Класс убийц

      Заполненные коридоры прорезает мелодия звонка, прерывая жалобы о предстоящих экзаменах и обсуждение недавней игры баскетболистов, которые смогли отстоять честь их школы на городских соревнованиях. Честь старшей школы «Йоиль». Некоторые из учащихся раздражённо закрывают рот на полуслове, ожидая, когда надоевший школьный звонок прекратится и можно будет продолжить разговор, не надрывая голосовые связки для того, чтобы быть услышанными сквозь громкую мелодию. Пара ребят поднимают головы, глядя на источник шума висящий на стене под потолком. Ничего нового, конечно, на глаза не попадается. Всё тот же давно знакомый динамик, скрытый за плоской решёткой. Это просто глупая привычка, появившаяся у некоторых за годы обучения — держать источник шума в поле зрения. Странно, конечно, но, может, кому-нибудь она, всё же, пригодится.       Все разом оживились, стоило только утихнуть звонку. Ученики, до этого стоящие перед своими школьными шкафчиками и увлечённые обычным обсуждением однотипных будней, разбавленных типичными подростковыми сплетнями, после короткого прощания начали расходиться по своим кабинетам. Они слабо толкаются плечами, пытаясь обогнать друг друга и не зайти последними на урок с унизительными извинениями под смешки одноклассников. Некоторые ребята — старшеклассники — торопятся заметней других, боясь столкнуться с гневом нетерпеливого учителя по математике, и едва не бегом прорываются сквозь толпу, не стыдясь расталкивать более медленных учащихся руками. Опаздать на математику равно самоубийству.       Перед глазами Бёль все слились в сплошную мельтешащую массу из однотипной школьной формы и тёмных волос на фоне желтоватых стен с ползущими по ним солнечными лучами. Она с безразличием опускает взгляд на затемнённый экран телефона и читает пришедшие только что сообщения в уже открытой переписке, которая была закончена всего около пятнадцати минут назад: Клоун Жду тебя у кабинета ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ12:40 Ты где? ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ12:40       Бёль закатывает глаза: в чат с завидной скоростью продолжают сыпаться однотипные и очень «содержательные» сообщения, в которые она даже не пытается вчитаться. Лишь пробегается по ним взглядом, не вылавливая ничего существенного. У Хоюля поразительно быстрые пальцы, которые он самым наглым образом использует на все сто. Клоун Ау??!!?!!! ㅤㅤㅤㅤ12:40       И стикер с недовольным котёнком. Очевидный спам, который Бёль игнорирует и уже было выключает телефон, но в последний момент расслабляет палец, лежащий на кнопке выключения. Сверху всплывает уведомление из другого чата — группы класса, в которую пишет преимущественно староста, позволяя другим отмалчиваться и не утруждать себя даже быстрыми реакциями на его сообщения. Разве что Хоюль, кидающий глупые мемы и видео, которые все (как неожиданно и оскорбительно!) игнорируют, иногда составляет ему компанию. Редкий раз даже сообщение напишет и вот тогда хоть стой, хоть падай, но благоразумного ответа на «Джунхи, ты слишком по умному сексуально пишешь, давай попроще» найти не получится.       Бёль иногда улыбается, читая его сообщения. Исключительно из дружеской солидарности. Президент мира Ким Джунхи учителя Хо вызвали к директору, так что у нас, кажется, окно. но на урок приходите мне нужно сделать объявление ㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤㅤ12:41       Бёль, хмыкнув, отмечает сообщение прочитанным и расслабляется, сбавляя быстрый шаг до прогулочного. Она не обращает внимания на случайные толчки учащихся, которые огибают её по дороге в класс; кивает на быстрые, но вежливые извинения; и отвечает подбадривающей сдержанной улыбкой на чужие — неловкие и виноватые. Бёль, не глядя, убирает телефон в глубокий карман приталенной юбки в серую клетку, мимолётно разглаживая её. Хоюль наверняка продолжает сыпать возмущёнными сообщениями, засоряя чат. Отчасти из-за