Fix you

«Наконец-то я вижу тебя как на ладони,

      Иди и продай меня, а я выложу всё как есть.

      Смотри, я ухожу, унося с собой частичку тебя,

      Не стоит недооценивать мои возможности»

      Утро ворвалось в комнату вместе с бледным светом и остатками сна. Ки Хун открыл глаза задолго до будильника и теперь лежал неподвижно, рассматривая потолок. В голове все еще звучали слова их ночного разговора, а внутри поселилось неприятное чувство, которое он не мог ни объяснить, ни прогнать. В конце концов, он сдался и решил, что лучше встать и заняться чем-то, чем лежать и мучаться.       Накинув халат, Ки Хун вышел из комнаты и направился на кухню. В воздухе витал аромат свежемолотого кофе. В груди неприятно кольнуло. «Он больше не спал?» — пронеслось у него в голове, и он тут же раздраженно поджал губы. Какая ему вообще разница?       Осторожно приоткрыв дверь, он увидел, что Ин Хо сидит за столом, погруженный в документы, а рядом стоит чашка, к которой мужчина, судя по всему, не притрагивался. Услышав шаги, ведущий поднял голову.       — Доброе утро, — сказал он, отложив бумаги в сторону. — Ты уже проснулся?       — Мгхм, — Сон зажег плиту и поставил чайник.       — Я приготовил завтрак, — указывая на две тарелки, стоявшие на столе, произнес Хван. Ки Хун только сейчас обратил на них внимание. Его бровь вопросительно поднялась, а внутренности свело спазмом, но он быстро взял себя в руки.       — Я не голоден, — сухо произнес он и достал бутылочку со смесью для ребенка.       — Ты… часто бываешь не голоден, — осторожно заметил фронтмен. Рука Ки Хуна замерла над бутылочкой, он поднял глаза на собеседника.       — Это не твое дело, — отрезал Сон.       — Ты выглядишь истощенным.       — Ты мне не мать.       Ин Хо вздохнул и, сложив бумаги, встал из-за стола.       — Боюсь, в этой роли я бы выглядел отвратительно, — невозмутимо ответил мужчина.       — Она умерла. Три года назад, пока я был на играх, — слова вырвались прежде, чем Ки Хун успел их остановить.       Повисла тишина.       Тяжёлая.       Неприятная.       Он сам не понимал, зачем сказал это. Это даже не было обвинением. В конце концов, виноват был только он сам. Он проиграл гораздо раньше, чем оказался на острове. Когда решил, что у него ещё есть время. Время закончилось раньше. Всегда заканчивается раньше.       — Да, я знаю, — Ин Хо говорил тихо. Непривычно тихо. — Мне жаль. Правда.       Ки Хун поднял голову. Ведущий редко звучал искренне. Настолько искренне — никогда. Словно речь шла не о незнакомом человеке. Словно эта потеря каким-то образом касалась и его тоже.       — Откуда ты знаешь? — вопрос прозвучал резче, чем хотелось.       Ин Хо замер. Совсем ненадолго, но Ки Хун заметил. Он теперь замечал такие вещи, после острова.       — Я знаю о тебе больше, чем ты думаешь.       — Жутко прозвучало.       — Возможно.       — Следил за мной?       — Это моя работа.       — Была.       На этот раз улыбка Ин Хо получилась странной. Уставшей. Почти грустной.       — Возможно.       Ки Хун нахмурился. Сейчас ведущий выглядел человеком. Не чудовищем. Не архитектором кошмаров. Просто человеком. Ненавидеть человека гораздо сложнее. Словно между ними не стояли сотни трупов. Словно остров никогда не существовал.       Погруженный в собственные мысли, он и не заметил, как закрылась дверь — Ин Хо ушел, так и не позавтракав.

