Bon Bon's Acceptance (Согласие Бон-Бон)

Это был тёмный, холодный и снежный зимний день в Понивилле, и кондитерская Бон Бон от этого страдала. Бизнес начал неуклонно падать с наступлением зимы. Никто из пони не хотел пробираться сквозь глубокий снег и пронизывающий холод ради простых сладостей. Все предпочитали проводить время в уютных кафе или других местах, где можно было насладиться компанией друзей и горячим напитком, чтобы согреться. Места вроде «Сахарного Уголка» забирали большую часть клиентов Бон Бон зимой. Это было удобнее для пони, там всегда подавали горячие напитки и выпечку, а также было много мест, где можно посидеть и поболтать с друзьями. Даже маленькие жеребята и кобылки, возвращающиеся из школы, редко заходили в это время года. Бон Бон скучала по их очаровательным улыбающимся мордочкам, когда они ели её вкусные сладости. Но не всё было так плохо. Перед Согревающим Очагом Бон Бон получала неплохую выручку, которая помогала покрывать разные расходы, и ей всегда было приятно слушать, что пони планируют на праздник. Бон Бон откинулась на стуле за прилавком своей тихой маленькой лавки, глубоко вздохнув и катая между копытами испорченную лимонную конфету. Она упала на пол немного раньше, и её нужно было выбросить… Когда-нибудь. Она уронила конфету на прилавок и смотрела, как испорченная сладость катится, пока не остановилась, ударившись о кассу. Скучая, земная пони упёрлась локтем в прилавок, кладя голову на копыто, и оглядела свою лавку, всё ещё полную конфет. Каждый год одно и то же. Летом она с трудом успевала пополнять запасы на полках, поскольку делала конфеты сама — с небольшой помощью Лиры, конечно, — а зимой было сложно продать даже то немногое, что оставалось. Если бы она могла позволить себе взять зимний отпуск, она бы это сделала, но ей нужны были те немногие клиенты, что заходили в это время, чтобы оплачивать счета до окончания зимней уборки, когда бизнес снова начинал оживать. Её хорошая подруга Берри Панч предложила расширить лавку и добавить бар с горячими или холодными напитками, чтобы клиенты могли заходить за тёплым напитком и местом для общения. Идея была хорошей, и Бон Бон определённо хотела попробовать, но были сложности. Во-первых, она не знала, как управлять таким заведением, а во-вторых, ей понадобился бы кто-то, чтобы управлять баром, пока она занимается лавкой. Она не могла одновременно делать конфеты, обслуживать клиентов, принимать оплаты, готовить напитки и убирать столы. Берри Панч предложила работать барменом, но она не славилась… Трудовой этикой. Лира могла бы помочь, но она всегда была занята своими музыкальными выступлениями и своим жеребцом, а точнее, человеком. Бон Бон нахмурилась, чувствуя лёгкую депрессию из-за того, что её лучшая подруга теперь редко бывает рядом. Найти время, когда они обе свободны, было настоящей проблемой. Она не могла не винить в этом постоянном отсутствии Лиры её человека и злилась на него за это… Но всё же, видеть Лиру такой влюблённой было довольно мило, и, хоть ей не хотелось это признавать, человек действительно делал Лиру счастливой. По крайней мере, казалось, что он хорошо с ней обращается. Хотя она и не была его фанаткой, Бон Бон не могла винить его за желание проводить каждую минуту с единорожкой. Лира была прекрасной и замечательной кобылой, и ему очень повезло с ней. Хотя иногда ей казалось, что он не до конца понимает, насколько ему повезло. Бон Бон легко могла понять привязанность человека к Лире и почему он хочет быть с ней, но она, хоть убей, не могла понять, что Лира в нём нашла. Конечно, внешне он казался достаточно милым жеребцом, особенно рядом с Лирой, но его руки были такими… Странными… И он сам был просто таким… Звон колокольчиков прервал её мысли. Она подняла взгляд и увидела молодую пару пегасов, только что вошедшую в лавку. Одна была бледно-золотой кобылкой с бирюзовой гривой и кьютимаркой в виде трёх голубых капель дождя. Другой — крупный голубой жеребец с белой гривой и радугой в качестве кьютимарки. Судя по тому, как они вошли бок о бок, обнимая друг друга крыльями, они были влюблены. Это было типично для пегасов, особенно в такую холодную погоду. А ещё тот факт, что на них были одинаковые красные сапожки и шарфы, был явным намёком. Бон Бон спрыгнула со стула и посмотрела на пару, выдавив яркую и весёлую улыбку. — Добрый день и добро пожаловать в кондитерскую «Свити Дропс»! Могу я помочь вам найти что-то особенное? Голубой жеребец покачал головой, прежде чем ответить: — Нет, мы просто