него её телефон часто стоит без звука и вибрации. Хотя, возможно, стóило бы просто отключить уведомления от Хоюля для удобства других. Но это уже слишком жестоко по отношению к нему. У Бёль для такого слишком много сокрытой эмпатии. — Эй, ну ты совсем совесть потеряла! — Кричит Хоюль, как только в поредевшем потоке учеников замечает знакомую белоснежную макушку. Он, конечно, ни за что не скажет, что обожает эти волосы за возможность быстро находить её в толпе (вдруг зазнается ещё?), но улыбнётся сразу, как зацепится за них взглядом. — Я тебя жду, а ты мало того, что на сообщения не отвечаешь, так ещё и не идёшь, а пишешь! Хоть немного бы поторопилась! Я же умру со скуки! — Возмущается, но продолжает делать шаги навстречу. Демонстративно постоит и пообижается в другой раз. У них ещё много времени. Успеет. — Толку торопиться, если учителя нет? — Спрашивает Бёль просто, пожимая плечами, и тихо ойкает, когда Хоюль, сделав лишний шаг и остановившись сбоку от неё, в последний момент ставит подножку, о которую она запинается. — Сдурел? — Фырчит, оборачиваясь к нему с недовольным взглядом.       Юль лишь растягивает пухлые губы в игривой улыбке. — Это за то, что вчера обрызгала меня водой из лужи. — Хмыкает с весёлыми искорками в глазах и прыскает, глядя на то, как быстро её брови подскакивают вверх от возмущения.       Тот факт, что уже через секунду лицо Бёль становится привычно спокойным его ни капли не задевает. — Ты первый начал скакать по лужам, как козёл по горам. — Невозмутимо напоминает Бёль, складывая руки на груди, и слабо склоняет голову к правому плечу.       Хоюль смотрит на неё с секунду, поджав губы в попытке сдержать смех, который прорывается сразу, как их взгляды встречаются. Он не может видеть её серьёзное лицо и вспоминать как она вчера поднималась из лужи, промокшая до нитки, после самого комичного падения в их жизни. — Козёл… — Повторяет он сквозь смех, нагоняя Бёль в пару шагов.       Юль не успевает заметить её маленькую улыбку, вызванную его заразительным смехом, но они достаточно близки, чтобы знать наверняка: она улыбалась, пока он не видел.       Бёль на это лишь обречённо вздыхает и, пробежавшись вороватым взглядом по опустевшему коридору, делает резкий выпад вправо, к Хоюлю, всем телом толкая его в плечо. — Ауч! — Вскрикивает чересчур громко для безобидного толчка и самостоятельно делает дополнительный шаг в сторону, «влетая» в железные шкафчики.       Бёль прикрывает глаза, успев пожалеть о том, что сделала. Сейчас разыграется целый спектакль для единственного зрителя, который уже спешит продолжить путь, не оборачиваясь на горе-актёра, будто ничего не было. Она предпочитает пропустить это представление.       Лицо Хоюля искажается гримасой боли: брови жалостливо заломляются, на лбу появляются небольшие хмурые складки от того, как сильно он зажмурился, поражённый болью. Его рот приоткрыт в слабом стоне, а рука из последних сил обхватывает «повреждённое» плечо, сжимая пальцы на хлопковой рубашке. Хоюль медленно оседает на пол, теряя жизненные силы. У него, вообще-то, болезнь. Его кости слишком хрупкие. Как и душевная организация, между прочим!       Бёль останавливается лишь на секунду, оборачиваясь на скрюченного у шкафчиков Хоюля, который раскинул ноги в разные стороны. С её губ срывается тяжёлый вздох, пропитанный смирением. Он просто лежит в белой рубашке посреди школьного коридора, как последний идиот, отыгрывая свою роль на тысячу из ста. — Ты закончил? — Спрашивает флегматично и со скептицизмом склоняет голову к плечу, получив в ответ лишь болезненный стон.       Юль запрокидывает голову, но тут же внепланово шипит из-за удара затылка о шкафчик, ломая всю драму. Театр одного балбеса актёра.       Бёль снова закатывает глаза, сдерживая рвущуюся наружу улыбку от этой родной нелепости, и в два быстрых шага доходит до нужного кабинета. Возмущённый возглас «умирающего» Хоюля она игнорирует и давит на ручку, с тихим щелчком открывая дверь.       