Формула любви / Twenty one pilots

Самолёт коснулся земли мягко, почти с извинением. Джош почувствовал, как сдвинулось что-то под рёбрами — привычная вибрация асфальта, гул тормозов, щелчок отстёгнутого ремня. Но всё это будто происходило не с ним. Он обернулся — Тайлер сидел всё так же молча, с рукой, которую Джош всё ещё держал. Его пальцы были тёплыми и расслабленными. Ему уже не было страшно. Джош отпустил его медленно. Осторожно. Почти жалея. Когда дверь открылась и потоки свежего, чужого воздуха хлынули в проход, всё сразу стало по-другому. Их действительно ждали. — Они... они правда тут ради нас? — пробормотала Дженна, стоя у стеклянных дверей выхода. — Ради гонщиков, — поправила её Дебби с ухмылкой. — Но в целом — да. Фанаты стояли вплотную к барьерам. У кого-то в руках были светящиеся таблички, у кого-то — аккуратно сделанные плакаты с именами и маленькими флагами. Почти никто не кричал. Только тихие возгласы, улыбки, вспышки камер. Кто-то поклонился, кто-то махнул. — Это не Европа, — пробормотал кто-то из команды. — Здесь не толкаются. Здесь всё... красиво. Джош не мог оторвать взгляд. Он вышел, как в воду шагнул. Девочка в маске протянула ему открытку — на ней была нарисована гоночная машина и иероглифы, которые он, конечно, не понимал. Но он всё равно взял. Кивнул. И улыбнулся — по-настоящему, немного неловко, как будто впервые. И тут же услышал вспышку затвора — кто-то это запечатлел. Он посмотрел в камеру и... не отвернулся. Пусть. Это был новый город. Новый свет. Новый он. Автобус забрал их с аэропорта. Снаружи всё было мокрым от недавнего дождя, воздух — прохладным и сладким. Они ехали медленно. Как будто город сам не хотел, чтобы они пронеслись мимо него, не заметив. Джош занял место у окна — и не шевелился. Токио снаружи светился. Не мигал, не переливался — светился. Неон на витринах, световые панно, движущиеся изображения, аниме-девочки с глазами в поллица, красные фонари, которые раскачивались в переулках, вывески, метро под стеклом, поезда, бегущие над машинами. Как будто кто-то растянул вселенную, вынул из неё звёзды — и вставил в город. Джош никогда не видел такого. Он смотрел в окно, прижавшись лбом к холодному стеклу, и молчал. Внутри что-то тихо двигалось. Не эйфория — нет. Просто... открытие. Огромное, светящееся, гудящее открытие, в котором он был слишком маленьким — и впервые за долгое время это было хорошо. — Чёрт, — выдохнул он, и губы сами растянулись в почти детскую улыбку. — Впечатляет? — раздался знакомый голос. Он обернулся. Тайлер сидел рядом, развернувшись к нему, опираясь локтем на подлокотник, и улыбался. Улыбка у него была мягкой, почти ласковой. Такой, как будто он смотрел не на город — на Джоша. — Ты уже был здесь? — спросил Джош, не отрывая взгляда. — Несколько раз, — кивнул Тайлер. — Но ты смотришь на него так, как будто он впервые появился на карте. Джош усмехнулся. — Может, так и есть. Он снова повернулся к стеклу. — Ты когда-нибудь чувствовал, что ты... вообще ничего не знал о мире? — Постоянно, — тихо сказал Тайлер. И помолчал. — Но это хорошее чувство. Потому что с него всё и начинается. *** Они приехали в гостиницу ближе к вечеру, когда неон уже начал оживать. Отель был высокий, современный, с зеркальным фасадом и идеально полированными подъездными дорожками. Белоснежные перчатки у сотрудников, безупречные поклоны, формальности — всё с точностью до секунд. Тайлер уже знал, чего ожидать. А вот Джош оглядывался, как будто попал в декорации фантастического