Исключительно дружеские чувства

- А? - глаза Цзян Чэна слегка приоткрылись - Куда пойти? - В город на Праздник Фонарей. В этот день... обычно семьи собираются вместе. Но как и у тебя, у меня нет семьи. Ван Цзи проведёт этот день со своим возлюбленным, Цзинь Лин со своими друзьями. Ну а мы с тобой? Мы ведь тоже теперь... как семья... Цзян Чэн на секунду замер. Неизвестно почему, но в этот момент к его глазам подступили слёзы. Семья? Пожалуй... Теперь его семья это Сичэнь и Цзинь Лин. Последние 15 лет Цзян Чэн ходил на Праздник Фонарей один или с Цзинь Лином. Но особой радости это не приносило. В этот день Ваньинь вспоминал умерших родителей и сестру. Будь они живы, они могли бы сидеть рядом с ним и есть шарики юаньсяо... Такие мысли обычно преследовали его на Празднике Фонарей и потому он не любил его. Однако сегодня всё было иначе. Сичэнь, лежащий рядом с ним, сказал, что они теперь как семья. И неожиданно Цзян Чэн ощутил сильнейшее желание именно с ним пойти сегодня в город и съесть несколько шариков юаньсяо. - Так что? Ты пойдешь со мной? - Сичэнь с небольшим волнением скользнул взглядом по лицу заклинателя. Тот отвернулся и тихо ответил: - Угу... Сичэнь облегченно выдохнул и улыбнулся. - Тогда давай побыстрее разберемся с делами и пойдем. - Ну вот, наконец ты о делах вспомнил... Я решил, ты уже даже не думаешь об этом. - Ну, если я вернусь не разобравшись с делами дядя точно что-то заподозрит. Мне приходится думать об этом. Вот когда мы с тобой поженимся у нас будет медовый месяц и мы забудем о всей этой скучной рутине... Цзян Чэн застыл, услышав это вскользь упомянутое "поженимся". Не то чтобы раньше Сичэнь не говорил подобных вещей, но сегодня Ваньинь вдруг понял, что тот говорит всерьёз. И что ещё более неловко, сам он, Цзян Чэн, действительно согласился бы выйти за Сичэня замуж. От одной мысли об этом у заклинателя закружилась голова и он резко вскочил с постели. - Кто ещё тут собирается пожениться?! - прикрыв смущение гневом воскликнул он и поспешно направился к двери - Пошли уже работать! - Ладно-ладно... - пробормотал Сичэнь немного разочарованно, но в то же время не переставая легко улыбаться - подожди меня, куда ты так подорвался? Пока они разбирались с накопившимися делами сидя на полу за столиком и рассматривая длинные свитки, мысли Цзян Чэна то и дело отрывались от этих скучных дел. Гораздо больше он был сосредоточен на составлении плана своего признания. Возможность пойти на Праздник Фонарей оказалась как нельзя кстати. Признаться под сотнями взмывающих в воздух светящихся фонариков казалось очень неплохой идеей. К тому же завтра будет ровно год с тех пор, как они начали встречаться, а потому уже этой ночью можно отпраздновать годовщину и признаться в любви. "Разве это не отличный план?" - подумал Цзян Чэн продолжая перебирать в голове разные дополнительные идеи и варианты развития событий. Они поедят юаньсяо, а потом будут идти по украшенной фонарями улице и он, Цзян Чэн, возьмёт Сичэня за руку. Обычно на публике Ваньинь не позволял хоть как-то показывать их близость, а потому Сичэнь наверняка удивиться и остановится. И тогда Цзян Чэн потянет его за руку к какому-нибудь пустынному переулку (Ваньинь даже думать не хотел о признании на людях) и скажет наконец... Что и как он скажет, Цзян Чэн решил не продумывать. Главное, там должны быть слова: "Я люблю тебя". А потом... Потом они могут отправиться в гостиницу и там Сичэнь наверняка затрахает его до потери сознания... Цзян Чэн не заметил, как раздумывая обо всем этом он уставился в одну точку и густо покраснел. Сичэнь, сидевший рядом, погладил его плечо: - О чем задумался? - А? - взгляд