Формула любви / Twenty one pilots

Воздух в паддоке новой страны был густым и влажным, пахнущим жареным асфальтом, бензином и экзотическими специями с ближайшего уличного рынка. Тайлер шел по длинному, слегка затемненному коридору под трибунами, уже облаченный в свой черно-белый комбинезон «Mayfield». Молния была застегнута до середины груди, а сам он, сосредоточенно нахмурив брови, поправлял манжеты на запястьях, мысленно прокручивая предстоящие установки на гонку. Он всегда был серьезнее, собраннее, его подводила та самая знаменитая тренерская дотошность, унаследованная еще со времен работы инженером. Его шаги были размеренными, обдуманными. И потому, когда из-за угла с грохотом и вихрем вынесся Джош, это было похоже на столкновение двух разных вселенных. Джош, уже полностью экипированный, мчался как ураган, явно куда-то опаздывая. Увидев Тайлера, он не сбавил скорость, а лишь слегка вильнул, и в следующее мгновение Тайлер почувствовал стремительное движение возле своего лица. Джош на лету, точно и ловко, поцеловал его в губы. Быстро, тепло, почти мимоходом. — Доброе, красавчик! Не отставай, старина-Аарон уже свирепый как мокрый тигр! — выпалил он, не останавливаясь, и его голос уже доносился из дальнего конца коридора. Тайлер замер на месте, на секунду потеряв дар речи. Его пальцы застыли на манжете. По лицу разлилась теплая волна, а на губах осталось ощущение мимолетного, но отчетливого прикосновения. Он медленно выдохнул, попытался сохранить серьезное, сосредоточенное выражение лица, но предательский уголок рта сам собой пополз вверх. Он покачал головой, смотря на удаляющуюся спину Джоша. — Энерджайзер, — пробормотал он себе под нос, но в его голосе сквозила явная нежность. Поправив манжету уже с гораздо менее суровым видом, Тайлер тронулся с места. Его шаг, по-прежнему уверенный, теперь приобрл едва уловимую легкость. Суета и строгость гоночного утра внезапно окрасились в теплые, солнечные тона. И мысль о том, что «старина-Аарон» свирепеет, уже не вызывала прежнего трепета, а казалась забавной частью их общего, безумного и прекрасного мира. *** Жара в паддоке немного спала, уступив место вечерней прохладе. В служебном трейлере команды «Mayfield» пахло кофе и остывающей электроникой. За столом, заваленным распечатками телеметрии и схемами трассы, сидели Аарон, Тайлер и Джош. Аарон, откинувшись на спинку кресла, жестом показал на экран планшета, где была заморожена траектория прохождения одного из сложных шиканов. — Вот здесь, Джош. Данные показывают, что ты теряешь три сотые на выходе. Ты слишком поздно газуешь. Джош, обычно такой непоседливый, сидел с идеально прямой спиной. Его взгляд был прикован к графикам, лицо — сосредоточенное и серьезное. Он не отводил глаз от данных, его пальцы медленно водили по траектории на бумажной карте. — Я знаю, — его голос звучал негромко, но твердо, без обычной шутливой нотки. — Проблема не в газу, а в заносе переднего антикрыла. Он нестабилен на кочках именно в этой точке. Я чувствую это на руле. Если добавить даунфорс, мы потеряем на прямой. Нужно не газовать раньше, а искать более плавную линию входа. Аарон хмыкнул, одобрительно кивнув. Он обменялся взглядом с Тайлером, который сидел напротив. Но Тайлер... Тайлер не смотрел на Аарона. Он смотрел на Джоша. И залипал. Тайлер видел этого Джоша каждый день на трассе, но в такой близкой, рабочей обстановке это проявлялось по-другому. Видеть, как тот самый «энерджайзер», который час назад носился по коридору, теперь с такой холодной, аналитической ясностью разбирает физику поведения болида на грани сцепления, было завораживающе. Тайлер наблюдал, как двигаются губы Джоша, произнося четкие, технические термины. Как его глаза, обычно смеющиеся, сейчас были сужены, выискивая малейшую нестыковку в данных. В его позе читалась не просто сосредоточенность, а властная уверенность человека, который знает машину как самого себя. «Черт возьми», — пронеслось в голове у Тайлера. Это было