Безмолвное притяжение

***

Молчание...

Ветер шуршал, фонарь подрагивал, а она… храпела. Голова закинута на спинку скамьи, рот приоткрыт. Звуки, которые вырывались наружу, едва ли можно было назвать приятными. — Хр… хрр… аа… ха… У Ен скосил глаза на соседку и едва не прыснул. — Очаровательно, — фыркнул он вполголоса и откинулся на спинку. Разбудить её? Ага, как же. Скорее она снова разрыдается за «вмешательство», чем скажет «спасибо». И вообще — какое ему дело? Пусть хоть устраивается здесь на ночлег. Судя по всему, именно этим она и занялась. Сначала рыдала так, будто жизнь её подошла к концу, потом опять — вроде бы из-за того, что он отказался ей помогать. Должен ли? А теперь вот — репетирует роль «спящей красавицы» прямо перед ним. Зрелище ещё то. Он чуть наклонился ближе. Веснушки. Редкие, разбросанные по носу и щекам. Обычно незаметные, а сейчас — такие чёткие. И даже милые, хоть она, скорее всего, не обрадовалась бы, узнай она, о чём он подумал. — Вот уж открытие, — пробормотал он и снова откинулся назад. Вздохнул, поставил пакет с вещами между ними и едва заметно усмехнулся. Зачем он тут задержался? Сам не знал. Просто увидел, что она всё ещё сидит, и почему-то решил остаться. Спешить ему все равно было некуда. Через какое-то время тишину прорезал звонок. Громкая мелодия заиграла резко, будто специально, чтобы свести кого-то с ума. Кан, скрестив руки и тоже уже почти проваливаясь в сон, дёрнулся от звука и приподнял голову. Механически глянул влево. Со А всё так же лежала без движения. Да что с ней… настолько вымоталась, что даже этого не слышит? На миг мелькнула нелепая мысль — а вдруг она уже того? Но нет: грудь равномерно поднималась и опускалась. Жива. Слава богу. Ему только этого не хватало. Она и так успела доставить хлопот выше крыши. Из её кармана пробивался мигающий свет: телефон. Звонили ей. Вдруг девушка дёрнулась, словно пробиваясь сквозь вязкий сон, и её веки начали медленно подниматься. Девушка распахнула глаза, так резко, словно вся жизнь только что пронеслась перед ней. Несколько секунд она тяжело моргала, будто веки не слушались, отяжелевшие и опухшие. У Ен с любопытством наблюдал за этим, откровенно дожидаясь момента, когда она наконец заметит его. Хотя, по правде сказать, лучше бы не замечала. Так у неё, глядишь, и нервы целее останутся. Телефон успокоился: звонок стих, вибрация оборвалась. Она же всё ещё зависала в странном полусне, с отсутствующим выражением лица. Интересно… она вообще в здравом уме? Парня это все начало утомлять. Он протянул руку и помахал прямо перед её носом. Девушка вздрогнула и резко повернулась к нему. — Домой не собираешься? — голос прозвучал для неё мутно, будто из-под воды. Лишь спустя несколько секунд до неё дошло, что происходит. Вот только одного она так и не могла понять: что этот У Ен снова тут забыл? — Я что, во сне? — пробормотала девушка, всё ещё глядя на него. Потом подняла руки и слегка похлопала себя по щекам. Кан тяжело вздохнул. — Иди домой уже. Ему и вправду хотелось, чтобы она скорее ушла. Посидели и хватит. Тогда и он сам смог бы спокойно направиться в сторону спортзала. Вдруг выражение её лица переменилось: с каменного, чуть растерянного — на раздражённое. Брови дрогнули, нахмурились, взгляд упал в землю. Она отвернулась, словно прячась. — Не подходи ко мне больше, — сказала она. Голос прозвучал неожиданно резко, но в этой резкости слышалась дрожь, настоящая ранимость, которую она пыталась скрыть. Ему это явно не понравилось. — Разве я тебя достаю? — наклонил он голову набок, будто безразлично. Но её тон задел куда глубже, чем он хотел показать. — Да, а как же иначе? — Со А резко поднялась на ноги. Голос всё ещё подрагивал, будто она сама пугалась