смотрим. Не обращайте на нас внимания. Влюблённые на мгновение отстранились друг от друга и вытерли копыта о большой приветственный коврик, очищая их от мокрого снега и грязи, прежде чем снова прижаться друг к другу. — Если вам что-нибудь понадобится, я буду рада помочь! — предложила Бон Бон весёлым тоном, продолжая улыбаться. Она стояла у прилавка и наблюдала, как пара, всё ещё обнимая друг друга крыльями, пошла осматривать лавку. Как только они отвернулись, Бон Бон грустно вздохнула и снова запрыгнула на стул. Она выпрямилась и стала ждать, пока первые клиенты дня выберут конфеты. Не имея других занятий, Бон Бон наблюдала за парой, пока они ласково тёрлись друг о друга и разглядывали разные сладости. Время от времени они останавливались, чтобы посмеяться над какой-то своей шуткой или чмокнуть друг друга в щёку. Это было до боли мило. Эта слащавая пара лишь напомнила Бон Бон, как ей не везёт в любви. Её прошлый опыт был… Не самым лучшим. Но не то чтобы в её жизни совсем не было любви. Нет, на самом деле она любила свою подругу Лиру, но даже эти отношения были сложным месивом, и всё стало ещё запутаннее, когда почти два года назад в Эквестрии появился человек. Лира быстро подружилась с этим странным существом, и вскоре после этого безнадёжно влюбилась. Она была одержима им, но долго не могла решиться признаться в своих истинных чувствах. Всё изменилось благодаря поддержке Бон Бон. Она помогла Лире набраться уверенности и составила план, чтобы единорожка призналась человеку в своих чувствах. Это сработало — к большому удивлению Бон Бон — и теперь Лира встречалась с человеком. Она даже переехала из дома, который они делили, чтобы жить с ним. Без жизнерадостной и воодушевляющей Лиры дом Бон Бон уже не был прежним, особенно в такие мрачные дни, как этот. Земной пони хотелось положить голову на прилавок и погрузиться в жалость к себе, но она не могла этого сделать, пока в лавке были клиенты. Ей не хватало совместной жизни с Лирой, её заразительного смеха и прекрасной музыки, наполняющей пустые комнаты дома. Если бы только она могла вернуться в прошлое и остановить себя от того, чтобы подталкивать Лиру признаться человеку. Тогда её подруга была бы с ней… Честно говоря, она никогда бы не подумала, что человек действительно ответит на чувства Лиры. Он должен был иметь достаточно здравого смысла, чтобы сказать Лире «нет», и тогда она бы двинулась дальше, к лучшему партнёру. Но теперь это уже почти не важно. Лира была счастлива, и это было по-настоящему важно. Бон Бон была благодарна, что её подруга нашла радость в жизни с человеком рядом, и, если быть честной с собой, она даже немного завидовала ей. Было бы эгоистично теперь пытаться это изменить. Даже если бы у неё была возможность переписать прошлое, она бы этого не сделала. Она никогда не смогла бы отнять у Лиры её счастье… Как бы ей самой этого ни хотелось. Особенно теперь, когда Лира постоянно приставала к ней с предложением присоединиться к их маленькому табуну. Всё началось несколько месяцев назад, осенью. Лира приходила к ней, когда у неё было время, и в какой-то момент во время визита предлагала Бон Бон пойти на свидание. Если бы Лира встречалась с нормальным пони, Бон Бон с радостью согласилась бы… Но это было не так. Бон Бон глубоко вздохнула, на мгновение позволяя себе помечтать о том, какой была бы жизнь, если бы Лира была с нормальным жеребцом. Она ясно представляла, как они с Лирой и их очаровательным жеребцом готовятся к празднованию Согревающего Очага, одного из её любимых праздников. Их яркие и счастливые жеребята носились бы по дому, переполненные праздничным духом. Она была бы на кухне с Лирой, используя её магические таланты, чтобы готовить праздничные угощения для семьи, пока их сильный, красивый жеребец играл бы с детьми в другой комнате. Их возлюбленный жеребец предложил бы помочь на кухне, потому что он всегда был таким джентлькольтом, но Бон Бон отмахнулась бы от него и отправила рассказывать детям истории о том, почему они празднуют Согревающий Очаг. Он любил это делать, и их жеребята выросли бы замечательными пони под его началом. Всё было бы так идеально, и она жила бы счастливо с Лирой до конца своих дней… Чем больше Бон Бон думала о своей фантазии с Лирой, тем сильнее ей хотелось, чтобы это было правдой, но это никогда не сбудется. Не с человеком. Её фантазии начали рушиться, когда она задумалась, каково это на самом деле — пытаться встречаться с высоким человеком. Она не могла представить, как к этому