Лучше потуши свет.

Застать тёплый день на болоте—редкая возможность для этой местности. Обычно температура воздуха здесь не поднимается выше двенадцати градусов, что в купе с высокой влажностью создаёт отличные условия для здешних тварей. Говоря о них—тут можно встретить мелких рыбёшек, светлячков, москитов и прочих насекомых. Здесь есть даже бабочки, но обитают они лишь в брюшной полости местного механика, и, если спросить её, они больше походят на скользких личинок. Алли прибыла в Старр-парк совсем недавно, но её все приняли с теплотой, особенно её новоиспечённые коллеги—фриковатый комар-купидон и ехидная земноводная-гондольера. Её задача на новом месте весьма понятна и незатейлива—ремонтировать всё, что сломано. Из-за того, что болото любви–это место, не предназначенное для какой-либо активной деятельности, инвентарь приходит в негодность не так часто, и оттого у девушки достаточно свободного времени. Сам парк ей особо не симпатизировал–уж больно много шумных толп слонялось по его улицам–поэтому Алли отдыхала на территории того же болота. Его атмосфера была невероятно спокойной, расслабляющей и, разумеется, романтичной. Когда парочки приходили сюда, дабы прокатиться по тихой заводи на гондоле, от них так и несло этим донельзя нежным и сладким чувством. До сих пор рептилии казалось, что рассказы о волшебной силе любви, толкающей людей на откровенные глупости—это бред. Конечно, кто в здравом уме может настолько привязаться к другому человеку, что будет готов безбожно тратить деньги, силы и время на него? Как можно влюбиться в кого-то настолько, чтобы без раздумий пожертвовать своей жизнью ради него в случае опасности? Как оказалось—легче лёгкого. Алли оказалась по уши влюблена в Виллоу. Её в ней привлекало всё—внешность, характер, чувство юмора, походка, взгляд, голос, губы, волосы… Абсолютно всё. Как только она устроилась на работу механиком, они начали проводить почти всё своё время вместе, хотя сама Виллоу была об этом не в курсе. Рептилия была уверена—они созданы друг для друга, но что-то сдерживало её от того, чтобы заявить о своих чувствах напрямую. Вместо этого она решила, что будет хорошей идеей сталкерить земноводную; по крайней мере, со стороны это выглядит именно так, но для самой Алли это имело куда более глубокий смысл. Разумеется, всё было бы гораздо проще, если бы Алли не страдала от сжирающей её тревоги, не позволяющей подойти к девушке и попытаться объясниться с ней с глазу на глаз. Скрываясь в глубоком болотном иле, выглядывая из-за местных густых зарослей рогоза, она наблюдала. Наблюдала за тем, как покачиваются широкие бёдра при ходьбе, как вытягиваются руки с редкими переливающимися чешуйками, как высокий смех разрезает гробовую тишину, после того как последние посетители болота уходят к его окраине. Выдерживая таким образом дистанцию, девушка могла узнавать больше о своей возлюбленной, например, каким шампунем она пользуется, а так же то, что она огибает один и тот же камушек, лежащий на тропинке, пока идёт по ней. Невинный интерес вошёл в привычку, а после перерос в самую настоящую потребность. Потребность находиться рядом, неслышно красться, подглядывать, нервно сопеть, стараясь унять бешеное сердцебиение. Но у болота, как оказалось, есть глаза и уши. Виллоу была в курсе того, что делает Алли, чуть ли не с самого начала, но предпринимать что-либо не планировала. Поначалу ощущать присутствие этой социопатки было жутко неприятно, но со временем это стало в какой-то мере даже забавно. Что бы ни толкало эту несуразную рептилию на преследование, она всего лишь смотрела; а раз зрители в сборе, то почему бы не погасить прожекторы и начать шоу? Как писал Шекспир: "Любовь нежна? Она груба и зла. И колется, и жжётся, как терновник". Смысл этих строк Алли понимала как никто другой. С тех пор как это началось, она пребывала в постоянном стрессе—отсюда взялись проблемы со здоровьем, в том числе и ментальным. Она стала гораздо чаще срываться, даже малейшее изменение в привычной рутине приводило её в ярость. Прямо сейчас она была готова вцепиться зубами в эту чёртову связку проводов, питающих электричеством неработающий подвесной фонарь. Она корпела над ним последний час, но всё было бестолку. Сжав в руке свой рожковый гаечный ключ, девушка с шумом выдохнула и размашисто захлопнула дверцу, запечатав внутренности сломанного фонаря. "Всё равно он стоит на отшибе. Завтра продолжу",—с такими мыслями рептилия потопала к водоёму. Её рабочий день закончен, а значит, пора направляться в сторону выхода, по пути заглянув на станцию отправки