Формула любви / Twenty one pilots

Они вышли в коридор. Дверь за спиной закрылась, и гул голосов команды остался где-то внутри, а между ними повисла тишина, которая только усиливала напряжение. Тайлер первым развернулся к Джошу. Его шаги были резкие, голос — почти срывающийся: — Нет. Так дело не пойдёт. Я не позволю тебе ломать себя ради меня, слышишь? — он говорил быстро, будто боялся замолчать хоть на секунду. — Я не хочу, чтобы ты жертвовал своим будущим, своими победами, которые тебе принадлежат. Не мне. — Тай— — Нет, молчи! — он шагнул ближе, почти ткнув пальцем в грудь Джоша. — Это моё прошлое, понял? Кубки, титулы, овации — всё это моё. Я своё уже получил. А твоё — впереди. И если ты сейчас решишь... решишь пожертвовать этим ради меня, я... — он замолчал, кулаки дрожали. — Я никогда этого тебе не прощу. Джош открыл рот, но Тайлер не дал вставить слово, будто боялся, что любое возражение разрушит хрупкий каркас его злости: — Ты создан для побед. Для скорости. Для того, чтобы рвать трассу и ломать рекорды. Не для того, чтобы прикрывать меня, словно я хрустальный! И тогда Джош сорвался. Резким движением он схватил Тайлера за запястья и прижал к стене, дыхание обжигало. — Да заткнись же ты, наконец! — в его голосе звенела сталь. — Хватит решать за меня, что для меня важно. Джош держал его крепко, не отводя взгляда. — Я делаю это не ради жертвы, не ради пафоса, — сказал он глухо, будто выдавливая из себя. — Я хочу, чтобы ты ехал свободно. Чтобы у тебя не было ни страха, ни воспоминаний, ни этого чертового груза за спиной. Его пальцы сильнее сжали запястья Тайлера. — Если я прикрою тебя, у тебя не будет риска. Ты сможешь гонять, как будто на трассе нет ничего, кроме скорости. Без страха, что всё повторится. Он наклонился ближе, слова звучали почти как признание: — Я хочу, чтобы ты дышал в машине свободно. Чтобы твой огонь не гасил страх. Тишина. Только их дыхание, резкое и сбивчивое, отражалось от стен коридора. Секунда — и Джош резко выдохнул. Словно отпустил всё вместе со своей хваткой. Его пальцы скользнули вниз, и он молча разжал руки, освобождая запястья Тайлера. Джош медленно повернулся, будто каждое движение давалось ему с усилием, и шагнул прочь по пустому коридору. — Если ты боишься, что я не справлюсь, так и скажи! — громко, почти срываясь, бросил Тайлер ему вслед. Джош остановился, не оборачиваясь. Несколько секунд он просто стоял, тяжело дыша, а потом, чуть тише, но так, чтобы каждое слово вонзилось в воздух, сказал через плечо: —Я боюсь потерять тебя. И пошёл дальше, оставив Тайлера в тишине, где сердце билось громче любых шагов. Тайлер долго стоял в коридоре, сжимая кулаки. Внутри всё кипело, но слова Джоша не выходили из головы. Он резко втянул воздух, будто снова садился за руль перед стартом, и пошёл обратно. В боксе все замолчали, как только он вошёл. Пустое место рядом с его стулом бросалось в глаза слишком явно. Тайлер остановился, оглядел всех и, сжав зубы, сказал твёрдо, почти с вызовом: — Я согласен на эту стратегию. Голос прозвучал так, словно он ставил точку, даже если внутри всё кричало обратное. Он сел, откинулся назад и скрестил руки на груди, не давая никому повода задать лишний вопрос. Аарон прищурился, Дженна нахмурилась, но никто не стал спорить. В комнате снова заговорили о цифрах и планах, а Тайлер сидел молча, будто всё уже было решено. *** Джош закрыл за собой дверь комнаты, оставшись в тишине. На секунду прислонился спиной к стене, будто пытаясь сбросить с себя весь груз разговора в коридоре, но он упорно не уходил. Он подошёл к сумке в углу, расстегнул молнию и начал