подступиться. И что бы подумала её семья, если бы она присоединилась к стаду с двуногим жеребцом? Её семья была очень традиционной и имела долгую историю вступления в табуны только с пони. Её родители наверняка ожидали бы от неё того же. Особенно её мать постоянно приставала к ней с разговорами о том, чтобы найти хорошего жеребца, осесть и начать рожать внуков. А это, как она знала, было невозможно с человеком. Он не был пони и даже не из этого мира. Это означало, что они никогда не смогут создать нормальную семью с ним, но это не останавливало Лиру. Единорожка всё время твердила о принцессе Каденс и её новом заклинании, которое позволило паре грифона и пегаса завести жеребёнка. Позже Бон Бон узнала, что это правда, но заклинание было сложным, и никто не знал, сработает ли оно на человеке. Не говоря уже о том, что подумают принцессы. Поддержала бы принцесса Каденс их союз с человеком, когда принцесса Твайлайт всё ещё пыталась найти способ вернуть его в его родной мир, где он был рождён? Нет сомнений, что он всё равно захотел бы вернуться, если бы нашёлся способ отправить его домой, верно? Хотя, даже если всё пойдёт по плану и принцесса Каденс согласится помочь, это всё равно означало бы пытаться заняться любовью с двуногим существом, а это было бы просто… Бон Бон слегка содрогнулась, когда её воображение разыгралось, рисуя образы странного человека, тянущего к ней свои жуткие, паукообразные конечности, хватая и удерживая её, пока он пытается засунуть свой… Что бы там у него ни было… Внутрь неё. Она ясно представляла, как его длинные, тонкие «руки» ползают по её телу, вызывая холодный озноб по спине. Как Лира могла спать с ним в одной постели, было выше её понимания. Не то чтобы он был особенно непривлекательным, но временами он выглядел таким высоким и пугающим, и он был просто… таким… другим! Она не могла сравнить его ни с чем, что видела раньше. Может, с минотаврами, но и это было натяжкой. Интим с обычным жеребцом и то был для неё странным, и она была уверена, что с человеком это было бы куда хуже. Бон Бон однажды была близка с жеребцом, и этот опыт был, мягко говоря, болезненным. Она знала, что первый раз с самцом всегда должен быть немного болезненным в начале, но потом должно было наступить удовольствие, по крайней мере, так говорили её подруги. Казалось, её первый раз был особенным, потому что после того, как боль утихла, она не чувствовала ничего другого, и не успела опомниться, как всё закончилось. Это была одна из причин, почему она предпочитала кобылок в интимных отношениях, но не то чтобы она ненавидела жеребцов или что-то в этом роде. Многие из них казались ей привлекательными, и она всегда мечтала создать семью с одним из них, но её следующий жеребец-любовник должен быть кем-то особенным, прежде чем она снова решится на это. Бон Бон потеряла нить своих мыслей, заметив, как пара пегасов шепчет друг другу нежности посреди её лавки. Она решила, что они будут заняты этим ещё какое-то время, и откинулась на прилавок, снова занявшись испорченной лимонной конфетой, пока размышляла о своей унылой любовной жизни. Прошло немало времени с тех пор, как она последний раз была близка с кем-либо. Её последним партнёром была… Ну, Лира. Ей очень не хватало этих тихих зимних ночей с единорожкой. Обычно в это время года они уютно прижимались друг к другу, согревая тела. Они просто обнимались и делились историями о своих днях или обсуждали разные общие темы, наслаждаясь обществом друг друга. Это было до тех пор, пока всё не становилось немного более… Интимным… И в большинстве случаев так и происходило. Бон Бон ярко покраснела, слегка хихикнув над озорным воспоминанием о том, как их объятия часто заканчивались ночью страстной любви. Лира была такой замечательной любовницей. Она всегда знала, как нажать на нужные кнопки и завести её, даже когда Бон Бон не была в настроении. Ох, Селестия, как же ей не хватало этих приятных и романтичных ночей. К сожалению, она больше не могла делить такие моменты с Лирой. Не тогда, когда та была занята своим жеребцом… Ей нужно было отпустить прекрасную единорожку и смириться с тем, что, возможно, она больше никогда не насладится с ней интимной ночью, но не всё было так плохо. Они всё ещё были лучшими подругами, и Бон Бон просто надеялась, что они могли бы быть чем-то большим. Бон Бон хотелось, чтобы Лира была здесь сейчас. Ей очень нужен был друг, но единорожка была на гастролях со своим оркестром в Кантерлоте всю неделю, и, возможно, пройдёт ещё несколько