○△□

      Через какое-то время в дверь кабинета постучали, и Хван оторвался от бесконечных отчетов, устало потирая глаза.       Документы, документы, еще документы. Ему казалось, что последние несколько недель его жизнь состояла только из бумаг и мыслей о Ки Хуне. Было уже почти время обеда, голова начинала болеть.       — Войдите, — коротко сказал он, раздражаясь.       Дверь открылась, и в кабинет вошел Ки Хун. Он выглядел напряженным, но решительным.       — Я пришел сказать, что мое мнение осталось прежним, — начал мужчина. — Мы не поедем в Америку.       Ин Хо тяжело вздохнул, но кивнул, понимая, что спорить бесполезно.       — Хорошо, — сказал он. — Что-то еще?       — У меня есть одна просьба... Мне нужна помощь в покупке дома. Ты, очевидно, имеешь в этом опыт, — он обвел рукой кабинет. — Я в этом ничего не понимаю. Ты был прав, мы не можем вернуться в отель.       — Ты хочешь, чтобы я помог тебе найти дом? — уточнил Хван, стараясь скрыть удивление.       Мужчина кивнул, поджав губы.       — Да, — сказал он. — Я хочу, чтобы ты помог мне выбрать подходящее место.       Ин Хо задумался на мгновение, а затем кивнул.       — Хорошо, — сказал он. — Но в таком случае у меня будут две просьбы к тебе.       Ки Хун закатил глаза и фыркнул:       — Всё ясно, забудь, — и он развернулся, собираясь уйти.       — Постой, — остановил его Ин Хо. — Ки Хун. Ты обещал угостить меня соджу.       Брюнет остановился и медленно повернулся.       — Что?       — Ты обещал.       — Это твоя просьба?       — Да.       — А вторая?       Ин Хо подошёл ближе.       — Я научу тебя драться.       — Что?       — Стреляешь ты неплохо. Но дерёшься отвратительно.       Ки Хун фыркнул.       — Ах вот как?       — Именно.       — И ты собираешься меня учить? Думаешь, что я буду тебя слушаться? — он усмехнулся, его голос был полон сарказма.       — Нет. — Уголки губ Хвана дрогнули. — Думаю, ты будешь ворчать, огрызаться и пытаться сломать мне нос.       И впервые за всё утро Ки Хун едва заметно улыбнулся. Подобие улыбки исчезло так быстро, что любой другой мог бы её не заметить.       Любой другой, но не Хван Ин Хо. Он заставил себя отвести взгляд.       Потому что слишком хорошо помнил, как выглядит настоящая улыбка Ки Хуна.       — Только на моих условиях, — спокойно сказал Ки Хун.       — Каких?       — Никаких приказов.       — Хорошо.       — И ты будешь грушей.       Ин Хо скривил губы в подобии улыбки.       — Договорились.       Ки Хун подозрительно прищурился.       — Ты сейчас серьёзно?       — Абсолютно.       — Ты ненормальный.       — Да, мне говорили, — с смешком сказал он. — Встретимся в спортзале через 3 часа. Мне нужно закончить с работой.       Ки Хун кивнул, но не двинулся с места. Его взгляд медленно скользнул по кабинету. Недавно попасть сюда было едва ли не главной целью его существования. В первую неделю после возвращения с острова он просчитывал десятки вариантов. Пытался понять, где хранится ключ от двери. Он был уверен, что ответы где-то здесь… Списки участников, финансовые отчёты, имена VIP-гостей. Что угодно. Любая зацепка. Любое доказательство того, что всё произошедшее было реальным. Что тысячи людей действительно умерли. Что это нельзя будет просто забыть.       Но кабинет упорно оставался кабинетом. Не логовом чудовища. Не центром мирового заговора. Обычной комнатой. Со стопками документов. Компьютером. Книгами. Чашками с остывшим кофе. И человеком, который, судя по виду, окончательно разучился спать.       Ки Хун прекрасно понимал: стоит дождаться момента, когда Ин Хо выйдет, и он сможет начать искать. Возможно, ответы лежат прямо перед ним. В одном из этих шкафов. В одном из ящиков. В одной из папок. И всё же... Он медлил. Ничего не спрашивал.       Не потому, что передумал. Не потому, что перестал искать правду. Нет.       Просто между ними установилось какое-то шаткое равновесие. Хрупкое, нелепое и непонятное, и Ки Хун никак не мог избавиться от ощущения, что стоит ему сделать ещё один шаг в сторону правды — и это равновесие исчезнет. А вместе с ним исчезнет и единственный человек, способный дать ему ответы.       — Ты можешь идти, Ки Хун, — неожиданно произнёс Ин Хо.       Сон вздрогнул, словно его поймали с поличным. Уголки губ Ин Хо едва заметно дрогнули.       — Ты уже несколько минут смотришь на шкаф с документами.       Ки Хун прищурился.       — И что?       — Ничего.       Ин Хо спокойно вернулся к бумагам.       — Просто решил предупредить, что там нет ничего интересного.       — Откуда такая уверенность?       — Потому что я сам их заполнял.       — Звучит подозрительно.       — Это потому, что ты подозрительный.       — А ты скрытный.       — Так и есть.       Ки Хун ещё несколько секунд смотрел на него, а потом развернулся к двери. Но уже выходя из кабинета, поймал себя на мысли, что обязательно вернётся сюда.       Позже.       Когда Ин Хо не будет рядом.       Потому что, несмотря ни на что, ответы всё ещё были ему нужны.       Возможно, даже больше, чем раньше.       