фильма. — Нам дали соседние номера, — сказал Тайлер, сверяясь с карточками-ключами. — Ты — 1411. Я — 1412. — Прямо как судьба, — усмехнулся Джош, притворно драматичным тоном. На этаже было тихо. Всё словно приглушённое, даже их шаги по мягкому ковролину. Тайлер первым вошёл в свой номер. Он открыл дверь, положил сумку, привычно прошёл по комнате. Свет включился сам — мягкий, приглушённый, будто подстроенный под настроение. Просторная кровать, стеклянная перегородка, подсветка в углах, минимализм в японском стиле. Он потянул наугад дверцу в маленьком шкафчике у стены. — Ну-ка... Внутри лежала коробка. Он приподнял крышку — и сразу опустил обратно, прищурившись. — Ясно, — выдохнул он с кривой улыбкой. — Спасибо, Япония. В наборе было всё, чтобы взрослые гости чувствовали себя... уверенно. Не то чтобы это его удивило — он уже сталкивался с таким. Но каждый раз — немного внезапно. Тайлер покачал головой, закрыл шкаф и только собрался лечь на кровать, как из-за стены, с такой громкостью, будто Джош стоял с мегафоном, донёсся голос: — ОН РАЗГОВАРИВАЕТ СО МНОЙ! Тайлер застыл. И... засмеялся. — Вот оно началось, — пробормотал он и вышел в коридор, не закрывая за собой дверь. Номер Джоша был прямо рядом. Тайлер постучал в стену — без ответа. Потом толкнул дверь, приоткрытую — и шагнул внутрь. — Джош? Из ванной раздался полный изумления возглас: — Он знает, что я сел! Тайлер! Он реагирует на движение! Это не унитаз, это какой-то... робот-компаньон! Тайлер облокотился на дверной косяк. — Это биде. Умное биде. Ты с ним теперь на "вы" или уже на "ты"? — Он подогревает сиденье! Он светится! Он — говорит! — Джош выглянул из ванной, будто только что встретил инопланетянина. — Он сказал мне «иррасяймасэ»! Это ведь что-то приветственное? — Примерно: "Добро пожаловать", — кивнул Тайлер. — Он культурнее некоторых людей, с которыми я рос. Джош с серьёзным лицом обернулся на туалет. — Думаешь, он запомнит меня? — Если ты нажмёшь не ту кнопку — точно запомнит. Они оба рассмеялись. Тайлер медленно сел на край кровати в номере Джоша и с любопытством огляделся. — Тут такой же шкафчик, как у меня. Только ты не открывай. Поверь на слово. — Что, проклятие? — Почти. Скажем так: японцы умеют удивлять даже опытных. — Ну, тогда я точно открою его позже, — с заговорщической улыбкой пообещал Джош. Тайлер качнул головой, прикусил губу, чтобы не выдать улыбку. Тайлер сдался первым. — Пошли прогуляемся, пока не уснул. Может, найдём где поесть. Или ты ещё не насытился — впечатлениями? — Я голоден и влюблён, — с придыханием выдал Джош, уже выходя в коридор. — Я не знаю, во что именно, но Япония — это... это как аниме, только ты внутри. Отель был огромный — по сути, небоскрёб. У каждого лифта — экран, у каждого поворота — зеркальная панель. Они шли по полупустому холлу, свернули к галерее, перешли стеклянный мост над внутренним садом. Всё здесь было стерильно и волшебно одновременно: зелёные деревья под потолком, аккуратные прудики, свет из-под пола. — Ты видел этих рыбок? — Джош остановился, уткнувшись лицом в стекло у аквариума, где плавали золотые кои, медленно, важно, как древние императорские стражи. — Ага. Плавают, как будто знают, что мы простые смертные. — Может, и знают, — пробормотал Джош. — У них, кстати, реально лица. Не рыбьи. Такие... философские. Тайлер усмехнулся. Джош и в Токио остался Джошем — только теперь у него была новая сцена для восторга. Он оглядывался каждую секунду, как ребёнок, попавший в парк аттракционов без