Ненавижу,но ближе всех

— Подвинься, — коротко бросил Хёнджин, проходя мимо. Феликс молча шагнул в сторону, сжимая в руках папку с деталями церемонии. Его пальцы дрожали — не от страха, а от внутреннего протеста. Всё происходило слишком быстро. Фиктивный брак. Фиктивная свадьба. Нефиктивные чувства, которые он не успел ни понять, ни принять. — Феликс, ты точно согласен с цветами? — стилист, не дождавшись ответа, снова ткнула в планшет. — Белые розы, светло-серые ленты, чёрная дорожка. Как хотел Хван-сси. "Как хотел он". Снова. Всё под контролем альфы, который даже не счёл нужным притворяться милым. Феликс краем глаза посмотрел на Хёнджина. Тот стоял в стороне, просматривая гостевой список, строгий, сдержанный, будто на деловой встрече. Даже невооружённым взглядом было видно — он здесь по расчёту, не по желанию. — Я могу сам выбрать цветы, — наконец тихо сказал Феликс. Хёнджин поднял взгляд. — Можешь. Но это пустая трата времени. В таких делах лучше полагаться на проверенные решения. Феликс прикусил губу. Он уже начал ненавидеть эту свадьбу. И особенно — своего "жениха". Но назад пути не было. Контракт подписан. Дата назначена. Гости — приглашены. И где-то глубоко внутри, в груди Феликса родилась мысль, слишком тихая, чтобы её сразу заметить: "Я заставлю тебя пожалеть, что ты выбрал меня как просто омегу по контракту." — Следующий пункт — примерка нарядов, — сообщил ассистент, заглядывая в комнату. — У нас всего тридцать минут, салон закрывают. Хёнджин кивнул и, не глядя на Феликса, направился к выходу. — Пошли. И не отставай. Феликс выдохнул сквозь зубы. — Я не собака, чтобы "не отставать", — пробормотал он. — Тогда веди себя как партнёр, — обернулся Хёнджин, голос всё такой же холодный. — Хоть раз. Салон встречал их тишиной, мягким освещением и рядами идеально выглаженных костюмов. Феликс едва вошёл — и сразу ощутил, как на него уставились стилисты. Один альфа, один омега. Сразу видно: «звёздная пара». — Вам подойдут тёплые оттенки, — заговорил стилист, поднося к Феликсу белоснежный пиджак с легким жемчужным отливом. Феликс примерил. Огляделся. На секунду, всего на миг, в зеркале отразилась картина: он — в светлом, рядом — Хёнджин, в строгом чёрном, высокий, статный, как из глянца. Их взгляды встретились. Зеркально. Без слов. — Красиво, — вырвалось у стилиста. Феликс отвернулся первым. Он не хотел, чтобы сердце билось от чьего-то взгляда, тем более — его. — Главное, чтобы всё выглядело правдоподобно, — тихо сказал он, поправляя лацкан. — Идеальная пара, да? Хёнджин смотрел в зеркало спокойно, почти отстранённо. — Никто и не должен знать, что это ложь. Особенно ты. И всё снова стало холодным. Как всегда, когда рядом Хван Хёнджин.