○△□

             Спустя три часа Ин Хо наконец закрыл последнюю папку и откинулся на спинку кресла. Глаза неприятно жгло. Он устало потер переносицу. Тишина кабинета действовала на нервы. Слишком тихо. Слишком спокойно. Слишком… пусто.       Он поймал себя на мысли, что прислушивается к шагам наверху. Нелепо. Совершенно нелепо. С каких пор он вообще начал ждать чужих шагов?       Хван тихо выдохнул и поднялся. Через несколько минут он уже стоял в гардеробной, переодеваясь в чёрные спортивные штаны и майку. В отражении зеркала на него смотрел уставший мужчина с тёмными кругами под глазами.       — Жалкое зрелище, — пробормотал он. Последние недели почти без сна не прошли бесследно.       Спортзал встретил его привычной прохладой.       Ин Хо включил свет и подошёл к груше. Несколько коротких ударов. Проверка креплений. Разминка.       Шаги он услышал раньше, чем открылась дверь. Ки Хун стоял на пороге, одетый в серые спортивные штаны и белую футболку с V-образным вырезом.       — Не смотри на меня так, — тут же буркнул он.       — Как?       — Так.       — Ладно, — Ин Хо прочистил горло, — начнём с разминки.       — Не командуй.       — Я предложил.       — Это звучало как приказ.       — Тогда считай, что я очень вежливо попросил.       — Ещё хуже.       Ин Хо хмыкнул. Наблюдать за Ки Хуном было… приятно. Неправильно, но приятно. Он ворчал, огрызался, но всё равно повторял упражнения. Его движения были неровными, местами резкими, словно тело всё ещё не доверяло окружающему миру.       А Ин Хо смотрел. Слишком внимательно. Слишком долго.       «Прекрати».       Но взгляд сам скользил по напряжённым плечам, по растрёпанным волосам, по упрямо поджатым губам. И Хван отвёл глаза.       «Что с тобой не так?»       После разминки Ин Хо подошёл ближе к мужчине.       — Удар идёт от корпуса.       — Я знаю.       — Нет, не знаешь.       — Знаю.       — Не знаешь.       — Да пошёл ты.       — Приятно видеть, что ты полон энтузиазма.       Ки Хун закатил глаза.       — Показывай.       Ин Хо встал позади него.       — Расслабь плечи.       Он положил ладони на напряжённые руки мужчины. И замер. Ки Хун тоже. Несколько секунд. Только их дыхание.       — Ин Хо, — Ки Хун выглядел смущённым.       Голос прозвучал тихо. Слишком тихо. Не Ведущий. Не Ён Иль. Не господин Хван. Ин Хо.       — Что? — голос прозвучал хрипло.       — Ты завис.       — Да, я… прости.       Он убрал руки и сделал шаг назад. И отчего-то почувствовал разочарование.       — Показывай дальше, псих.       Ин Хо хмыкнул.       — Слушаюсь.       

○△□

      