ограничений. — Смотри! — Он ткнул пальцем на автомат с напитками. — У них тут в банках суп! — Добро пожаловать. Здесь можно купить горячий кофе, холодный чай, и... карри с мясом в алюминиевой банке. Всё из одного автомата. — Я не хочу уезжать. Никогда. — Джош посмотрел вверх. Над ними стеклянный потолок, за которым горел Токио — город из огней, рекламы, высотных вывесок и движущихся прожекторов. — Ты видишь это? Тайлер подошёл ближе. — Я был здесь пару лет назад. Тогда всё казалось... другим. Больше, громче. Но сейчас... Он замолчал. Джош смотрел на город так, будто сердце билось в такт мигающим вывескам. Как будто он действительно видел мир впервые. И в этот момент — с его щёками, подсвеченными красным неоном, с его глазами, в которых отражались японские иероглифы и вертикальные экраны — Тайлер понял, что, пожалуй, видеть Токио с Джошем было куда интереснее, чем в одиночку. — Сейчас — лучше, — тихо закончил он. — Почему? — Потому что ты рядом. Джош чуть опешил от нежности в голосе Тайлера, но не стал смеяться. Просто кивнул, чуть замерев в этом моменте. Потом снова бросил взгляд на автомат. — Мы определённо вернёмся сюда, если переживём японский суп в банке. — Думаю, тебе стоит оставить желудок на вечер. На ужин у нас, кстати, — сукияки. — Это звучит как имя покемона. — Это звучит как счастье. Они пошли дальше. Джош то и дело останавливался: посмотреть на маленькую японскую лавку с экзотическими сладостями, уставиться в витрину с миниатюрными пластиковыми копиями еды, ахнуть от автоматических дверей, которые открывались не просто с шипением, а с мягким, почти сказочным звуком. Тайлер не торопил его. Он просто шёл рядом — и улыбался. — О господи, — выдохнул Джош, когда из лифта вышли Дженна и Дебби. Обе были в кимоно. Не ярком и карикатурном, как в туристических магазинах, а в настоящем — тонком, шёлковом, с ручной вышивкой. Волосы у Дженны были собраны в аккуратный пучок с тонкой шпилькой, у Дебби — полураспущенные, но тоже уложены с точностью до миллиметра. Макияж был лёгкий, почти незаметный — только глаза подчёркнуты, как у героинь дорамы. — Ты шутишь, — прошептал Джош. — Это вообще законно — так выглядеть? — Мы просто решили вписаться в атмосферу, — сказала Дженна с улыбкой и изящно повернулась, показывая шёлк, скользящий по телу. Дебби склонила голову в сторону. — Вам бы тоже попробовать. Хотя бы раз. — Она чуть улыбнулась. — Примерка кимоно — священный ритуал, кстати. — Слушай, если ты сейчас скажешь, что это было бесплатно — я разревусь, — выдал Джош. — Почти. Нас пригласили. От отеля. Подарок, — пояснила Дженна. — Они выглядят так, будто сошли с рекламы Dior в Киото, — пробормотал Тайлер. Именно в этот момент к ним подошёл Аарон. Он был в обычной чёрной рубашке, расстёгнутой на пару верхних пуговиц, но его взгляд задержался на девушках не меньше, чем у Джоша. Точнее — на Дебби. Он резко замедлил шаг, приподнял брови едва заметно и что-то хотел сказать — но, кажется, забыл, что именно. — Вы обе... впечатляюще. — Его голос прозвучал чуть хрипло, с лёгкой заминкой. — Спасибо, — ответила Дженна, сдержанно кивнув. А вот Дебби чуть улыбнулась — не игриво, а по-женски уверенно. И от этого её красота будто стала взрослее. — Вы тоже... неплохо смотритесь, Аарон, — сказала она, почти невзначай. Тайлер боком глянул на Джоша. Джош уже смотрел на него. — Ты это тоже видел? — Ага. И слышал. — Если они уйдут на свидание — я проиграю тысячу долларов, — сказал Джош. — Кому? — Себе. Потому что я сказал, что никогда. — Ну, — усмехнулся