не просто привлекательно. Это было невероятно сексуально. Видеть, как его легкомысленный, вечно улыбающийся парень превращается в этого острого, умного и абсолютно собранного мужчину, заставляло сердце биться чаще. — Тайлер? Он вздрогнул. Аарон смотрел на него вопросительно. Джош тоже перевел на него свой сфокусированный взгляд, и в его глазах на мгновение мелькнуло легкое беспокойство — все ли в порядке. — Да? Прости, — Тайлер сглотнул, чувствуя, как тепло разливается по щекам. Он быстро ткнул пальцем в один из графиков, пытаясь скрыть свое замешательство. — Я... я думаю, Джош прав. Посмотри на колебания G-форс. Проблема именно в аэродинамике, а не в моменте нажатия на газ. Джош внимательно посмотрел на него, и уголки его губ дрогнули в едва заметной, понимающей улыбке. Он, кажется, все понял. Но тут же вернулся к делу. — Значит, пробуем вариант Б, — сказал он Аарону, снова став тем самым серьезным профессионалом. — Более плавный вход, более ранний апекс. Я проверю на утренней сессии. — Ладно, — Аарон отложил планшет. — На сегодня всё. Джош кивнул, встал и, уже на пути к двери, снова превратился в того самого Джоша — потянулся, лениво ухмыляясь. Но, проходя мимо Тайлера, он на секунду задержался и его пальцы легонько, почти невесомо, коснулись спины Тайлера между лопаток. Быстрый, тайный знак. И когда он вышел, Тайлер остался сидеть за столом, все еще чувствуя призрачное тепло того прикосновения и понимая, что влюбляется в него заново — не только в того веселого парня, но и в этого сурового, блестящего пилота, которого видели лишь немногие. Тайлер вышел из прохладного трейлера в теплый вечерний воздух. Гараж был почти пуст, основная часть команды разошлась по отелям. И в этой почтительной тишине, под мягким светом прожекторов, он увидел Джоша. Тот стоял у своего болида, уже накрытого брезентом, но, кажется, какая-то мысль не давала ему уйти. Он медленно обошел машину, его рука скользнула по покрышке, взгляд был погруженным и серьезным, будто он мысленно проходил трассу еще раз. Он был весь в работе, даже когда работы уже не было. Тайлер не сдержал улыбки. Он тихо подошел и присел на ящик с инструментами неподалеку, просто наблюдая. Он видел, как сдвинуты брови Джоша в сосредоточенной складке, как губы шевелятся, беззвучно повторяя какие-то цифры или повороты. Это был тот самый пилот, которого он видел днем за столом. И это зрелище снова заставляло его сердце биться чаще. Джош, почувствовав на себе взгляд, обернулся. Увидев Тайлера, его сосредоточенное лицо смягчилось, уступив место теплой, немного усталой улыбке. — Что? — спросил он, снимая перчатки. — Я испачкался? Или снова бегу, как мальчишка-непоседа? Тайлер покачал головой, его собственная улыбка стала шире. — Нет. Все гораздо хуже. — Хуже? — Джош нахмурился, делая шаг ближе. — Ты выглядишь невероятно серьезно, — тихо сказал Тайлер, жестом указывая на него. — Прямо сейчас. И за столом у Аарона тоже. Когда ты весь в работе... ты становишься другим. Строгим. Собранным. Таким... взрослым. Джош фыркнул и отмахнулся, но щеки его слегка порозовели. — Да брось. Я просто не обращаю внимания на себя в эти моменты. Делаю то, что нужно. Пока Тайлер говорил, Джош медленно, почти неосознанно, приблизился к нему. И теперь, когда Тайлер умолк, он оказался прямо перед ним. Джош уперся руками в ящик по бокам от бедер Тайлера, мягко зажав его в этом пространстве. Он наклонился чуть ближе, и его взгляд стал пристальным, изучающим. Джош наклонился чуть ближе, и его тон стал чуть более серьезным. —Тай , а что между нами? Вопрос повис в воздухе. Тайлер почувствовал, как учащается пульс. Он пожал плечами, стараясь сохранить лёгкость. — Ну... я думал, это и так очевидно. Целуемся мы в коридорах, вроде бы. — А, так это просто «целуемся в коридорах»? — Джош приподнял бровь, явно получая удовольствие от смущения Тайлера. — Понятно. Без обязательств. Свободные отношения. — Джош! — Тайлер толкнул его в плечо, не в силах сдержать