сказанного. — И… зачем ты вообще сел рядом? Тебе прошлого раза мало было? Ты.. такой.. — слова застряли, она встретилась с его пронзительным взглядом и осеклась, не в силах продолжить. Вспомнив, кто всё-таки перед ней, она поняла: даже если бы это был совершенно другой человек, не такой опасный, как он, скорее всего, она всё равно испугалась бы. Так что суть особо не менялась. Всё же… его стоило побаиваться. Но совесть у него, по идее, должна быть хотя бы немного. Она не пыталась давить на жалость и уж точно не хотела вызывать у такого человека сострадание к своей ситуации. Слухи мешали ей гораздо сильнее, чем он мог подумать. Она пыталась просто, по-человечески, объяснить своё положение и попросить его одним словом прояснить: сказать, что между ними ничего нет, вместо молчания. Или, в крайнем случае, заявить, что он её вообще не знает. Его стримы смотрят тысячи людей, так что для него это было бы совсем не трудно. — И какой же я, по-твоему? — У Ен смотрел так, что ей стоило бы промолчать. Но голос звучал иначе, вызывающе, он нарочно толкал её на ответ. Она дёрнулась, плечи сжались, будто всё её тело отступило внутрь. Взгляд упал в землю, её привычная защита, та самая робость, от которой он всегда невольно раздражался. «Маленькое загнанное животное.» — Про себя решил спортсмен. — Ты сама виновата в слухах, — он хрипло усмехнулся, вытаскивая банку газировки из пакета. Щёлкнула крышка. — В чём моя вина? Я же говорил: у меня ни малейшего желания обсуждать это. Так что разбирайся сама, раз уж ты так печешься об этом. Он отхлебнул, даже не моргнув, и снова уставился на неё. Тяжёлый, пронзительный взгляд будто прижимал к месту, не давая ей шагнуть в сторону. Она стояла. Всё так же молчала. — Слышишь? — повторил он, на этот раз тише, но жёстче. — Я сказал: сама разбирайся. — Ты не понимаешь… — тихо выдохнула Пэк. Кан дёрнул бровью, но под падающей на лицо чёлкой этого никто бы не заметил. — Я попросила тебя помочь, потому что отчасти это и твоя вина, — её голос дрожал. — Но откуда мне было знать, кто ты такой!? Слышишь? Я не знала! — слова застряли комом в горле. Она судорожно вдохнула и всё же заставила себя продолжить: — Я не знала, что ты настолько популярен. Я… я бы… ни за что. Ни за что бы не связалась с тобой. Ты просто… ужасен. Воздух с трудом пробивался в лёгкие. Слёзы снова подступили, эти проклятые слёзы. Она всхлипнула, шмыгнула носом. Он молчал. — Я поняла тебя… — прошептала она чуть тише, отворачиваясь. — У тебя и без меня проблем хватает. Так что… давай больше не пересекаться. Я продолжу не идти этим путем, а ты не подходи ко мне. Наилучшим выходом она сочла просто никогда больше не встречаться. Юн Джу всё-таки была права: со временем всё должно было забыться. С самого начала следовало думать об этом. Но она зашла слишком далеко, и теперь глубоко жалела о каждом слове и действии. Челюсть подрагивала. В его присутствии всегда стояла эта вязкая, давящая тяжесть, и она никак не могла почувствовать рядом с ним облегчение. Она поспешила уйти, почти бегом. Но голос за спиной всё-таки заставил её на секунду замереть. Лишь на секунду. Он, наконец, решил заговорить, в своём привычно сухом тоне. — Колени у тебя не очень выглядят, — бросил он. — Обработай их… или сделай что-нибудь с ними. Внутри всё вскипело. Голова будто загорелась, сердце стучало быстрее. — Знаешь же, я не люблю, когда люди портят вид, — добавил он, будто это было единственным о чем стоило сейчас беспокоиться. Да это же просто невозмутимо! Он что, вообще её не слушал? Зачем она тогда всё это говорила, изливаясь? И при чём тут её содранные колени?! Со А резко ускорила шаг, лишь бы уйти подальше. Она больше не вынесла бы его компании. Боже… это было невыносимо.

