Эхо запретных тайн

Спустя несколько дней на уроке трансфигурации профессор Макгонагалл сделала важное объявление, которое заставило всех учеников притихнуть и внимательно слушать. — Приближается Святочный бал — традиционная часть Турнира трёх волшебников, — начала она, строго глядя на класс. — На балу мы должны завязать с нашими гостями дружеские и культурные связи. Бал предназначен для старшекурсников, начиная с четвёртого курса, хотя, конечно, вы имеете право пригласить партнёра и с младших курсов… — Профессор сделала паузу, обводя взглядом притихший класс. — Форма одежды — парадная. Бал начнётся в восемь часов вечера в первый день Рождества в Большом зале. Окончание бала — в полночь. И ещё несколько слов… — Макгонагалл окинула учеников выразительным взглядом. — На Святочный бал, конечно же, приходят с распущенными волосами. Лаванда громко хихикнула, и Белла поняла, что её рассмешило: профессор трансфигурации всегда носила тугой пучок на затылке, не позволяя себе «ходить расплёской» — и в прямом, и в переносном смысле. Прозвенел звонок, и класс зашумел, заторопился на перемену. Ученики прятали учебники в сумки, закидывали их через плечо, переговаривались, строили планы. Белла вышла вместе со всеми, но её мысли были далеко. После ссоры она замкнулась в себе, словно потеряла кого-то очень близкого — и так оно и было. Она потеряла друга и человека, который ей нравился. С Фредом они так и не разговаривали, даже не пересекались — ну, почти. Они всё же встречались в коридорах, но тут же расходились в разные стороны, стараясь не встречаться взглядами. Их друзья замечали это напряжение между ними и каждый раз пытались узнать, что случилось. Но в ответ слышали лишь холодное: «Всё нормально!» — которое они твердили как мантру. Джордж, который прекрасно понимал, что Фреду нравилась Белла, пытался их помирить. Он видел, как страдает брат, как мучается Белла, но все его попытки заканчивались неудачей. Казалось, что между Фредом и Беллой выросла невидимая стена, которую никто не мог разрушить. К нему присоединилась Джинни, которая замечала, как её брат смотрит на Беллу, и понимала, что у него тоже есть к ней чувства. — Что у вас произошло? — всё пыталась выяснить Джинни, обеспокоенно глядя на подругу. — Ничего не произошло! — отвечала Белла, делая вид, что всё хорошо, хотя её глаза выдавали совсем другое. — Ну я же вижу, что вы с друг другом не разговариваете, хотя раньше вы разговаривали так, что было слышно аж за несколько дюймов, — не унималась Джинни, пытаясь докопаться до истины. — Джинни, у нас ничего не произошло! — чуть не срываясь на крик, сказала Белла, пытаясь скрыть свои истинные чувства. — Ладно, не хочешь говорить — не говори, но только знай, что ты не сможешь так долго скрывать это, — вздохнула Джинни, понимая, что подруга не готова открыться. В воздухе повисло напряжение, и Белла знала, что рано или поздно ей придётся рассказать правду, но сейчас она была не готова делиться своими переживаниями даже с лучшей подругой. *** Дни текли медленно, словно тягучий мёд. Белла всё чаще уединялась в библиотеке, погружаясь в книги, чтобы отвлечься от тревожных мыслей. Она пыталась убедить себя, что время залечит раны, но сердце упорно отказывалось верить в это. В коридорах Хогвартса уже начали появляться первые признаки приближающегося Рождества. Студенты украшали классы, развешивали гирлянды из остролиста и омелы, а в воздухе витал аромат хвои и мандаринов. Подготовка к Святочному балу набирала обороты, и все вокруг только и говорили что о нарядах и партнёрах для танцев. Тихие коридоры Хогвартса окутывали мягким полумраком. Лишь редкие отблески факелов играли на каменных стенах, создавая причудливые тени. Белла шла, погруженная в свои мысли, крепко прижимая к груди стопку книг, которые собиралась отнести в гриффиндорскую башню. Внезапно её путь преградила высокая фигура. Не успев отреагировать, она налетела прямо на него. Книги с громким стуком рассыпались по полу, нарушая царившую в коридоре тишину. Эхо от падения прокатилось по пустому проходу, заставляя вздрогнуть. — Ой, извини, — пробормотала Белла, неловко опускаясь на колени и начиная собирать разлетевшиеся книги. — Я тебя не увидела. Седрик, не раздумывая, присел рядом, помогая ей собирать рассыпавшиеся тома. — Ничего, — произнёс он, аккуратно складывая книги в стопку. — Слушай, я не мог тебя найти всё это время… Я хотел… хотел пригласить тебя на бал, — эти слова дались ему с явным трудом. — Ты не против пойти со мной? Белла замерла, словно время остановилось. Предложение Седрика застало её врасплох. В голове вихрем проносились мысли, а перед глазами всплыл образ Фреда. «А как же Фред?» — эхом отозвалось в сознании. Но тут же другая мысль заставила сердце сжаться: «Мы с ним всё равно не разговариваем, ничего не будет, если я пойду с Седриком». — Да, конечно, — ответила она, и голос прозвучал неуверенно, почти робко. — Я не против пойти с тобой! Седрик не смог скрыть радостной улыбки. — Ну хорошо, — произнёс он с искренним воодушевлением. Белла выдавила из себя улыбку, но внутри всё было напряжено. — Слушай, уже поздно, мне нужно идти, — тихо произнесла она, поднимаясь с колен. — Да, конечно. Тогда до встречи, — кивнул Седрик. — До встречи, — эхом отозвалась Белла. Их взгляды на мгновение встретились, и каждый ушёл своей дорогой, унося с собой свои мысли и переживания. Коридор снова погрузился в тишину, лишь едва слышный шорох шагов эхом отражался от древних стен, напоминая о только что произошедшей сцене.

