7.
5 октября 2025 г., 21:22
Ключевой образ в поэме, без которого невозможно ее полноценное понимание - образ Христа. С самого выхода ее он стал объектом дискуссий. О нем составлены самые разные мнения, но здесь хотелось бы осветить самые расхожие.
1. Христос - это антихрист. Он ведет шествие красногвардейцев за собой. В защиту такой точки зрения можно предположить, что, казалось бы, благой посыл революции был истолкован неправильно; и именно из-за этого начали твориться разрушения старого мира (шелудивого пса, голодного и безродного) и прочий жупел революции.
Здесь Блоком могла быть заложена аллюзия на "Фауста" Гете (которого мы, надеюсь, перечитаем с карандашом и точно так же разберем). Работая над "Двенадцатью", поэт перечитывал трагедию немецкого классика. Только масштаб искушения, следуя такой теории о Христе, был в поэме заложен глубже и менее предметно, с помощью оставшихся "за кадром" собирательных образов. Фауст и Мефистофель заменены на народ и антихриста.
2. Революция - от бога. Иисус ведет за собой красногвардейцев как новых хозяев жизни.
Быть может, Блок, закончив черновой вариант поэмы, так и подумал, написав: "Сам Господь..."
3. Ополченцы стреляют в спину Христу, но тот продолжает вести за собой народ, благословляет перемены. Так Блок хотел донести до нас, что разбой, разрушения и дикий пафос Революции временны, а добро и все лучшее все же восторжествуют.
Такой версии придерживаюсь я. Такой вывод сложился из-за совершенно внезапного относительно сюжета появления Христа, намеки на которое появились далеко не сразу, а после того, как автор, работая, впал в ступор и стал думать над финалом. Иисус здесь - деталь вроде чеховского ружья, только наоборот: оно не висело на сцене, но выстрелило. Таким образом, этот вывод я сделал, зная подробно историю работы над поэмой и используя навыки драматурга и сценариста; я думал как писатель.
В целом, три описанные гипотезы имеют право на существование. Блок как символист не оставил четкой трактовки поэмы, но дал нам, читателям, возможность хорошенько подумать.
Также именно поэтому нельзя однозначно утверждать, революционная поэма или контрреволюционная.