Без пути назад

      Тома вытерла пот со лба, пока каменщики напряжённо глядели на девушку. На их памяти, даже не все силачки Натлана могли поднять настолько тяжёлые камни, а Тамара делала это самостоятельно, без чьей-либо помощи, хотя в этой же пещере вели раскопки дружелюбно настроенные к людям тепетлизавры. Молодой парень тихо подошёл к Тамаре.       — Эмм, Тама, послушай, — осторожно начал незнакомец. — Тебе необязательно заниматься этим. Ты ведь просто пришла помочь передвинуть более мелкие камни, и мы понимаем, насколько тяжело поднимать такие вещи.       — Всё в норме, я отрабатываю еду и ночлег, — Тамара показательно подтянулась. Незнакомец с улыбкой качнул головой и отошёл, продолжая заниматься делами. Остальные глазеющие также перестали обращать на темноволосую какое-либо внимание, сосредоточившись на работе.       Уголки губ Тамы-Тамы дёрнулись в подобии улыбки. Всё так и должно быть. Пусть окружающие думают, что ей легко — они не увидят, как ноют её мышцы и не почувствуют её боль тела.       Камни в самом деле являлись неподъёмными. В последний момент ладонь соскользнула с камня, оставив на коже кровавую трещину, которую Тамара тут же спрятала подальше от лишних глаз. Никто не должен увидеть. Никто не посмеет узнать, что она не справляется.       Стать ещё сильнее, чем у себя в мире. Несмотря на боль в коленях и спине, на уставшие глаза или дрожащие руки, ей нужно подниматься снова и снова, как она делала раньше. Ведь теперь она находилась в Геншине, и ей не хотелось всю жизнь провести в племени Детей Эха. Её желание — существовать где-нибудь в тихой глубинке, докуда не доберётся ни сюжет, ни опасность, ни война. Покой — то, к чему темноволосая всегда стремилась.       Возможно, тогда она наконец избавится от желания крушить всё вокруг.       И чтобы этого достичь, требовалось как можно скорее научиться многим вещам. Ведь необходимо выжить, как только девушка решит покинуть племя. Даже если Пакаль оказался благородным, вряд ли он станет терпеть подозрительного чужака на своей территории долгий период. По крайней мере, Тамаре так казалось. Её уж точно на одном месте долго не выносили. Даже сейчас её поселили достаточно далеко от племени — в палатке на высокой горе, обрастающей деревьями и травой. И, в принципе, Тома довольствовалась подобным местечком: оно являлось тихим и неприметным, воздух — достаточно тёплым, но не жарким, а музыка племени Эха не доносилась столь высоко. С горы открывался вид на обрастающий зеленью континент, а также на пустыню, из которой появятся главные герои. Единственное, что ей не нравилось, — способ карабкаться на скалу с помощью тепетлизавра Пакаля, Учу. И нет, совсем не потому что между ними сложились плохие отношения с первого дня знакомства.       Наоборот, при встрече Учу мягко утыкался мордой в её ладонь. Когда Пакаль это увидел, он не понял, с чего столько ласки по отношению к чужачке. И лишь Тамара смогла прочитать нечто человеческое и доброе в оранжевых глазах.       Он внимательно её обнюхал, удовлетворительно рыкнул, чем шокировал Пакаля, и послушно помогал Томе карабкаться. Учу стал своеобразным надсмотрщиком для кареглазой, проводя с ней свободные минуты времени. Так что за эти три дня у Томы появился ещё один необычный друг, и ей, честно признаться, нравилась компания завриана, хотя под пристальным взглядом существа девушка чувствовала себя неловко.       Словно не заслуживала такой душевной отдачи от завра.       Вот только подниматься всё время на тепетлизавре вождя для Тамары являлось немного неловкой вещью. Разумеется, она примерно осознавала, какие мысли роятся в голове у Пакаля, и по этой причине ей становилось нехорошо, когда она проводила время с Учу, даже если данные минуты являлись спокойными и комфортными. Впрочем, на данный момент девушка ничего не могла с этим поделать, так что решила не заострять на этом внимание.       