Формула любви / Twenty one pilots

Первым сознание вернулось Джошу. Он почувствовал тяжесть на своей груди, теплое дыхание в своей шее и лучами утреннего солнца, пробивающимися сквозь щели в шторах. Он медленно открыл глаза. Тайлер спал, пригревшись боком к нему, его голова лежала на его плече, а рука — та самая, без перчатки — была раскинута на его груди. Шрамы на его предплечье были видны четко в утреннем свете — розовые, неровные, но уже не казающиеся ужасными. Они были просто частью него. Частью этого момента. Джош улыбнулся, не в силах пошевелиться, чтобы не потревожить его. Он просто лежал и слушал его ровное дыхание. И тут зазвонил телефон. Дикий, оглушительный рингтон Аарона разорвал утреннюю идиллию. Тайлер вздрогнул и проснулся мгновенно, глаза его были полны паники и непонимания. Он метнулся взглядом по незнакомой комнате, пока его взгляд не упал на Джоша, и тогда его черты смягчились, сменившись облегчением. Джош, чертыхаясь, потянулся за телефоном на тумбочке. — Алё? — его голос прозвучал хрипло от сна. — ГДЕ ВЫ, ЧЕРТ ВОЗЬМИ?! — из динамика раздался такой рёв, что Джош поспешил убрать телефон от уха. Тайлер, прислушавшись, поднял бровь. — У вас через три часа самолет! Весь штаб с ума сходит! Вы вообще в сознании? Вы живы? Джош прикрыл микрофон рукой и посмотрел на Тайлера. — Босс беспокоится, — сообщил он с притворной серьёзностью. Тайлер фыркнул, и его плечи задрожали от сдерживаемого смеха. Он потянулся, и одеяло сползло с него, обнажив торс. Он не стал сразу же хвататься за футболку. Он просто потянулся, как кот, и утреннее солнце золотило его кожу и шрамы. — Аарон, всё в порядке, — сказал Джош в трубку, его голос стал ровнее, но улыбка не сходила с лица. — Мы... задержались. Будем через полчаса. — «ЗАДЕРЖАЛИСЬ»? ДАН, Я ТЕБЯ... Джош весело положил трубку на крики Аарона и отшвырнул телефон обратно на тумбочку. Наступила тишина. Они посмотрели друг на друга — растрёпанные, помятые, счастливые — и одновременно рассмеялись. Это был не сдержанный смешок, а громкий, искренний, животный смех облегчения и абсурдности ситуации. — Он тебя убьёт, — выдохнул Тайлер, вытирая слезу смеха. — Пусть попробует, — отмахнулся Джош, сползая с кровати. Он потянулся во весь рост, и его спина издала довольный хруст. — Ну что, чемпион? Готов к новому дню? Тайлер перевел взгляд с его обнажённой спины на свою руку, лежащую на простыне. Он медленно сжал кулак, потом разжал. И снова улыбнулся. — Ага, — просто сказал он. — Готов. *** Такси резко остановилось у частного терминала. Из машины, словно два виноватых школьника, высыпали Джош и Тайлер. Они были собраны, но на их лицах играли сдерживаемые улыбки, а одежда была помята так, что не оставалось сомнений — они не провели утро за упаковкой чемоданов. Дверь терминала распахнулась, и навстречу им вышел Аарон. Его лицо было красношеим, а глаза метали молнии. За его спиной выстроилась вся «армия» Mayfield Racing — механики, аналитики , Дженна с планшетом у груди и пытающаяся сохранить серьезность Дебби. — Ну-ка, подойти-подойти ко мне, мои прекрасные, пропавшие без вести, — голос Аарона был нарочито спокоен, что звучало куда страшнее крика. — Обнимашки. Джош и Тайлер переглянулись и сделали шаг вперед. Аарон схватил каждого за шиворот и с силой стукнул их лбами друг о друга, но не больно, а по-отечески. — АУ! — воскликнул Джош, потирая лоб, но не смог сдержать смешка. — Объясняйте, — потребовал Аарон, скрестив руки на груди. — Где были? Почему не брали трубку? Я уже в полицию собирался звонить! Думал, вас похитили фанаты! Тайлер потупил взгляд, пытаясь сохранить серьезность, но тщетно. — Мы... э-э-э... изучали архитектуру старого города. Очень увлеклись. — Архитектуру? — Аарон поднял бровь так высоко, что она почти скрылась в волосах. — В четыре