Формула любви / Twenty one pilots

Утро снова началось с запаха резины, пота и металла. Джош, как заведённый, загонял себя на тренажёрах, а Аарон, стоящий рядом, командовал так жёстко, будто готовил его на войну, а не к гонке. — Быстрее! — рявкнул он. — Снова! Пока не выжмешь всё! Джош выругался сквозь зубы, но подчинился. Мышцы горели, грудь рвалась на вдохах. С каждой секундой он всё больше чувствовал, как перестаёт контролировать тело, но не останавливался — будто хотел что-то доказать. Себе, Аарону. Или Тайлеру, сидящему где-то в зале за ноутбуком. — Да этот парень железный! — услышал он голос механика. — С ума сошёл, но чёрт возьми, уважение! — добавил кто-то сзади. Когда Джош, наконец, вылез из тренажёра, ноги предали его сразу. Он буквально рухнул на спину на маты, тяжело дыша. Сердце колотилось в висках. На лбу — пот, по груди — вены, как канаты. Он раскинул руки, глядя в потолок. — Ну всё, Аарон, ты убил меня. Я официально мёртв. Сообщите прессе, пусть будет эффектно. — Только после трёх подходов на пресс, — спокойно отозвался Аарон. — Иначе никто не поверит. Команда рассмеялась. Кто-то протянул Джошу бутылку с водой, кто-то похлопал по плечу. Он лежал, ощущая на коже жар и облегчение, и вдруг подумал: "Вот бы сейчас просто кто-то подошёл и сказал — ты справился. Без выкриков, без цифр. Просто — я вижу тебя." Но вместо этого он только усмехнулся сам себе и прикрыл глаза. Аарон будто поймал кураж. Он не жалел Джоша ни на секунду, выкладываясь в командах как на военных учениях: — Ещё два круга! Глубже, быстрее! Не сдувайся, Джош, ты не на подиуме! Джош стиснул зубы, промчался через все упражнения, как на автопилоте. Сердце колотилось, рубашка насквозь пропиталась потом, руки дрожали. Последний подход — и он рухнул, сел прямо на пол, упираясь руками в бёдра, тяжело дыша. Воздух с хрипом рвался наружу. Он сорвал с себя футболку, скомкал её в руке, отбросив в сторону. Пот струился по телу, по шее, по прессу, по груди — живой и обжигающий. Он запрокинул голову, пытаясь отдышаться. И заметил. Две девушки из команды стояли в стороне и смотрели на него. Одна тихо прыснула, другая сделала жест рукой, будто обмахивается от жары. Обе быстро отвели взгляд, но Джош всё увидел. Он тихо хмыкнул, чуть покачал головой и, усмехнувшись, отвёл глаза в сторону. Там — Тайлер. Он стоял чуть поодаль, с планшетом в руках, но уже не смотрел в экран. Его взгляд был цепким, застывшим — в упоре на Джоша. Лицо ничего не выражало, только глаза. Те самые, которые Джош привык чувствовать даже сквозь шум мотора. Но стоило Джошу поймать его взгляд — Тайлер резко отвернулся. Резко, будто пойманный на чём-то лишнем. Словно его взгляд выдал что-то, что он прячет даже от себя. Джош смотрел на него ещё секунду. Потом выдохнул, закрыл глаза и откинулся на пол, чувствуя, как что-то внутри гудит сильнее, чем мышцы после нагрузки. У Джоша наконец выдался свободный час. Ни Аарона с его криками, ни таблиц, ни перегрузок. Просто тишина, редкое солнце и тянущая усталость в теле. Он вышел на свежий воздух, прошёлся по бетонному коридору, и, сам не зная зачем, свернул в сторону боксов. Он просто хотел посмотреть на болид. Просто... постоять рядом. Машина давно стала для него чем-то большим, чем просто скорлупа из углеродного волокна и стали. Особенно теперь. Но, подойдя ближе, он остановился. У машины кто-то копался. Джош узнал его по ботинкам ещё до того, как наклонился — Тайлер. Он был под болидом, почти полностью скрылся под его корпусом, только ноги торчали. Слышно было, как он чертыхается тихо, почти шёпотом: — Чёрт... да ну тебя, зацепка... — и снова шуршание инструментов. Джош прислонился к дверному проёму бокса и просто смотрел. Тайлер вытащил руку с гаечным ключом, что-то нащупывал вслепую, затем снова проскользнул под болид, продолжая что-то бормотать себе под нос. Ключ брякнул о металл. Тайлер выругался: — Да чтоб тебя... — и с силой толкнул панель. Джош не сдержал улыбку. Наблюдать за ним было странно уютно — как за чем-то очень личным. Неуместным, как будто он случайно подглядывает. А