      Через полчаса Ки Хун уже тяжело дышал. Щёки раскраснелись, а в глазах появился знакомый огонёк.       Тот самый. Ин Хо видел его на острове. В момент, когда Сон, избитый, сломленный и уставший, всё равно поднимался на ноги.       «Упрямый идиот Сон Ки Хун.»       — Неплохо.       — Не смей мне поддаваться.       — Не собирался.       — Врёшь. Ты обещал.       Ин Хо посмотрел на манекен.       — Ты же понимаешь, что это плохая идея?       — Струсил?       — Нет.       — Тогда иди сюда и покажи, на что ты способен.       Лицо Хвана приняло снисходительное выражение.       — Как скажешь.       Первые удары были быстрыми. И злыми. Очень злыми.       Ин Хо легко уходил в сторону, наблюдая за каждым движением.       — Ладно, что ты задумал?       Молчание.       Ещё удар.       — Ки Хун.       Удар. Ещё удар. Ещё.       Продолжая уклоняться от ударов Ки Хуна, его движения становились всё более лёгкими и грациозными. Ки Хун ответил коротким, но сильным ударом, который Ин Хо с лёгкостью заблокировал. Он сделал вид, что отступает, но на самом деле это был лишь отвлекающий манёвр. Ин Хо воспользовался моментом и ускорился, его движения стали ещё более быстрыми и плавными. Он обошёл Ки Хуна с фланга, его рука слегка коснулась его плеча, сбивая его с равновесия. Ки Хун отступил, его лицо выражало смесь раздражения и удивления, дыхание стало чуть тяжелее, а удары — менее точными.       — Посмотри на меня, Ки Хун.       Удар.       И в глазах мужчины он увидел не азарт. Боль. Ярость. Страх.       — Почему?!       Ин Хо замер. Кулак ударил его в больное плечо.       — Почему ты просто не дал мне умереть?!       Ещё удар.       — Почему спас?!       Удар.       — Как продолжаешь делать вид, что ничего не произошло?!       Голос дрожал.       — Почему?!       Ин Хо перестал защищаться. Позволил ему ударить ещё раз. И ещё. Так продолжалось, пока он не услышал тяжёлый всхлип.       Ки Хун опустил руки.       — Ненавижу тебя…       Ин Хо видел. Он видел эти глаза. В них не было ненависти. Только усталость. И отчаяние.       — Знаю, — тихо сказал он.       И это оказалось ошибкой.       — Нет, ты ничего не знаешь! — сорвался Ки Хун.       Он снова бросился вперёд. Но теперь Ин Хо опять двигался. Легко. Плавно. Словно танцуя. Один шаг. Второй. Уклонение. Касание плеча. Поворот корпуса. И Ки Хун потерял равновесие.       Маты глухо приняли его тело.       — Ты… Чёртов… — он тяжело дышал, — Псих…       Ин Хо опустился рядом на корточки.       — Возможно.       Ки Хун отвернулся.       — Ненавижу тебя.       И снова ложь. Хван хорошо научился читать людей. Но этого человека… Он чувствовал. Почти болезненно.       — Ты повторяешься.       Сон молчал. Он перевернулся на спину и негромко простонал. Их взгляды встретились. И почему-то воздух между ними стал слишком тяжёлым.       Слишком тихим. Слишком… Настоящим.       После тренировки они ещё несколько секунд сидели на матах, тяжело дыша. Точнее, тяжело дышал Ки Хун. Ин Хо, казалось, уже давно восстановил дыхание, что раздражало мужчину ещё сильнее.       — Воды.       Ин Хо моргнул.       — Что?       — Я сказал, воды. Я хочу пить.       Лицо Хвана смягчилось.       — Да, господин Сон.       Ки Хун закатил глаза и поморщился, когда мышцы живота неприятно свело.       — Больно?       — Не твоё дело.       Ин Хо только тихо усмехнулся.       — Конечно.       Ки Хун пил воду так, словно несколько дней бродил по пустыне. Закончив, он машинально протянул бутылку.       — Держи.       Ин Хо взял её и, не задумываясь, сделал несколько глотков. Только потом заметил взгляд напротив.       — Что?       — Ничего.       — Ки Хун.       — Ничего.       Но кончики ушей мужчины предательски покраснели. Ин Хо прищурился.       — Ты сейчас думаешь о какой-то глупости.       — Ты и есть глупость.       — Значит, думаю правильно.       — Придурок.       — Встанешь сам?       Мужчина смерил протянутую ладонь взглядом.       Секунда. Две.       И всё же вложил свою руку в чужую. Ин Хо потянул его вверх, но в следующую секунду Ки Хун пошатнулся. Рефлексы сработали быстрее мыслей. Хван поймал его за талию. Они замерли. Слишком близко. Ки Хун поднял голову. Ин Хо уже пожалел о том, что вообще способен дышать.       Влажные черные волосы прилипли ко лбу, футболка липла к телу, а в карих глазах читалось одновременно раздражение и смущение.       «Не смотри».       Но он смотрел.       — Отпусти, — тихо пробормотал Сон.       — Если отпущу, ты упадёшь.       — Не упаду.       — Ки Хун.       Мужчина тяжело вздохнул.       — Ладно.       Только после этого Ин Хо отпустил его. И почему-то почувствовал себя хуже.