дней, прежде чем она вернётся в Понивилль. Бон Бон грустно вздохнула, катая лимонную конфету по прилавку, который, как она только что заметила, нужно было помыть. На поверхности начала скапливаться пыль, и её нужно было протереть, прежде чем клиенты подойдут с покупками. Она уже собиралась взять тряпку и чистящее средство под прилавком, но звон колокольчиков остановил её. Она выпрямилась на стуле и повернулась, чтобы посмотреть, кто её следующий клиент. Её глаза расширились, и на губах появилась яркая улыбка, когда она поняла, кто только что вошёл в её лавку и теперь стоял на приветственном коврике с прекрасной улыбкой на мордочке. Мятнозелёная единорожка в тёмно-сером пальто с двумя тёмно-зелёными седельными сумками по бокам смотрела на неё и улыбалась. — Привет, Бонни! Соскучилась? — Лира! — воскликнула Бон Бон в восторге, спрыгнув со стула и галопом бросившись к подруге, крепко обняв её. Они оставались в объятиях некоторое время, пока Бон Бон не показалось, что она услышала, как один из пегасов в лавке сказал что-то вроде: «Эй, это не та единорожка, что теперь встречается с человеком?» Но это было так тихо, что могло быть просто её воображением. Тем не менее, это заставило её неловко прервать объятия, которые ей так нравились. Бон Бон отступила на шаг назад и поднесла копыто к губам, слегка откашлявшись, прежде чем заговорить. — Так, эм, Л-Лира… Так здорово, что ты вернулась, — она замолчала, заметив что-то странное в пальто, которое носила Лира. Оно совсем ей не шло. Средняя часть была немного мешковатой, а нижняя часть рукавов казалась тесной вокруг копыт. Она также заметила маленький капюшон сзади, но он был слишком мал, чтобы доходить до макушки, что делало его бесполезным для единорожки. — Эм, Лира… Что на тебе надето? Лира на мгновение замялась, вопросительно приподняв бровь, но вскоре на её губах появилась лёгкая улыбка, когда она, кажется, вспомнила, что на ней. — А, ты про это? — спросила Лира, указав копытом на ткань на груди. Бон Бон кивнула. — Да. Оно тебе совсем не подходит… Тебе нужно одолжить пальто получше? — спросила она, обеспокоенная тем, что её подруга, возможно, в трудном положении и вынуждена была купить дешёвую вещь, которая ей не по размеру. — Не, всё нормально. У меня есть своё дома, но это не моё, — сказала Лира, широко улыбнувшись. — Это толстовка Криса, которую он заказал у Рарити какое-то время назад. Он сказал, что если я буду осторожна, то могу носить её на гастролях, — объяснила она, слегка потерев толстовку копытом о грудь. Бон Бон несколько раз моргнула, слегка наклонив голову, глядя на Лиру с недоумением. — Почему ты носишь его… Эм, толстовку, если у тебя есть своё пальто, которое тебе подходит? Лира нервно рассмеялась. — Ну… — начала она, рисуя копытом круги на деревянном полу лавки. — Оно… Пахнет им… И я хотела взять её, чтобы чувствовать себя уютнее перед выступлениями. Бон Бон приподняла бровь и посмотрела на Лиру с лёгким удивлением, но любопытство взяло верх. Она слегка наклонилась, глубоко вдохнув носом. Она уловила естественный мятный аромат Лиры и слабый запах человека, который витал вокруг неё, но это было не ново. Его аромат теперь всегда смешивался с её. — Не так уж сильно она пахнет им… — Н-ну, я носила её несколько дней, так что его запах почти выветрился… — сказала Лира, слегка покраснев и избегая зрительного контакта. Бон Бон закатила глаза, но улыбнулась влюблённой единорожке. Было мило видеть, как она смущается, говоря о странных вещах, которые делала со своим жеребцом, но если бы она встречалась с настоящим жеребцом, то носила бы пальто, которое ей подходит. Тем не менее, Бон Бон не могла не завидовать очаровательной привязанности подруги к своему партнёру. Даже если он не пони и она немного сумасшедшая, раз его любит. — Я рада, что ты нашла время навестить меня, но я думала, ты пробудешь в Кантерлоте ещё пару дней. Что-то случилось? — Ага, вроде того… — вздохнула Лира, вытирая копыта о коврик. — Кто-то в Клаудсдейле по ошибке запланировал большой снегопад в Кантерлоте на пару дней раньше, так что нам пришлось сократить тур и вернуться домой, пока буря не стала слишком сильной, — объяснила она, заходя в лавку и направляясь к прилавку, магией снимая седельные сумки. — Ох, мне жаль, что вам пришлось уехать раньше. Я знаю, как ты любишь играть музыку в Кантерлоте, — ответила Бон Бон, следуя за Лирой. — Эх, бывает, — небрежно отозвалась Лира, магией ставя сумки у прилавка. — Так хорошо наконец снять эти тяжёлые штуки, — вздохнула