Чон Чонгук и Тень феникса

      — Ты издеваешься?!       Чон Чонгук, молодой, но амбициозный и подающий надежды оперативник отряда натйегеров, просто не мог поверить в услышанное. Ладно — работа под прикрытием, ничего нового, ладно — не где-нибудь, а аж в Великобритании, это тоже вполне можно пережить. И даже тот факт, что ему придется сотрудничать с Британским Авроратом хоть и не радовал, но не сказать, что как-то сильно раздражал. Авроры так авроры, Мерлин с ними.       Но Хогвартс? И он — Чон Чонгук — должен был стать не абы кем, а учеником Школы чародейства и волшебства…       — А почему не преподавателем? Я уже, знаешь, как-то внешне не похожу на хилого школяра, даже если и старшекурсника.       Его близкий друг и по совместительству руководитель их отряда — Йенс Бергсен — стоял, опираясь задницей на угол собственного массивного стола и, сложив руки на груди, сверлил Чонгука тяжелым взглядом. Знал ведь, гад, что он будет не в восторге от такой подставы, а потому давил авторитетом.       — Потому что работать преподавателем защиты от темных искусств будет один из сотрудников Аврората, а так как замешан в этом деле может быть кто угодно, начиная от преподавательского состава и заканчивая учениками, то и работу нужно вести и среди взрослых, и среди детей. Нам нельзя упустить даже крохи информации, придется проверить все: каждую сплетню, любое упоминание о книге, и даже если сведения поступят от какого-нибудь прыщавого первокурсника, их нужно будет уточнять. Находясь… внутри группы, так сказать, ты сможешь узнать куда больше, нежели с высоты преподавательского кресла. Сам понимаешь, что дети, особенно начиная с подросткового возраста, не склонны чем-то делиться со взрослыми, и куда охотнее пойдут на контакт с ровесником.       Чонгук нахмурился. Вздохнул. Но резонность чужих слов отрицать не мог.       — Хорошо, ты прав. Но я по-прежнему мало похож на школяра…       И нет, он не пытался отнекиваться, Чонгук действительно не выглядел как школьник. Отучившись в Дурмстранге, он поступил в Военную академию Шиггевакт, а там муштра и адовые физические нагрузки, такие, что хочешь не хочешь, а выйдешь оттуда сильным и накачанным. Он не рама в плечах, нет. Однако мускулы заметно выделялись. Да и лицо выдавало возраст — двадцать девять, это тебе не девятнадцать, мелкие морщинки, кратеры под глазами от недосыпа и тяжелый взгляд, как побочный эффект опасной работы, маггловской тоналкой не замажешь и косметическими чарами в полной мере не скроешь.       — Это решаемо, — Йенс отлепился от стола и, подойдя к сейфу у дальней стены, ввел код. Чонгук, хоть и не пытался подсмотреть комбинацию, автоматически подметил тот факт, что было использовано семь цифр, и даже опознал некоторые просто по звуковому сигналу. Не то чтобы при нем прежде этот сейф не открывался, нет, просто комбинация менялась каждые несколько месяцев, а Чонгук ее невольно запоминал. Профдеформация в действии, да… — Вот, — и, развернувшись, тот поднял перед собой бутылек с зельем.       — Оборотное? — скептически изогнув бровь.       — Нет, конечно, — тем же тоном ответил Йенс. — Ты всерьез решил, что я в тебя такую дрянь буду пихать в больших количествах? — И осуждающе покачал головой. — Это омолаживающее зелье, — а в ответ на еще более ироничный взгляд Чонгука пояснил: — Экспериментальная разработка наших умников, практически без побочек.       — Практически? Я тебе что — книзл подопытный?       — Ты даже не представляешь, сколько всяких «приятностей» в обычном зелье, — Йенс хохотнул. — Это, считай, почти безвредное. Наши исключили все, что может представлять опасность, официально его еще пару лет тестировать на долгосрочные последствия, но это больше бюрократическая волокита, по сути зелье действительно безопасно.       — Ладно, допустим, — теперь настала очередь Чонгука складывать руки на груди. — И на сколько я помолодею?       — Дозировку рассчитают, — тот вернулся к своему столу и подхватил оттуда какую-то папку. — Пойдешь на последний курс, в Хогвартсе это обычно восемнадцать-девятнадцать лет. Выдадим тебе емкость-браслет, зальешь туда зелье, а оно через специальные отверстия будет контактировать с твоей кожей и поддерживать эффект омолаживания постоянно. Так и передозировки не допустишь, и лишних вопросов ни у кого не появится. И вообще, это прекрасный повод снова стать молодым и красивым, а ты лицо кривишь.       — Из нас двоих скинуть десяток лет не помешало бы тебе, — он хмыкнул. Но тут же вернул серьезный настрой ибо шутки-шутками, но приказ есть приказ. — Ладно, когда мне отправляться?       — Через неделю, — прозвучало в ответ. — Наши спецы разработают тебе легенду за это время и подготовят все необходимое. Есть пожелания? Отпрыск обнищавших аристократов? А может, спортсмен, не попавший в сборную по квиддичу в Дурмстранге и желающий показать себя в Хогвартсе?       Издевался ведь, и, судя по ехидной улыбке, даже не думал этого скрывать. Чонгук, сколько себя помнил, квиддич терпеть не мог, но вот незадача — ловец из него вышел отменный, а потому пришлось играть все школьные годы. Он потом вспоминал это как страшный сон, ибо, хоть убей, не понимал удовольствия от полетов на метле, в любую, даже самую мерзкую погоду, в попытках поймать маленький золотой снитч.       — Не дай Мерлин, хоть одна скотина пропишет в моей легенде квиддич, Йен, не дай Мерлин…

***

      Что ж, хоть Чонгуку был ближе Дурмстранг с его строгими линиями и абсолютной симметрией, не восхититься Хогвартсом он не мог. Раскинувшийся на вершине утеса замок казался каким-то хаотичным из-за множества башен разной высоты, соединенных между собой каменными стенами, увитыми плющом. Но это ничуть не умаляло его величественности. Огромный, в готическом стиле, с взмывающими в небо остроконечными шпилями, Хогвартс выглядел внушительно и определенно производил впечатление. А еще магия — она ощущалась повсюду, витала в воздухе, возможно, ученики не замечали ее или просто не обращали внимания, но Чонгук, привыкший улавливать любые чары рядом с собой, чувствовал ее каждой клеточкой тела. Все вокруг было пропитано магией.       — Мистер Чон, я знаю, что в Дурмстранге нет разделения по факультетам, выбор специализации вы там делаете самостоятельно, однако в Хогвартсе вам придется пройти процедуру распределения, чтобы мы могли определить, к чему вы больше склоняетесь. — Заместитель директора, Тобиас Лонгботтом, да-да, внук того самого Невилла Лонгботтома, когда-то участвовавшего в битве за Хогвартс, сопровождал его в большой зал. — Переживать не стоит, распределяющая шляпа может учесть ваши пожелания, если вы ей об этом скажете.       — Так точно, профессор Лонгботтом, — ответил Чонгук, идя по коридорам и мысленно кроя матом треклятую мантию.       Неудобно, пиздец! В Дурмстранге была в ходу форма, больше напоминающая военную, чтобы ничего не мешало, ничего не болталось и не цеплялось. А здесь… Мало того, что сама мантия была длинной, так еще и рукава идиотские, слишком широкие и неудобные. Нет, Чонгуку никогда не понять этой склонности британцев к соблюдению некоторых традиций. А на зельеварении как? Попал край рукава в котел с зельем, и все, пиши — пропало. Да даже обычный прием пищи превращался в занятный квест «попробуй не макнуть рукава в еду».       — По вам видно военную выправку, — замдиректора усмехнулся. — Даже по тому, как вы четко чеканите шаг, можно понять, откуда вы.       — Кхм… Дурмстранг — школа с военным уклоном, я просто привык, профессор… — попытался выкрутится он. Но мысленно дал себе смачный подзатыльник. Вот идиот! Он же сейчас в облике молодого парня, а не сурового оперативника. Лицо надо попроще. И спину не настолько прямо держать. И, черт возьми, не разговаривать так уверенно со взрослыми! Чуть-чуть сгорбившись, позволил рукам свободно повиснуть вдоль тела, вместо того, чтобы плотно прижимать их.       