заклинателя наконец сфокусировался. Цзян Чэн неловко кашлянул и нахмурился - ничего такого... Не хочется работать. - Тогда займемся чем-то другим? Мне понравилось делать это в библиотеке - Сичэнь наклонился к нему, приобнимая за талию, но Цзян Чэн тут же резко вырвался из объятий. - Извращенец! Возвращайся к работе! К вечеру они наконец закончили все неотложные дела и, когда на улице уже стемнело, отправились в город. Чем быстрее они приближались к освещенному светом фонарей городу, тем сильнее волновался Цзян Чэн. Ещё бы! Он ведь впервые в жизни собирался напрямую признаться в любви. Сначала всё действительно шло по плану Ваньиня. Они поели юаньсяо и пошли по украшенной фонариками оживленной улице. Цзян Чэн собрал все своё мужество и наконец осмелился протянуть руку, чтобы взять Сичэня за руку. Но не успели его пальцы даже коснуться ладони Ланя, как тот вдруг произнес: - А-Чэн, хочешь поесть ещё что-нибудь? - Лань Хуань с улыбкой кивнул на лавку со сладостями. Цзян Чэн, вмиг растеряв все свое с таким трудом собранное мужество только нахмурился. - Ладно, давай купим что-нибудь - уныло отозвался он и первым подошёл к лавке. Сичэнь мгновенно услышал в его голосе странные нотки. Беспокойство появившееся ещё утром напомнило о себе с новой силой. "О чем он думает? Почему выглядит нервным и озабоченным, будто хочет сказать что-то, но не решается." - такие мысли преследовали Сичэня весь вечер. Внезапно в его голосе появилась мысль, пронзившая все его существо подобно молнии. "Что если... А-Чэн хочет расстаться со мной?" Эта глупая мысль внезапно захватила все сознание Сичэня. Пусть никаких предпосылок к такому решению у Цзян Чэна не было, Сичэнь знал, каким непредсказуемым тот мог быть. Кто знает, что этот тревожный человек успел надумать за сегодняшнюю ночь? Паника захватила всё существо главы Ланя. Он поспешно догнал возлюбленного, который бездумно смотрел на сладости, продающееся в лавке. - А-Чэн... выбрал что-нибудь? - Сичэнь скрывая беспокойство встал рядом, пытаясь вернуть на лицо безмятежную улыбку. - Мне без разницы. Купи что-нибудь сам - не задумываясь бросил Цзян Чэн. - Ладно... - Лань Хуань нервно потеребил в руках кошелек с деньгами и купив пару пирожных протянул одно Цзян Чэну, который без особой радости принял его. - М, спасибо... Некоторое время они шли молча, каждый снедаемый своими мыслями и переживаниями. Наконец Сичэнь не выдержал: - А-Чэн... - Что? - Ты всем доволен? Тебе понравилось сегодня? - А... да, конечно... - глава кивнул, подумав про себя. "Разве мне могло не понравится, когда рядом был ты? Если бы не эти мысли о признании, я бы был абсолютно счастлив..." - Тогда... почему ты выглядишь так, словно тебя что-то беспокоит? Или ты чем-то недоволен. - Это... - Ваньинь замялся - на самом деле мне нужно тебе кое-что сказать... - Что? - севшим голосом с замиранием сердца спросил Сичэнь, не в силах больше сохранять невозмутимое выражение лица. "Ну вот... Так и знал!" - пронеслось у него в голове. Цзян Чэн слегка покраснел, а затем отвернулся и сказал: - Пойдем за мной. С этими словами он направился к ближайшему темному переулку. Сичэнь последовал за ним на ватных ногах. Они остановились между домов, которые стояли довольно близко друг к другу, поэтому сейчас между Ваньинем и Лань Хуанем не было и полуметра. Они стояли глядя друг на друга и у каждого из них сердце замирало: у одного - от смущения и волнения, у другого - от волнения и страха. Молчание затянулось. Тишина стала невыносимой. - Что ты хотел сказать? - наконец обреченно вздохнул Сичэнь, приготовившись к самым ужасным последствиям. Цзян Чэн медлил. Он уже понял, что его план