DELETE MY PAST.

***

Хаын просыпается сама в районе двенадцати часов дня. Состояние её ощущалось примерно так, как если бы по ней несколько раз проехался трактор туда-обратно. Выплаканные за вчерашний вечер слёзы, что копились слишком долго, будто опустошили всё внутри. Ощущение, что чувств не осталось никаких, помимо этого. Отёки под глазами отчётливо давали понять, что она плакала. Даже не так — рыдала вчера. Рассматривая своё отёкшее лицо, Со раздумывала о том, что может сейчас ей помочь хотя бы частично убрать их. Выходить в таком виде туда, где всё кишит людьми, которые ни в коем разе не должны видеть её в раздрае, — очевидно не вариант. Первое, что она решила предпринять, — умыться холодной водой, а затем сделать минимальный массаж. Помогло. Её лицо уже не было настолько опухшим и выдававшим её состояние вчерашней ночью. Неплохо, можно выходить. Голова гудела непонятно от чего, а желудок посылал явные сигналы того, что пора бы пополнить его пищей. На сегодня было несколько задач, одна из них повышенной важности: решить, согласна ли она с ними сотрудничать. Хаын поразмышляла вчера об этом, пока не заснула, и пришла к выводу, что ей будто дали выбор без выбора. Что в целом было странно, ибо отказаться она может, но если она совсем будет без контакта с техникой — сойдёт с ума, гарантированно. Что делать, хакерша всё ещё не совсем понимала. Работать в команде — не её тема, однозначно, тем более в этой. Одних уже подвела, а сейчас вновь рисковать? Бред. Задумавшись, она спускается вниз, направляясь на кухню, откуда раздаются чьи-то голоса. Один голос она распознала точно — Чанбин. Насчёт других двух пока сомневалась, но, скорее всего, это Сынмин и Феликс. — Доброе утро, — проговорила она, заходя на кухню. О, она действительно угадала. — Доброе. Ты как? — спросил старший тихо, подходя к сестре. — Мне же не приснилось, что мы поговорили? — усмехнулась девушка, а на раскрытые объятия брата поняла, что нет. — Порядок, — обняв старшего в ответ, она почувствовала странное спокойствие. Так, ладно, хотя бы что-то она решила. — Я рад. Будешь есть, нуи? — спросил Со, на что та охотно закивала. Между ними не было того напряжения, однако не сказать, что всё ощущалось как раньше. Некоторая неловкость была всё равно, да и с учётом всего, что произошло, — им понадобится время. — Хаын-щи, ты теперь в нашей команде? — спросил увлечённо Феликс, закидывая клубнику в рот. Феликс для неё пока один из самых непонятных персонажей. Она знает, что он не так прост и наивен, как кажется на первый взгляд, — да даже на второй его не разглядеть. Но в его голосе хотя бы слышалось уважение, чего нельзя было сказать про Хана. — Просто Хаын, пожалуйста. Ненавижу формальности, — слегка улыбнулась она. — Я пока думаю. — Говорят, ты не любишь работать в команде? Волк-одиночка? — усмехнулся Ким, наблюдая за реакцией. — Терпеть не могу, тем более если в коллективе есть люди, негативно настроенные по отношению ко мне. Мне это к чему? — лишь усмехнулась в ответ девушка, отвечая честно, делая упор на их сокомандников. — Насколько я знаю, у тебя есть команда, — проговорил Ли. Эта девушка была ему интересна. Всё же уже и так было понятно, что она в итоге присоединится, нужно хоть отношения наладить по чуть-чуть. — Есть. Но наша, как вы все называете, «команда» строилась изначально на дружбе, сотрудничество пошло позднее. А тут, увы, подружиться не получилось. — Ещё не вечер, не загадывай, — проговорил Чанбин, что следил за их диалогом. «Ещё не вечер…» — усмехнулась девушка, вздыхая. Брат любезно наложил ей поесть, а Ким с Ли покинули кухню, уйдя в гостиную играть в приставку почти сразу после их небольшого разговора. — Всё ещё думаешь? — улыбнулся старший, усаживаясь напротив. — У меня полное ощущение того, что мне дали выбор без выбора, — проговорила свои мысли вслух для брата. — Ты можешь отказаться, тебя никто заставлять не будет. Все уже поняли, что это не в наших силах, — покачивая головой, ответил тот. — Я понимаю, но тем не менее. Как минимум, мне нужно обдумать свои корректировки в ваш контракт. — У тебя есть время до вечера, так что, пожалуйста, — сколько угодно. Брюнетка кивнула, наконец начиная есть. На завтрак была обычная каша на молоке с добавлением разных ягод. По всей видимости, готовил Чанбин, потому что именно эту кашу им когда-то делала бабушка. — Ну как? — спросил тот, когда девушка доела. — Как у бабушки, — слегка улыбнулась она, ловя тёплые воспоминания. — Спасибо, оппа. — Рад, что тебе понравилось. Я пойду, у меня дела. Со-старший ушёл, оставляя её одну. Но, впрочем, ничего страшного, младшая всё равно собиралась зайти к Хёнджину, — обсудить ситуацию нужно было немедленно.

