Взгляд из толпы

В какой-то момент до Вегаса дошло: отец не просто злится, он перешёл к действиям. Началось все незаметно. Тихие беседы, словно подкрадывающиеся тени. Подконтрольные люди, глазами буравящая Тэ всякий раз, как тот попадал в поле зрения клана. Завуалированные вопросы, прикидывающиеся невинностью: «Кто он тебе?», «Как часто вы видитесь?», «Не кажется ли тебе, что он знает чересчур много?». Затем маски были сброшены. — Это увлечение должно закончиться, — отрезал отец Вегаса за ужином, где они были только вдвоём. В его голосе сквозил мороз, а взгляд был тяжелым, словно свинец. — Ты позоришь имя семьи. Вегас молчал, с маниакальной медлительностью орудуя ножом над куском мяса. Не ел. Просто внимал. Каждое слово резало больнее ножа. — Я слишком попустительствовал тебе. Но этот... мальчишка из свиты Кинна? Ты затеял любовную интрижку в самом опасном месте. Ты должен отдавать себе отчёт, чем это может кончиться. — Если бы я хотел интриг, — наконец ответил Вегас, — я бы выбрал кого-то попроще. И того, на кого ты бы не обратил и толики внимания. — Тебе доставляет удовольствие идти наперекор мне? — Мне доставляет удовольствие быть самим собой. Отец с грохотом отодвинул стул. — Ты забываешь, кто тебя взрастил. — Я ничего не забываю. Просто ты не желаешь признавать, что я больше не ребёнок. Взгляды их скрестились. Стало очевидно: Тэ уже не мимолётное увлечение. Он стал тем рубежом, за который Вегас, впервые за долгое время, решил стоять насмерть. На следующий день Тэ начал ощущать на себе чужие взгляды. Не нужно было вертеть головой – он знал. Шаги за спиной, пристальные взгляды, автомобили без номеров. Все до боли знакомо. Он не стал сразу говорить Вегасу, но тот нутром почувствовал неладное. — Ты уверен, что хочешь быть со мной? — спросил Тэ на пороге своего дома. Вегас стоял, храня молчание, лицо его мрачнело с каждой секундой. — Они посмели тронуть тебя? — Пока нет. — Тэ прищурился. — Но я не идиот. Это уже не просто слежка. Вегас, не говоря ни слова, стремительно прошел мимо него внутрь. — Он думает, что сможет запугать тебя. — Он думает, что таким образом заставит отступить тебя, — тихо возразил Тэ. — Он давит на меня, Вегас. Это уже не шантаж. Это самая настоящая угроза. И тогда Вегас, впервые за долгое время, опершись руками о стол, произнес почти шепотом: — Если он хоть пальцем тронет тебя – я его убью. Тэ подошёл к нему со спины, обнял, прижавшись лбом к его лопаткам. — Просто не исчезай из моей жизни. Это единственное, что мне важно. Когда до Кинна дошли не просто слухи, а подтверждённые факты, собранные его людьми, он вызвал Вегаса на личную встречу. Они встретились в кабинете Кинна. Без Порша, без Тая, без охраны. Только двое мужчин, которым было что терять. — Вы вместе? — голос Кинна был ровным, без намёка на обвинение. Пока. Вегас, стоя у окна, ответил почти мгновенно: — Да. — Ты влюблён? В повисшей тишине слышалось лишь тиканье часов. Вегас повернулся лицом к Кинну. — А ты? Кинн усмехнулся, но улыбка его была лишена радости. — Порш – не Тэ. Он не заложник. Я не обязан отчитываться за него перед отцом. А вот ты… — он приблизился к Вегасу, голос его стал ниже. — …если ты причинишь хоть малейший вред Тэ, если ты хоть на шаг приблизишь его к той опасности, которую сам же в его жизнь притащил, — я собственноручно убью тебя. Вегас остался невозмутим. — Ты действительно веришь, что я способен причинить ему боль? — Я думаю, ты сам себе не доверяешь. Ты – дитя своего отца. Хищник, которого с пелёнок учили убивать с обворожительной улыбкой на лице. А Тэ… он другой. Он более ранимый. Более невинный. Ты сломаешь его, даже не желая этого. — А что, если не сломаю? — прошептал Вегас. — Что, если, наоборот, помогу ему стать сильнее? Кинн замер, поражённый услышанным. — Тогда это будет первый случай, когда ты сделал что-то по своей воле, а не по чьей-то указке. Они смотрели друг другу прямо в глаза. Без ненависти. Но и без намёка на прощение. — Я тебя предупредил, — тихо произнёс Кинн. — И не рассчитывай на мою поддержку. Если Тэ пострадает – я буду первым, кто спустит курок.