***

Утренние лучи солнца робко пробивались сквозь тяжёлые бархатные шторы гриффиндорской башни. Белла вышла из спальни девочек, поправляя на ходу растрёпанные после сна волосы. В гостиной царила привычная суматоха: студенты переговаривались, листали учебники. Её взгляд невольно остановился на знакомом трио — Джинни и близнецы Уизли сидели в углу гостиной, о чём-то оживлённо беседуя. Джордж, как всегда, шутил, а Джинни смеялась, но Фред… Он сидел чуть в стороне, погружённый в свои мысли. Заметив Беллу, он тут же отвернулся, делая вид, что его интересует что-то в окне. — Доброе утро! — воскликнула Джинни, первой заметив появление подруги. Её глаза светились искренней радостью. — Как спалось? — Доброе, — ответила Белла, стараясь говорить как можно непринуждённее. — Отлично. — Ещё не выбрала себе партнёра на Святочный бал? — весело поинтересовался Джордж, не замечая напряжения в воздухе. — Выбрала, — коротко ответила девушка, опустившись в свободное кресло. — И кто же наш счастливчик? — с ухмылкой спросил Джордж, наклоняясь вперёд в предвкушении. — Седрик! — произнесла Белла, стараясь не выдать своих истинных чувств. — Седрик?! — в один голос воскликнули Джинни и Джордж, переглянувшись в изумлении. Фред, до этого момента старательно делавший вид, что его это не касается, резко бросил на Беллу недовольный взгляд. Его глаза потемнели от неожиданной вспышки эмоций, но он тут же отвернулся, скрывая свои чувства. Внутри него бушевала буря. Он не мог понять, почему она согласилась пойти с Диггори. Да, они поссорились, но мысль о том, что Седрик будет танцевать с Беллой, вызывала у него почти физическую боль. Ревность острым когтем царапала его сердце. — Да, он вчера предложил мне пойти с ним, — спокойно пояснила Белла, стараясь не показывать, как тяжело ей даётся этот разговор. В гостиной повисла тяжёлая пауза. Каждый из присутствующих чувствовал напряжение, повисшее в воздухе, но никто не решался нарушить эту гнетущую тишину. — Ничего себе! — наконец произнесла Джинни, пытаясь скрыть удивление за улыбкой. — Вот это новость! — Да, неожиданно, — пробормотал Джордж, бросая косой взгляд на брата. Фред резко поднялся с кресла, его стул с грохотом опрокинулся на пол. — Я… мне нужно идти, — бросил он, не глядя ни на кого. — У меня есть дела. Не дожидаясь ответа, он стремительно вышел из гостиной. Его уход оставил после себя тяжёлое молчание. *** Фред стремительно шёл по коридорам Хогвартса, его шаги эхом отражались от каменных стен. В голове крутились мысли, одна яростнее другой. Он был зол — на весь мир, на судьбу, на себя самого. Особенно на себя. «Почему она согласилась? — эта мысль терзала его, словно заноза в сердце. — Что я сделал не так? Почему именно Седрик?» Его кулаки непроизвольно сжались. Седрик... Этот идеальный староста, этот чемпион турнира, этот образец для подражания. «Почему она выбрала его?» — эта мысль жгла изнутри. Фред остановился у окна, вглядываясь в пасмурное небо. Его глаза были полны боли и разочарования. Он пытался понять, где допустил ошибку, почему не смог удержать то, что было между ними. «Может, я сам всё испортил? — эта мысль причиняла почти физическую боль. — Но она ведь тоже молчала, не пыталась поговорить...» Он прислонился лбом к холодному стеклу, пытаясь остудить пылающие мысли. Ревность ядовитой змеёй обвивала его сердце. Ревность к человеку, которого он всегда считал другом, к человеку, который теперь получит то, что по праву должно было принадлежать ему. «За что мне это? — прошептал он в пустоту. — Почему она не видит, что я чувствую? Почему выбрала его?» Фред знал, что должен принять это, смириться, но сердце отказывалось подчиняться разуму. Он любил Беллу, любил давно и искренне, и мысль о том, что она будет танцевать с другим, была невыносима. Он глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Нельзя показывать свои чувства, нельзя дать понять, как сильно его это задевает. Но внутри бушевала буря, и с каждым мгновением она становилась всё сильнее. Фред бесцельно бродил по коридорам, не замечая никого вокруг. Его мысли были заняты только одним — Беллой и предстоящим балом. Он пытался убедить себя, что это всего лишь танец, ничего больше, но сердце отказывалось принимать эту ложь. Внезапно он остановился у окна в башне Гриффиндора. Отсюда открывался вид на заснеженный двор, где несколько учеников лепили снеговиков. Их беззаботный смех только усиливал его внутреннее напряжение. «Почему я такой дурак? — думал Фред, сжимая кулаки. — Почему не поговорил с ней раньше? Теперь она пойдёт на бал с другим, будет улыбаться ему, танцевать в его объятиях...» Эти мысли были невыносимы. Он отвернулся от окна и прислонился к холодной стене. Его взгляд упал на календарь, висящий на стене. До Святочного бала оставалось всего несколько дней. «Может, стоит поговорить с ней? — промелькнула мысль. — Объяснить всё, извиниться...» Но гордость не позволяла сделать первый шаг. Фред всегда считал себя сильным, независимым, но сейчас чувствовал себя разбитым и беспомощным. Он достал из кармана конфету из их с Джорджем коллекции, но даже любимая сладость не приносила радости. Всё казалось пустым и бессмысленным без неё. «Что же делать? — спрашивал он себя. — Как вернуть то, что было между нами?» В этот момент мимо проходила группа младшекурсников. Они весело смеялись и обсуждали подготовку к балу. Их беззаботность только усилила его тоску. Фред глубоко вздохнул и решил, что должен принять ситуацию такой, какая она есть. Но в глубине души он знал — просто так он это не оставит. Что-то должно произойти, что-то, что изменит всё.