***

— То есть теперь ты на её стороне? — усмехнулся Бан, напрягая мышцы челюсти. То, что он сейчас услышал от друга, действительно повергло в шок. — Блять, Чан… — вздохнул Со. Теперь-то он понимает, как видел их бедный Хёнджин. Перед ним, кстати, тоже нужно бы извиниться. Обстановка в машине становилась напряжённее. Старший никак не ожидал услышать от Чанбина оправдания в сторону сестры. Сейчас тот отчётливо напоминал ему Хвана, что с пеной у рта доказывал её, якобы, невиновность. — Что?! — воскликнул он, слегка ударив по рулю, но этого вполне хватило, чтобы младший напрягся. — Прекращай ребячество, или я сейчас встану и уйду, — вдруг твёрдо проговорил стратег, смотря другу прямо в глаза. Взгляд его был спокойным, но если заглянуть глубже — можно было разглядеть нарастающую ярость. — Ребячество? — усмехнулся он. — Бин, ты серьёзно сейчас? — Выражение его лица отчётливо передавало весь спектр эмоций, что царили внутри. Ничего хорошего там не было. Почему-то у него было чёткое ощущение предательства, что ярко пульсировало внутри, постепенно распространяясь. В один момент он выдыхает, опираясь руками на руль и, наклоняясь к нему, произносит: — Почему, как только появилась твоя сестра, я пребываю в таком состоянии постоянно? — пробубнил тот, уставившись в одну точку. — Чан, я очень серьёзен с тобой. Не могу рассказать то, что случилось у неё пять лет назад, она просила этого не делать, но думаю, при твоём желании и нужной обстановке Хаын скажет сама. Я подвёл её пять лет назад и больше не хочу допускать ту же ошибку. Поверь, я невероятно сильно перед ней виноват, — проговорил Чанбин. — Ясно. Тебе, видимо, тоже промыли мозги, как и Хвану, — фыркнул лидер, постукивая пальцами по рулю. — Чан. — В голосе младшего послышалась отдалённая угроза, его это уже начинало бесить. — Ты сейчас даже меня не слышишь. Думаешь, если я сейчас её «защищаю», как ты говоришь, на это нет причины? Кристофер смотрит на друга, вмиг выпрямляясь. Он слышит почти то же самое, что говорил ему когда-то и Хёнджин. Его едкая усмешка, что появилась после слов Со, пробирает до костей, но Чанбин не реагирует. На него устрашающий вид друга не действует, как бы тот, возможно, хотел. — Сейчас я абсолютно понимаю, как ощущал себя Джинни, — в глазах лидера напротив он не видел ничего положительного, мало того, кажется, тот чувствует себя преданным. Старший молчал, сверля взглядом друга, а та самая усмешка будто застыла на его лице гримасой. — Если ты чувствуешь себя преданным, — то это не так. Я всё ещё твой друг, но просто напоминаю, что она — моя сестра, и вчера она сказала достаточно, чтобы поменять отношение к случившемуся, — проговорил тот, но, не видя в глазах друга и капли понимания, продолжил: — Пойду я. Вижу, ты не настроен на диалог, а быть твоей грушей для битья я уж точно не собираюсь, хватит. И Чанбин действительно вышел из чёрного спорткара. Оставив его одного. Всё-таки недостаток сна, что за последнюю неделю близился к рекордному минимуму, сказывался на Бане прекрасно, конечно же, в отрицательном значении. Чан понимал причину своей излишней эмоциональности, но спать почему-то не удавалось. Возникало желание отбросить все дела и просто поспать, но мыслей было настолько много, ровно столько же, сколько и задач, что на это вовсе не оставалось времени. — Блядство, — проговорил он, заводя машину. Сейчас ему необходим выброс адреналина, а погонять на машине — самый верный вариант для этого. Негатив внутри всё больше разрастался. Чанбин вмиг показался не другом-союзником, а предателем, даже несмотря на то, что старший пытался привести себя в чувства с помощью выброса адреналина, — помогло это слабо.

…

— Хён, что такое? Выглядишь слегка загруженным, — спросил Джисон, подходя к Со со спины. — Всё в порядке, — хмыкнул тот, понимая, что тот ему точно не поверит. Но, зная отношение Хана к его сестре, — он понимает, что у этого будет схожая реакция с Чаном. Ссориться не хотелось. — Это из-за неё? — хмуро спросил он, плюхаясь рядом со старшим. — Скорее из-за Чана и из-за его реакции. Но не вижу смысла тебе что-то говорить, ты же такого же мнения, — озвучил тот ему, на что младший нахмурился ещё пуще. Прозвучало обидно. — Твоё мнение поменялось? — Чанбин кивнул, а младший быстро понял, что разговор между родными людьми состоялся. — Она тебе рассказала? — Рассказала, Джисон. Теперь я чувствую себя козлом, по факту — так и есть. Всё оказалось весьма иначе, чем мы все думали, от этого и хуже. — Йа, с чего бы? Не думал, что она наврала? — воспротивился младший, на что получил весьма укоризненный взгляд. — Джисон, — на выдохе предупредительно молвил Со, — это моя сестра, так что будь добр, следи за языком. Ты потом поймёшь, про что я говорю, дай ей время, ладно? — Ладно… — проговорил тот, уставившись взглядом в пол. — Она будет частью нашей команды? — Скорее всего. Но формально — она давно её часть, даже дольше тебя, у неё пятнадцать процентов акций, — усмехнулся старший, трепля того по плечу. — Пятнадцать?! — удивлённо воскликнул тот. — Почему я об этом впервые слышу? — Потому что она сказала, что не будет вести этот бизнес с нами, но в качестве подстраховки оставила их себе. Изначально у неё вообще двадцать пять было. Отец в завещании указал, чтобы его акции были поделены пополам между нами тремя, нуне бы достался другой его бизнес. Все решения сказала принимать без неё, а ещё все деньги с её дохода — тратить на усовершенствование компании. Так что формально и фактически — она твой третий начальник, просто в это не вмешивается. — Пиздец… — проговорил Хан на выдохе. Он не был готов услышать такую информацию. — Возможно. А ещё, полагаю, что Чан тоже об этом запамятовал, — хмыкнул тот. Между ними повисла пятиминутная тишина, но Хан решил её прервать. — Хён, я правда недолюбливаю твою сестру, она меня очень раздражает, и это взаимно, — начал он. — Но, для тебя, наверное, важно, чтобы мы все поладили, поэтому я постараюсь присмотреться к ней, — завершил тот, что довольно сильно удивило Со. Что уж тут, хакер сам не ожидал таких слов, а тем более и мыслей, от себя.

Джисон готов присмотреться к Хаын, чтобы он не расстраивался? Он что, настолько жалко выглядит, что Хан сказал такое?

— Вот как, — удивление всё не сходило с его лица. — Спасибо, Сон-а, — усмехнулся тот, похлопывая по плечу парня. — Пойдём сегодня в бильярд играть вечером? — переключил тему младший. — Да я тебя сделаю, сопляк! — Ещё чего!

