нетерпение так и тянуло податься самому, хоть как-то потереться, избавиться от тягучей тяжести в низу живота, которая становилась все более нестерпимой. Словно бы каждый легкий поцелуй по открытой спине падал туда лишним камешком.       — Как же у тебя много шрамов в этом времени. Бедняга. Ничего, в будущем подлечим.       В будущем. Хорошее обещание что у него будет будущее. Другой он выдохнул и отстранился, откинувшись на подушки. Джаст мысленно подвел итог что скорее всего он об этом пожалеет, но подался следом и неумело коснулся своих-чужих губ. Оно приятно. Не столь физически, глупость что такое мимолетное касание могло принести так много удовольствия. Но ведь все не обошлось поцелуем. Он через прикрытые глаза слышал слегка пошлое причмокивание. Мог ощутить зарывшуюся в волосы теплую ладонь, ласковые прикосновения и массажные движения по коже. И странные ощущения того, что его язык в чужом-своем рту. Ему не под силу отвечать так же активно как он из будущего, но Джаст пытался. В ответ прилетел теплый горловой смешок. А затем другой он опустил руки, развернув его к Алфедову. Отчего то тот смущал еще больше. Ведь совсем недавно его молодая версия робко гладила Джаста по голове, иногда тихо зачитывая вслух какие-то документы. Просто потому что демон при чужом голосе притихал, закрывал глаза и слушал.       Подумать только что он так скоро оказался в постели с более взрослой версией снеговика. Но дискомфортно не было. Даже когда Алфедов подался вперед и на этот раз аккуратнее коснулся члена. Медленнее, словно бы боясь напугать. Джасту и не страшно. Только совсем непривычно. Но другой он аккуратно перебирал волосы и расцеловывал шею, окончательно успокаивая. А затем Алфедов наклонился ниже и вместо рук коснулся губами. Джаст дернулся закрыть рот, но позорный стон все равно вырвался на свободу.       — Не открывай глаза пока не будешь готов, — другой он коротко посмеялся, вынудив опустить руки, — такой вид и меня спустя тысячи лет равнодушным оставить не может. Тебе и вовсе рано такое увидеть.       — Ты сейчас сам тут сосать ляжешь, — порыв дыхания после раздраженных слов прошелся по влажной головке. Джаст на этот раз успел сцепить губы, обойдясь лишь позорным мычанием.       — Ты думаешь я не смогу? Что-то раньше такого сомнения в моих навыках не было.       — Я и не сомневаюсь. Я предупреждаю.       Джаст не выдержал, все же распахнув глаза. Пораженный выдох вырвался из груди. Старший он был прав. К такому виду не привыкнуть и через тысячелетия. Один только взгляд на игриво прищуренные глаза и изогнувшиеся в улыбке губы, столь близко к его члену. Алфедов посмотрел на него и его лицо смягчилось, обретя толику любопытства. Джаст же повернул голову на легкий поцелуй в висок, но взгляда оторвать не смог.       — Знаешь, у тебя ведь тоже есть способность говорить. Мог бы присоединиться к нашим разговорам, — голос у другого него спокойный, не заставляющий. Джаст выдохнул и покачал головой. Не хотелось. Эти двое действительно давние супруги. Их споры даже в таких ситуациях навевали уют ситуации. Если он вмешается, то… Неизвестно. Потому он впитывал созданную атмосферу. Пусть он и не ответил, но старший он все же как-то понимающе хмыкнул.       Алфедов звуками свое понимание не высказал. Только вновь наклонил голову, вбирая в рот член и проводя языком. Джаст постарался держать себя на месте. Совсем будет неприятно если от каждого движения его будет трясти. Только спиной все же попытался прижаться к другому себе, найти какую-то опору. Тот мешать не стал, но внезапно с легких поглаживаний на плечах опустил руки, резко приподнимая демона. Джаст ощутил как одновременно с этим прохладные пальцы исчезли от его ноги и прошли ниже, между раздвинутых старшим бедер, практически до самого основания хвоста. Демон сам не понял как этим же хвостом вцепился в столь близкое запястье. Вырваться Алфедов не попытался. Наоборот, прильнул ближе, вместе с этим и вобрав в себя член до конца. От довольно энергичных посасываний Джаст вновь зажмурился. Нет, к такому точно нельзя привыкнуть. Чем он вообще такое заслужил?       