водного транспорта–там, в шкафчике, находились её вещи, а также.. Да уж, подумать страшно, что бы сказала Виллоу, обнаружив в этом самом шкафчике её фото и мелкие вещички по типу пропавших ещё несколько недель назад резинок для волос… Но до сих пор всё было в порядке, так что, кажется, можно не беспокоиться. Натянув маску для плавания на лицо, Алли вошла в ближайшее озерцо и, не дойдя до глубины, начала движение в сторону станции; её можно было определить по яркому освещению и голосам находящихся там закадычных друзей. Да, Виллоу и Анджело были не разлей вода. Их связывало довольно много общего, в особенности–обоюдное увлечение, а именно сплетни обо всём происходящем в Старр-парке. Как только там, снаружи их суверенной экосистемы, наклёвывалось что-то интересное, они тут же были готовы выжать из этого все подробности—кто, где, как и с кем. В их руках дело быстро обрастало притянутыми за уши домыслами и приобретало совершенно далёкий от истины окрас, но их это, как правило, не волновало. —Слушай, я собираюсь рассказать тебе кое-что реально достойное твоего внимания,—Виллоу похлопала по столу, за которым сидели Анджело, привлекая внимание. —Ой, только не говори что та розоволосая милашка всё-таки оказалась лесбиянкой, это же и так всем было ясно,—отмахнулся купидон. —Что-о?? Да ну тебя, мы же вроде сошлись на том, что она встречается с тем помешанным на металле фриком! И вообще я не об этом. Тебе ещё не надоело обсуждать то, что происходит с теми, кого мы даже не знаем? Может, наконец, обратишь внимание на то, что происходит у нас под носом? —О чём ты, душка? —Мне кажется, Алли запала на меня,—без обиняков заявила амфибия, закатив глаза,—Она вечно таскается за мной, я постоянно чувствую её… Слышу, как она шуршит, пока подглядывает за мной. Оо, а как она трясётся, когда я прохожу мимо неё! Она втюрилась, я тебе серьёзно говорю!! Анджело, кажется, выпали в осадок. Поглядев на подругу широко распахнутым глазом, они почесали подбородок и протянули: —Вот как?.. О Боже. —Да, это полный треш. Сейчас она, вроде как, не здесь, поэтому можешь не переживать. —Да, хорошо, ладно... Знаешь, я могу поговорить с ней, если хочешь.. —Нет,—купидон вопросительно вскинул голову, но дал ей закончить мысль,—знаешь, мне кажется, ей это нравится. Может, в таком случае, мы тоже можем неплохо провести время. Понимаешь, о чём я? Не дождавшись ответа, земноводная приложила палец к губам и потянулась за своим ручным фонарём. Судя по звукам, Алли поднималась на станцию. Так и есть, спустя несколько мгновений её фигура выплыла из кустов, неловко кивнула беседующим и быстрым шагом направилась к шкафчикам. Она почти никогда не разговаривала с коллегами, да и они не спешили навязываться–до сегодняшнего вечера. Обменявшись с другом понимающими кивками, Виллоу пошла за рептилией. Она видела, как у последней начали сдавать нервы, как её грудь стала вздыматься чаще и чаще и как упрямо она делала вид, что всё в порядке. —Алли, подожди,—девушка позвала свою загнанную в тупик жертву и тепло улыбнулась. —Виллоу… Д-добрый вечер,—пролепетала она в ответ и повернулась к ней, остановившись. —Сегодня стемнело быстрее, чем обычно, ты заметила?—хотя на болоте порой тяжело отличить рассвет от полудня и сумерки от полуночи, в ясные дни этот переход прослеживается достаточно чётко. —Да, наверное?.. Алли была взволнованна. С чего бы её возлюбленной заводить с ней праздные разговоры о погоде? —Давай я немного провожу тебя. Нам, кажется, по пути. Сердце забилось чаще. Торопливо кивнув, Алли отошла на край тропинки, выложенной камнем, дождалась, пока её спутница займёт место рядом с ней, и продолжила путь. Лишь сейчас ей удалось осторожно осмотреть Виллоу боковым зрением с такой небольшой дистанции и оценить разницу в росте между ними–вернее, её отсутствие; длилось оно не долго из-за того, что почти сразу рептилия по привычке немного согнула колени и стала казаться ниже. Храня молчание, девушки дошли до пункта назначения, и Алли смогла достать ключ от шкафчика из карманов. К этому времени её тревога отступила ровно настолько, насколько требовалось, но тут… —Слушай, а тебе комфортно работать в такой обтягивающей одежде?