она с облегчением, по очереди растягивая задние ноги, хрустя суставами. — Я таскаю эти инструменты весь день. Это немного озадачило Бон Бон. Почему она не оставила инструменты дома? И разве она не хотела увидеть своего жеребца? Судя по виду, она только что с поезда, но дом человека был ближе к станции, чем её лавка. — Ты только что вернулась? Почему не пошла домой сначала? Лира повернулась и одарила Бон Бон яркой улыбкой. — Ну, я хотела навестить тебя, и знаю, что последнее время нам сложно найти время друг для друга. Вот я и подумала, что могу зайти и помочь в лавке, пока я свободна. К тому же, зимой у тебя всегда мало клиентов, и я знаю, что тебе не помешает компания. Она магией сняла толстовку человека с себя, держа её перед собой, аккуратно сложила дорогую вещь, сшитую копытами, и убрала в одну из сумок. Глаза Бон Бон слегка увлажнились от слов Лиры. Было так мило, что Лира пришла сразу после долгого и утомительного дня в дороге, чтобы провести с ней время. — Ох, Лира… Это так мило с твоей стороны. Я была бы рада, если бы ты провела со мной время в лавке, — ответила она, сияя с лёгким румянцем на щеках. — И… — добавила Лира, дойдя до середины лавки и повернувшись к Бон Бон с хитрой ухмылкой. — Я также хотела заскочить, чтобы мы могли спланировать наше… Свидание? Скажем… В конце недели, после заката? — уверенно спросила она, одарив Бон Бон самодовольным взглядом. Бон Бон это не развеселило. Внезапно предложение Лиры провести с ней день показалось не таким щедрым, как она думала. — Лира… — сухо произнесла Бон Бон, слегка нахмурившись, чувствуя усталость от необходимости постоянно давать единорожке один и тот же ответ. — Погоди! — воскликнула Лира, подняв копыто, прерывая Бон Бон. — Прежде чем ты что-то скажешь, Крис велел мне кое-что тебе передать, когда я увижу тебя. — Он… Велел? — с сомнением спросила Бон Бон, приподняв бровь. Что человек мог хотеть ей передать? Неужели его волнует это всё? Она думала, что он так же против этого, как и она. Лира сделала маленький шаг вперёд, откинув свою шелковистую голубую гриву в сторону, одарив Бон Бон чувственным взглядом с полуприкрытыми глазами. Единорожка посмотрела в яркие голубые глаза подруги, мягко улыбнувшись на мгновение, позволяя своему соблазнительному взгляду зачаровать земную пони. Щёки Бон Бон начали гореть, её взгляд метался из стороны в сторону, и она отступила назад. Лира смотрела на неё так, как не смотрела уже давно. Это был взгляд, который единорожка всегда бросала перед тем, как их отношения становились… Романтичнее. — Л-Лира… Ч-что ты делаешь? — прошептала Бон Бон дрожащим голосом, стараясь не привлекать внимания. Они всё-таки были в общественном месте, и двое пегасов всё ещё находились в лавке. Она хотела снова быть близкой с Лирой, но не так. Не на публике! Улыбка Лиры стала шире, и она сделала ещё один шаг к смущённой земной пони, не отводя соблазнительного взгляда. Бон Бон сглотнула ком в горле, отступив ещё на шаг, пока её сердце не начало биться быстрее. — Л-Лира… М-мы не можем… — Знаешь… — проворковала Лира, прерывая дрожащие слова Бон Бон и делая ещё шаг вперёд. — Я всегда думала, что счастье… Начинается с «С», но это просто не может быть правдой… — Ч-что? — спросила Бон Бон, ярко покраснев, продолжая медленно отступать, пока её круп не упёрся в прилавок, заставив её сесть на задние ноги и прижаться спиной к холодному дереву, всё ещё пытаясь отстраниться от мятнозелёной соблазнительницы перед ней. — П-почему это не может быть правдой? С-счастье всегда начинается с «С». Лира подвинулась ближе к загнанной в угол земной пони, одарив её зубастой ухмылкой, прежде чем ответить. — Потому что, Бонни… — она замолчала, наклонив голову к уху Бон Бон и мягко прошептав: — Моё счастье начинается с… «Т», — закончила Лира, слегка прикусив чувствительное место под ухом земной пони, отчего та издала непристойный стон, который не смогла сдержать. Бон Бон прикрыла губы копытом и быстро огляделась, чтобы проверить, не слышали ли её клиенты, но не могла их видеть, так как тело Лиры закрывало половину лавки. Она скрестила задние ноги, надеясь, что это поможет унять её возбуждение, но это не помогло. Лира и раньше использовала на ней подобные фразы, но эта была новой, и то, как она её произнесла, было так… Так… Ох, Селестия… Это человек велел ей так сделать? Сказал ли он ей говорить такие вещи и так агрессивно флиртовать, чтобы убедить её? И почему это так хорошо работало? Возможно, она была просто более одинокой, чем думала. Прошло