***

По пути домой она пару раз проверила, на месте ли телефон. Выключив его, так и не заметила, как добралась до дома. Всё словно пролетело мимо. Время было уже около девяти вечера, может, и позже. Вздохнув перед дверью квартиры, она потянулась за ручкой, и вдруг заметила, что та не заперта. Быстро проскользнув внутрь, поплелась по коридору. В зале сидели родители: мать с усталым лицом что то убирающей на кухне, даже после работы в больнице и отец, строгий, сидел на диване в противоположной комнате на диване, держа в руке какую то книгу, и её пронзил его взгляд, он явно ждал каких либо объяснений от новой выходки дочери, которые впрочем повторялись часто в последнее время. Но объясняться сил не осталось. Смотреть на отца даже не хотелось. Вообще ни на кого смотреть не хотелось. Поймет ли он её? Нет. Ну вот и ответ. — Задержалась. Извините. Я к себе, — выдохнула она, и сразу поспешила в комнату. И прежде чем мистер Пэк успел её окликнуть, Со А уже скрылась в своей комнате и захлопнула дверь. Зайдя, она даже не включила свет и сразу щёлкнула замком на двери. Шторы оставались распахнутыми, но в комнате уже царил полумрак: серый, вязкий, как её мысли. Она опустилась прямо на ковёр, рюкзак без сил скинула с плеч и оттолкнула ногой куда-то в сторону. Колени ныли, щёки ещё хранили следы слёз, но плакать уже не получалось. В груди стояла пустота, будто всё внутри выжгло. Она уставилась в тёмное окно, где отражалось её бледное лицо, и тихо обняла себя за плечи. Никто не поймёт. Ни родители, ни он. Никто.

***

Прошло несколько дней.

Всё вроде бы шло как обычно. Ну, как «обычно»… Теперь ей приходилось привыкать к другой жизни. Точнее, учиться делать вид, что всё нормально. Учёба страдала. Сосредоточиться стало невозможно, мысли постоянно возвращались к одному и тому же. Что удивляло, Ен Ши Ын будто вовсе не замечал всей этой шумихи. На сплетни и взгляды он не реагировал, а когда приятели Ен Бина на перемене вышли к нему с разговором, то вскоре отстали. Со А даже ожидала, что снова может вспыхнуть драка — ещё одна она бы, наверное, просто не вынесла. Но, видимо, ребята попросту боялись Ши Ына. И это играло ему на руку: рядом с ним редко кто решался заговорить. В отличие от неё. Вот и сейчас. На перемене к ней неожиданно подошли несколько девочек. — Ты Пак Соль? Или Со Ен?.. Ты вроде знакома с Кан У Еном, это ведь так? Со А выдавила что-то похожее на улыбку. Они сыпали вопросами: как она его знает, встречаются ли они, когда познакомились, не хочет ли она их познакомить… Сначала было мучительно неловко отказывать: она путалась в словах, краснела, прятала глаза. Но теперь всё чаще отвечала коротко и твёрдо: — Мы не знакомы. Это просто совпадение.. Я его не знаю. Впрочем, ей не верили. Девочки со вздохом отходили, но стоило им отвернуться, как она слышала за спиной: — Да она простушка… какая-то неуклюжая. Тоже мне.. Жалко ей, что ли, номер дать? От этих слов внутри будто кто-то сжал сердце ледяной рукой. Снаружи она делала вид, что не слышит, но пальцы сами собой сжимались в кулак.