…

В комнате Хвана творческий беспорядок, но за последние недели это стало чем-то очень привычным. Девушка лежит на кровати друга, закинув руки за голову. Повествует ему об их разговоре и о решении, которое ей нужно принять до вечера, пока старший пишет очередную картину. — Знаешь, полное ощущение выбора без выбора. Как будто и так всем понятно, что соглашусь, — вздохнула девушка, наблюдая за другом. — Конечно, это понятно. Просиживать штаны просто так — не в твоём стиле, даже в такой ситуации, да и определённую выгоду ты тоже извлечёшь для себя, — хмыкнул Хёнджин, обмакивая влажную, уже заметно потрёпанную кисть в краску. — Ты прав. Только вот мне нужно также условия собственные придумать, на которых я подпишу контракт, с этим тяжелее, ибо непонятно, на что они точно не согласятся, хотя, зная Бана, — он из вредности ни на что не согласится. — Йаа, что правда, то правда, — улыбнулся тот. — Тебе помочь с этим? — А можешь? — Спрашиваешь ещё, — фыркнул друг, вставая с места и направляясь к столу. Он достал какую-то записную книжку вместе с ручкой и вручил подруге, усаживаясь рядом с ней на кровать. Для начала они решили выписать вообще всё, чего хочет девушка от контракта, а затем по чуть-чуть отсекать безнадёжные варианты. На обдумывание всех её «хотелок» ушло около часа, ещё один — на попытку выбросить всё невозможное. Так и наступил вечер. В кабинет Бана она вошла без стука, чем с порога вывела из себя старшего. — Стучаться не учили? — хмуро произнёс он, глядя на явившуюся девушку. — Извините, ваше величество, — поклонилась девушка с явной насмешкой, а только потом заметила сидящего за столом Ли Минхо, что с интересом и не без усмешки наблюдал за ней. — Зачем пришла? — Объявить хорошие и не особо новости для вас, — фыркнула она, подходя ближе к столу и с характерным звуком положила пару бумаг на плоскость прямо перед Баном. — Сейчас Чанбин придёт, не хочу, чтобы он пропустил, подождите пока что, — ехидно улыбнулся Ли, наблюдая за двумя недругами. И Со действительно пришёл в скором времени. Увидев сестру в кабинете и уже слегка раздражённого Чана, — тот сразу понял, что к чему. — Так ты согласна на сотрудничество? — облегчённо спросил он, как только сообразил. — Хорошая новость — да, плохая — только при соблюдении этих условий, — произнесла та. — Садись, сейчас будем обсуждать, — хмыкнул Кристофер. С каждым пунктом лидер хмурился всё сильнее, в то время как Минхо с Хаын ловили его очевидное недовольство, улыбаясь всё шире. Чанбин же просто наблюдал за всеми, про себя подмечая, что его сестра и Минхо чем-то очень похожи. — Нет, так не пойдёт, — проговорил старший вслух. — Полной свободы за пределами дома мы тебе не можем дать, есть определённый ряд причин почему, но об этом потом. — Я ненавижу, когда меня ограничивают в действиях. Я уже не буду вашим «врагом», мы будем в одной лодке на время. — От того, что ты будешь в одной команде с нами, — моё отношение к тебе не поменяется, — констатировал факт Кристофер. — Взаимно, Бан Чан-щи. Но, знаешь ли, тебе, как и мне, придётся идти на жертвы. Если ты думаешь, что этого хочу я, — то ошибаешься. — Мы не будем ограничивать тебя в действиях за пределами дома, однако контроль всё равно будет. В первую очередь — из-за повышенной опасности, во вторую — из-за отсутствия определённого кредита доверия, — проговорил вдруг Минхо. — По-моему, суть контракта как раз и заключается в том, что мы не доверяем друг другу, но эти бумажки, подписанные нами же, являются как минимум юридической ответственностью и гарантией, — проговорила девушка. — А насчёт повышенной опасности, вы серьёзно думаете, что пять лет я в ней не находилась временами? Меня искали не только вы, и, к вашему сведению, я знаю, как себя защитить, иначе я бы тут не сидела. — Хочешь сказать, что сама станешь нам доверять только из-за подписания договора? — усмехнулся Бан. Девушка промолчала на это, потому что поняла — не станет. — Так а почему мы должны? У нас рисков больше. — Смотря в каком плане, — усмехнулась хакерша. — Если я вступлю в вашу команду, — это будет слишком громкое заявление, для моей скрытой от лишних глаз личности, а значит, как вы же говорите, опасность будет выше именно для меня. Так что, если ты говоришь про сохранность данных, — у вас рисков больше, но если про сохранность жизни, — очевидно, что лидирую я. — И ты ещё сомневаешься в нашем решении приставить к тебе людей вне дома? — усмехнулся Чан, её логика ему очевидно непонятна. — Сомневаюсь. Гарантий на то, что ваши люди не окажутся подставными, нет совсем. Или вы не знаете таких случаев? Думаю, что знаете, да и у меня есть примеры таких ситуаций. — Да, знаю, один точно, пять лет назад ещё произошёл, кстати, в нём главную роль сыграла ты. Удивительно, не правда ли? — язвительно заметил Бан Чан, показывая недобрый оскал, мускулы на его лице слегка дрогнули. — Чан, — окликнул его Чанбин, давая понять, чтобы тот остановился, но тогда уже не выдержала Хаын. — Да, удивительно. Удивительно, насколько ты можешь сильно ущемиться, Бан Чан. Впрочем, плевать. Я не идеальная, таких не существует, все совершают ошибки и, если в твою голову не пришло ни единой мысли о том, что ситуация довольно неоднозначная и для начала нужно разобраться, — мне жаль, но критическое мышление у тебя явно отсутствует. Я больше не хочу находиться тут. Чао. — Её откровенно бесило то, что человек может быть настолько упёртым. — Придурок, — шёпотом добавила та, уходя из кабинета прочь. После закрытия двери повисла тишина. Лидер был поистине возмущён произошедшим, как она вообще, блять, может разговаривать с ним так. Чанбин же сейчас стал действительно хмурым, а вот Ли глядел на обоих оставшихся в комнате по очередно. Атмосфера, не сказать что, была какой-то слишком дружелюбной. — Почему с ней так сложно… — выдохнул тот, разминая виски, в которые сейчас отдавала неприятная пульсация. — Чан, а ты не допускаешь факта, что не только в ней дело, м? — спросил Со, смотря на друга. — Ты на меня намекаешь, Бин? — приподнял брови тот, с явным вызовом. — Догадливый, — фыркнул младший. — Обычно ты себя так не ведёшь, обдумываешь все возможные варианты событий, даёшь время себе разобраться, но вдруг при появлении Хаын всё куда-то запропастилось. — Бред. Прекрати её защищать, нет ни одного варианта, при котором она не будет виновата. — Возможно, ты прав, но даже если так, не думал, что её могли подставить, например? — проговорил Чанбин, сжимая скулы. — Подставить? Ты серьёзно? Она хакер, все её шаги просчитаны наперёд, ты думаешь, она и это не могла подстроить? Да запросто. — Джисон тоже хакер, но я могу напомнить тебе, что с ним произошло, — кинул Со. Ссора приобретала всё большую силу, а Ли Но следил за тем, чтобы это не переросло во что-то большее. Сейчас было ощущение, что такой исход событий действительно возможен, хоть они уже и взрослые люди, но всё же… Словесная перепалка продолжалась, а каждое последующее предложение было неприятнее предыдущего. В какой-то момент Ли просто понял — если он их не остановит, это действительно закончится дракой. — Остановитесь оба, — громко проговорил тот, привлекая к себе внимание. — Ситуация действительно неординарная, думаю, самым лучшим вариантом тут будет просто ждать. — Чего тут можно ждать? — выдохнул Бан, усаживаясь обратно на стул. — Пока Хаын себя проявит, будет заметно, насколько у неё искренние намерения. Поверь, даже большому профессионалу, как она, не всегда удаётся скрыть истинные эмоции, тем более, она тут проведёт не один месяц. Чанбин просто развернулся и ушёл из кабинета из-за чересчур сильной концентрации негатива, исходящего от Чана. Решив для себя, что сейчас потренируется, а затем просто ляжет спать. Ссориться с лидером всегда слишком энергозатратно, потому что оба отдаются в конфликты, которые, к слову, бывают у них не так часто последние годы. Раньше они часто ссорились и не раз дрались, но сейчас мальчики уже большие, хоть и порой очень в этом сомневаются. — Чан-а, ты сколько спал за последние дни? — спросил вдруг Минхо, как только младший вышел из кабинета. — Мало. Последнее время почти не сплю — не могу, — проговорил тот, устало потирая глаза уже который раз за этот час. — Оно и заметно. Не буду тебя мучить. Просто скажу, что один раз ты уже ошибся насчёт Хаын и, напоминаю, что ты обещал извиниться перед ней, так что не делай опрометчивых выводов, а то вдруг опять ошибёшься, тогда разгребать будет труднее, не думаешь? — в глазах Минхо, как всегда, ехидство, аж бесит, но всё же толика серьёзности в его взгляде присутствовала. — Катись к чёрту, Хо-я, — хмыкнул тот, на что младший улыбнулся. До него дойдёт, Ли это знал. Возможно, он даже уже понимает, что не прав. Просто обида сейчас сильнее фактов. Только вот, на кого Чан был обижен, до конца непонятно: на девушку за предательство или же на себя за то, что выбрал «не того человека», за то, что не досмотрел и за то, что как лидер не уберёг?