собирать вещи. Всё делал без суеты, спокойно, но в каждом движении было больше мысли, чем действия. Майки сложил аккуратно, проверил перчатки, отложил блокнот с заметками по трассе. «Может, я перегнул? Был слишком жёстким?..» — промелькнуло в голове. Он вспомнил, как держал Тайлера за запястья, как говорил ему почти сквозь зубы. В груди неприятно кольнуло. Тайлер, конечно, упрямый и всегда встаёт на дыбы, когда его пытаются защитить, но... Джош ведь говорил искренне. Не ради красивых слов, не ради победы, а ради того, чтобы тот снова не оказался в том аду. Он остановился, держа в руках шлем, и задумался. Пальцы машинально провели по гладкой поверхности, а взгляд рассеянно упёрся в пустоту. — Чёрт... — тихо выдохнул он. — Я просто не хочу снова видеть, как ты рискуешь. С этими словами Джош положил шлем в чехол и застегнул сумку. Он решил собраться чуть раньше не потому, что боялся опоздать, а потому что знал: дорога и процесс сборов успокоят его, дадут время подумать, как всё исправить. Он провёл рукой по лицу, ещё раз проверил, всё ли на месте, и только тогда позволил себе сесть на край кровати. С минуту сидел молча, глядя в пол, а потом усмехнулся сам себе: — Да, Дан, мастер разговоров, как всегда... Тайлер вошёл в комнату без стука. В его лице не было привычной мягкой улыбки — он выглядел собранным, почти холодным, но не злым. Джош застыл, держа в руках футболку, которую собирался положить в сумку. — Мы должны расставить всё по местам, — сразу сказал Тайлер, закрывая за собой дверь. Его голос был твёрдым, и по интонации было понятно: перебивать его не стоит. — Я согласен на эту стратегию. Но только так, как я сказал. Ты не жертвуешь собой. Ты не будешь закрывать меня от всего. Мы работаем вместе, а не так, что я прячусь за твоей спиной. Джош хотел вставить слово — губы чуть дрогнули, но Тайлер резко поднял ладонь: — Нет, дай мне договорить. — Он сделал шаг ближе, и между ними стало теснее. — Я чемпион. У меня уже есть титул, я могу хоть завтра повесить шлем на гвоздь. А у тебя всё только начинается. Так что если кому и надо беречь голову — так это тебе. Я не собираюсь позволить, чтобы ты шёл на поводу у моих демонов. Каждое слово звучало твёрдо, как удар молотка. Тайлер будто сам вбивал в сознание Джоша свою правду, отрезая возможность возразить. Джош молчал, и в этой тишине вдруг понял: в голосе Тайлера не только железо, но и страх. Страх снова потерять, снова оказаться в том месте, где авария оставила след. Он медленно положил футболку на кровать, поднялся и подошёл ближе. Тайлер ещё продолжал что-то говорить — сбивчиво, будто сам загонял себя в угол собственными словами. И именно тогда Джош протянул руки и взял его за запястья. Не жёстко, не властно, а мягко, словно удерживая от дальнейшего падения в собственные страхи. Тайлер замолчал. В его глазах мелькнула растерянность: он ждал сопротивления, крика, а получил тишину и тепло. — Извини, — тихо сказал Джош. Его голос был почти шёпотом, но в комнате он прозвучал отчётливо. — Я слишком давил на тебя. Не хотел. Он посмотрел прямо в глаза, не отпуская. — Это не про жертву. Не про то, чтобы выглядеть святым. Это про то, что я не хочу видеть тебя в ловушке страха. Не хочу, чтобы ты рисковал больше, чем нужно. Тайлер глубоко вдохнул, его плечи дрогнули. Он опустил взгляд на руки, которые Джош всё ещё держал, и впервые за разговор не нашёл, что ответить сразу. В его лице проступило что-то мягкое, почти уязвимое. Он медленно выдохнул и, не поднимая глаз, слегка сжал пальцы Джоша в ответ — не как подтверждение, не как согласие, а как признание: он услышал. *** На