много времени с тех пор, как она последний раз была близка с кем-то, но причина не имела значения. Теперь её спина была прижата к прилавку, и её загнала в угол прекрасная кобылка, отчего она чувствовала себя крайне горячей и смущённой. Она знала, как это выглядит, и могла только представить, что думает пара пегасов в её лавке о всей этой ситуации. Она лишь надеялась, что клиенты не заметили, что происходит. Лира слегка отступила, не отводя соблазнительного взгляда от глаз Бон Бон. — Ну как насчёт свидания, красавица? — спросила она чувственным и очаровательным тоном. Если бы Бон Бон была слабее, она могла бы выкрикнуть «ДА!», но она знала, какие будут последствия. Она глубоко вдохнула, успокаиваясь на мгновение, прежде чем медленно встать, одарив Лиру серьёзным хмурым взглядом. — Лира… Мы уже это обсуждали… Я просто не могу стать частью вашего табуна, — прошептала она, стараясь говорить тихо. Лира громко застонала от разочарования, раздражённо топнув копытом по деревянному полу. — Чёрт! Я правда думала, что тебе это понравится. Крис сказал, что это сработало у него в его мире… — Лира, не так громко. И я знаю, что ты расстроена, но не надо ругаться, — тихо отчитала Бон Бон, не одобряя, как она использовала слово «чёрт» для выражения разочарования. Лира глубоко вздохнула, слегка опустив голову, а затем посмотрела на Бон Бон с грустным и умоляющим выражением. — Но почему, Бонни… Всего одно свидание… Это всё, о чём я прошу. Бон Бон ненавидела видеть её такой расстроенной. Ей было нелегко постоянно отказывать подруге, но она должна была. Она просто знала, что не найдёт ничего, что могла бы полюбить в человеке. — Прости, Лира, я просто не… — Всего одно свидание! Это всё, что я прошу! — перебила Лира, повысив голос и умоляя земную пони передумать. — Мы всё оплатим, это будет наш подарок! Как можно отказаться от бесплатного ужина?! — спросила она громче. — Тшш. Пожалуйста, не так громко. Я просто… — Это будет весело! Мы проведём время вместе, и Крис правда отличный жеребец! Ты хорошо проведёшь время, я знаю! — Лира… — Бонни… Я знаю, что если ты дашь ему шанс, ты тоже сможешь его полюбить. Ты подходишь ему, так же, как он подходит тебе, — мягче заверила Лира. Бон Бон молчала, грустно хмурясь на единорожку, не зная, что сказать. Она просто не могла представить себя с таким существом. — Я… я обещаю… если… если ты сходишь с нами на одно свидание и всё ещё не будешь заинтересована… т-то… тогда я больше никогда не буду тебя донимать! — в отчаянии предложила Лира, а её голос становился громче к концу. Бон Бон хотела снова попросить Лиру говорить тише, чтобы клиенты не услышали их неловкий разговор, но остановилась, задумавшись над её словами. Похоже, Лира только что предложила ей шанс больше никогда не слышать об этих свиданиях. — Погоди, так… Если я соглашусь на одно свидание с тобой и твоим… Эм, жеребцом… И если после этого я всё ещё не захочу быть с ним, ты перестанешь меня доставать? — уточнила Бон Бон, приподняв ухо, чтобы лучше расслышать ответ Лиры. Лира задумалась, отведя взгляд, но вскоре посмотрела на Бон Бон. Она выпрямилась, глубоко вдохнула и серьёзно посмотрела на земную пони. — Бон Бон… я обещаю, что больше никогда не буду звать тебя на свидания, если ты окажешь мне честь провести хотя бы один вечер в городе с мной и моим жеребцом. Бон Бон нахмурила брови, приложив копыто к подбородку и слегка опустив взгляд, взвешивая плюсы и минусы предложения Лиры. Единорожка всегда держала слово, когда дело доходило до обещаний, так что всё, что нужно было сделать, — это пережить одно свидание, и эта надоедливая тема исчезнет навсегда. План был прост: в конце вечера она поблагодарит их и спокойно, хорошо обдуманно объяснит Лире, что всё ещё не заинтересована. Тогда, надеюсь, они останутся друзьями. Но это означало, что ей придётся… Говорить… с человеком. Она не могла просто игнорировать и избегать его, как делала всегда, — это разбило бы сердце Лиры. Ей придётся быть гостеприимной и пытаться общаться ради Лиры. Это не так уж плохо. Лира будет рядом всё время, так что она могла бы вытерпеть пару минут разговора с человеком, если это означало больше времени с единорожкой. Даже если это только на одно свидание. — Хорошо… — вздохнула Бон Бон, посмотрев на Лиру с серьёзным выражением, отчего уши единорожки слегка приподнялись. — Если ты можешь обещать, что больше никогда не будешь меня донимать с вашим табуном, тогда… — Бон Бон замолчала, отвернувшись, размышляя, не пожалеет ли она об этом решении. Глаза