утра? В понедельник? В костюмах после вечеринки? — Очень впечатляющая архитектура, — невозмутимо парировал Джош, подмигивая Дебби. Та фыркнула и прикрыла рот рукой. — Да они просто гуляли, босс! — крикнул кто-то из механиков. — Влюбленные же! По толпе прокатился смех. Дженна не выдержала и уронила планшет. Аарон смотрел на них, и его грозное выражение лица начало таять, сменяясь облегченной, уставшей ухмылкой. — Ладно, черт с вами, — сдался он, разводя руками. — Главное, что живы-здоровы и, кажется, даже в своем уме. — Он обернулся к команде. — Ну что, кого еще надо на руках носить? Все в самолет! У нас через пять часов квалификация! Толпа с веселым гомоном стала расходиться. Дженна, поднимая планшет, прошипела Тайлеру, проходя мимо: — «Архитектура». Серьезно? Это лучшее, что вы придумали? Тайлер только пожал плечами с самой невинной улыбкой, на какую был способен. Аарон, отозвав Джоша в сторону, тихо буркнул: — В следующий раз, когда решите полюбоваться «архитектурой», предупреждайте. А то у меня уже волосы седые от вас появляются. — Обещаем, — с абсолютно невозмутимым видом ответил Джош. — В следующий раз возьмем тебя с собой. Покажем самые... э-э-э... живописные места. Аарон фыркнул, хлопнул его по плечу и пошел к трапу, качая головой. Джош и Тайлер остались стоять на перроне на секунду, глядя друг на друга. И снова, одновременно, рассмеялись — уже не сдерживаясь. — Архитектура, — сквозь смех выдохнул Тайлер. — Гениально. — А что? Я креативно мыслю, — парировал Джош, закидывая рюкзак на плечо. — Пошли. Нас ждет самолет, а там... новая трасса. И никаких оправданий Аарону. — Никаких, — согласился Тайлер, и в его глазах было уже не отчаяние и не боль, а знакомый, острый, голодный азарт. Он поправил сумку на плече и уверенно шагнул к трапу, чувствуя, как Джош идет рядом, плечом к плечу. Они были дома. *** Сингапур встретил их стеной влажной, горячей тропической духоты, которая обрушилась на них сразу же, как только они вышли из прохладного салона самолета. После долгого перелета они были измотаны, в помятой форме, с затекшими спинами, но на их лицах все еще играли остатки утреннего веселья. Они шли по стеклянному тоннелю к терминалу, Аарон что-то бурно обсуждал с Дженной, когда до них донесся первый приглушенный гул. Затем он нарастал, превращаясь в оглушительный, безумный рев. За стеклом, за кордоном, стояло море людей. Сотни, тысячи фанатов. Они махали плакатами с их именами, фотографиями, синими флагами Mayfield Racing. Воздух дрожал от их криков. Тайлер инстинктивно замедлил шаг. Его взгляд скользнул по восторженным, кричащим лицам, и его правая рука сама потянулась к левой, к манжете куртки, словко пытаясь натянуть несуществующую перчатку. Он сжал кулак и засунул его в карман джинсов, стараясь сделать это как можно незаметнее. Его плечи напряглись, а на лице появилось то самое, знакомое Джошу, отстраненное выражение — щит против всего мира. — Боже, — пробормотал он, глядя под ноги. — Их тут с каждым разом всё больше. Джош, наоборот, расправил плечи и ухмыльнулся, поднимая руку и маша толпе. Толпа взревела еще громче. — Эй, расслабься, — сказал он Тайлеру, но тот лишь молча качнул головой. В этот момент к ним подошел Аарон, с интересом прислушиваясь к ритмичному, скандирующему крику, который выделялся на общем фоне. — О, интересно, — ухмыльнулся он, поворачиваясь к ним. — Ребята, вы в курсе, что от вас чего-то хотят? — Чтобы мы выиграли? Это мы и так знаем, — парировал Джош. — Не совсем, — Аарон заколебал ладонью. — Они скандируют что-то вроде «поцелуйтесь уже наконец». Местная традиция, что ли? Ну, вы поняли, — он сделал пару шагов назад, давая им пространство, с видом человека, который сейчас увидит хорошее шоу. Джош замер на секунду, его взгляд метнулся к Тайлеру, который