Да — задание со звездочкой. Ему не просто нужно влиться в коллектив школьников, но и суметь заполучить их доверие, изображая из себя девятнадцатилетнего пиздюка так, чтобы никто даже не заподозрил, что он на самом деле куда старше. Но Чонгук справится. Опыт работы под прикрытием у него был, пускай и не совсем такой, да и учеба не прошла даром. Нужно просто не терять бдительности, следить за тем, что он делает и что говорит, вот и все. Ничего такого уж сложного, правда?       — О, — профессор Лонгботтом чуть замедлил шаг и указал вперед, привлекая внимание Чонгука к… мирно пролетающим мимо призракам. — Не пугайтесь. Замок Хогвартс — очень старое здание, так что привидения здесь не редкость.       Чонгук проводил взглядом парящую над полом полупрозрачную пару. Оба, одетые в стиле Викторианской эпохи, довольно молодые, ну… или умершие в молодом возрасте, прервали свою беседу, чтобы приветственно кивнуть замдиректору, и как ни в чем не бывало последовали дальше, продолжая разговор.       А Чонгук незаметно расслабил напряженные мышцы. В привидениях не было ничего страшного, их зачастую можно было встретить в старых домах, особняках знати, ведущих свой род не одно столетие, этим никого не удивишь. Но, чтобы им разрешали обитать в школе… Это определенно непривычно. В Норвегии призраков изгоняли как из административных зданий, так и из образовательных учреждений, больниц, а про натйегеров и говорить нечего — там секретность превыше всего.       К тому же, хоть призраки не могли воздействовать на физический мир, Чонгуку приходилось сталкиваться с… скажем так, магически усовершенствованным вариантом, когда темные волшебники не чурались использовать в своих целях даже души умерших.       — Я понял, профессор, — ответил Чонгук. — Это действительно… необычно для меня.       — Вы быстро привыкнете, уверяю вас, — добродушно улыбнулся тот.       В этот момент они подошли к массивным дверям в большой зал, которые профессор уверенно толкнул. Остановившись на входе, Чонгук дал себе несколько секунд, чтобы осмотреться. Огромное помещение с высокими сводчатыми потолками, длинные деревянные обеденные столы, за которыми в эту минуту ужинали школьники. И отдельно — преподавательский стол, находящийся на небольшом возвышении, которое, судя по всему, служило чем-то вроде сцены. Парящие волшебные свечи и зачарованный под иллюзию ночного неба потолок — это даже по-своему красиво. А еще… Шум. Гам. Десятки, сотни голосов, чей-то хохот, звон столовых приборов о тарелки и лютый, просто кошмарный бардак. Школьники ели как в последний раз, разговаривали с набитыми ртами, кто-то даже играл с едой, швыряя кусочки через стол. Гомон стоял ужасный. У Чонгука глаза на лоб полезли от увиденного: в Дурмстранге приемы пищи всегда проходили в тишине, и не дай Мерлин хоть кому-то повысить голос и помешать другим. А здесь… Полный бедлам.       В который Чонгуку как-то нужно будет влиться.       Похоже, его миссия окажется куда сложнее, чем он думал еще несколько секунд назад.       Более-менее спокойно обстояли дела за столами слизеринцев, если судить по зеленому цвету, преобладающему в одежде: те негромко переговаривались между собой, спокойно ужинали, да и в целом вели себя довольно чинно. Некое умиротворение царило и за столами Рейвенкло, так как большая часть учеников попутно читали, уткнувшись в книгу или в свиток. Не все, правда, до Чонгука долетали обрывки эмоциональных диалогов, очевидно, что там о чем-то спорили. А вот за столами Гриффиндора и Хафлпаффа царила полная неразбериха, и большая часть шума исходила именно оттуда.       Так. Значит, ему нужно попасть или в Слизерин, или, на худой конец, в Рейвенкло, иначе очень скоро он просто сойдет с ума.       — Готов? — обратился замдиректора. — Пройдешь распределение, это не займет много времени.