ещё — почему-то больно. Потому что знал: Тайлер когда-то был с другой стороны этой машины. Внутри. За рулём. А теперь прячется от неё, как будто играет в прятки с самим собой. Тайлер глубже заскользнул под корпус машины, вытянул руку куда-то в сторону и буркнул: — Марк, подай ключ на тринадцать, он рядом с ящиком, справа. Только не урони, прошу... На мгновение повисла тишина, но через пару секунд кто-то без слов протянул нужный ключ. — Спасибо, — отозвался Тайлер и машинально взял его, даже не глядя. Он уже собирался продолжить, но что-то показалось странным — слишком быстро, слишком точно... и как-то тихо для Марка. Тайлер нахмурился, отодвинулся немного назад и выглянул из-под машины, приподняв голову. Он уставился на колени, потом — на руки, и наконец поднял взгляд вверх. Джош. В спортивных штанах, босой, с запотевшей бутылкой воды в руке. Смотрел на него с чуть приподнятой бровью и лёгкой, почти невинной улыбкой. Тайлер закатил глаза. — Ну конечно, — проворчал он, убирая ключ обратно. — Не Марк. А принц чёртового паддока. Он вылез из-под машины, отряхнул ладони и уселся рядом на корточки, бросив взгляд в сторону Джоша. — Ты всегда так — молча подкрадываешься? Или только когда думаешь, что выглядишь загадочным? — Я вообще-то просто мимо шёл, — пожал плечами Джош, но улыбка не исчезала. — Ты сам попросил помочь. — Потому что подумал, что ты Марк, — отрезал Тайлер, глядя на него с показным раздражением. — Марк, между прочим, знает, где что лежит. — И всё же дал тебе правильный ключ, — ухмыльнулся Джош и присел рядом, опершись локтями о колени. — Значит, не всё потеряно. Тайлер бросил на него взгляд — раздражённый, но с той самой знакомой ноткой... когда он ещё не может простить, но уже не может злиться по-настоящему. — Знаешь, — пробурчал он, — если ты пришёл извиняться, то твой подход странный. — Я пришёл смотреть на болид. Потом на тебя. Потом дать ключ. А потом... наверное, да. — Джош опустил взгляд. — Наверное, хотел извиниться. Наступила короткая, но насыщенная пауза. Тайлер отвернулся первым. Взял тряпку, стал вытирать руки. — Запоздал ты. И ключ не спасёт. — Но ты же взял его, — тихо сказал Джош. — Всё-таки взял. Тайлер снова бросил на него взгляд, на этот раз с почти незаметной усмешкой в уголках губ. — Только потому что болт застрял, а не из-за тебя. Но голос уже звучал мягче. Тайлер снова без слов лёг на спину и скользнул под болид, забрав с собой тряпку, ещё один ключ и своё упрямое молчание. Джош остался сидеть рядом, на корточках. Он какое-то время просто смотрел на трассу перед собой — ровные полосы, тонкая пыль на асфальте, бесконечные повороты, которых он знал наизусть. Тишина вокруг была вязкой, будто солнце впитало весь звук. Только где-то вдалеке пищала рация. — Ты часто сам с ней возишься? — вдруг спросил он, не отрывая взгляда от трека. — Не доверяю механикам на сто процентов, — отозвался Тайлер откуда-то снизу, голос глухой, но отчётливый. — А если что-то сломается на трассе, мне нужно знать, как это чинится. Хотя бы в теории. — Ты реально задрот, — усмехнулся Джош, и наконец перевёл взгляд вниз. Из-под корпуса машины виднелась лишь часть Тайлера — руки, вытянутые над головой, грудь, грудная клетка, чуть взъерошенные волосы. Джош прищурился, заметив что-то под светом ламп. Он заметил, насколько много на нём татуировок. Снизу, у запястья — три тонкие чёрные линии, обхватывающие руку кольцами, будто браслеты. Чуть выше, на предплечье — широкая жирная полоса, переходящая в ещё одну, у локтевого сгиба. Симметрично. Строго. На другой руке — вытатуированы римские цифры. Протянулись от кисти вверх, по внутренней стороне. Какие именно, Джош не успел разобрать, но они были будто высечены. Не декоративно, а по делу. Ещё выше, на груди — странный, выбивающийся из стиля элемент. Нечто похожее на квадраты. Несимметричные, хаотично разбросанные. Один — как разбитое стекло. Второй — будто пиксельный шум. Геометрия, но будто внутри неё спрятано что-то личное. — Ты всегда был холстом, а я не знал, — тихо пробормотал Джош, скорее себе, чем