трассе стояла тишина, нарушаемая только ревом моторов. Джош и Тайлер заняли свои места, болиды стояли рядом, готовые к тренировке. В наушниках звучал спокойный, уверенный голос Дженны: — Начали разгон, держите дистанцию. Джош, прикрывай Тайлерa. Тайлер, атакуй только когда безопасно. — Принял, — коротко ответил Джош, глядя на Тайлерa в боковое зеркало. — Всё ясно, — кивнул Тайлер. — Поехали. Моторы ревели, болиды синхронно рванули вперёд. Джош и Тайлер обменивались короткими командами через гарнитуру, корректируя скорость и траекторию. Всё шло идеально, будто они действовали одним целым. Но внезапно в боксе раздался шум, на мониторах мелькнули незнакомые фигуры. Дженна мгновенно подтвердила: — В боксы зашёл важный человек. Через мгновение строгий мужчина в костюме появился на экранах. Он сразу же обратился к команде: — Где второй пилот? Я хочу знать всё о его аварии... о позвоночнике. Если есть малейший риск, он не должен участвовать. Аарон резко вмешался, голос его стал твёрдым: — Тайлер, возвращайся в боксы немедленно. — Джош... — раздалось в наушниках, голос Тайлерa был спокоен, но напряжён. — Еду за тобой, — ответил Джош, не раздумывая. Оба болида с ревом свернули с трассы, мимо бокс-секции, где механики суетились и отчитывались перед визитёром. Сердце Джоша билось сильнее обычного, но взгляд был твёрдым: он не собирался отпускать Тайлерa. В боксе строгий мужчина шагал между механиками, проверяя документы и данные, его взгляд приковывал к Тайлеру. Аарон стоял рядом, защищая своего пилота. Тайлер снял шлем, провёл рукой по волосам и сразу направился к Мужчине. В боксе стало тихо — даже механики невольно притихли, чувствуя напряжение. — Майкл Харрис. — протянул он руку. — Я слышал о вас. — Тайлер с уверенностью пожал ладонь Харрису. — Вы и есть тот самый «второй пилот»? — с лёгкой усмешкой произнёс Харрис, даже не протянув руки. — Насколько я знаю, у вас за плечами серьёзная авария. С позвоночником не шутят. Думаю, лучше команде отказаться от такой... неопределённости. Тайлер остановился напротив, выпрямился. В его взгляде было что-то ледяное и при этом завораживающее. Он протянул руку сам, и Харрису пришлось пожать её — иначе выглядел бы трусом. — Моё имя Тайлер Джозеф, — произнёс он медленно и чётко. — У меня есть международный допуск, подписанный медицинской комиссией FIA. Все справки, все заключения. Я здесь не случайно. Джош напрягся, собираясь вмешаться, но Тайлер бросил ему короткий взгляд: «Не смей». Джош остановился, хотя в груди всё кипело. Харрис нахмурился: — Бумаги бумагами, но команда рискует репутацией. Любая повторная травма, и ваша история закончится. Тайлер наклонил голову чуть в сторону, и его голос стал тише, но в нём просквозила сталь: — Знаете, что заканчивается гораздо быстрее? Вера команды в тех, кто приходит с улицы и диктует им условия. Я рискую собой. А вы — только словами. Воздух будто сгустился. Даже Дженна в наушниках замолчала. Харрис замялся, но тут же усмехнулся — с холодной тенью в голосе: — Хорошо. Сегодня вы выиграли разговор. Но, мистер Джозеф... — он сделал паузу, будто смакуя слова, — это не конец. Мы ещё увидимся. И когда это случится, посмотрим, насколько крепка ваша решимость. Он развернулся и ушёл так же внезапно, как появился, оставив после себя напряжение, будто запах пороха после выстрела. Тайлер выдохнул и поправил перчатку, словно ничего не произошло. Джош смотрел на него с гордостью и лёгкой тревогой: — Ты сейчас был как нож в его руках. Острый и опасный. Тайлер усмехнулся уголком губ: — Пусть приходит снова. У меня ещё много слов. *** Белый кабинет