Переступив порог, Бёль, кажется, оказывается в другом мире, где все разговоры ведутся приглушённо и без лишней эмоциональности. Никаких глупых шуток и попыток сдержать улыбки. Она бы, возможно, предпочла остаться в мире переполняющих эмоций и активной жестикуляции, который больше похож на шизофрению. Но Джунхи, откровенно говоря, подводить не хочется. Он ничего не сделает ей за прогул. Бёль это знает. Но ещё прекрасно понимает, что после этого прогуливать начнут все, перестав воспринимать старосту всерьёз. Поэтому она плавно тянет за собой ручку и закрывает дверь, отрезая своего актёра от мира адекватности. Шекспир наверняка плачет в сторонке. — Что-то случилось? — Тут же раздаётся обеспокоенный голос Джунхи, и Бёль поворачивает к нему голову, встречаясь взглядами. В зелёных глазах лёгкое непонимание: у неё, вроде, всё хорошо и жалоб никаких не было.       Он, стоя перед классом у доски, кивает в сторону двери, видя немой вопрос во взгляде, и Бёль быстро ориентируется, вспоминая, что завывания Хоюля в тишине уроков наверняка было слышно достаточно хорошо на всех этажах. В целом, к этому все привыкли.       Она скучающе жмёт плечами, разрывая зрительный контакт, и неспешно доходит до своей третьей парты в третьем ряду, аккуратно переступая через чужой, небрежно сброшеный на пол, рюкзак. — Юль бьётся в агонии боли за дверью. — Хмыкает, даже не взглянув на наблюдающего за ней старосту. — Сейчас зайдёт. — Предупреждает и, придержав юбку чтобы не задралась, опускается на своё место.       Джунхи на её ответ коротко и без удивления кивает, продолжив терпеливо ждать последнего недостающего человека под тихие разговоры расслабленных учеников, которые повернулись друг к другу для беседы. — Придурок. — Хмыкает с последней, пятой парты того же ряда, Кёнджун и ворчит: — Опять нас задерживают из-за этого еблана. — Он скучающе откидывается на спинку стула, выглядя максимально незаинтересованным, несмотря на его же слова. — А ты куда-то торопишься? — Незаинтересованно спрашивает Бёль, не оборачиваясь к нему, пока достаёт из бокового кармана рюкзака упаковку влажных салфеток. Он даже не сразу понимает, что говорят с ним.       Несколько ребят переводят настороженные взгляды на третий ряд, но особого внимания на них никто не обращает: привыкли. Бёль часто заступается за Хоюля, но до конфликта доходит крайне редко, несмотря на открытые провокации Кёнджуна. — Тебе какое дело? — Взвинчивается Сынбин с последней парты второго ряда, но Кёнджун скучающе поднимает расслабленную ладонь, призывая к молчанию.       Бёль едва поворачивает голову к Сынбину, бросая на него короткий снисходительный взгляд, и отворачивается, вытягивая из упаковки одну салфетку. — А ты интересуешься моим расписанием? — Спрашивает Кёнджун с привычной наглой ухмылкой на лице. В его глазах мелькает тень заинтересованности, и он, оторвавшись от спинки стула, выпрямляется, складывая руки в замок на парте.       Бёль на секунду застывает и, отложив салфетки на парту, оборачивается, окидывая его насмешливым взглядом. Он её забавляет. — Боюсь, что твоё распание до безумия банально. — Улыбается вежливо и, изучающе посмотрев на него пару секунд внимательным взглядом, начинает: — Ты отсиживаешься на уроках, между ними заигрывая с какой-нибудь глупой девочкой, которая повелась на плохого парня. — Неторопливо произносит, следя за реакцией. — Потом баскетбол, на котором кто-нибудь обязательно от тебя отхватит за просто так. — Голова по привычке склоняется к правому плечу, а взгляд становится снисходительным. Будто она объясняет маленькому ребёнку самую очевидную вещь в мире. — После этого ты покуришь в каком-нибудь закоулке с Сынбином и Джинха. — Бёль легко кивает в их сторону, не отводя взгляд от Кёнджуна. — И дом. — Просто заканчивает она и мило улыбается, видя, как глаза Кёнджуна преобретают знакомый предостерегающий прищур, а челюсть напрягается от сдерживаемого