смех. — Нет же! — Тогда, может, стоит это как-то... узаконить? — Джош сделал вид, что задумался. — Например... сходим куда-нибудь поужинать? Как взрослые люди. На свидание. Без болидов и телеметрии. Тайлер снова усмехнулся, качая головой. Эта неловкость была одновременно забавной и восхитительной. — Ты предлагаешь мне свидание? Прямо как в кино? — Ну, если ты, конечно, не против поужинать с «концентрированным бульдогом», — ухмыльнулся Джош. — Ладно, — сдался Тайлер, сияя. — Только если ты обещаешь не считать повороты за ужином. — Обещаю, — Джош наклонился и быстро, нежно поцеловал его. — Буду считать только, сколько раз ты улыбнешься. Идет? — Идет, — кивнул Тайлер, и в его глазах плясали веселые искорки. Джош выпрямился, с довольным видом похлопал по ящику. — Отлично! Тогда я пошел... э-э-э... подготовиться к свиданию! — И он, уже снова превратившись в того самого «мальчишку», почти побежал прочь, оставив Тайлера сидеть на ящике с инструментами с глупой улыбкой на лице. *** Вечер опустился над городом, окрасив небо в оранжево-лиловые тона. Тайлер, стоя перед зеркалом в номере, в пятый раз поправлял воротник простой темной рубашки. Он нервничал. Это чувство было смешным и странным после всех пережитых вместе моментов — после ссор, примирений и тайных поцелуев в гараже. Но это было их первое настоящее свидание. Официальное. В дверь постучали. Три четких, но негромких удара. Сердце Тайлера ёкнуло. Он сделал глубокий вдох и открыл. В дверном проеме стоял Джош. И он был... другим. На нем были темные, хорошо сидящие джинсы и не утюженная до стерильности, но чистая и стильная рубашка с расстегнутой верхней пуговицей. Волосы как всегда , жили своей жизнью . Но главное — его улыбка. Она была не той беспечной ухмылкой сорванца, а теплой, немного смущенной и невероятно искренней. — Привет, — сказал он, и его голос звучал чуть тише, мягче обычного. — Привет, — выдохнул Тайлер, чувствуя, как нервное напряжение начинает таять. Джош оглядел его с ног до головы, и его глаза загорелись неподдельным восхищением. — Вау. Ты выглядишь... Тайлер, ты выглядишь потрясающе. Тайлер смущенно потупил взгляд, чувствуя, как горит лицо. — Спасибо. Ты тоже. Очень... э-э-э... презентабельно. Джош рассмеялся, и это был тот самый, знакомый, разряжающий обстановку смех. — «Презентабельно»? Спасибо, наверное? — он сделал шаг вперед, уже на порог. — Я старался не выглядеть как только что с трассы. Кажется, получилось. — Получилось, — подтвердил Тайлер, пропуская его внутрь. Джош зашел в номер и огляделся с преувеличенной серьезностью. — Итак, миссия «Первое свидание». Транспорт ждет внизу. Маршрут проложен. Цель — хорошая еда и отсутствие разговоров о работе. Готов к выдвижению? Тайлер наконец расслабился и улыбнулся своей настоящей, широкой улыбкой. Эта легкая, почти театральная подача была так характерна для Джоша, но сегодня в ней чувствовалась особая нежность. — Готов, — кивнул он. — Только обещай, что не будешь рассказывать о балансировке шин между первым и вторым блюдом. — Обещаю, — Джош протянул руку, не для рукопожатия, а просто, чтобы Тайлер взял ее. — Сегодня только про тебя. Ну, или про нас. Тайлер взял его руку. Его пальцы сомкнулись вокруг пальцев Джоша, и это прикосновение — ощущалось как возвращение домой. Они вышли из номера, и дверь закрылась за ними, оставляя позади все тревоги и сомнения. Впереди был просто вечер. Их вечер. *** Такси довезло их до небольшого, уютного ресторанчика в стороне от главных туристических троп. Это было место, которое Джош, видимо, нашел специально — без пафоса, с приглушенным светом, запахом чеснока и трав и столиками в маленьком, заросшем зеленью внутреннем дворике. Метрдотель, узнав Джоша, с легкой улыбкой провел их к уединенному столику в углу, под развесистым деревом, увешанным гирляндами. — Я тут был однажды с Аароном, когда уговаривал его на новый контракт, — тихо признался Джош, когда они устроились. — Еда здесь божественная. И главное — тут не бывает журналистов. Они заказали. И вот, оставшись наедине, на несколько секунд повисла легкая пауза. Было странно — после всех страстей, ссор и поцелуев, просто сидеть друг напротив друга как на классическом свидании. Джош нервно покрутил в пальцах край салфетки. — Что? — спросил Тайлер, подлавливая его взгляд. — Ничего. Просто... непривычно. В хорошем смысле..