***

Проходит почти три дня, прежде чем обе стороны успокаиваются и приходят к единому решению. Сделать это было непросто, но Чан смог взять себя в руки и убрать свою эмоциональную сторону куда-то поглубже. В этом ему помог Минхо, что дал ему хорошее снотворное, благодаря чему он выспался и стал чувствовать себя чуть более свежо и сдержаннее. Только вот, по мнению Хаын, — обстановка не поменялась. То, что лидер стал более спокойным, никак не отменяло факта его слов в её адрес. Девушка всё ещё плохо представляла, как можно находиться в так называемой «команде», когда минимум двое человек тебя недолюбливают. Не сказать, что ей было дело до их мнения, но брюнетка любит работать в комфортной обстановке, а когда в радиусе нескольких метров находится кто-нибудь из них двоих, — она такой являться уже не может. Да и на Джисона ей было плевать полностью, в отличие от Бан Чана. Вспоминать об адекватных и даже хороших отношениях с лидером, что сейчас её на дух не переносит, было странно. В определённые моменты, поздно вечером, такие мысли даже приближали её к дереализации. Сомнения в достоверности происходящего посещали ее слишком часто. Само место уже погружало её в это состояние. Ведь когда-то она была тут счастлива, а сейчас… — Айщ! — вслух шипит она, зажмуривая глаза до появления в них странных бликов. Она действительно подписала этот грёбанный контракт с теми, кого так долго избегала. Серьёзно? Уровень тупости зашкаливает до жути. В голове беспорядок, будто там прошёл ураган, что переворотил всё вверх тормашками. Хотя, если посмотреть с другой стороны, — просидеть просто так без дела ей было бы тяжело. Очень тяжело. Так у неё хоть будет возможность использовать свои навыки и практиковаться. Вечером этого же дня будет собрание, на котором официально объявят о её присоединении. Даже Хвана позовут, который, кстати, находился всё ещё на принудительной аскезе от миссий и, видимо, в ближайшее время это не поменяется. И, если быть честной до конца, — она переживала. Находиться в постоянном образе суки не было возможным, ибо она будет буквально с ними жить, но то, что знают остальные парни про неё, — точно не что-то хорошее. Обиженные люди могут наговорить с три короба, потом не вылезешь из той кучи говна, которую на тебя любезно опрокинули. Она-то это знает отлично. А люди, что основываются на мнении своих авторитетов, такие как Хан, изначально не могут подумать о ней хорошо. Проблема была лишь в том, что она не знает, кто и насколько верит Бан Чану. Допустим, Ким Сынмин, по словам Хёнджина, — очень доверяет старшему, но по нему не скажешь, что он действительно сильно отрицательно относится к ней, хотя и чем-то положительным это назвать тоже сложно… Он анализирует её, что чересчур очевидно, Ким не скрывает этого. Подкалывает, но не по-злому, как это делает тот же Бан. Снайпер вызывает противоречивые ощущения, и она уверена, что это взаимно. Касаемо остальных двух: Ли Феликса Ёнбока и Ян Чонина, — сказать сложно. С ними было уж слишком мало точек соприкосновений за эти две недели, поэтому к ним необходимо ещё присмотреться. Чтобы занять чем-то время до вечера, девушка решает почитать книгу, что заказал ей Чанбин по её указке. Так, весьма незаметно, пролетает ещё около шести часов, за которые она дочитывает классический роман до конца и очень вовремя, потому что к ней стучится Хёнджин, говоря о том, что пора бы уже выдвигаться на собрание. Прихорашиваться как-то смысла она не видела. Итак отлично выглядит. Поэтому, расчесав волосы, Хаын просто выходит к другу, что ожидал её в коридоре. — Что, даже не переоденешься? — приподнял бровь тот. — Какой смысл? Они уже меня видели вне парадной одежды, да и мы не в люди выбираемся, а в подвал. Мне заняться, по-твоему, нечем? — Тоже верно, тогда пойдём? — Младшая кивнула, и они пошли к лифту. Хёнджин, конечно, не слепой, заметил лёгкое беспокойство подруги, но на это лишь положил ладонь на спину, совершая поглаживающие движения, — это говорит больше слов. Со от такой заботы друга стало действительно спокойнее — он рядом, а значит, уже не так волнительно. Как только двери лифта открываются и они из него выходят по направлению к столу в конце зала, та сразу расправляет плечи и моментально ловит уже другой, серьёзный и сдержанный настрой. — Как ты быстро, — хмыкнул Хван, на губах его растянулась лёгкая улыбка. — А то, я и не так умею, Джинни, — улыбнулась она в ответ, посмотрев на друга. Как оказалось, — все только их двоих и ждали, однако они не опоздали, наоборот — пришли ровно в положенное время. На самом деле, Хвана это удивило, обычно кто-то по типу Джисона или Чонина задерживается. — Отлично, все на месте, — проговорил Чанбин, пока двое друзей усаживались на места. — В общем и целом, мы собрались тут для того, чтобы уже официально сообщить вам, что Хаын теперь является частью нашей основной команды, — проговорил Бан Чан. — Сегодня утром был подписан контракт, так что с этого момента она будет активно включена в нашу деятельность. По поводу расписания тренировок — мы пока что думаем над ним, завтра скинем его в общий чат. Ещё через пару дней у нас будет задание касаемо человека, который подбросил нам фальшивую флешку, об этом поговорим уже по факту получения. Вечером будем отмечать пополнение нашей команды, поедем в ресторан, так что будет просьба одеться во что-нибудь вечернее. На этом всё. Есть вопросы? — завершил тот