пах антисептиком и чем-то металлическим. Тайлер сидел на кушетке, футболка была снята, а врач в очках внимательно ощупывал его позвоночник, водил пальцами по позвонкам и что-то записывал в карту. Джош устроился в кресле рядом, слегка наклонившись вперёд, не сводя глаз с Тайлера. Он выглядел спокойным, но его пальцы нервно постукивали по подлокотнику. — Дышите глубже, — сказал врач, склонившись над Тайлера. — Да, вот так... держите. Хм. — Он нахмурился, но тут же смягчился. — Позвоночник ведёт себя хорошо. Для вашей нагрузки это даже удивительно. — Я не удивлён, — спокойно ответил Тайлер, глядя в одну точку. — Я много работал, чтобы быть здесь. Врач кивнул и отошёл к столу, давая им с Джошем возможность обменяться взглядом. — Этот Харрис, — нарушил тишину Джош, тихо, почти шёпотом. — Он пытался пробить тебя на слабость. Ты видел, как он смотрел? Будто уже держал твою судьбу в руках. Тайлер усмехнулся, но глаза оставались серьёзными. — Он привык, что люди ломаются под давлением. Но я не из таких. — Всё равно... — Джош сжал кулак на колене. — Если он решит копать дальше, он найдёт способы. Бумаги, слухи, давление на команду... Тайлер чуть наклонил голову, позволяя врачу ещё раз проверить поясницу, и только потом ответил, голосом низким и твёрдым: — Пусть копает. Пусть ищет. Я не собираюсь снова доказывать себе, что я живой. Я уже доказал. Теперь я докажу это ему. Врач сделал пометку и произнёс: — С медицинской точки зрения — вы в порядке. Допуск действителен. Никаких оснований для снятия я не вижу. Джош выдохнул, откинувшись в кресле, и посмотрел на Тайлера с едва заметной улыбкой: — Слышал? У тебя официальное алиби. Тайлер повернул голову к нему и ответил чуть тише, с тенью усмешки: — Алиби не спасает от таких, как Харрис. Но знаешь что? Мне нравится, что он думает, будто я слаб. Пусть продолжает так думать. Это его ошибка. *** Бокс был почти пустым — только механики что-то дорабатывали на заднем плане, а запах бензина и свежей резины будто впитался в стены. Джош и Тайлер шли рядом, болтая о мелочах: о том, что Джош чуть не уронил шлем, когда снимал его, о том, как глупо он выглядел с прижатым к лицу ремнём. Тайлер усмехался, покачивая в руках перчатку, и, кажется, впервые за весь день выглядел по-настоящему спокойно. Но чем ближе они подходили к центру бокса, тем сильнее замедляли шаг. У самых болидов стоял Аарон. Он был неподвижен, руки скрещены на груди, взгляд — тяжёлый и сосредоточенный, устремлённый на два парных автомобиля. — Смотри, — вполголоса сказал Джош, — будто статуя. — Не мешай, — отозвался Тайлер так же тихо. — Он думает. Они подошли ближе. Аарон чуть повернул голову, заметив их, но не сразу заговорил. Несколько секунд он будто выбирал слова. — Харрис, — наконец произнёс он. — Этот человек никогда не приходит просто так. Если он появился здесь — значит, у него есть цель. И, поверьте, она вряд ли совпадает с нашими. В боксе воцарилась пауза. Джош нахмурился: — Вы его знаете? Аарон коротко кивнул. — Достаточно, чтобы не доверять. Харрис — не тот, кто играет в открытую. Он всегда проверяет, ищет слабые места, давит туда, где больнее всего. Тайлер сжал перчатку в руке, голос у него стал сухим, деловым: — Значит, теперь это я — слабое место? Аарон посмотрел на него долгим взглядом, словно хотел что-то сказать, но удержался. — Ты — не слабость, — наконец ответил он. — Но для него ты — рычаг. С этими словами Аарон отвернулся обратно к болидом. И в его позе было что-то тяжёлое, будто он предчувствовал шторм. Джош и Тайлер переглянулись. На секунду показалось, что они оба поняли друг друга без слов.