***

Поправив верхнюю кофту и стряхнув пыль с юбки, Со А закрыла глаза, глубоко выдохнула и попыталась убедить себя, что её затея не такая уж и плохая. Ну, вперёд! Девушка зашагала дальше. Занятия наконец закончились, школьный двор гудел — кто-то толпился у ворот, кто-то спешил домой. Юн Джу сегодня не было, и до следующей недели она вряд ли появится. Бедняжка заболела. Хотя… зная её, скорее всего, всё дело в том, что она продолжала уплетать любимое мороженое даже в холод. Сегодня была пятница. Со А услышала шаги за спиной. Рядом с ней выровнялись трое парней. Она машинально ускорила шаг, но услышала за спиной насмешливый оклик: — Ну куда ты! Э-эй! — протянул первый. — Постой же, — подхватил второй. Она замерла, и они быстро её догнали. И, как ни странно, всё оказалось предсказуемо: речь пошла о том самом надменном, бессовестном хулигане. Конечно же, о Кане. Им явно было любопытно: как такой парень, весь в драках и спорте, мог быть связан с ней? Со А прекрасно понимала, что выглядит простенькой и ничем не выделяется среди других девчонок. В школе было полно ярких красавиц, и на их фоне она сама себе казалась бледной и неуклюжей. Если бы Кан захотел, он мог ухватить хоть самую популярную: ту, за которой бегали многие. — Слышь, а не знаешь, где Кан У Ен зависает? — лениво спросил первый. — Разговорчик есть, — добавил второй, тот, что был выше остальных и явно любил строить из себя грозу. Третий вдруг ухмыльнулся, глядя на неё с головы до ног: — Вот какая ты в жизни. Не думал, что у него такой вкус. Со А почувствовала, как внутри всё сжалось. Щёки мгновенно запылали, в груди застрял ком. Она не привыкла к таким взглядам и словам, и отвращение захлестнуло её так резко, что даже пальцы задрожали. Никогда прежде она не испытывала к людям такого гнева… кроме как к отцу. Первый парень заметил её реакцию и неловко подтолкнул приятеля локтем. — Да шутит он, чего ты. Ну так знаешь или нет? И тут она неожиданно для самой себя остановилась. — П-послушайте… — слова застревали, голос дрожал, но глаза сверкнули. — Я никак не связана с этим У Еном. Поэтому… пожалуйста, оставьте меня в покое. Она резко прибавила шаг, надеясь поскорее уйти. Но сзади снова донеслось: — Да мы не тронем его, не переживай ты так, — Отмахнулся он с полусмешком. —Просто… Со А пыталась идти, не оборачиваясь, но парни не отставали. Сердце колотилось всё сильнее, так, будто она вот-вот сорвётся и расплачется прямо здесь, перед ними. Она чувствовала себя маленькой, беспомощной, словно пёрышко, которое можно поддеть пальцем и оно улетит куда угодно. Но вдруг что-то оборвалось внутри. Достало. Слишком далеко. Она резко остановилась, сжав лямки рюкзака так, что побелели пальцы, и подошла к ним вплотную. Голос дрожал, но глаза блестели, в них впервые появилось нечто новое. —....Как твоё имя? — вылетело у неё прежде, чем она сама успела подумать. Парень растерялся. Его дружки тоже прикусили языки. — Моё?.. — пробормотал он, неловко ёрзая. — Э-э-э... Бён Чхоль… — Отлично, — Со А старалась говорить ровно, но слышала, как предательски срывается её голос. — Ещё раз ты меня потревожишь… И.. Я пойду к учителю. И, не оборачиваясь, она поспешила прочь, чувствуя, как внутри всё дрожит, как будто ноги вот-вот подкосятся. — Фиг с ней… — пробормотал Чхоль провожая взглядом уходящую девчушку, всё ещё недоумевая, как эта простушка умудрилась его осадить. — Пойдёмте, пацаны, — махнул он рукой, будто отмахиваясь от неприятного комара. Они нехотя развернулись и пошли прочь, переговариваясь вполголоса.