же. — Присутствуют. Как теперь будет проходить работа в нашем отделе? — спросил хмурый Джисон, жилки на его челюсти довольно заметно перекатываются. — Ах да, поскольку у Хаын есть часть акций, она всё же является вашим третьим начальником, с меньшими правами, конечно, но это неважно. Мы приняли решение, что за отдел хакинга будет отвечать она, так проще распределить нагрузку, — сказал Со, глядя на младшего, что от услышанного разочарованно в удивлении поднял брови, хлопая при этом глазами. — У тебя есть часть акций? — спросил Сынмин в лёгком недоумении у Со-младшей, на что та хмыкнула. — Да, просто я не особо вмешивалась в этот бизнес — было неинтересно. Деньги с моих акций уходили на совершенствование компании, по крайней мере, я на это надеюсь, — проговорила девушка, косясь на брата. — А сейчас вдруг интересно стало? — усмехнулся Джисон, сверля ту своим нелицеприятным взглядом. — А сейчас так сложились обстоятельства, — фыркнула Хаын, одаривая его наигранной улыбкой. — Эй, брейк! — прикрикнул на них Бан Чан, замечая накал, на что все с удивлением посмотрели на него, включая Хана и Со. От него-то таких слов явно никто не ждёт. — Ещё вопросы? — Хаын будет принимать участие на миссиях в качестве агента под прикрытием? — спросил вдруг Хван. — В зависимости от стратегии, но с большей вероятностью — да, — ответил ему Крис, вглядываясь прямиком в глаза. Младший кивнул, поджимая губы, но продолжил смотреть ему в глаза, старшему пришлось отвести взгляд. — Если ни у кого вопросов больше нет — все свободны. Выезд на ужин через полтора часа. Парни и девушка поднялись, дабы пойти собираться. Однако у Джисона всё же остались вопросы, а Феликс остался с ним за компанию. — Вы так просто доверите ей командование над хакинг-отделом?! — возмущённо вопрошал он, как только все ушли. — Просто так ничего не бывает, Джисон, — фыркнул Бан Чан, слегка удивляясь такой реакции друга. Он думает, что Кристофер ничего не продумал? — У нас есть подстраховка на случай, если вдруг так выйдет, что она нас опять предаст, — на последнем его слове послышался тяжёлый вздох Со. — Бин, с моей стороны это именно так и выглядит. — Я уже устал повторять, что для начала нужно выслушать её. Не думал, что ей бы самой было невыгодно подставлять нас, с учётом того, что у неё у самой пятнадцать процентов акций? Ей, если что, тоже прилетело, напоминаю. Не слушаешь меня — обратись к фактам, их достаточно, чтобы ты засомневался в своей правоте. Странно, что мы раньше на них не взглянули, — проговорил младший и, не желая больше разводить конфликт, ушёл. Чанбин серьёзно забыл про то, насколько иногда его сложно призвать к логике, когда тот слишком задет. Собственно, он сам не лучше… Чан упёртый, это знают все, но иногда его упёртость не идёт на пользу никому, включая его самого. Это именно такой случай. С каждым разом Со всё меньше хочет вести с ним диалоги — доказывать ему что-то бесполезно, пока он не думает головой, а слушает сердце. Сейчас он будто видит себя со стороны. Искренне жалеет Хёнджина, что пытался привести их в чувства первый год. Они действительно полнейшие идиоты, так глупо себя вести, что даже не посмотреть на реальные факты. Откатываясь назад во воспоминаниях, Чанбин вспоминает, как много сказал слов Хвану, вспоминает, как много фактов указывало на то, что они ошибаются насчёт произошедшего, но пелена из обиды и разочарования в близком человеке настолько заполонила видимость, что они ослепли. Отвратительно. Хаын, кстати, действительно прилетел огромный счёт за тот случай, конечно, менее большой, нежели парням, но тоже нехилый. Как только она погасила свой, — принялась за их. Конечно, не напрямую, а через Хёнджина, но так или иначе она оказывала помощь. После ухода Чанбина на минуту повисла тишина. Лидер просто завис, а младшие то и дело переглядывались между собой, не понимая, что сказать, да и стоит ли вообще? Но начинать диалог не пришлось — старший сам продолжил мысль, от которой отошёл. — В общем и целом — можете не переживать, у нас все под контролем в этот раз, — помотал головой Чан, чтобы прийти в себя. — К тому же, у неё насыщенный опыт, знает она точно побольше, так что, думаю, это будет очень выгодно для вас. Научиться чему-то новому было бы неплохо, — подмигнул старший, на что Хан лишь закатил глаза, а Феликс же, напротив, кажется, был в целом доволен таким раскладом. С рвением Ли учиться чему-то новому — это не было удивительным. Джисон тоже любил учиться, но от неё не хотелось слышать ничего. Факт того, что помимо всего прочего она является его формальной начальницей, — усугубляет его положение ещё больше. За последние несколько дней произошло слишком много всего, Хан узнал больше о той, кого порядком недолюбливал, и не сказать, что эти факты его сильно порадовали. Хаын же тоже не была в восторге от такого сотрудничества. Мало того — учить их чему-то она не собирается, ей есть чем заняться, и она не будет обучать кого-то, её задача — выполнять нужную работу, а не быть училкой. С Баном они это толком не проговаривали, однако свою позицию она обозначила чётко. Учить потенциальных соперников — себе же дороже. Бан Чан был прав. Контракт — не гарантирует безопасность, не для кого из них. Он держится на божьем слове, как в шутку сказал Минхо, только вот девушка не собирается предавать или типа того, а вот насчёт парней — вопрос. Может, те решат отомстить за прошлые обиды…

