Взгляд из толпы

Порш почувствовал, что Кинн держит что-то внутри. Это было не так сложно заметить — у того менялся взгляд, когда разговор заходил о Вегасе. Не с презрением. С усталостью. — Ты не хочешь, чтобы они нашли их, — сказал Порш однажды вечером, сидя на подоконнике с чашкой чая. Кинн посмотрел на него. — Я не могу их защитить. Ни его. Ни Тэ. — А если бы мог? — Я бы отправил их подальше. На остров. В Чили. Или в ад. Лишь бы подальше от этого дома. — Тогда скажи мне, — Порш подошёл ближе, — ты хочешь, чтобы твоя семья победила, или чтобы выжили те, кто ещё умеет любить? Кинн не ответил. Он только выдохнул. На следующий день Порш исчез с радаров. Официально — дела в Паттайе. Неофициально — он появился в том же городе, где прятались Тэ и Вегас. Он пришёл без предупреждения. Без охраны. Только с одной фразой: — У нас мало времени. Я здесь не как часть клана. Я здесь как тот, кто тоже когда-то любил человека, которого нужно было защищать от мира. И тогда Тэ впервые за долгое время позволил себе надеяться. Три часа дороги пролетели в молчании. Только глухое урчание мотора и короткие взгляды в зеркало заднего вида. Порш за рулём. Вегас рядом. Тэ — на заднем сиденье, с пальцами, вцепившимися в ткань сиденья. — Это безумие, — наконец выдохнул Вегас, поворачиваясь к Поршу. — Ты везёшь нас туда, где нас хотят уничтожить. — Именно. Потому что это они и не ожидают, — хмуро ответил Порш, не отрывая взгляда от трассы. — Ты, сын второго главы, и Тэ, который должен был стать очередной тенью в жизни Тая, вернётесь на порог дома, чтобы бросить им в лицо не оправдание, а выбор. — И какой, по-твоему, у них будет выбор? — Тэ наклонился вперёд. — Убить нас на глазах у всех? — Нет. Они либо покажут своё настоящее лицо, либо проиграют свою игру. — Порш на мгновение встретился с ним взглядом в зеркале. — Я умею провоцировать тех, кто уверен в своей власти. Вегас усмехнулся. — Ты думаешь, мой отец клюнет на спектакль? — Я думаю, твой отец давно перестал контролировать всех своих людей, — спокойно произнёс Порш. — Я думаю, ты знаешь это тоже. — Ты рискуешь всем, — сказал Вегас. — Тебя вычеркнут, если мы провалим это. — Кинн уже знает, — ответил Порш. — Он молчит. А если молчит Кинн — значит, даёт шанс. Один. Без права на ошибку. Они остановились у отеля недалеко от особняка, чтобы переодеться, отдышаться, договориться до конца. — Входим вместе. Не поодиночке. Не как беглецы. — Порш наливал чай, будто всё это обычный визит к родственникам. — Входим как союз. Как доказательство, что ваша любовь — не слабость, а оружие. — Звучит как дешёвый лакорн, — фыркнул Вегас. — А это и есть лакорн. Только тут без дублёров и дублей. — Порш взглянул на Тэ. — Твоя задача — не молчать. Говори. Будь собой. Пусть видят, что ты не тряпка, не игрушка. Ты человек, за которого Вегас готов умереть. Пусть поверят, что ты — тот, кто умеет держать выбор. — А ты? — спросил Тэ. — Кто ты в этом спектакле? — Я? — Порш усмехнулся. — Я тот, кто бросит в лицо Кану апельсиновую кожуру, пока он пьёт свой сраный виски. Я — хаос. И я хорош в нём. Когда они вошли в дом второй семьи, всё будто замерло. Стража напряглась. Тишина была такой, что слышно было даже, как капает вода в фонтане. Отец Вегаса поднялся из кресла медленно. Его взгляд — холодный, острый, как лезвие. Кинн стоял чуть поодаль, рядом с Питом, с лицом, из которого нельзя было вычитать ничего. Они приехали раньше. — Ты осмелился