раздражения, которое накатывает каждый раз после стычки с этой занудой. — Поправь меня, если я где-то ошиблась. — И Бёль снова ходит по краю, играя на его нервах. — А ты, видимо, тайная поклонница, которая следит за мной. — Цедит сквозь зубы, но она отвечает со сквозящей скукой. Интерес пропал сразу после понимания: Кёнджун — типичный представитель плохих парней. — Мне не нужно следить за тобой, чтобы знать, как такие, как ты, проводят свой досуг. — Её глаза расслабляются, а веки опускаются ниже, придавая взоляду ленивый прищур, который Кёнджун замечал только у неё. Будто Бёль не видит смысла даже просто держать их открытыми и готова отдать предпочтение сну от скуки. — Предсказуемо, Кёнджун. Банально и неинтересно. — Она расслабленно отворачивается, заканчивая беседу, и снова берёт в руки салфетку, но он, не намеренный принимать проигрыш, говорит в спину: — И что же мне сделать, чтобы тебе стало… — Растягивает слова, с напускной задумчивостью водя глазами по стене, и замолкает до тех пор, пока Бёль снова не оборачивается к нему и он, почувствовав движение, не встречается с ней взглядами. В его глазах — сквозящий азарт, в её — усталая скука. — Интересно? — Заканчивает и его лицо снова расслабленно, без следов былого раздражения. Только играющая на губах хитрая улыбка, которую она много раз видела на его лице, насквозь пропитана ядом. За ней всегда следует игра, не приводящая ни к чему хорошему. — Ко Кёнджун желает привлечь моё внимание? — Без спешки проговаривает Бёль, смакуя каждое слово с той издёвкой, которую можно назвать, разве что, спокойной, и дёргает уголком губ. Ладно, вот это может быть интересно.       Усмехнувшемуся Кёнджуну, который остался доволен её реакцией, не позволяет ответить резко открывшаяся дверь. Взгляд Бёль плавно скользит на зашедшего в кабинет Хоюля, который демонстративно не смотрит на неё, прямо глядя в стену перед собой. Он гордо поднимает подбородок, расправляет плечи, прикрывает глаза и делает один шаг. На втором Юль спотыкается о небрежно скинутый у парты рюкзак Кёнджуна и едва не падает, нелепо размахивая худыми руками, но, всё же, удерживает равновесие. — Чёрт! Кругом предательство! — Ругается и шаркает ногами к своей четвёртой, предпоследней парте третьего ряда. Между Бёль и Кёнджуном. — Ты оставила меня умирать в одиночестве! Сердце разбито! Доверие растоптано! Где моё последнее слово? Где моё завещание, в котором я передал бы тебе свою коллекцию котячьих мемов?! — Возмущается он, роняя рюкзак под парту и падая на стул. — Ты, как всегда, опоздал. — Просто замечает Бёль, игнорируя его возгласы, но Кёнджун замечает, что прищур с её глаз исчез. — Но ты тоже! — Защищается, едва не подпрыгивая на месте. — Когда эти придурки наконец закончат? — Вздыхает Мина с соседнего ряда, получая в ответ согласные кивки подруг. Однако в открытую их никто не пресекает. — Да. — Спокойно соглашается Бёль и тянет губы в самодовольной улыбке. — Но ты всё равно пришёл последним. — Смотрит снисходительно и наваливается грудью на спинку стула, чтобы быть ближе к нему. — Грёбаный клоун-неудачник. — Усмехается Кёнджун, но его голос заглушает скрип ножек стула, когда Хоюль двигает его к парте. — Зато я крепкий! Выдержал удар предательницы и холод равнодушных сердец. — Не унывает Юль, откровенно гордясь собой, и заглядывает в глаза, всё ещё наблюдающей за его действиями, подруги. — Равнодушие — это когда тебя не замечают вообще. — Замечает она и тихо усмехается. — А я тебя прекрасно вижу. И слышу. Увы. — Вздыхает и отворачивается от широко раскрывшего глаза друга. — Ты настоящий монстр, знаешь? — Шепчет, наклоняясь вперёд, пока она, наконец, начинает вытирать песочный налёт с подошвы обуви. — Я мог лишиться руки! — Кричит шёпотом. — Или впасть в кому! Или…или… — Не находит, что дополнить, но Бёль подсказывает: — Или прикусить язык, наконец? — Улыбается в пол оборота, прекрасно чувствуя на себе многозначительный взгляд Джунхи. — Мы ждём ещё кого-то из труппы покойного Шекспира? — Громко вздыхает Кёнджун, развалившись на стуле и потеряв интерес к их перепалке. — Спасибо, что напомнил, Кёнджун. — С укором благодарит Джунхи и дёргает уголком губ в подобии улыбки. — Прежде чем мы начнём… — Предупреждает он и находит взглядом Хоюля. — Хоюль, ты уверен, что тебе не нужно в медпункт после такой трагедии? — Вопрос задан абсолютно серьезно, но лёгкая смешинка в глазах Джунхи выдаёт: он всё прекрасно знает.       