Тайлер, — похоже, придётся заплатить. Себе. Аарон между тем кашлянул, будто сбрасывая с себя эффект. — Мы собираемся в ресторан на верхнем этаже. Если вы... закончили разговаривать с рыбками, — он бросил взгляд на аквариум. — Они были весьма философские, — ответил Джош, — а одна даже подмигнула. Дебби чуть вскинула бровь, и Тайлер понял, что она поняла Джоша. Уловила его интонацию. Отметила. И Аарон это тоже уловил. — Пошли, — сказал он, делая шаг вперёд. — Ужин уже ждёт. Когда все пошли к лифту, Тайлер и Джош чуть замедлились, снова глядя на отражения неона в стеклянных стенах. — Ты когда-нибудь думал, — тихо сказал Джош, — что однажды окажешься в Токио, с такой командой, с такими... людьми? Тайлер на секунду посмотрел на его профиль. — Я думал только о гонках. — А теперь? — Думаю о тебе. — А мне кажется, я думаю о японской лапше, — хмыкнул Джош, — но на самом деле — тоже о тебе. Большой круглый стол стоял у самого окна. За стеклом мерцал Токио — не город, а неоновый мираж: огни в виде иероглифов, движущиеся экраны, отражения света в стекле — всё это будто парило в воздухе. В зале было приглушённо, официанты двигались бесшумно, еда подавалась аккуратно, словно это был танец. Джош сидел между Тайлером и Дженной, держал палочки как карандаши и боролся с нежным кусочком тунца. — Ты как будто пытаешься заключить с ним контракт, — прошептал Тайлер. — А он — не подписывает, — прошипел в ответ Джош. — Вот, — сказала Дебби, передавая ему маленькую вилку. — Спасение для западного мужчины. — Выглядит, как личное оскорбление, — но Джош принял помощь с благодарностью. Смех за столом то вспыхивал, то стихал. Дженна рассказывала, как случайно купила мороженое с васаби. Тайлер вспоминал первую поездку сюда — как потерялся в метро, и как в итоге его нашёл фанат с табличкой Blurryface Forever. Аарон вёл себя сдержанно, но явно был доволен. Он редко смеялся, но часто кивал, слушал, смотрел на команду как на работу своей жизни — в хорошем смысле. Под конец ужина, когда все почти доели и зазвучала лёгкая японская музыка, Аарон отложил бокал и слегка постучал по столу пальцами. — Можно? — Голос был не громкий, но сразу стал центром внимания. Он осмотрел всех. Его взгляд задержался на Дебби всего на секунду — но достаточно, чтобы Джош и Тайлер переглянулись. — Я знаю, мы не любим речи. Особенно в неформальной обстановке. — Он склонил голову, и уголки его губ дрогнули. — Но есть момент, о котором стоит сказать. Он повернулся к Джошу. — Завтра — твой первый заезд в Японии. Первый — официально. Джош почти автоматически выпрямился, как будто его назвали у доски. — Это не просто новая страна и новый трек. Это этап, который покажет, кто ты. Мы все уже знаем, на что ты способен. И мы все здесь, не потому что обязаны — а потому что верим в тебя. Это разница. Помни об этом. Он не говорил пафосно. Слова были короткими, почти резкими — но в них было то, что Джош чувствовал кожей. Поддержка, которую не надо было разжёвывать. — Удиви нас. Или не удивляй. Просто будь собой — и этого хватит. Он поднял бокал. Остальные последовали. — За Джоша, — сказал Аарон. — За Джоша, — подхватили все. Джош сжал бокал обеими руками. Смотрел не на огни, не на еду — а на лиц своих людей. На Тайлера, который чуть улыбался. На Дженну, которая смотрела с гордостью. На Дебби и Аарона, между которыми — искра, почти незаметная, но настоящая. Он вдохнул. — Ладно. Тогда придётся выиграть, — сказал он. — Раз вы все уже поверили. Смех снова наполнил вечер.