Лиры начали расширяться, но она нахмурилась, когда Бон Бон замолчала. Бон Бон посмотрела на Лиру и заговорила спокойным и ясным тоном. — Если ты можешь ПООБЕЩАТЬ, что перестанешь звать меня на свидания после этого одного… Тогда… Да… Я пойду с тобой и твоим… Жеребцом… — Т-ты… Пойдёшь? — дрожащим голосом спросила Лира, и её глаза расширились. Бон Бон кивнула. — Да… Я пойду с вами обоими на ОДНО свидание. Хотя она уже боялась этого, она не могла не улыбнуться, зная, что Лира будет в восторге от её согласия. Лира бросилась на Бон Бон, крепко обняв её и сбив с передних копыт, вышибив из неё дух. — ОХ, БОННИ, ТЕБЕ ПОНРАВИТСЯ! И Я ОБЕЩАЮ, ЧТО БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ БУДУ ТЕБЯ ДОСТАВАТЬ! — закричала Лира от восторга, заставив земную пони прижать уши к голове, чтобы смягчить громкий голос единорожки. — Это свидание будет идеальным, и ты так повеселишься! — добавила Лира, прижавшись щекой к щеке Бон Бон и глубоко поцеловав её в губы, переполненная радостью. Бон Бон покраснела до багрового оттенка и удивлённо пискнула от внезапного поцелуя, но вскоре растаяла в объятиях Лиры, закрыв глаза и наслаждаясь моментом. Она слегка наклонила голову, пока поцелуй длился, но, прежде чем она слишком увлеклась, Лира отпустила её и отступила, чтобы снова посмотреть ей в глаза. — Это так круто! — ликовала Лира, пританцовывая от радости. Бон Бон опустила голову, пытаясь скрыть румянец и яркую улыбку, прежде чем ответить. — Д-да, ну… Посмотрим… — она старалась звучать серьёзно, но это было сложно в её смущённом состоянии. — Т-так… Эм, к-куда вы меня поведёте на наше… Свидание? — О, это замечательное место! — внезапно выпалила Лира, заставив Бон Бон подпрыгнуть от неожиданности. — Мы с Крисом нашли идеальное место! Мы искали повсюду и нашли ресторан, который нам обоим понравился, и я знаю, что тебе он тоже понравится! Там есть всё, что только можно представить, и обслуживание просто потрясающее! — ликовала Лира, не в силах сдержать восторг, слегка подпрыгивая на месте. Бон Бон хихикнула над бурной реакцией Лиры; было трогательно видеть её такой счастливой. Это почти заставило её захотеть присоединиться к их табуну прямо сейчас, только чтобы всегда видеть её улыбку. Но что-то в словах единорожки её смутило, заставив снова нахмуриться. — Лира… Ты сказала, что вы оба искали место, чтобы повести меня? Лира перестала подпрыгивать и посмотрела на Бон Бон с вопросом. — Конечно… А почему бы нам этого не делать? — Просто… — Бон Бон замялась, обдумывая, что сказать. — Ты хочешь сказать, что твой жеребец помогал тебе искать, да? То есть, он не против встречаться… Со мной? — спросила она с сомнением. Было странно думать, что человек действительно на это согласен. Она могла понять, если он делает это только ради счастья Лиры, но если он помогал выбирать место для свидания и давал ей заготовки для флирта, значит ли это, что он искренне заинтересован в том, чтобы она стала частью их табуна? — Ну… Да, он сказал, что хочет лучше тебя узнать… Ты ведь не так уж много с ним разговариваешь… Бон Бон грустно нахмурилась, опустив взгляд. Она чувствовала вину за это и знала, как невежливо вела себя с человеком. Это было несправедливо по отношению к Лире, что она так настороженно относится к её жеребцу, но это было не специально. Человек был таким чужим и большим; он просто пугал её… — Но, — весело продолжила Лира, заставив Бон Бон поднять взгляд, — он сказал, что ты кажешься очень милой кобылкой и хорошим другом… — она замолчала, вспоминая что-то ещё, что сказал человек. — О, и он сказал, что считает тебя… Сссекссси, — прошипела она медленно, с чувственным взглядом и лёгким покачиванием крупа. Глаза Бон Бон широко распахнулись, зрачки расширились, а щёки снова запылали. Её сердце забилось быстрее после слов Лиры. Она не знала, как на это реагировать, но её тело, похоже, знало. — О-он… Сказал это? — спросила она тихо дрожащим голосом, внезапно почувствовав себя застенчивой. Лира хихикнула, заметив застенчивость подруги. — Ну, он сказал «красивая», но для него это одно и то же, — пожала плечами Лира. — О-он считает меня… Красивой? — пробормотала Бон Бон себе под нос, не желая, чтобы Лира её услышала. — Знаешь, что ещё он сказал о тебе? — спросила Лира мягко дразнящим тоном, широко ухмыляясь. Бон Бон сморщила мордочку, задумавшись. Она не могла представить, что человек сказал бы о ней что-то хорошее, но тон Лиры намекал на что-то… Приятное. — Ч-что он сказал? Лира шагнула ближе, снова одарив Бон Бон