стоял, напряженный, с глазами, полными паники. И тогда на лице Джоша расцвела та самая, озорная, безрассудная ухмылка. — Ну, раз традиция... — громко сказал он, обращаясь уже ко всей толпе, хотя его слова тонули в гуле. — Нельзя нарушать традиции! Он резко развернулся к Тайлеру. Тот не успел даже ахнуть. Джош схватил его за лицо обеими руками, не оставляя шанса отстраниться, и притянул к себе. Их поцелуй был не нежным и романтичным. Он был страстным, немного грубым, прямо посреди залитого светом терминала аэропорта Чанги, на глазах у тысяч ревущих от восторга фанатов. Джош держал его так, как держат самое ценное — крепко, уверенно, не скрывая своих чувств ни от кого. Тайлер сначала обомлел, его тело напряглось. А потом... а потом он расслабился. Его руки, висевшие вдоль тела, поднялись и вцепились в куртку Джоша, притягивая его еще ближе. Он ответил на поцелуй с той же яростью, выпуская всю свою накопившуюся нервозность, страх и напряжение в этом одном, безумном, публичном жесте. Трибуны взорвались. Вспышки камер ослепили их, даже сквозь закрытые веки. Когда они наконец разомкнулись, чтобы перевести дух, Джош не отпустил его, а просто прижал его лоб к своему, тяжело дыша. Тайлер, с пылающими щеками и по-юношески растерянным взглядом, смог только выдохнуть: — Черт возьми, Дан... Их путь к выходу превратился в триумфальное шествие. Фанаты кричали уже не от восторга, а от полного, абсолютного счастья. Сингапур встретил их не просто жарой. Он встретил их любовью. Они уже почти миновали самую шумную толпу, направляясь к машинам, когда Дженна, листая свой вечный планшет, не глядя бросила Тайлеру. — Тай, не забудь, у тебя послезавтра в девять утра фотосессия для «Vortex». Менеджер уже скинула борд , вроде бы все четко. Только, смотри, не опаздывай, там моделей нанимали, их час стоит как твой болид. Тайлер, шедший чуть позади, замер на полшага. Его лицо стало каменным. Он резко отвел взгляд в сторону, уставившись на какие-то рекламные билборды, будто внезапно обнаружив там невероятно интересную деталь. Джош, шедший рядом и лениво жевавший жвачку, повернул к нему голову. — Какая еще фотосессия? — спросил он с искренним, неподдельным любопытством. — Для рекламы шин? Или нового комбинезона? Наступила неловкая пауза. Тайлер упорно молчал, продолжая изучать рекламу. Дженна подняла глаза от планшета и посмотрела то на Тайлера, то на Джоша. На ее лице расцвела медленная, понимающая улыбка. — О-о-о, — протянула она, качнув головой. — Значит, ты ему не рассказывал? Интересно-интересно... — Что не рассказал? — Джош нахмурился, уже чувствуя подвох. Его взгляд перешел с Дженны на Тайлера, который, кажется, готов был провалиться сквозь землю. — Тайлер? Что за фотосессия? Тайлер сглотнул и, наконец, мотнул головой в сторону Дженны, избегая смотреть на Джоша. — Да так... ерунда. Для одного журнальчика. Не важно. — Как это не важно? — Дженна фыркнула, явно получая удовольствие от ситуации. — Для самого популярного глянца в Азии? С самым дорогим фотографом? И, если мне не изменяет память, — она снова уткнулась в планшет, пролистывая что-то, — с участием... Ага! Трех топ-моделей из Милана. Как раз тот проект в стиле «роскошь, скорость и гламур». Должно быть жарко. Она произнесла это абсолютно деловым тоном, но ядовитый подтекст был ясен как день. Джош остановился как вкопанный. Его брови поползли к волосам. — Повтори-ка, — его голос потерял всю свою легкомысленность. Он повернулся к Тайлеру во весь рост, загораживая ему дорогу. — Фотосессия. С моделями. В стиле «роскошь и гламур». Это та самая фотосессия, про которую ты мне вчера сказал, что это «скучная рекламная обязаловка от спонсора»? Тайлер, наконец, посмотрел на него. В его глазах читалась паника и желание оказаться где угодно, только не здесь. — Ну... технически... это