the beginning of the end

Дверь закрылась, оставив Йоичи наедине с бурлящими мыслями и предчувствием чего-то опасного, но невероятно заманчивого. Он еще секунду стоял неподвижно, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Затем резко выдохнул и схватился за сумку. Что-нибудь маскирующее... Его взгляд упал на склянку с полупрозрачной, постоянно подрагивающей жидкостью — самодельная вариация Оборотного зелья, которую он втайне совершенствовал все лето. Не идеальный вариант, слишком непредсказуемый и болезненный, но быстрый. Достаточно капли биологического материала. Йоичи судорожно обыскал карманы. Засохшая травинка, обронённая, должно быть, кем-то из проходивших мимой студентов? Не годится. Он замер, и его взгляд упал на тёмный волос, прилипший к мантии Кайзера на том месте, куда тот прислонился к полке. Идеально и одновременно пугающе. Через час, прячась в тени арки в заброшенном крыле, Йоичи уже сожалел о своей решимости. Превращение было коротким, но мучительным, как всегда. Теперь он смотрел на мир глазами, цвет которых ненавидел, и чувствовал, как непослушные пряди белокурых волос падают на лоб. Маскировка была безупречной — он был уменьшенной копией Кайзера, в старой, ничем не примечательной мантии. — Неплохо, — раздался одобрительный шёпот прямо у него за ухом. — Практически моя тень. Жутковатое зрелище. Настоящий Кайзер вышел из ниши, словно сама тьма его породила. На нём была чёрная, облегающая одежда, больше похожая на наряд магла-взломщика, чем на обычную мантию волшебника. В руках он вертел уже знакомую Йоичи палочку. — Я взял твою, — бросил он, заметив взгляд Исаги. — Не хочу, чтобы мою опознали. Готов? Йоичи лишь кивнул, ненавидя то, как легко это самодовольное выражение лица пришло к нему теперь. Кайзер, не теряя времени, провёл палочкой по стене, прошептав сложное заклинание. Камни бесшумно раздвинулись, открывая узкий, пыльный лаз — один из многочисленных потайных ходов Хогвартса, о которых, казалось, знал он один. — Пошли. И старайся не шуметь. Твои кожаные туфли скрипят противнее, чем мои. Путь по лазу был тесным и душным. Йоичи, зажатый в теле другого человека, чувствовал, как паника подступает к горлу. Он дышал чаще, сосредотачиваясь на спине Кайзера, который двигался с кошачьей грацией и абсолютной уверенностью. Вскоре они выбрались в укромный закоулок на территории Хогсмида. Ночной воздух был холодным и колким. Кайзер, не говоря ни слова, протянул руку. Йоичи на секунду запнулся, потом понял и схватился за неё. Мир сжался в туннель, их резко закрутило и потащило сквозь небытие. Они приземлились в тёмном переулке где-то в Лондоне. Перед ними высилось унылое здание «Ежедневного пророка». Окна были тёмными, кроме пары освещённых кабинетов на верхних этажах. — Дежурный редактор и пара сторожей, — беззвучно прошептал Кайзер, его глаза сузились. — Следуй за мной и повторяй всё в точности. Он вытащил из кармана небольшой серебряный прибор, щёлкнул им, и странная волна тишины окутала их. Звуки города словно утонули в вате. Кайзер направил палочку на замочную скважину боковой двери. Раздался тихий щелчок, и дверь отъехала. Внутри пахло бумагой, пылью и магическими чернилами. Кайзер двигался как призрак, его палочка выписывала сложные узоры, отключая пару триггерных чар, почти невидимых глазу. Йоичи следовал за ним, поражаясь его наглости и мастерству. Они проскользнули в кабинет Риты Скитер. Он был таким же, как и она сама — кричащим и беспорядочным. Повсюду валялись стопки бумаг, перья, фотографии. В углу стоял массивный письменный стол, заваленный рукописями. — Ищем её чернильницу. Не ту, для показухи, а ту, которую она использует на самом деле, — Кайзер принялся обыскивать стол с хищной эффективностью. Йоичи заметил неброскую, потрёпанную медную чернильницу, спрятанную за стопкой макулатуры. В воздухе над ней висело слабое защитное заклятие. — Вот, — он указал на неё. — Отлично. Чувствуешь защиту? Примитивное, но болезненное. Ожог и сигнализация. — Кайзер усмехнулся. — Дай-ка сюда. Он подошёл, внимательно изучил чернильницу, а потом... просто дунул на неё. Защитное заклятие дрогнуло и погасло, словно свеча. — Как ты...? — Всему своё время, Йоичи. Всему своё время, — Кайзер достал маленький пузырёк с вязкими, почти чёрными чернилами. — А теперь самое интересное. Он аккуратно капнул содержимое пузырька в чернильницу Скитер. Жидкости смешались без следа. — Всё. Завтра, когда она начнёт писать, её собственные слова будут понемногу исчезать, а вместо них будут проявляться те самые компроматирующие подробности. Эффект продлится несколько часов, пока всё не выйдет на первый план. — Он повернулся к Йоичи, и в его глазах плясали огоньки настоящего, ничем не прикрытого восторга. — Ну что? Доволен, герой? Йоичи посмотрел на чернильницу, потом на сияющее лицо Кайзера. Чувство мести было сладким и густым, как мёд. Он чувствовал свою силу, свою опасность. И чувствовал опасность, исходящую от того, кто стоял перед ним. — Да, — тихо, но твёрдо сказал он. — Доволен. Кайзер замер, его ухмылка сменилась странной, изучающей улыбкой. Он сделал шаг вперёд, сокращая и без того маленькое расстояние между ними в тесном кабинете. — Знаешь, что самое интересное? — его голос упал до шепота, густого и интимного. — Тебе это понравилось. Нравится быть не тем примерным пай-мальчиком из Гриффиндора. Он протянул руку и прикоснулся к лицу Йоичи — проводя пальцем по линии щеки. — Я вижу это в твоих глазах. Йоичи отшатнулся, сердце бешено заколотилось в груди. Зелье начало слабеть, он почувствовал, как кости ноют, готовясь к обратной мучительной трансформации. — Мы закончили здесь, — пробормотал он, отворачиваясь. — Давай уйдём. Кайзер рассмеялся — тихо, глубоко и победоносно. — Конечно, мой дорогой сообщник. Уходим. И когда они выскользнули обратно в холодную лондонскую ночь, Йоичи понимал, что перешёл некую грань. И что Кайзер был прав — ему это действительно понравилось. И от этой мысли было так же страшно, как и от самого лысого, безносого чёрта.