чувственным взглядом, и прошептала, словно делилась грязным секретом: — Он сказал, что любит, как твои яркие голубые глаза блестят и сияют на ярком солнце. — М-мои… Мои глаза? — переспросила Бон Бон, чувствуя, как её сердце забилось быстрее. Видел ли он вообще её глаза? Она не помнила, чтобы смотрела ему прямо в лицо. Когда он разглядывал её глаза? — Ага… А ещё он сказал, что ему нравится, как твоя кудрявая грива танцует и переливается на лёгком ветру, — продолжила Лира, сладко шепча. — М-мои… Грива… Т-танцует? — Правда ли Лира это говорит? Неужели он действительно так о ней думает? Она часами ухаживала за своими локонами, и никто, кажется, этого не замечал. — Но знаешь, что он сказал, что ему нравится больше всего? — Н-нет… — пискнула Бон Бон, глядя на Лиру. — Твои бёдрааа, — прошипела Лира в медленном, чувственном тоне. Тело Бон Бон застыло, а лицо запылало ярким румянцем. Неужели он правда разглядывал её… Её… Круп?! Чем больше она об этом думала, тем сильнее чувствовала щекотку в животе, но не могла понять, что это за чувство. Она решила, что это страх. Она же не могла бы растаять от глупых комментариев какого-то странного жеребца… Или могла? Нет, ей было бы всё равно, даже если бы слова Лиры были правдой, а они точно не были. Или были? — О-он… Правда это всё сказал? — спросила Бон Бон, глядя в глаза Лире. — Ага! — радостно чирикнула Лира. — Ну, мне пришлось его немного подтолкнуть, чтобы он выдал все сочные детали, но это стопроцентная правда! — счастливо сказала Лира, слегка хихикнув. Бон Бон не собиралась этому верить. Человек не мог считать её привлекательной. Она могла понять, почему он считает Лиру привлекательной — та была почти как модель, — и она не могла испытывать сентиментальные чувства только из-за того, что какой-то жеребец сказал, что у неё красивый… Эм… Круп. Хотя она не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то говорил, что она красивая или привлекательная… И в таких подробностях… Нет, это должна быть ложь. Лира просто пыталась заставить её относиться к нему теплее. Бон Бон покачала головой, отгоняя мысли и эмоции, и выпрямилась, слегка откашлявшись. — Ну, тогда… Я уверена, место, которое вы выбрали, будет прекрасным. Просто скажи мне, где и во сколько, — сказала она своим обычным голосом, быстро взяв себя в копыта. — Это больше, чем просто мило, но мы можем обсудить это позже. Я пойду в подсобку, уберу вещи, умоюсь и помогу тебе в лавке, — сказала Лира, широко улыбнувшись. Она магией подняла свои сумки в воздух, направляясь в подсобку, но остановилась, заметив на прилавке лимонную конфету. — О, я обожаю эти штуки! Ты будешь это есть? — спросила она, указав копытом на конфету. Бон Бон проследила за её копытом и увидела испорченную конфету, которую собиралась выбросить. — Ох, нет, ты не хочешь это ес… — но прежде, чем она успела договорить, золотое сияние магии окружило грязную конфету и отправило её прямо в рот единорожки. Лира посмаковала конфету, наслаждаясь её вкусом. — Ммм… Кислая, как я люблю. Спасибо, Бонни! — довольно мурлыкнула она, продолжая галопом скакать в подсобку, закрыв за собой дверь. Бон Бон осталась в шоке и крайне брезгливо. — Фу, Лира… Мерзость… — прошептала она себе. Если бы Лира знала, где была эта конфета… Но теперь уже поздно говорить. Хотя, подумав, Лира, наверное, всё равно съела бы эту конфету, даже зная, где она была. Бон Бон глубоко вздохнула, размышляя обо всём, что только что произошло. — Надеюсь, я не пожалею об этом… — пробормотала она себе. — Может, стоило заставить её дать Клятву Пинки… Внезапно глаза Бон Бон широко распахнулись, когда она вспомнила, что в лавке всё ещё двое клиентов. Она медленно обернулась, осматривая лавку в поисках пары, надеясь, что они не видели и не слышали ничего из того, что произошло между ней и Лирой. Её желудок сжался, когда она заметила двух влюблённых в дальнем углу лавки, стоящих рядом с витриной с мармеладными параспрайтами. Они оба смотрели прямо на неё с широко раскрытыми глазами, но быстро отвернулись, как только заметили её взгляд, притворяясь, что продолжают выбирать. Жеребец даже начал насвистывать какую-то мелодию, разглядывая конфеты рядом. Похоже, они всё слышали и видели и, без сомнения, осуждали её за согласие на свидание с Лирой и её человеком. Смущение Бон Бон зашкалило, её лицо запылало ярко-красным румянцем. Она отвернулась от пары, прикусив нижнюю губу, грустно нахмурившись и простонав про себя, думая, что точно совершила ошибку. — О, святая Луна, во что я ввязалась…