***

Посиделки в ресторане с закрытой зоной затянулись до двух часов ночи. Обстановка, на самом деле, была напряжённая первые часа два, потом ситуация смягчилась. По крайней мере, Хаын игнорировала по максимуму нахождение в одном пространстве с ней Бана и Хана, а они отвечали полной взаимностью. На алкоголь Со слаба, из-за чего приняла решение воздержаться, а то, зная себя, она бы устроила то ещё шоу… Джисон отошёл на террасу покурить, за ним поплёлся Феликс, что уже был слегка под шафе. Их не было минут пятнадцать, всё это время Хан очень активно говорил про то, насколько его не устраивает такое положение вещей, пока младший, распластавшись на лавочке, слушал бурный поток мыслей раздражённого друга. — Сон-а, — обратился вдруг Ли, стоило старшему замолчать. — М? — тут же протяжно откликнулся он. — Вот скажи, когда тебя подставил Ли Ю Бом, ты был виноват в этом? — издалека спросил тот. Хан нахмурился, делая затяжку и поворачивая голову к другу, чтобы посмотреть ему в глаза. — Нет… ну, точнее, от части, но не настолько, чтобы это почти дошло до тюрьмы! — эмоционально проговорил тот. — Если бы не Чан, я просто даже представить боюсь, что со мной было бы там. — Ты был в похожей ситуации, так почему ты так суров по отношению к ней? — спросил Феликс. — Пьяные морали мне собрался читать? — усмехнулся Джисон, пропуская сигаретный дым через нос. — Не в моих интересах, Сон-и, просто интересный вопрос, пришедший мне в голову недавно, — на самом деле, он думал об этом уже давно, но это лишь ненужные старшему детали. В жизни Хана действительно была одна очень серьёзная ситуация, два года назад, которая могла для него закончиться двадцатью годами тюрьмы, но благодаря Чану — этого не случилось. Джисон действительно был почти не виноват, его крупно подставил бизнес-партнёр, которого тот тогда считал другом. И Ёнбок действительно не понимал его. Как он может думать в ужасно плохом ключе о человеке, которого уже точно понятно, что подставили? Сам Феликс относился к Со с большим уважением, как к профессионалу, но с некоторой опасливостью, как к человеку. Пока что полной картины он не знает, да и как человек она ему еще не раскрылась, поэтому он наблюдал. Конечно, первое его впечатление о девушке — неприятное, потому что Чан рассказывал всё очень ярко. Сейчас он думает, что хён порядком преувеличил тогда, потому что, глядя на то, как поменялось отношение Чанбина к сестре после их разговора, — он точно уверен, что всё не так плохо с её стороны. Да и общаясь с Хваном, который отзывался о подруге всегда в положительном ключе, когда они были наедине. Её имя в их доме было словно имя Волдеморта — называть нельзя. Только Хвану было всё равно на это негласное «правило», он откровенно иной раз выводил на провокацию старших и ни о чём никогда не жалел, судя по его довольному лицу каждый раз. И Хёнджин являлся ещё одним фактором, на который обратил внимание Ли, — если парень всё ещё на её стороне, — значит, он ей очень доверяет, доверяет до такой степени, что защищает её в отсутствии, когда большинство очевидно против его высказываний. Для Феликса это показатель. А с учётом того, что, как выяснилось, он поддерживал с ней контакт всё это время, — всё вставало на свои места. Признаться, изначально Феликс был такого же мнения, что и Джисон, но потом, пообщавшись с Хёнджином, его мнение поменялось и сместилось в более нейтральное русло. Что и помогло сейчас не относиться к ней ужасно, как это делает Хан, а еще смотреть на ситуацию более отрезвлённым взглядом, какого не хватает некоторым из них… На веранду заглядывает Со. Заметив её, Джисон быстро тушит сигарету и также быстро поднимается с лавочки. Феликс сначала не улавливает, почему его друг так быстро подскочил, а увидев девушку, усмехнулся и направился за другом. — Господин Хан Джисон, не изволите ли мне одолжить зажигалку? — вдруг проговорила она, когда те уже подошли к двери. — А ты куришь, госпожа Со Хаын? — удивлённо усмехнулся парень, но не повернулся и всё также стоял к ней спиной. — Ровно столько, сколько у тебя стаж в сфере хакинга и айти, — подметила девушка. — Вот оно как, — хмыкнул тот. — Ловишь? — Джисон помахал зажигалкой в руках и, убедившись, что она готова, — бросил её. Красивая, металлическая, гравированная, чёрная зажигалка оказалась прямо в руках девушки. — Благодарю, скоро верну, — кивнула она, а старшие ушли. Рассматривая дизайн поджигающей вещицы, девушка была приятно удивлена — это очень качественная и хорошая работа мастера. Ладно, видимо, на такие вещи у Джисона есть вкус. Поджигая никотиновый стик, она получает мгновенное удовольствие. Даже странно. Сейчас ей удаётся курить не так часто, пока что она не хочет, чтобы Чанбин знал, хоть и взрослая. Уставившись куда-то вдаль, девушка как будто растворилась на несколько минут. Мысли были заняты абсолютно ничем. Зависнув, она не заметила, что кто-то подошёл сзади. — Это что? — спросил строго старший, выгибая бровь. От такого резкого нарушения тишины она слегка подпрыгнула. — Чанбин! — испуганно проговорила она, хватаясь за сердце. — Я повторюсь: это что? — проговорил ещё раз тот, довольно строго. Этого тона в его голосе она не слышала уже ой как давно, из-за чего невольно поёжилась. — Сигарета, оппа. Сбавь тон, мне скоро двадцать пять, я не маленькая девочка, которой можно указывать или запрещать что-либо, — тут же напомнила она ему. — Как давно? — фыркнул тот, на очевидно правильные замечания младшей сестры. — Почти семь лет, Чанбин, — проговорила девушка, наблюдая за реакцией брата. — Семь? Так давно? Ты же всегда была… — опешил он. — Против? Да, точно, — усмехнулась девушка, но это не была какая-то радостная усмешка. — Я и сейчас не особо-то и за, знаешь ли. Однако не от лучшей жизни начала, на них буквально держится моё эмоциональное состояние. — Не от лучшей жизни? Восемнадцать лет, ты тогда начала встречаться с тем уёбком, — ещё пуще начал хмуриться брат от своих же рассуждений. На это предложение девушка улыбнулась, хотя скорее это была глупая защитная реакция. — Мы не встречались, Бин, не встречались, — с пустым взглядом отвечала она, смотря куда-то вдаль. — Не встречались? Но… — Я была удобной. Просто была удобной и всё, не более, я же говорила. — проговорила девушка, уводя взгляд вновь на оживлённый город, — Не хочу об этом говорить. Брат молча кивнул, заметив, что руки сестры вдруг начали мелко потряхивать. Не лучший факт он сейчас узнал, то, что она портит себе здоровье на протяжении семи лет, ему никак не нравилось, но Хаын права — она уже взрослая, и поучать её действительно неразумно. — Хорошо, скоро придёшь? — спросил аккуратно он, решив, что сестру сейчас стоит оставить. — Минут через десять, — кивнула она, переводя на него взгляд. — Отдай Хану, я одалживала, — девушка вложила в ладонь старшего металлическую коробочку. Тот кивнул и ушёл, оставляя её один на один со своими мыслями. Ну, теперь он знает. Их отец тоже курил, а они всё детство воротили носы, даже при малейшем запахе сигарет. После смерти родителей Чанбин неожиданно закурил, но быстро бросил, младшая же только их попробовала, а курить начала непосредственно войдя в эти недоотношения с Чоном. Мужчина тоже курил, а девушка тогда очень хотела быть с ним ближе. Так, тяжка за тяжкой, — и это уже переросло в