***

Сегодня Со А даже не появилась на дополнительных занятиях. Учителям она сказала, что плохо себя чувствует и что родители в курсе. Но вместо того, чтобы отправиться домой, направилась в небольшое кафе, куда собиралась попроситься на подработку. Место находилось всего в нескольких минутах от школы. Удобно, и одновременно рискованно: слишком велик шанс столкнуться здесь с одноклассниками. Мысль об этом заставляла её сердце биться быстрее. Подойдя к двери, она ощутила, как дыхание стало неровным: всё это казалось слишком серьёзным, почти взрослым шагом. Телефон в её кармане вдруг вспыхнул. Сообщение оказалось от Юн Джу.

«Привет. Как ты? Не пристают в школе?»

Со А быстро открыла чат и, дрожащими пальцами, набрала ответ:

«Есть такое, но уже привыкаю. Если мои родители тебе позвонят, скажешь, что я у тебя?»

Ответ пришёл почти мгновенно:

«Что-то серьёзное? Ну конечно я прикрою! Но потом обязательно расскажешь, что случилось»

Со А невольно улыбнулась и отправила в ответ смайлик. Смешная улыбающаяся панда мигом отправилась и была просмотрена Юн Джу. Когда телефон снова оказался в кармане, она подняла взгляд на дверь кафе. Сердце всё ещё билось учащённо. Ну что ж… теперь дороги назад не было. Кафе оказалось небольшим, но живым. Воздух был насыщен ароматами жарящегося мяса, соевого соуса и пряных трав. На кухне шкворчали сковороды, и сквозь приоткрытую дверь доносились голоса поваров, создавая ощущение домашнего тепла и шума, который одновременно успокаивал и слегка кружил голову. За стойкой стояла пожилая женщина в тёмном переднике, с натруженными руками и мягкой, чуть усталой улыбкой. Она внимательно посмотрела на Со А и поздоровалась: — Добро пожаловать! Со А неловко поклонилась, теребя лямку рюкзака. Ей хотелось выглядеть уверенной, но окружавший шум и запахи слегка сбивали с толку. В кафе уже сидели несколько посетителей, и на мгновение показалось, что она пришла слишком поздно. Но нет, именно это время назначила хозяйка. Женщина объяснила обязанности и расписание, сразу отметив, что её возраст здесь не станет помехой. На других работах, возможно, отказали бы, но здесь — нет. Вдобавок она упомянула, что у неё есть внук примерно её лет, и кивнула в сторону парня, который протирал столики. Со А обернулась и... Это был… Ан Су Хо. Он ловко лавировал между столами, помогая бабушке. Их взгляды встретились, и Су Хо слегка поднял бровь, заметно удивившись, но без тени насмешки. Лёгкая улыбка играла на его лице. — Это мой внук, Су Хо, — сказала бабушка с гордостью. — Он помогает мне здесь. Если решишь остаться, он всему тебя научит. Внутри Со А всё смешалось. В школе он казался отстранённым и почти недосягаемым, а здесь.. Обычный парень с засученными рукавами, с пятнами соуса на фартуке и блестящими от масла ладонями. Он выглядел уверенным и спокойным, будто держал всё под контролем, а рядом с ним Со А ощущала себя маленькой и неловкой. Когда он подошёл, она неловко поклонилась: — Привет! Я… мы… в одном… — запиналась она, пытаясь выговорить это быстрее, чем он успеет вспомнить её имя. — Вряд ли ты меня запомнил… Но.. Я... Э-э... Ох.. Су Хо приподнял бровь и улыбнулся: — О-о… Ты же… Вспомнил! Пэк Со А? Ли Со А или.. — Я.. Я Пэк Со А.. —Да? Я угадал! — Подмигивая парень, игриво потянулся. — Не ожидал тебя здесь увидеть. Пришла поесть? Слова застряли