Впрочем, предаваться мыслям о собственной недостойности весьма сложно когда другой он вновь принялся расцеловывать кожу на плечах, а Алфедов столь активно двигал головой. Затем нечто холодное коснулось заднего прохода. Джаст невольно сжался, но лед все равно проник внутрь. Маленький кусочек, расширившийся прямо в нем. Старший он опустил его к себе на колени и слегка отстранил. Джаст нервно обернулся и увидел как спокойно старший открывал неясную банку. Теплая субстанция, с маслом похожая, была перенесена ему на спину.       — Расслабься. Получай удовольствие, никто не причинит тебе вред и никто кроме нас тебя не услышит. Считай это подарком на день рождения, — другой он говорил ласково, размазывая гель по коже. А затем он надавил сильнее, массируя напряженные мышцы и Джаст поплыл.       Спина довольно быстро начала гореть. Не как в костре, больше как в детстве грел огонь у него на руках. Демон невольно расслабился. Снизу же все еще холод. Снизу Алфедов, которого никаким огнем не согреть. И он весь холодный, и лед от него внутри тоже. А лед разрастался. Словно бы пульсировал, каждый раз оттягивая расслабленные стенки все больше, разминая их. Джаст не знал куда деть руки, в конечном итоге сжав ими так удачно подвернувшийся чужой хвост. Его несло. Несло в какое-то определённое волшебное место, самой матушкой Магией благословенное.       — Хочешь фокус покажу? — голос от другого него все также щекотал кожу своим жаром. Джаст не успел ответить. Старший он толкнул его бедра вперед, нарушая мерный темп Алфедова. И демон отдаленно услышал возмущенное мычание, но сам потерялся в нахлынувшем удовольствии, забыв сцепить губы. Этот стон вышел крайне стыдным, громким. Но Алыедов на удивление затих с недовольством, даже посмотрел более нежно.       Джасту же казалось что еще немного и он попросту погибнет, растворившись в этом наслаждении. А затем тело все же сжалось против его воли и демон в порыве невиданного экстаза запрокинул голову. Казалось что он стал таким легким, что мог бы улететь, сбежать, но не хотелось. Он с трудом опустил взгляд, поймав как задумчиво Алфедов рассматривал его. А на губах застыли несколько белых капель, которые снеговик довольно быстро слизнул. И потянулся вверх, поцеловав Джаста в подрагивающую шею. Лед замер одновременно с его действиями и все равно его присутствие ощущалось… Странно. Джаст смутно понимал что хотелось бы поерзать, сдвинуть совсем немного на то место, от касания к которому совсем недавно его трясло. Но голос словно бы потерялся и он мог только тяжело дышать, выстанывая нечто невнятное на ласковые поглаживания по груди.       — Я тебя предупреждал, Джаст, да? — этот тон от Алфедова он раньше не слышал. И от такого сердце с желудком нервно замирали. Словно бы так ненавистный ему приказ, но другой. Не тело тянуло его подчиниться, Джаст и сам бы с радостью дернулся выполнять что угодно, что ему сказали бы. Но вопрос был не к нему. И по легкому смешку сзади он это понял.       — Нет, слышишь, ни в коем случае не позволяй ему доминировать, у него крышу срывает!       И все же предупреждение мешалось со смехом. Джаст и осознать его не успел, как неожиданно низкий шепот рядом с его ухом заставил вздрогнуть.       — Ляг.       Другой он отреагировал также. Только фыркнул как-то наигранно напряженно, выбрался из-под Джаста и действительно словно бы зашуршал, устраиваясь. Алфедов же занял его место. Теперь уже его дыхание кололо кожу, не вызывая отторжения.       На этот раз его приподняли прохладные руки. Лед исчез и Джаст подавил испуг от нового ощущения. Он мог ощутить остатки воды внутри себя и чувствовал приставленную к расслабленному входу головку. Алфедов о готовности не уточнял. Только отстранился слегка, словно бы наблюдая. Лед и общая расслабленность после массажа довольно быстро привели к тому, что Джаст кожей коснулся чужого паха. Только отметил что оно странно. Но затем его вновь приподняли, насадив обратно уже быстрее, на этот раз попав по тому самому месту.       — А теперь я покажу тебе фокус, — дыхание доносилось совсем сбитым. Джаст нервно пискнул от слишком уверенной хватки на волосах старшего его. Однако тот не вырывался от грубого обращения, только глаза закатил, но рот послушно открыл. Джаст удивленно охнул от толчка в спину, свалившего его на колени. Старший он уже самостоятельно подался вперед, под давлением на затылок заглотив сразу весь член. Демон сдавленно выдохнул, ощущая давление уже от горла. Алфедов вновь толкнулся в него, заставив сильнее пошатнуться. Другой он что-то промычал, вцепившись Джасту в колени, — главное сам так сразу не пробуй, — сбивчивый шепот очаровывал. Демон чувствовал как чужой взгляд прикован туда же, куда и его, на замершего между его коленей старшего, которого мелкими толчками трахали в рот, — тебя-то стошнит. Здесь столетия практики нужны.       — Ему не… Больно.? — тревога проступила довольно быстро. Джаст даже попытался затормозить, но добился обратного. Алфедов сдавленно у него за спиной стонал и все ускорялся. Но ответил, сбиваясь на каждом слове.       — Нет… Конечно нет… Посмотри сам…       От нового толчка старший он вновь замычал, крепче сжав пальцы. Джаст с восхищением отметил как завилял хорошо ему видимый хвост. Соврал бы, сказав, что не понравилось. Алфедов слегка притормозил, но мужу на голову давил все также активно, не давая отстраниться.       — По какой-то причине, — Джаст вздрогнул от раздавшегося шепота и ощутил коснувшиеся его губ пальцы, — рот у вас обоих даже излишне чувствительный, — пальцы надавили, пробравшись в расслабленную полость рта. Джаст нервно сглотнул и попытался что-то промямлить, но его слишком быстро заставили запрокинуть голову и толкнулись пальцами уже основательно. Губы коснулись второго сгиба, Алфедов вытащил и тут же повторил, набирая скорость. Одновременно с этим возобновились толчки и сзади. Джаст растерянно замер, вновь ощутив как качественно его вгоняло в то самое состояние экстаза. На этот раз он даже смог отловить момент когда излился в чужой рот. Но больше перерыва не было. Он медленно терял последние связи с реальностью, картинка расплывалась, а мир переставал иметь значение. Джаст насчитал еще один приступ экстаза, после которого все замедлилось. Алфедов вышел из его тела, но все еще словно в странном приступе потирался о спину. Вытащил пальцы, позволив накопившейся слюне вылиться изо рта. Джаст порывисто вдохнув, ощутив как последние силы исчезли. В две пары рук его аккуратно уложили на кровать. Но с трудом удержав глаза открытыми он увидел и другое.       — Алфедов, блять!       Старший он пусть и ругнулся, но не стал вырываться от вжавшей его в кровать хватки. Джаст в некотором удивлении уставился на крепкое сплетение тел, слушая быстрые шлепки кожи. С ним словно бы было медленнее. И, пожалуй, к лучшему. Старшего Алфедов едва не вколачивал в кровать, крепко вцепившись зубами в затылок. Несколько минут не прекращаемых быстрых толчков, вылившихся в практически безумный шепот, Джастом услышанный больше случайно.       — Мой, весь мой, до последней косточки. Съел бы, чтобы никому не отдавать.       Старший он шумно выдохнул и высвободил руку, устроив ту Алфедову на макушку. Снеговик резко замолк, уткнувшись лбом во влажное плечо мужу. Джаст неуверенно отвернулся, чувствуя как сознание все больше отходило ко сну. А может и это сон. Но размышлять он не мог. Горечь только на языке оседала. Им познанное счастье ведь не его. Оно из будущего, куда его пустили, подарив кусочек. Но хотелось бы и свое.       Потом была ледяная по материалу ванна с довольно теплой водой. И хриплый чужой-его голос рассказывал что осталось потерпеть недолго. Что Джаст найдет себе братьев, людей в которых верить можно, любовь, станет демоном, без которого замок и дня не проживет, а затем наконец обретет спокойную жизнь, из которой его какой-то идиот вытащит в город. Под конец только осколок разговора отпечатался, конда он засыпал, заботливо одеялом укрытый.       — Не знал что вы настолько извращенцы.       — Диамкей, блять. Без комментариев, разбудишь.