привычку. Такую же назойливую, как её былые чувства. Хаын трясёт головой, стараясь не окунуться в травмирующие воспоминания. Помада давно съедена, а на губе уже виднеется кровь — опять прокусила и даже не заметила… Приняв решение вернуться, пока тяжёлый груз воспоминаний не упал на душу вновь, она потушила сигарету о пепельницу и вышла с веранды. Парни что-то активно обсуждали, наверное, можно сказать, что даже спорили, но девушка не слышала ничего, будто находясь под толщей воды. Момент — и звон в ушах стоит такой дикий, что она сильно жмурится. Перед глазами всё неожиданно плывёт, а в следующую секунду она уже слышит какой-то уже неразборчивый возглас и темнота. Очнулась она через пятнадцать минут. Открыв глаза, она увидела напротив Феликса, что, заметив «проснувшуюся» Со, подозвал других. — Уф, я что, в обморок свалилась? — слегка посмеялась та, потирая глаза от такого резкого для нее появления света. — Не смешно, — раздался голос Хвана. — Ой, да хватит тебе, — фыркнула она. — Всё хорошо, просто мало ела сегодня, наверное из-за этого, так бывает. — Мало — это сколько? — приподняв брови, спросил слишком серьёзным голосом Со. — Ну, закуски тут и всё, наверное? Не знаю. — Помирать собралась? Не выйдет, у тебя контракт, так просто не отделаешься, из-под земли достану, — вдруг сказал Бан Чан. — Господин Бан, если бы я действительно хотела умереть, я бы сделала это менее изощрённым способом, поверь мне, я такие знаю, — натянуто улыбнулась она, а Хёнджин недобро посмотрел на подругу, и только она поняла его взгляд и хмыкнула. — У меня нет проблем с пищевым поведением, просто сегодня не хотелось. Парни переглянулись между собой, но больше ничего не сказали. Хаын не наврала, она сегодня действительно не хотела есть, такое у неё бывает из-за стресса. Конечно же, она упала в обморок не только из-за того что не ела... Весёлая компания вернулась домой лишь ближе к трём ночи. И все сразу пошли спать. Почти все. У Хаын открылось третье дыхание, из-за чего спать она захочет лишь через час. Поэтому по приезде она решает пойти на крышу особняка. Там всё обустроено так, что вызывало восхищение — очень красиво. Только вот не одна девушка оказалась не спящей, как выяснилось. Зайдя на крышу и завернув к своей любимой лавочке, она увидела парня, сидящего на ней. Присмотревшись, поняла — это Ли Минхо. Красивый профиль, как у него, не узнать было нереально. Но его нахождение тут её действительно удивило. Она помнит, что он боится высоты, а крыша, всё же, не самая низкая точка в доме… — Ли Минхо? — с вопросом обратилась она к нему. Старший повернулся, а на губах его появилась расслабленная улыбка. — Со Хаын? — ответил с такой же интонацией он ей. — Не ожидал тебя тут встретить. — Играешь на опережение, хотела сказать то же самое, — улыбнулась она, подходя к лавочке, на что парень машинально отодвинулся, освобождая той место. — Ну, с тобой-то понятно всё, а я-то почему неожиданный гость тут? — Насколько я помню, — ты боишься высоты. Поэтому крыша — не самое ожидаемое место твоего нахождения, знаешь ли. Ты как всегда весьма нелогичен. Страх пропал? — Я логичен по-своему. Страх не пропал, однако от края тут хорошее расстояние, близко я не подхожу, когда один, так что просто посидеть тут на свежем воздухе глубокой ночью — одно из моих любимых занятий. А ты, почему ты сюда пришла? — По таким же причинам, что и ты. Спать пока не хочется, ну, ещё покурить, конечно, — усмехнулась она, доставая пачку любимых Marlboro с персиком. — Угостишь? — Со любезно протянула ему открытую пачку, дабы Ли вытянул оттуда стик. — Спасибо. Они сидели на лавочке, наблюдая за облаками и выкуривая сигареты. Молча. Будто слов и не нужно. Просто молчать было весьма комфортно. — Не знал, что ты куришь, — спустя минут десять проговорил мужчина. — Сегодня день открытий, — усмехнулась она. — Чанбин знает? — Сегодня узнал, не особо обрадовался, — старший хмыкнул. — Как так вышло, что ты закурила? Просто так никто не начинает, как правило, — спросил вдруг неожиданно тот, не для галочки, было заметно, что ему действительно это было интересно. Девушка повернула голову к старшему, заглядывая в глаза. Молчание её продлилось несколько минут, после чего она легонько кивнула, скорее сама себе, и проговорила: — Очень хотела увеличить точки соприкосновения с когда-то любимым человеком. Помнится, раньше не понимала людей, которые курят, мол: «портят себе здоровье», а в итоге это стало моим спасением в моменте, — хмыкнула девушка, а на губах образовалось что-то похожее на разочарованную улыбку. Клубок дыма был выпущен наружу вновь, а Минхо лишь понимающе поджал губы. Да, он понимал её как никто другой. Изначально шутливый диалог превращался во что-то более личное, но ни один из них, на удивление, не был против. Хаын от чего-то ощущала, что что бы она не сказала сейчас, — Минхо её безусловно поймёт. Так странно. — «Когда-то любимый человек» — это Чон Дэгун? — спросил осторожно Ли, глядя на девушку. Было заметно, что прошлое, связанное с ним, её всё ещё коробит, хоть и не так сильно. — Да, к сожалению, — хмыкнула она. — Чанбин не рассказал, как было дело в прошлом? — Если ты про причину твоего поступка, — то нет. Он сказал, что если ты захочешь, — расскажешь самостоятельно, и сказал он так всем, — девушка кивнула, на губах её расцвела небольшая улыбка. — Ты не хочешь, случаем, поделиться со мной? А то мне уже жутко интересно. — Говорят, ты верил в мою неполную причастность, — усмехнулась девушка. — Верю, поэтому и хочу убедиться в своей правоте. — Почему? — такой простой вопрос слетел с её уст, но старшего это слегка загнало в тупик. — Не могу сказать, я сам не до конца понимаю, но, возможно, потому, что я подмечал многие моменты ваших с ублюдком Чоном взаимоотношений, да и глядя на голые факты, — не скажешь, что там всё гладко. — Спасибо, — усмехнулась она, но её благодарность была искренней, Ли это чувствовал. Следующие пятнадцать минут прошли безумно быстро, но за них девушка успела рассказать Минхо свою часть истории. Пока что они не настолько близки, чтобы он расспрашивал какие-то подробности их взаимоотношений, но подозрения его лишь укрепились с её рассказом. Всё же, его наблюдения были верны, а это страшно. — А ты почему начал курить, оппа? — спросила та после двухминутного перерыва от её истории. — Сначала смерть бабушки от онкологии, а ещё токсичные и местами абьюзивные отношения с первой любовью, — усмехнулся он. — Сборная солянка, в общем, — кротко проговорил тот, делая затяжку. — Могу спросить, как ты выбрался из тех отношений? — аккуратно, почти шёпотом произнесла Хаын, не понимая, может ли она задавать ему такие вопросы сейчас. Разговор между ними был довольно интимным, однако пока что они не так близки, поэтому младшая боялась нарушить границы. — Как выбрался? — усмехнулся парень. — Чан меня вытащил, буквально вытащил, если что. Я бы мог ещё долго унижаться тогда. Может быть, как-нибудь потом расскажу, — ответил он, а брюнетка с каре кивнула. — Буду ждать, — ловя зрительный контакт с ним, сказала Со. Посидев ещё пять минут, они приняли решение всё же пойти спать. Их диалог был отчасти странным, но весьма комфортным. Они даже договорились иногда встречаться вот так на крыше поздней ночью, курить и разговаривать, а о чём — неважно.