у неё в горле, и за неё ответила бабушка: — Она пришла работать, Су Хо. Покажи ей всё, мне нужно на кухню. — А-а, вот оно что! — сказал он с лёгкой улыбкой, словно пытаясь разрядить её смущение. — Я покажу, как тут всё устроено. Не переживай, быстро освоишься. Через минуту Су Хо вернулся с чистым фартуком. — Вот, надевай. Лучше в футболке, которую не жалко, — с лёгкой шуткой сказал он, глядя на её рубашку. — А то испачкаешь. Со А молча взяла фартук. Внутри что-то сжалось. Она знала, что у него нет никого, кроме бабушки. Он сам говорил, что приходит на уроки лишь ради диплома, чтобы закончить школу без исключений, а потом будет работать. Ради бабушки он отдаёт все силы, вот почему дремлет на уроках. И тут Со А ощутила вину. Она сама сейчас прогуливала дополнительные занятия, чтобы просто убить время. Родители обеспечивают её, и нет нужды работать ради денег. А Су Хо… он трудится, потому что вынужден. — Ты… всегда помогаешь здесь бабушке? — осторожно спросила она. Су Хо, не торопясь, протёр стол и с лёгкой усмешкой ответил: — Не всегда. Иногда забегаю, когда остаётся время после других подработок. — Он скосил взгляд на бабушку, которая как раз что-то ставила на стойку. — Но, знаешь, мне это не в тягость. — Вот оно как… — пробормотала она, но тут его позвали за другой стол: — Иду-у-у! — протянул он через плечо. «Вот оно как…» — повторила она про себя. Время пролетело быстро, и вот её смена подошла к концу. Первый день подработки удался. Она попрощалась с Су Хо, а с его бабушкой обсудила, что будет продолжать работать здесь, уточнив размер месячной платы. Зарплата была небольшой, но её устраивала. Су Хо, похоже, и не слышал, или, по крайней мере, сделал вид, что не слышал о слухах, которые ходили о ней и Кан У Ене. Он ни словом их не коснулся, и это оказалось даже к лучшему. Со А и сама не стала заводить разговор о драках, в которых, как ей казалось, он мог участвовать, или о том, что вообще происходило с Ен Бином. Возможно, ей было любопытно, но спросить напрямую она не решилась. Да и времени для долгих разговоров почти не оставалось. Их общение свелось к коротким рабочим репликам: — «Со А, сюда заказ!» — «Да-да, иду!» — «На этот столик, пожалуйста…» И всё в таком духе. Похоже, посетителей сегодня было больше обычного, по крайней мере, так сказала бабушка Су Хо, проходя мимо с подносом. Поправив волосы и снова собрав их в пучок, Со А вышла из кафе. Лёгкость и радостное волнение сопровождали её шаги. На какое-то время она сумела забыть о своих проблемах и ощутила, что именно этого ей и не хватало: отвлечься, почувствовать себя нужной. Опыт и деньги, конечно, тоже имели значение: они никогда не бывают лишними. Но важнее всего было то, что внутри наконец стало спокойно. Здесь, среди шума посуды и запаха специй, ей было по-настоящему комфортно, даже несмотря на то, что сначала всё казалось неловким, а слова застревали в горле. Достав телефон, она бегло пролистала новые уведомления. Несколько обычных сообщений, но одно сразу бросилось в глаза:

«Заходи на сегодняшний мой стрим. Начинается в 20:00.»

19:37.

Сейчас было 19:37... Со А нахмурилась, прищурившись на экран. Настроение изменилось в одно мгновение. Она слишком хорошо знала, от кого пришло это сообщение. Слишком ясно, чтобы обманывать себя. И всё же.. Лучше бы она никогда не догадывалась.