— он сделал многозначительную паузу, заставив Тайлера покраснеть, — ...ну, ты понял. А тут просто сидим. И я могу на тебя просто смотреть. Еда пришла, и напряжение окончательно растаяло. Они ели пасту, делились десертом, и разговор тек сам собой — о книгах, о музыке, о смешных случаях из детства, ни слова о гонках. Тайлер смеялся, и это был легкий, свободный смех, который Джош слышал от него все реже и реже в последнее время. Когда они допили вино, Джош отодвинул тарелку и посмотрел на Тайлера серьезно. — Знаешь, а я сегодня, когда за тобой заходил... я нервничал. Как будто мне снова семнадцать. — Правда? — удивился Тайлер. — А я думал, это я один тут как на иголках. — Ну, мы тогда похожи, — ухмыльнулся Джош. Он помедлил, выбирая слова. — Я очень хочу, чтобы у нас все получилось, Тай. По-настоящему. Не как в прошлый раз. Тайлер протянул руку через стол и накрыл его ладонью. — В прошлый раз мы были другими. А сейчас... — он посмотрел на их соединенные руки, — ...сейчас у нас есть шанс все сделать правильно. Они вышли из ресторана, и их окутала теплая, бархатная ночь. Воздух был напоен ароматом цветущих где-то поблизости жасминов. Городские огни мерцали вдалеке, а здесь, в тихом переулке, было темно и уединенно. Они шли не спеша, их пальцы сплелись сами собой, а над головой раскинулось бесконечное звездное небо южной страны. — Красиво, — тихо произнес Джош, останавливаясь посреди пустынной площади с видом на старую церковь, подсвеченную прожекторами. Он огляделся, как бы ища что-то, а потом его взгляд упал на Тайлера. И остановился. Он мягко потянул Тайлера за руку, заставив того остановиться и повернуться к нему лицом. В свете луны и далеких фонарей его черты казались особенно четкими и серьезными. — Тайлер, — он начал, и его голос прозвучал немного непривычно глухо. — Стой. Мне нужно кое-что сказать. Пока у меня хватает на это дурацкой смелости. Тайлер замер, чувствуя, как сердце забилось чаще. Он видел необычайную серьезность в глазах Джоша. — Я тут, пока мы шли, на звезды смотрел, — Джош сделал паузу, сглотнув. — И вспомнил, как в прошлый раз я все испортил. Он посмотрел им прямо в глаза, и его голос стал тише, но увереннее. — Я люблю тебя. Не как в кино, не потому что должен, а просто потому что не могу иначе. Потому что когда ты ушел, все звезды погасли. Серьезно. И я вот смотрю на них сейчас, и они снова горят. Потому что ты здесь. Он нервно провел рукой по волосам, и в его улыбке промелькнула знакомая доля дурашливости. — Черт, я, наверное, несу чушь. Но это правда. Я люблю тебя, этого серьезного, умного, самого терпеливого человека на свете. И я знаю, что я — тот еще кусок работы. Энерджайзер, непоседа, который вечно все ломает и влетает в истории. Но я исправляюсь. Обещаю. Джош сделал глубокий вдох. — И я хочу спросить... не хочешь ли ты быть со мной? Со всеми моими дурацкими рожицами и разговорами о шинах за завтраком. Он замолчал, затаив дыхание. Тайлер слушал, искренне улыбаясь . Это была самая красивая, самая Джошевская и самая искренняя речь, которую он когда-либо слышал. — Да, — прошептал он, его голос дрогнул. — Да, конечно, да, Джош. Я тоже люблю тебя. И да, я хочу быть с тобой. Со всеми твоими рожицами. Джош выдохнул с облегчением, и его лицо озарила такая сияющая, счастливая улыбка, что она могла бы осветить всю площадь. Он не стал ничего больше говорить. Он просто притянул Тайлера к себе и крепко-крепко обнял, пряча лицо в его шее. И они стояли так посреди ночного города, под звездами, которые горели для них ярче, чем когда-либо. Это было не просто примирение. Это было новое начало. Их начало.