***

Пара дней прошла стремглав. За эти дни было составлено расписание тренировок разного характера. В целом, Хаын было интересно прокачивать свои навыки так интенсивно — она этим не занималась, особенно стрельбой. Она просто была уверена, что у неё хорошо выходит, и этого достаточно. Думала она так, собственно, до тренировки по стрельбе… — Айщ, серьёзно?! — воскликнула она при, уже наверное, десятой попытке обыграть Хвана, который с Ким Сынмином уже вовсю хохотали. — Да ну вас, ничего смешного тут нет, — проговорила та, в голосе отчётливо слышалось раздражение. — Хаын, ты очень смешно бесишься, — констатировал Сынмин, прикрывая рот рукой. Громкий выдох девушки, дабы успокоиться, раздался по залу. Невозможные, как же бесят. — Раньше ты стреляла лучше, — хмыкнул Хёнджин, смотря на то, как недовольная их правотой девушка пытается вовсю успокоиться. Это забавляло их ещё сильнее, накатывая очередной волной смеха. — Я не практиковалась около года! — оправдывалась Со. — Как же ты тогда собиралась в меня попасть, если с мишенью такие проблемы? — задорно раздался голос лидера. Хаын сжала скулы, перевела на него свой далеко не добрый взгляд и взяла ружьё. В моменте показалось, что она прямо сейчас выстрелит в Бана, но, конечно же, это было не так. Следующие выстрелы раздались один за другим в мишень, попав чётко в голову, сердце, а затем и вовсе в пах нарисованного мужского силуэта. И нет, эти выстрелы были слишком точны для промаха. — Вот именно так бы и попала, — фыркнула девушка. — У меня есть удивительная способность — я собираюсь, когда злюсь или раздражена, а твоё появление мне ну никак не в радость. Старшие переглянулись между собой, прокашлявшись, продолжили тренировку, перейдя на арбалеты — это уже для общего развития. Первая группа, в которой были: Хаын, Бан Чан, Хёнджин, Сынмин и Чонин, отправились в другую зону подвального зала, как только пришла вторая. Джисона и Со-младшую развели намеренно, дабы было меньше точек соприкосновения. Хёнджин ушёл от них, ибо все еще не мог присутствовать при обсуждении заданий и прочего, а остальные приступали к небольшим обсуждениям, хотя это больше было похоже на мозговой штурм. — Джисон накопал кое-какую информацию вчера вечером. Скорее всего, я даже понимаю, кто это мог сделать, но пока что этого мало, — проговорил Бан, погружая в обсуждение Хаын, что тут же принялась изучать информацию от Хана. — Он нашёл неплохие зацепки. Я думаю, смогу найти человека за часов шесть? — сомневаясь, прикинула она. — Шесть? — Информация и зацепки слишком расплывчатые, это не так просто, как кажется. С учётом того, что этот «неуловимый» человек с большей вероятностью всё продумал, могу и в шесть не уложиться, — фыркнула она на, как ей показалось, пренебрежение со стороны лидера. — Ты не так поняла. Шесть часов — это действительно мало, я закладывал три дня, так как параллельно должен включаться ещё и Чонин, ему это важно для правильной стратегии, которую, по определённым данным, они разрабатывают с Чанбином. — М, поняла… — проговорила девушка. — Но мне кажется, вы часто очень невнимательны к некоторым микродеталям, из-за чего пропускаете важное. — Что? Мы продумываем всё до мелочей, такого не может быть, — проговорил Ян, приподнимая одну бровь. — Я — живой пример. Были бы вы чуть внимательнее, вы бы увидели меня ещё два года назад на мероприятии, проходившем в пригороде Нью-Йорка, — говорила девушка, на что те в непонимании нахмурились. — Поэтому я и говорю, что нужно обращать внимание на мелочи сильнее, чем вы думаете и делаете. — Ты была с нами в Нью-Йорке на мероприятии? — проговорил Бан Чан, всё ещё в недоумении хлопая глазами. — Была. Мы даже с Хёнджином там пересекались. Я туда поехала по заданию, а потом в списках увидела вас, ну и воспользовалась возможностью, — пожала плечами та. — Причём тут тогда мелочи, если мы не знали? — спросил вдруг Ким. — Я тогда оставила подсказку, мне было любопытно, увидите или нет. Ну и не увидели, а может, увидели, но не придали значения, не знаю, — хмыкнула девушка. — А смысл от этой подсказки? Зачем ты намекала о том, что ты там будешь? — странным тоном спросил Бан. — Уже неважно, — тихо ответила та, на несколько секунд зависнув в одной точке. — Айщ, мне теперь интересно же! Что ты наделала, Со Хаын… — простонал жалобно Сынмин. Как же он не может терпеть такие ситуации. — Я — женщина-загадка, так что не всем суждено узнать мои секреты, — усмехнулась она, подмигнув. — Да как же, — фыркнул Кристофер, закатив глаза. Дальнейший план действий был составлен довольно быстро, поэтому, обсудив ещё некоторые моменты, они разошлись. Завтра Хаын начнёт работу по поиску информации, а затем дело останется за малым… наверное. И чем это всё обернётся — непонятно, как и обычно. Хотя в этот раз всё не «как обычно», ощущали это все. До единого.