и есть рекламная обязаловка... — попытался он выкрутиться, но его голос звучал слабо. — В окружении полуголых итальянок? — уточнил Джош, скрестив руки на груди. На его лице играла уже не обида, а чистейшее, неподдельное изумление, смешанное с начинающейся ревностью. — И ты... аж три дня об этом знал и... не сказал мне? — Я... я не хотел тебя беспокоить, — выдавил Тайлер, и это прозвучало так нелепо, что даже Дженна фыркнула. — Беспокоить? — Джош рассмеялся, но смех его был коротким и безрадостным. — Милый, теперь я буду «беспокоиться» как минимум до послезавтра. И, поверь, ты об этом узнаешь. *** Воздух в боксе был густым от запахов горячего света софитов, лака для волос и дорогого парфюма. В центре всего этого бушевала настоящая буря гламура. Тайлер сидел на краю крыла своего же болида, облаченный в идеально сидящие черные брюки и белую рубашку, расстегнутую настолько, что открывался не только намек на грудь, но и почти верхнюю часть тех самых шрамов. Тайлер также отказался снимать черную перчатку с руки . Он старался сохранять невозмутимое, слегка отстраненное выражение лица «крутого парня», но по легкому напряжению в его плечах было видно, как ему неловко. Вокруг него, как экзотические птицы, извивались три модели в откровенных блестящих купальниках, цвета металлик. Они то обнимали его со спины, то ложились на капот машины, томно заглядывая ему в глаза. Фотограф щелкал затвором, выкрикивая команды на ломаном английском: «Yes! Good! Now look at me, Tyler! Be hungry! Be dangerous!» За кадром, в тени, стояли Джош и Аарон. Джош скрестил руки на груди, его лицо было невозмутимым, но взгляд, прикованный к происходящему, был острым, как бритва. Аарон, прислонившись к стеллажу с покрышками, с интересом наблюдал за ними обоими — за постановочной картинкой и за настоящей драмой за кулисами. — Ну что, — тихо проговорил он, подмигивая Джошу. — Как ощущения? Уже ревнуешь или еще нет? Джош не отвел взгляда от Тайлера, чья рука по указанию фотографа теперь лежала на талии одной из девушек. — Ревную? — переспросил он, и его губы тронула едва заметная улыбка. — Конечно. Я уже прикидываю, в какой бензобак ей плеснуть сахару, если она еще раз так посмотрит на моего парня. Аарон фыркнул, подавив смех. — Деловой подход. Одобряю. — Но, — Джош тяжело вздохнул, сделав вид, что смиряется с невыносимыми муками, — раз уж это работа... Ладно. Пусть. — Он повернулся к Аарону, и его глаза блеснули неподдельным, интимным лукавством. — Зато я знаю, чьи руки будут его раздевать после всей этой... красоты. И чье имя он будет стонать по ночам. И это явно не Катрин-София-Как-там-ее-звать. Аарон закатил глаза, но его ухмылка стала только шире. — Боже, заткнись. Мне еще с ними в одном самолете лететь, а вы со своими подробностями... — Что подробности? — невинно спросил Джош. — Я всего лишь намекнул, что у меня есть ключ от его номера. Фотограф, довольный получившимися кадрами, решил подлить масла в огонь. Он сделал несколько шагов назад, оценивающе посмотрел в объектив и выкрикнул новую команду, на этот раз громче и отчетливее: — Tyler! Yes! Now... put your hands on their hips! Both hands! Own the shot! Show me power! Desire! Воздух в боксе словно наэлектризовало. Тайлер замер на мгновение, его взгляд снова метнулся к Джошу — на этот раз с немым вопросом и извинением. Но остановиться было уже нельзя. Фотокамеры ждали. Работа есть работа. Он медленно, почти церемонно, поднял руки. Правая, все еще в своей черной перчатке, контрастируя с блестящей тканью купальника. Он положил ладони на изгибы бедер двух моделей по обе стороны от себя. Его прикосновение было легким, профессиональным, но сам факт заставил его щеки слегка покраснеть. — Perfect! Don't move! — завопил фотограф, снова защелкав затвором с бешеной