—заботливым тоном спросила амфибия. Оказывается, она уже во всю разглядывала комбинезон рептилии, и это было абсолютно справедливо—ведь она тоже не упускала возможности засмотреться на чёрное платье Виллоу, подчёркивающее её привлекательную фигуру. —Д-да, всё в порядке. В ней удобно.. Плавать,—наклонив раскрасневшееся от неловкости лицо, Алли судорожно пыталась отпереть замок,—Ну, п-понимаешь, мне же часто приходится чинить механизмы, которые находятся под водой, да? —Ага, я просто хочу сказать, что мне нравится, как ты выглядишь. Ключ так и выпал из дрогнувших рук девушки. Она не нашла, что ответить на это, поэтому снова неловко закивала, подобрала упавший предмет с холодной земли и таки открыла дверцу, попутно убеждаясь, что Виллоу не увидит того, что находится внутри. Вынув из шкафа широкую сумку и накинув её на плечо, Алли заперла его и быстрым шагом направилась к выходу со станции, едва касаясь плечами с идущей рядом девушкой. Она сходила с ума от того, что происходит между ними прямо сейчас. Кажется, гондольера так и не отвела взгляда от неё, кажется, она всё ещё пожирает её взглядом. Проверить это не представлялось возможным–Алли скорее умрёт, чем оглянется. Зато теперь, находясь под цепким вниманием амфибии, она могла прочувствовать на собственной шкуре, каково это. Тишину вокруг время от времени нарушали шорохи в траве, постукивание металлических частей ручного фонарика Виллоу и журчание воды. Светлячки начали пробуждаться и кружить в воздухе над затянутой ряской гладью, словно кроме них и идущей по топкой земле пары в этом мире не было ничего. Время максимально замедлилось. Проходя под тёплым, рассеянным светом подвесных фонарей, Алли хотелось лишь одного–прилечь под одним таким и задремать рядышком со своей спутницей. Вероятно, другие влюблённые, приходящие сюда, чувствуют то же самое, и, если это так, механик не могла их винить. Это было так приятно, потрясающе, захватывающе. Погружённая в свои скрытые соблазны, рептилия не сразу заметила, как тропинка у кромки воды привела их к месту, в котором сиротливо стоял силуэт сломанного фонаря. Не смотря на то, что глаза довольно быстро привыкают к такой кромешной темноте, рассмотреть здесь хоть что-то дальше пары метров было достаточно тяжело. Виллоу замедлила шаг, подстраивая Алли под свой темп, а после и вовсе остановилась. Последняя тут же испугалась того, что сейчас её отчитают за невыполненную работу, но бояться следовало вовсе не этого. —Алли,—начала амфибия своим сладким голоском,—Я хотела поговорить с тобой о твоём.. Хобби. Я в курсе того, что ты следишь за мной. Надеюсь, ты понимаешь, что это не очень красиво с твоей стороны? Сердце механика упало. Вот и всё. Здесь, в темнейшем закутке дремучего болота, её тайна пробилась на свет. —Погоди, не переживай так,—продолжила Виллоу, немного смягчив тон,—Мне кажется, мы обе знаем, в чём тут дело. Судя по шуршанию ткани, гондольера зашла за спину дрожащей девушки, а после этого медленно, но уверенно протянула к ней руку и еле ощутимо дотронулась до шеи. —Виллоу, прошу.. Я могу объяснить…—несмотря на явные признаки срыва, она старалась держаться. Она не должна отпугнуть Виллоу, только не сейчас, когда они впервые находятся так близко!.. —Не нужно, милая. Всё в порядке, я всё понимаю. Тебе просто следовало поговорить со мной раньше, да?—рука переместилась на затылок, а после и на щёку механика. Одно нежное движение–и их лица оказались напротив. Освободив руки, гондольера потянулась к кармашку на её чёрном, как смоль, платье. Спустя мгновение раздался специфический звук, за ним последовала крошечная искра, а за ней—резкий запах горящей спички. Поднеся пламя к ручному фонарю, Виллоу распалила его, и яркий свет залил пространство вокруг. Теперь они могли видеть друг друга. Их первый зрительный контакт был особенным. Взгляд Виллоу был спокоен и мягок, когда как на лице Алли читались следы минувшего ужаса, раскаяние и полное доверие. —Если хочешь, мы можем наконец выйти из тени. Вместе,—амфибия понизила голос и осторожно приблизилась к девушке,—Не нужно больше скрываться, хорошо? Давай проведём время вместе и посмотрим, что из этого выйдет. Алли вновь зарделась, кивнула и тут же уточнила: —Погоди, это.. Приглашение на свидание?.. —Оу, кажется, так и есть, ха-ха,—Виллоу вновь улыбнулась и положила свободную руку на талию,—Только, пожалуйста, давай не будем спешить. Если хочешь знать моё мнение–тебе непременно нужен небольшой отдых. Возьми больничный на эти выходные и возвращайся, если, конечно, не передумаешь. Я буду ждать тебя, Алли. Снова кивок и неловкое молчание, затянувшееся на несколько секунд. И вновь амфибии пришлось прийти на помощь замявшейся спутнице: —Итак.. Мне пора. Доброй ночи, милая. —Д-да, пока, Виллоу… Доброй ночи, Виллоу!—пролепетала Алли на прощание, а после бросилась в ближайшие камыши. Раздался всплеск, и она растворилась в болотном иле, стараясь успокоить сбитое дыхание и избавиться от кома в горле. Занавес.