вернуться? — проговорил глава с нажимом. — И привёл с собой его? Вегас сделал шаг вперёд. — Я пришёл не за прощением. И не за разрешением. Я пришёл, потому что устал прятаться. Этот человек — со мной. Не как прикрытие. Не как игрушка. А как выбор. — Твоя слабость, — процедил отец. — Твоя гниль. — Моя сила, — бросил Вегас. — Потому что, в отличие от тебя, я умею защищать, а не только разрушать. Тэ встал рядом, прямо, не прячась. — Вы можете стрелять, можете угрожать, но вы не сможете заставить меня исчезнуть. Я не ваша собственность, не чей-то мальчик, я сам себе имя. И если вы решите убрать меня — вы потеряете его. Наступила пауза. Кинн вышел вперёд. Смотрел на Вегаса как будто сквозь. — Если ты навредишь ему, — его голос был ровным, пугающе спокойным, — я сам встану против тебя. И тебе не поможет никто. Ни титул, ни кровь. Я убью тебя, Вегас. — Тогда тебе придётся быть рядом. Потому что я — рядом с ним. Всегда, — ответил Вегас. Кинн молчал ещё секунду. Потом кивнул Поршу. Тот шагнул вперёд, как человек, у которого есть ещё один туз в рукаве. — Вы не сможете больше скрывать свою гниль под словом «семья», — сказал Порш. — Они — не слабость. Они — то, что делает вас уязвимыми. Потому что вы понятия не имеете, как бороться с людьми, у которых есть настоящая любовь. Ночь опустилась на дом второй семьи словно чёрная вуаль. Вокруг — тишина, нарушаемая лишь редкими шорохами и приглушёнными голосами. Но внутри скрывался шторм. Ган Тирапаньякун, глава второй семьи, отец Вегаса, сидел в своей комнате, окружённый самыми преданными людьми. Его лицо было каменным, глаза — холодными. — Он слишком многое изменил, — холодно произнёс он. — Тэ — это яд. Он разрушает порядок. Я не могу позволить этому продолжаться. — Мы уже подготовили людей, — тихо сказал один из телохранителей. — Сегодня ночью мы заберём его. — Сделайте это быстро. И бесшумно. — Его голос прозвучал как приговор. Тэ лежал в комнате, что выделил ему Кинн, наконец позволив себе расслабиться после дня, полного напряжения. Внезапно раздался тихий скрежет — сигнал тревоги. — Они пришли, — прошептал Вегас, входя в комнату с оружием в руках. — Быстро, за мной. Они выскользнули в коридор, но дом уже окружали люди отца Вегаса. Вегас вёл Тэ по узким проходам, меняя направления, пытаясь уйти от преследования. — Нам нужно выйти наружу! — кричал Вегас, держа Тэ за руку. Внезапно из тени выскочила фигура. Выстрел. Вегас принял удар на себя, повалившись на пол. Кровь медленно растекалась по его одежде. — Вегас! — крикнул Тэ, опускаясь рядом с ним. — Ты должен бежать, — сквозь боль произнёс Вегас. — Не позволяй им взять тебя. Но Тэ не хотел оставлять его. Он схватил Вегаса за плечо, пытаясь поднять. — Нет. Мы вместе. Из тени появилась группа телохранителей. Порш с криком бросился в бой, закрывая спины друзей. Порш махал кулаками, отбивая нападавших, но силы были неравны. Кинн, узнав о происходящем, ворвался в дом с несколькими мужчинами, поднимая общий шум. — Отступаем! — крикнул он, глядя на раненого Вегаса. — Они не уйдут с тобой. Вегас тяжело дышал, но видел в глазах Тэ и Кинна решимость, которой сам был лишён сейчас. — Бой ещё не закончен, — прошептал он, сжав руку Тэ. Когда шум стих, враги отступили, оставив за собой разбросанное оружие и беспорядок. Вегас был ранен глубоко, но жив. — Ты герой, — тихо сказал Тэ, прижимая его к себе. — Мы — команда, — ответил Вегас, улыбаясь сквозь боль. — И нам предстоит много бороться.