скоростью. Аарон, наблюдавший за этим, тихо присвистнул. — Ну всё, — прошептал он Джошу. — Теперь он точно мертв. Я бы уже бежал прятать ключи от номера. Но Джош не двигался. Его лицо было каменной маской. Он видел не просто руки Тайлера на чужих бедрах. Он видел, как пальцы его левой руки — той самой, которую он только недавно целовал в темноте отельного номера — лежат на чужой коже. Он видел, как Тайлер старается держать дистанцию, но вынужден подчиняться. — Ревность — это вообще-то нормально, — пробормотал Аарон, пытаясь снять напряжение. — Можешь признаться. Я не осужу. В этот момент Тайлер, поймав его взгляд, едва заметно пожал плечами — крошечное, почти незаметное движение, полное извинения и просьбы о понимании. Джош в ответ просто медленно, очень явно, провел языком по своим верхним зубам, а затем улыбнулся — широко, дерзко и обещающе. Это был не взгляд ревнивца. Это был взгляд охотника, который уже знает, что добыча в любом случае будет его. Тайлер резко отвернулся, сделав вид, что поправляет воротник рубашки, но Аарон заметил, как у него задрожали пальцы на бедре модели и как алая краска залила его уши. — Ладно, я всё понял, — Аарон сдался, отворачиваясь. — Я пойду, проверю, как там наши шины. А вы... вы тут разбирайтесь со своим... желанием и мощью. Только, ради бога, без происшествий. Фотограф наконец-то выдохнул: «It's a wrap!» Софиты погасли, и неестественное, напряженное сияние сменилось обычным светом гаража. Модели мгновенно расслабились, засмеялись между собой и потянулись за халатами. Джош не заставил себя ждать. Он пересек помещение парой длинных, уверенных шагов, абсолютно игнорируя девушек, которые посмотрели на него с интересом. Его цель была одна. Он подошел к Тайлеру, все еще сидевшему на крыле болида, и без лишних слов положил руку ему на талию — твердо, властно, заявляя свои права. Легким движением он помог ему спуститься на землю, все еще не отпуская. — Пошли, — сказал Джош тихо, но так, что это прозвучало как приказ, и повел его в сторону, подальше от посторонних глаз. Тайлер позволил себя вести. Он был слегка оглушен вспышками и прикосновениями незнакомок. — Черт, Джош, это было... — он провел рукой по лицу, — так неловко. Они все время висели на мне, а этот идиот-фотограф... — Я видел, — голос Джоша был спокойным, но в нем чувствовалась сталь. Он повернул Тайлера к себе и принялся застегивать пуговицы на его рубашке. Его движения были точными и быстрыми, как у механика, закручивающего гайки. — Сиди смирно. — Я не ребенок, — пробормотал Тайлер, но не сопротивлялся. — Ведёшь себя как ребенок, — парировал Джош, застегивая последнюю пуговицу у самого горла. — Раз согласился на это цирк. — Он закончил и развернул Тайлера к себе, все еще не отпуская его. — Ну что, «голодный и опасный»? Насладился гламуром? Тайлер сморщился. — Прекрати. — А что? — Джож сделал невинное лицо. — Думаю, этот журнал теперь будет самым популярным в гей-клубах. Наконец-то нашлась твоя целевая аудитория. Поздравляю, ты — новая икона нетрадиционной моды и скорости. Тайлер сначала опешил, а потом фыркнул, и сдержанный смешок вырвался наружу. Он ткнул Джоша в грудь. — Заткнись. Идиот. — Твой идиот, — беззастенчиво напомнил Джош, его руки снова легли на его талию, но теперь уже не властно, а нежно. — И если ты еще раз согласишься на такую фотосессию, я лично переговорю с твоими спонсорами о смене имиджа. Например, на «суровый и недоступный». В комбинезоне с горлом под самое подбородок. Понятно? Тайлер наконец расслабился, уронив голову ему на плечо. — Понятно, — он выдохнул, и его голос прозвучал устало, но с облегчением. — Спасибо, что... что ты тут. — Всегда, — просто сказал Джош, гладя его по спине. — Теперь идем. Мне нужно стереть с тебя весь этот чужой парфюм. С мылом. И, возможно, щеткой.