Как только настал обед, Тома не успела взять себе порцию еды. Благо рядом показалась Качина, с улыбкой неся поднос. Не медля, темноволосая подхватила его, сверху вниз посмотрев на тонкую блондинку:       — Ты себя угробить хочешь, — скорее, констатировала факт, нежели спросила, Тома.       — Вовсе нет! — замахала отрицательно руками и посмеялась голубоглазая. — Я просто уже научилась, что ты не успеваешь вовремя прийти на обед, так что готовлюсь заранее. И не нужно меня недооценивать — в этом году я хорошо подкачалась!       Что такого обнаружила Качина в Томе — для последней оставалось тайной за семью печатями. Однако с чего-то малышка решила присматривать за чужачкой, периодически оказываясь рядом и помогая выполнять задачи. Нельзя сказать, что Тома не была благодарна светловолосой. Но внутри девушка подозрительно относилась к такого рода дружбе, ожидая подвоха от одного из главных персонажей Натлана. Бывали моменты, когда она сощуренным взглядом пыталась вглядеться в ясное лицо подростка и спрашивала про себя: «Что происходит? Чего ты хочешь добиться?». Но голубые наивные глаза говорили сами за себя, и щербинка между бровями Томы невольно разглаживалась.       — Знаешь, Тама-Тама, — обронила Качина во время обеда. — Пакаль передавал, чтобы ты помогла Шилонен. В последнее время у неё много заказов, и ей нужен подручный.       — Шило…нен? — попробовала сформировать правильную интонацию Тома. Имя ей показалось знакомым — кажется, о ней разговаривали Дора и Марина. Но ничего конкретного темноволосая вспомнить не смогла.       — Да, она гравировщица. Куёт древние имена для героев, но чаще всего, помогает с изготовлением оружия и починкой техники. Иногда мне кажется, что она настоящий гений! Правда, с Шилонен бывает довольно сложно…       «Хорошо, хоть в чём-то мы похожи. Есть шанс на то, что выйду из этой ситуации. Вот только… Обычно гениями являются главные персонажи… — подумала Тома, доедая остатки обеда. — Надеюсь, мне не придётся сталкиваться с агрессией… не то чтобы я против, но в драке с человеком, обладающим глазом Бога, я не выстою».       — Я тебя провожу, — кивнула светловолосая после того, как девчушки убрали за собой. Вместе подруги отправились к кузнице. Пока они шли, Качина достала из мешка несколько сверкающих камней и дала их посмотреть Тамаре. — Сегодня я нашла только эти камешки. Должна признаться, от той пещеры ожидала большего.       — Как ты их достала? — искренне удивилась Тамара, рассматривая самородки. Зелёный, красный и белый сверкали и переливались на солнце, как драгоценные камни.       — Ну… — замялась Качина. — Как и все дети Эха, я люблю бурить. Это, конечно, неоригинально, но это то, от чего я не могу отказаться. И вот так я раскапываю камни. Дома у меня их целая коллекция, так что если тебе какой-то приглянётся, ты можешь забрать его себе.       Тамара стушевалась под такими простыми и добрыми словами. Разумеется, персонажи Геншина, хотя и являлись в каком-то смысле «серыми», порой со сложным характером, но все они являлись щедрыми даже по отношению к чужакам. Тем не менее, она редко получала подарки в праздничные дни, не говоря уже о буднях. Потупив взгляд, Тома протянула самородки девочке обратно… и тут же одумалась. Вдруг какой-то из них стоит моры?       — Ты можешь подарить мне любой из них, — медленно, практически шёпотом, проговорила кареглазая.       — Тогда возьми все, — как ни в чём не бывало, без раздумий ответила блондинка.       