Бёль тихо смеётся, когда слышит как Юль позади неё прикладывается лбом о парту.       Когда в классе, наконец, воцаряется тишина и все взгляды выжидательно устремляются на Джунхи, он облегчённо выдыхает и, собравшись, начинает: — Так как совсем скоро у нас начинаются экзамены, наш классный руководитель предложил съездить и отдохнуть всем классом куда-нибудь. — Он прерывается ненадолго, позволяя шёпоту заинтересованности пройтись по классу. — Потише! — Прикрикивает Соми, не вставая со своего места. — Джунхи ещё не закончил. — Строже продолжает и обводит предупреждающим взглядом класс, вынуждая одноклассников затихнуть.       Джунхи поджимает губы, но коротко кивает ей в знак благодарности встретившись взглядами. — Истеричка. — Вздыхает Бёль тихо, откладывая грязную салфетку на парту, откидывается на спинку стула, скрещивая руки на груди. — Истеричка. — Усмехается Кёнджун одновременно с ней и запрокидывает голову назад, бестолково глядя в потолок. — Охренеть, вы сконнектились! — Отрывает голову от парты Хоюль прекрасно услышав обоих. — М? — Вопросительно мычит и оборачивается Бёль, но Джунхи не позволяет Хоюлю ответить на её вопрос, продолжив: — Я и учитель Ча поговорили с родителями. Завтра утром мы уезжаем в центр отдыха «Мурён» на два дня. Уезжаем на заказном автобусе. — Рассказывает, и Бёль отворачивается обратно к нему.       Хоюль, подставив руку под щёку, опускает взгляд с Джунхи на белые волосы перед собой, собранные в аккуратный высокий хвост. Он томно вздыхает, привыкнув к её домашним, немного растрёпанным, но оттого более уютным причёскам, и пальцами свободной руки играет с самыми кончиками, которые в собранном виде не достают даже до середины её лопаток. Бёль едва заметно поворачивает голову, чтобы убедиться, что это Юль со скуки решил занять себя её волосами, но сразу после: «Да я это, я» — отворачивается обратно и незначительно отклоняется к нему. Он, заметив этот жест, поднимает взгляд к затылку и улыбается, но, увидев рядом с её рукой скомканную влажную салфетку, ложится грудью на парту и, быстро схватив её вытянутой рукой, убирает к себе в рюкзак. — А говорил, что у тебя не помойка в рюкзаке. — Не оборачиваясь, на грани шёпота говорит Бёль, и Хоюль по голосу понимает: она улыбается. — У тебя своеобразное «спасибо». — Шутит и, вытерев о себя руки, снова подхватывает кончики её волос. — Возьмите с собой немного вещей, но не переусердствуйте. Только самое необходимое. — Предупреждает сразу, не желая разбираться с багажом, который может не поместиться в автобус. — Едем только на два дня. — Напоминает и, обведя взглядом возбуждённый класс, который уже увлечённо обсуждает новость между собой, кивает сам себе: — На этом всё. Этот урок у нас пропадает, но остальные пройдут по расписанию, так что не сбегайте. — Просит настойчиво, но смягчается. — А пока можете остаться здесь или уйти куда-нибудь. Главное, вернитесь к началу следующего урока. — Распоряжается и проходит к своей первой парте на втором ряду, тут же попадая под томный взгляд Юнсо со второй парты третьего ряда и удивительно дружелюбной Соми со второй парты второго ряда, которая активно нахваливает его выход.       