ему. Тайлер под машиной зашевелился, а затем выехал, опираясь на локти. Его лицо было испачкано в пыли и смазке, глаза чуть прищурены. Он посмотрел на Джоша с недоверием. — Что ты сказал? — Говорю, ты тату больше набил, чем я километров проехал, — отмахнулся Джош с лёгкой улыбкой. — Хотя нет, ладно, это неправда. Но всё равно дохрена. Тайлер ничего не ответил. Просто снова лёг под машину. Но на секунду задержался, будто задумался. — Они не просто так, — отозвался он наконец. — Я не из тех, кто делает ради картинки. — Я догадался, — кивнул Джош, и посмотрел на его руку, что всё ещё торчала из-под машины. — А цифры? — Я догадался, — кивнул Джош и посмотрел на его руку, что всё ещё торчала из-под машины. — А цифры? Тайлер не ответил сразу. Только послышался лёгкий щелчок, будто он поменял инструмент. — Это Псалм — сказал наконец. — 27:1. Джош приподнял бровь. — Библия? — Да, — кивнул Тайлер, всё ещё не показываясь из-под машины. —"Господь — свет мой и спасение моё: кого мне бояться? Господь — крепость жизни моей: кого мне страшиться?" Он выдохнул. — Я набил это после... после всего. Джош ничего не сказал. Просто смотрел на запястье, где чёрные символы шли по коже точно и сдержанно. Как зарубки. Как память. И что-то в груди, что ещё с утра гудело напряжением, вдруг будто притихло. Он понял, что не хочет больше дёргаться. Не хочет срываться. — А квадраты? — спросил он, чуть тише, почти нежно, не поднимая взгляда. — Это... шум. На этот раз Тайлер действительно выглянул из-под машины. — Знаешь, когда мозг трещит, как радио без сигнала? Вот тогда и появились. Мне нужно было набить тишину. Хоть какую-то. Он встретился с Джошем взглядом. Лоб испачкан, шея в мазуте, но глаза — ясные, открытые. И в них не было враждебности. Только усталость и искренность. — Прости, что вёл себя как мудак, — тихо сказал Джош. — И в тот день на трассе, и потом. Тайлер не отвечал. Он всё ещё сидел под машиной, и какое-то время Джош подумал, что тот просто проигнорирует. Но потом услышал шорох — Тайлер выкатился наружу, сел, облокотившись на холодный металл. У него были уставшие глаза, и Джош почти пожалел, что начал разговор. — Ты меня сильно задел, — сказал Тайлер, глядя перед собой. — Не из-за того, что ты закричал. А из-за того, как. Куда ударил. Он провёл ладонью по шее, будто пытаясь согнать остатки напряжения. — Я ненавижу, когда кто-то говорит мне: "сам садись и покажи". Потому что я уже не сяду. И не покажу. Джош опустил голову. — Я знаю. Он сел ближе. — Я был в бешенстве, но это не оправдание. Иногда я злюсь... и всё ломаю. Тайлер тихо вздохнул. Взгляд всё ещё был направлен куда-то в сторону трассы, но голос стал тише, мягче: — Я не хочу больше ссориться с тобой. Но я не резиновый, Джош. Я тоже человек. Мне больно бывает. Он замолчал на пару секунд. Джош почти не дышал. И вдруг Тайлер повернулся к нему и сказал: — Я прощаю тебя. Джош поднял взгляд. Тайлер всё ещё выглядел хмурым, но в глазах больше не было холодной отстранённости. Было что-то другое — усталое, честное, живое. — Но, — добавил он, — если ты снова решишь вылить на меня злость — лучше сначала съешь что-нибудь. А потом иди в спортзал. Джош хрипло хохотнул. — Съесть и побить грушу — понял. — Вот именно — кивнул Тайлер. Тайлер уже почти снова скрылся под машиной, но Джош остался стоять, смотрел ему вслед, будто не мог оторваться. Он почесал затылок, выдохнул и вдруг, сам того не заметив, пробормотал: — ...Ты красивый, когда злишься. Секунда тишины. Джош нахмурился — и понял, что сказал это вслух. Из-под машины послышалось движение, а потом голос Тайлера, приглушённый, но отчётливый: — Что? — Ничего, — тут же отмахнулся Джош, отступая на шаг. — Я... мысли вслух. Забей. Тайлер медленно выкатился из-под машины и посмотрел на него. Лицо было серьёзным, но губы дёрнулись в лёгкой усмешке. — Мысли вслух, да? — Да. Больше не повторится, — пробормотал Джош, отводя взгляд. — Жаль — ответил Тайлер и снова скрылся под машиной. А Джош стоял, ошеломлённый, с тихим «чёрт» на губах и странным, тёплым жаром где-то под рёбрами.