***

      — Интересно, — негромко произнес Тэхён, отложив в сторону столовые приборы. — Кажется, у нас новенький.       — М? — Его брат-близнец Тэён посмотрел вопросительно, а проследив за взглядом Тэхёна, криво ухмыльнулся. — И правда. Симпатичный.       — Как думаешь, попадет к нам? — полюбопытствовал он.       — Не знаю. Но если да, то нужно будет взять его под свое крыло. — А на лице не то что предвкушение, а прямо нетерпеливое ожидание загорелось. Уж что-что, а эмоции собственной копии Тэхён мог считывать идеально. Хотя, справедливости ради, он и сам наверняка выглядел точно так же. Уж больно хорош внешне был этот загадочный новенький.       — И просто взять, — он отзеркалил ухмылку.       — Согласен. Станем его покровителями. И са-а-амыми близкими друзьями, — подхватил брат.       Они оба с интересом уставились на новичка, на голову которого замдиректора как раз торжественно водрузил распределяющую шляпу.       — Хм… Чон Чонгук… как необычно, — заговорила шляпа. И задумчиво замолкла, кажется, на целую минуту, вынуждая братьев Ким испытывать внутреннее напряжение. Ну же, скажи Слизерин, глупый артефакт, скажи Слизерин.       — Эта тряпка испытывает мое терпение, — проворчал Тэён.       — У тебя вообще с этим в последнее время проблемы, — не сдержался Тэхён, вспоминая их недавнюю стычку с глупиндорцами. Ну, не дружили они с этим факультетом, да и гриффиндорцы всегда были слишком тупы, чтобы не нарываться. Вражда длилась испокон веков, задолго до битвы за Хогвартс она началась и даже спустя более чем семьдесят лет так и не закончилась. Тэхёну порой казалось, что сама школа, да и система образования Британии в целом только поддерживали эту вражду. Интересно, с какой целью?..       — С распределяющей шляпой? — не понял Тэён.       — С терпением, — Тэхён хохотнул.       — Ой, иди к Дементорам, придурок, — незло послал тот.       А Тэхён уже было собрался продолжить их шутливую перепалку, но осёкся, когда шляпа выдала громкое:       — Рейвенкло!       Стол воронов взорвался аплодисментами и приветственными выкриками, а Тэхён разочаровано выдохнул.       — Не повезло, — Тэён выглядел откровенно недовольным и, не скрывая интереса, следил за фигурой этого Чон Чонгука, который как раз шел к своему столу.       Тэхён тоже не удержался и посмотрел на новенького. А ведь действительно хорош, Филч его побери… Статный, спина прямая, будто древко от метлы проглотил; походка уверенная, густые черные, чуть взлохмаченные волосы. И самое приятное — это твердый, словно сканирующий все вокруг взгляд. Чон Чонгук удивительный. И определенно запал в душу им обоим с первого взгляда. Так стоит ли так легко отказываться от сладкого?       — Еще посмотрим. То, что он в Рейвенкло, нисколько нам не помешает. И вообще, декан же говорил, что нужно налаживать межфакультетное общение и укреплять связи. Что ж, самое время.       — Связи он собрался укреплять, — Тэён прыснул от смеху. — Какие? Половые? — и смотрит понимающе, очевидно, что брату ничего объяснять не надо. — Как скажешь, староста, укрепим.       — А раз его распределили к воронам, то он не только симпатичный, но еще и умненький. Наверняка тот еще заучка… Значит, особенно сложно с ним не будет.