Хоюль перевозбуждённо барабанит ладонями по парте и слабо тянет Бёль за волосы, слыша в ответ тяжелый вздох. Она оборачивается, краем глаза замечая как Кёнджун поднимается со своего места и, пнув ногой стопу Сынбина, коротко кивает на выход, — Ну что? — Тянет Хоюль с предвкушающей улыбкой и играет бровями. — Что берём с собой? — Успокоительные. — На выдохе произносит Бёль, наблюдая за тем, как Сынбин даёт подзатыльник по кудрявой макушке Джинха и уводит его вместе с собой за Кёнджуном. — Минимум вещей. — Уже серьёзней отвечает она и стягивает с обесцвеченных волос чёрную резинку. — Пару комплектов одежды, фен, шампунь, зарядку, наушники и колонку. — Перечисляет, особо не задумываясь над ответом, и запускает руку в собственные волосы, чтобы взъерошить их после тугого хвоста. — Средства личной гигиены по базе. — Пожимает плечами и натягивает резинку на запястье, позволяя волосам рассыпаться по лопаткам. — А игры какие-нибудь? — Спрашивает Хоюль и отмахивается от Ынчхана, который позвал его с последней парты первого ряда. С ним и Ену он всё обсудит позже. — Карты, мафия, уно? — Перечисляет, краем глаза замечая, как его друзья пересели на места Сынбина и Джинха. — Это уже по твоей части. — Улыбается Бёль Хоюлю и, переведя взгляд за его спину, коротко машет рукой Ынха, которая заняла место Кёнджуна. — Я предпочитаю спать всю дорогу. — Улыбается и вежливо кивает Ынчхану с Ену.       Она не дружит с этими ребятами, предпочитая Хоюля и Хёнхо с Донхёном. Но в общей компании они общаются вполне неплохо.       Бёль на секунду задумывается, а после достаёт из кармана телефон и, найдя в общем чате не сохранённый номер, печатает в диалог:

Kkj был (а) в сети недавно

Ты химбио, и у тебя всё хорошо с точными науками, но с гуманитарными, мягко говоря, не очень. Возьми дополнительные.

13:03

О, и ты точно удивишь, если перестанешь всех пиздить.

13:03

— Бёль. — Окликает негромко Нахи с третьей парты второго ряда, и Бёль поворачивается к ней, вопросительно вскидывая брови. — Ты… — Начинает она и неловко прерывается, опуская взгляд на свои колени, прикрытые самым краем школьной юбки. Бёль терпеливо выдыхает и уводит взгляд к её плечу. Она привыкла смотреть в глаза, но некоторых это до сих пор смущает. — Ты не знаешь, где Хёнхо? Он сегодня пропустил уроки… Я хотела отдать ему свои конспекты. — Всё же говорит Нахи, поднимая взгляд к лицу Бёль. — Он на поле тренирует новеньких. Им два чемпионата поставили рядом. Один прошёл, скоро второй. Тренер отпросил его. — Рассказывает коротко и понимающе улыбается. — Можешь сходить к нему. Он сделает перерыв на следующей перемене. — Ориентирует, проверив время на телефоне, и откладывает его на парту. — И если не сложно, скажи ему, что я прогуляла сегодняшний день. — Просит, склонив голову, и по-доброму усмехается на удивление в чужих глазах.       Нахи благодарно кивает, стараясь сдержать улыбку. — Соврёшь Хёнхо? — Непонимающе спрашивает Хоюль, и Бёль снова разворачивается к нему. — Он нравится Нахи. — Тихо говорит она и пинает его по ноге сразу, как тот делает глубокий вдох. — Заорёшь — убью. — Шипит негромко, но со слышимым общением в голосе. — Понял. Я — могила. — Тут же отзывается и наклоняется ближе к ней, понижая голос до заговорщицкого шёпота. — Хочешь свести их? — Интересуется, хитро улыбаясь. — Мне нравится Нахи. Она хорошая. — Просто говорит Бёль, пожав плечами, и добавляет уже с улыбкой: — И как по мне, они с Хёнхо дополнят друг друга. — Мне осыпать их лепестками роз? — Улыбается во все тридцать два и получает щелбан в лоб. — Тебе не лезть. — Строго осаждает Бёль и сразу продолжает: — И мне не лезть. Я просто дам им больше пространства и почвы для взаимодействий. Никакого навязывания. Пусть сами разбираются. — Есть, сэр. — Отзывается Хоюль и тут же оборачивается, когда ему в пушистый затылок прилетает ластик. — Пошли в столовую. Чего тут рассиживать? — Зовёт Ену с парты Сынбина, глядя на него из-под очков. — Ты тоже иди с нами, Бёль. — Оживляется Ынхчан, встречаясь с зелёными полузакрытыми глазами. — Заодно, может, объяснишь, как домашку решать? — Виновато спрашивает он, почёсывая затылок.       Бёль тихо смеётся, поднимаясь со своего места. Ей, в общем-то, не сложно помочь.

Kkj был (а) в сети только что