прогорел. Романтичной атмосферой двух влюбленных, стоящих очень близко друг к другу посреди ночи в темном переулке и не пахло. Ваньинь интуитивно чувствовал, что Сичэнь на взводе и сильно переживает, а потому и он не мог расслабиться. Наконец Цзян Чэн обреченно выдохнул и, глядя прямо в темные глаза, произес: - Я только сегодня понял, что хочу сказать это... На самом деле, я просто раньше не понимал, а вчера понял... В общем, я... "Я люблю тебя" - уже собирался произнести Цзян Чэн, когда теплая рука с длинными белоснежными пальцами вдруг закрыла ему рот. Глаза Ваньиня недоуменно расширились и уставились на Сичэня, который с очень несчастным лицом зажимал ему рот. - Не... говори... - Мм - Цзян Чэн вспыхнул, мотая головой. "Он не хочет слышать мое признание? Почему? Почему он не хочет? Он больше не любит меня?" - П-прости... Но сначала позволь мне сказать - Сичэнь умоляюще взглянул в тёмно-серые глаза и убрал руку от лица Цзян Чэна, когда тот был готов его выслушать - Я очень люблю тебя! Всё что захочешь, я сделаю! Если скажешь никогда больше не приставать к тебе, я не буду. Скажешь каждый день приезжать к тебе из Облачных Глубин, я приеду. Захочешь прямо сейчас отправиться на другой край света, я отвезу тебя. Если я делаю что-то не так, просто скажи! Если тебя что-то не устраивает, я всё исправлю. Только прошу... Не бросай меня. Цзян Чэн просто потерял дар речи. Он совершенно не мог понять, к чему вдруг были сказаны все эти слова. Они молча смотрели друг на друга, пока наконец до Ваньиня не начало доходить... "Неужели он подумал, что я... хочу расстаться с ним?" - Ох - Цзян Чэн вздохнул и потер лоб рукой - какой ты идиот. - А? Почему? - Тц, да просто идиот - Цзян Чэн секунду колебался, а затем резко схватил Сичэня за воротник и дернул на себя, чтобы в ту же секунду впиться в его губы поцелуем. Лань Хуань ошеломлённо замер, широко раскрыв глаза. Но уже через несколько секунд горячие губы и язык возлюбленного обожгли его сознание и он, закрыв глаза, погрузился в ощущение обжигающего тепла чужой ласки. Внезапно Цзян Чэн отстранился, немного, ровно настолько, чтобы смотреть в глаза Сичэню и, заливаясь краской, выдохнул: - Люблю я тебя, придурок... - А? - Что "а"? Я это хотел сказать, но ты испортил мое признание - Цзян Чэн нахмурился не то злобно, не то смущённо. - Погоди, это... - Сичэнь никак не мог прийти в себя. Сначала его накрыло волной облегчения от осознания, что Ваньинь не собирается бросать его. А потом наконец он остолбенел, поняв, что именно сказал Цзян Чэн. Сердце Лань Хуаня забилось как сумасшедшее и в каждой клеточке тела разлилось ни с чем не сравнимое блаженство. Ваньинь между тем был полностью разочарован и расстроен, так как его признание в итоге оказалось таким скомканным и даже грубым. Но внезапно пара сильных рук притянула его к себе и крепко обняла. - Ай, блин, отпусти - попытался отстраниться Цзян Чэн, но тут же замер, стоило ему услышать голос Лань Хуаня. - Нет, А-Чэн, я... тоже тебя люблю. Так сильно люблю... В голосе Сичэня было столько невыразимой нежности, обожания и страсти, что Ваньинь не смог сдержать бешеное биение собственного сердца. Его лицо вмиг вспыхнуло от смущения и в то же время он был так рад слышать все эти эмоции в голосе любимого человека. - Скажи снова - Сичэнь отстранился и поглядел в раскрасневшееся лицо Цзян Чэна. - Что? Эй, многого хочешь! Для следующего признания тебе придётся ждать ещё год! - Значит мы точно будем вместе ещё целый год? Тогда я согласен подождать - Сичэнь лучезарно улыбнулся. - Пф, идиот - Цзян Чэн не смог сдержать счастливую улыбку и потянув Сичэня к себе сказал ему на ухо всего одно слово - люблю...