От такого однозначного ответа Тамара даже побледнела. В её горле застрял ком, а сама она ощутила, как в животе начинает сильно тянуть. Словно кто-то внутри пытался повеситься.       — Нет, так нельзя! Это те камни, которые ты добыла. А я — чужачка, не забывай об этом. Ты не можешь просто так доверять мне плоды своих трудов, это неправильно.       Качина остановилась и пристально взглянула на смущённое лицо кареглазой, которая тут же отвернулась, чтобы не показывать чувств.       — Но Тама-Тама, я люблю дарить другим подарки… а то, что я их сама добыла — не беда, ведь это моё хобби. Если ты чувствуешь себя неловко, тогда почему бы тебе не взять синий? Он подойдёт под цвет твоих волос.       — Что? — не поняла Тамара и впервые за долгое время попробовала посмотреть на короткие волосы. И впрямь — вместо чёрного оттенка она видела тёмно-синие вьющиеся локоны. Поняв, что три дня девушка провела как во сне, даже не замечая изменения цвета, Тома хлопнула пару раз ресницами. — Это… какая-то грязь?       — Нет, ты всегда была такой.       Тамара испугалась по-настоящему. Не зная, как правильно реагировать на такое изменение, она растерянно взглянула на самоцветы, а затем — на миниатюрную блондинку. Если бы такое случилось в реальном мире, можно было вызывать санитаров и кричать в трубку, что «её покрасили озорные гномики». А что думать в магическом мире Тейвата?       Её реакцию Качина расценила по-своему.       — Прости, тебе не нравится синий? — замялась светловолосая и смущённо опустила взгляд в пол. — Я не знала… давай попробуем какой-нибудь другой…       — Нет, всё не так, — помотала отрицательно головой Тамара, забирая себе самоцвет. Нужно сделать вид, что всё хорошо, и бросить пыль в глаза. — Мне очень нравится. Спасибо, я благодарна. Пойдём уже к Шилонен, она, поди, заждалась.       С цветом волос она решила разобраться позже — сейчас возникала необходимость позаботиться о Шилонен и её заказах. По крайней мере, ей хотелось бы думать о деле, а не прокручивать у себя в голове цикличное размышление: «Синие волосы? У меня будет глаз Бога? Это Тейват так влияет? Кто мне их покрасил?».       Вот только когда девочки заглянули в мастерскую, которой, на удивление Тамары, оказался просторный навес со множеством коробок, оружия и вспомогательным инструментарием, они увидели сразу нескольких человек. Тучный мужчина в оранжевой одежде, какой-то высокий незнакомец в красном плаще и элегантной шляпе с пером, да ещё и женщина в сине-голубом наряде и странном треугольном головном уборе переговаривались друг с другом на повышенных тонах. Тамара уже заранее напряглась, обдумывая, кто же из этих троих Шилонен, когда Качина удивлённо распахнула глаза и шёпотом проговорила:       — Её здесь нет?..       Синеволосая даже подумать толком ничего не успела, когда троица, заметив подруг и не сговариваясь, с серьёзными лицами быстрым шагом направились прямо к ним. Качина даже напряглась, когда троица недовольных клиентов, — и даже не скрывающих это, — прямо встали перед ними, с вызовом посматривая на девушек. Тамара только постаралась вспомнить, как правильно выражать чувства без паники и злобы, когда резкие звуки пробудили в ней берсерка.       — Как это понимать?! — указывая на девушек, возмутилась незнакомка. Кажется, она срывалась на недовольный визг.       Тамара сама не заметила, как заскрежетала зубами.       — Что именно понять надо, может, объясните? — раздражённо отозвалась синеволосая, не скрываясь. Единственное, незаметно для окружающих, чужачка начала сжимать кулаки до такой степени, что костяшки пальцев мгновенно побелели. Качина удивлённо взглянула на обеих конфликтующих, испуганно застыв на месте. Теперь она точно напоминала щупленького очаровательного зверёныша, из-за чего кареглазая немного очнулась.       — Мы ждём Шилонен уже несколько часов, — произнёс шляпник в красном, подрагивая изящными усами. — Если вы её помощники, почему прибыли так поздно?       — Может, потому что как мне сообщили, что я помощник, так я сразу и пришла? Не приходила такая мысль в головы? — скрестила руки на груди Тамара. Злобным взглядом она обвела присутствующих. — И зачем вы ждёте её столько часов?       — Очевидно, чтобы забрать заказы! — заявил мужчина в оранжевом, мол, «ну вы совсем недоразвитая, раз не осознаёте таких простых вещей».       — За них уже заплачена полная сумма, а Шилонен нет на месте! — продолжала возмущаться заказчица. — Как можно так поздно приходить на работу?! Мы уже устали ждать! — она показательно топнула ногой и отвернулась.       — А как можно так долго ждать?! — скопировала её тон Тамара. — Вы что, не могли обратиться к Пакалю, спросить, что с Шилонен?! Может, она неожиданно заболела, а вы здесь стоите, как истуканы, и ждёте с моря погоды?! Или кишка тонка к вождю обратиться, а на меня можно все бочки катить?       — А причём здесь вождь?! — закричал нетерпеливо мужчина в красном.       Тамара не знала, почему именно к нему. Просто сказала первое, что пришло в голову. Поэтому когда она планировала уже как-нибудь выкрутиться и даже открыла для этого рот, Качина впервые подала голос за этот разговор.       — Пакаль также участвует в торговых отношениях племени, — проговорила она достаточно вкрадчиво, хотя Тамара уловила, что её руки в перчатках нервно сминают края одежды. — Поэтому такие вопросы можно регулировать с ним тоже.       — Вам стоило с самого начала сообщить ему, что Шилонен нет на рабочем месте, и тогда ваши потуги закончились бы гораздо раньше, — решила поддержать подругу кареглазая. — Нет, вы предпочли стоять, как на казни, чтобы наброситься на первого попавшегося человека… — Тамаре показалось даже, что её слова прозвучали, как от обиженного человека, хотя добиться она хотела совершенно не этого эффекта. Впрочем, нельзя было отрицать, что её не задели. Но Тамара решила скрасить свою реакцию показательным рыком и последующим вздохом. — Я не удивлюсь, если Шилонен нарочно не пришла к вам, потому что вы те ещё хамы.       Пока Качина замерла на месте, шокированная неожиданным поведением подруги, заказчики, обидевшись, принялись оспаривать доводы и объяснять, кто тут дурак на самом деле. В это время миниатюрная блондинка совсем не знала, что предпринять. Только что Тома открылась ей с новой стороны. Темноволосая ведь являлась молчаливой и хмурой девушкой, а оказывается, её так легко вывести из себя. Да, конечно, в первую встречу, когда кареглазая только-только очнулась, она тоже жару дала, но тем не менее, блондинка списала это на шок. И неизвестно, сколько времени продолжался конфликт, но голубоглазая начала постепенно замечать, что вокруг собираются её соплеменники в полном непонимании.       Наконец заказчица из народа Родников не выдержала и уже взялась за оружие, чтобы настучать по нерадивой головушке Тамаре. Но вопреки угрожающей опасности, Тома наоборот негодующе взглянула на шляпницу, немного пригнувшись и готовясь вовремя увернуться от удара. Что касается Качины, то она, в свою очередь, приготовилась достать оружие, чтобы отбить подругу. Даже если Тома не такая, как она её представляла с самого начала, Качина ни за что не позволит ударить подругу!       Но прошло мгновение — и рядом с враждующими материализовался Пакаль. Сверкнув оранжевыми очками, мужчина стремительно оказался прямо в середине двух девушек и громко хмыкнул, как бы обращая на себя внимание. Женщина племени Родников неловко поскользнулась от неожиданности, но устояла на месте.       — И в чём же дело? — отозвался он.