там, где умирает свет

Летнее солнце пробивалось сквозь небрежно задвинутые шторы. Лучи падали на лицо, мешая спать. Сегодня у Руслана был выходной, которому он не особо был рад, ведь что на работе, что дома — он ничего не делал. Вождевск — средненаселённый городок в советском союзе, в котором угасла какая-либо преступность. Раньше были хоть какие-то нападения в состоянии алкогольного опьянения во время посиделок с друзьями, там хотя бы вызывали и просили поймать сбежавшего Джека-потрошителя. Хоть такая работёнка особо не приносила удовольствия, потому что ловить пьяных мужиков с ножами в кармане было проще простого, но всё же это какая-никакая работа. А сейчас… Сейчас в городе тишина, на работе делать нечего, поэтому Руслану выдали несколько выходных по случаю застоя в расследованиях. Руслан вяло потянулся в кровати, закрываясь одеялом от солнечного света, который так назойливо слепил. В то время шторы были так себе по качеству, поэтому солнце пробивалось сквозь них отлично, особенно летом. Руслан пролежал в кровати около получаса, надеясь, что сон к нему вновь придёт, но этого, к сожалению, так и не случилось. Он недовольно выругался себе под нос, поднимаясь с кровати. Он предвкушал, что последующие несколько выходных пройдут невероятно нудно. Друзей у него было шиш да маленько, поэтому даже выбраться куда-то на природу было не с кем. Девушки у Руслана тоже не было, как-то он не особо интересовался ими. Считал, что не умеет любить и не сможет дать ей счастливую жизнь, особенно с таким вечно хмурым выражением лица. Хотя был у него один друг — Коряков Илья. Они работают вместе, только вот Руслан главный следователь, а Илья оперуполномоченный. Был в их упряжке ещё один человек, Денис Коломиец — специалист. Но с ним Руслан так близко не общался, как с Ильёй. Они втроём раскрыли много дел, в том числе и два года назад поймали серийного убийцу, который убивал новорождённых детей. Оказалось, что это была медсестра, которая допустила некую оплошность, благодаря которой её поймали и приговорили к смертной казни. Безусловно, они бы и без её оплошности смогли дойти до такого счастливого финала, но, как говорится — что есть, то есть. Руслан, полностью проснувшись, первым делом выбрался на балкон, закуривая сигарету. Он открыл окно, опираясь локтями о подоконник. Внизу ходили люди, ездили машины, школьники катались на велосипедах. Был оживлённый летний день, который должен был заряжать позитивом, но не Руслана, ведь… Месяц назад поступило заявление о пропаже женщины. Мать-одиночка, в семье один ребёнок. Семья была неблагополучная: мать не работала, только пила не просыхая, а ребёнок ей нужен был только для детких пособий, которые она благополучно тратила на выпивку. Её сын жил с бабушкой и дедушкой в другом районе. По-началу пропажу никто не заметил, потому что… ну не интересовался её жизнью никто, но когда её мать приехала со своим внуком, её сыном, в гости, то обнаружили абсолютно пустую квартиру. Тогда и подняли шум, написали заявление. Тело по сей день не найдено. Руслан бегал, как блоха в штанах, записывая все найденные улики, а после ночами старался собирать картину воедино, подкрепляя логическими умозаключениями. Но, как странно, спустя месяц найти виновника в пропаже женщины так и не удалось, но Руслан не любит опускать руки и будет бороться с этим до самого его конца. Докурив сигарету и потушив её об пепельницу, Руслан поплёлся на кухню. Он уже настроился на возвращение к своему занятию — попытке раскрыть преступление, совершённое месяц назад. Он открыл холодильник, выбирая себе что-нибудь лёгкое на обед. Жил он один, поэтому хвастаться набитым едой холодильником Руслан не осмеливался. Пара бутербродов с кофе пойдёт. Закончив приготовление обеда, Руслан дотелепался до своей комнаты, в которой, собственно, находились материалы дела. Так Руслан и просидел до самого вечера, разбираясь с уликами. Тем временем тремя днями ранее.

***

Багрянец летнего заката лениво растекался по кронам деревьев, окрашивая листву в оттенки меди и старой бронзы. В воздухе стоял густой запах пыли и раскалённого асфальта, смешанный с едва уловимым ароматом цветущей липы. Анна, уставшая после смены на ткацкой фабрике, шла через парк, стараясь впитать в себя остатки тёплого дня. Советский Союз доживал свои последние годы, и даже в этом умиротворяющем пейзаже чувствовалось едва уловимое предчувствие перемен. Женщина дошла до ближнй телефонной будки и набрала номер. — Алло? Маша, ты уроки сделала? Как нет, а убралась? Что это ещё за нет? Мало я тебя наказываю что ли? Что ты сопли распускаешь мне в трубку? Нет слова «не могу»! Значит после уроков будешь оставаться и учить все уроки, пока не поймёшь! Ну щас я тебе покажу, как только до дома доберусь! Анна повесила трубку и вышла из телефонной будки. Глаза горели злостью, а из ушей и носа, казалось, вот-вот пойдёт пар. Анна уже почти вышла из парка, когда её слуха коснулся странный звук. Тихий, но настойчивый, он словно исходил из глубины старых, обшарпанных гаражей, примостившихся на краю парковой зоны. Эти гаражи, с их ржавыми воротами и полуобвалившимися стенами, давно служили местом сбора местной шпаны и рассадником всякой нечисти. Сначала она не придала этому значения — может, молодёжь балуется, магнитофон на полную громкость выкрутили. Но звук не утихал. Наоборот, он становился всё громче, всё назойливее, проникая под кожу какой-то неприятной дрожью. Любопытство, подстёгиваемое лёгким чувством тревоги, заставило Анну свернуть с тропинки и двинуться в сторону гаражей. Она шла осторожно, стараясь не шуметь, и чем ближе она подходила, тем отчётливее становился странный звук. Теперь это был не просто шум, а какая-то невнятная, бормочущая какофония, перемежающаяся глухими ударами. Сердце Анны забилось чаще. Что-то здесь было не так. Она медленно приблизилась к одному из гаражей, заросшему диким виноградом. Звук доносился именно оттуда. Анна замерла, прислушиваясь, и вдруг… Внезапно чья-то сильная рука грубо схватила ее за плечо, а вторая зажала рот, лишая возможности закричать. Анна попыталась вырваться, но хватка была слишком сильной. Мир вокруг поплыл, и последним, что она увидела, были тусклые, мерцающие огоньки в глубине гаража.

***

Внезапно в коридоре раздался пронзительный трезвон старого домашнего телефона. Руслан лениво поднялся и пошёл к аппарату. — Алло? — пробурчал он. — Руслан Сергеевич? Это дежурный. У нас тут… пропажа. Руслан зевнул. Пропажа — дело обычное. То алкаш куда-то завалится, то бабулька с деменцией заблудится. — И что? Разберёмся потом, у меня выходной, — отмахнулся он. — Не совсем обычная. Вторая за этот месяц. Обе женщины. Обе исчезли при странных обстоятельствах. Сердце Руслана пропустило удар. Вторая за месяц? Это уже кое-что. — Сейчас буду. — ответил он, моментально проснувшись.​