***

Белла стояла в гостиной Гриффиндора, глядя на закрытую картину, за которой недавно скрылся Фред. В воздухе витало необъяснимое напряжение, которое, казалось, можно было потрогать руками. — Что с ним? — тихо спросила Белла, стараясь скрыть тревогу в голосе. Её сердце билось чаще обычного, а пальцы нервно теребили край мантии. — Никто не знает, — ответил Джордж, задумчиво глядя в сторону двери. В его глазах читалась озабоченность за брата. — Он в последнее время какой-то… не такой. Белла опустила взгляд, её мысли лихорадочно метались. Она прекрасно понимала, что причина странного поведения Фреда кроется в ней, в их ссоре, в её решении пойти на бал с Седриком. Но признавать это вслух было слишком тяжело. Слишком больно. «Может, я действительно виновата?» — промелькнула мысль, но она тут же загнала её вглубь сознания. Нельзя было показывать свою слабость, особенно теперь. — Может, просто устал? — произнесла она, стараясь говорить как можно более непринуждённо. — У всех бывают такие дни. — Если бы всё было так просто, — вздохнул Джордж, присаживаясь на диван. — Ты же знаешь Фреда. Он никогда не показывает слабость, но сейчас… что-то явно не так. Белла молчала, глядя в окно, за которым кружились снежинки. Она пыталась убедить себя, что не имеет никакого отношения к состоянию Фреда, но сердце предательски ныло, напоминая о том, как они были близки, как понимали друг друга с полуслова. «Почему я не могу просто поговорить с ним? — думала она. — Почему гордость важнее чувств?» — Может, стоит дать ему время? — наконец произнесла она, больше для себя, чем для Джорджа. — Может быть, — согласился Джордж, но в его голосе слышалось сомнение. — Только время иногда лечит, а иногда делает раны ещё глубже. Белла кивнула, но ничего не ответила. Она знала, что Джордж прав, но сделать первый шаг казалось невозможным. Слишком много гордости, слишком много боли, слишком много недосказанности между ними. *** В гостиной Гриффиндора царила привычная атмосфера: студенты занимались своими делами, кто-то читал, кто-то болтал с друзьями, а кто-то готовился к занятиям. Белла сидела в своём любимом углу у окна, погружённая в книгу. Её длинные волосы были собраны в небрежный пучок. Уже несколько часов не было ни Джорджа, ни Джинни — они куда-то исчезли сразу после утреннего инцидента. Белла старалась не думать о произошедшем, но мысли то и дело возвращались к неожиданному уходу Фреда и его странной реакции. Внезапно тишину разорвал громкий хлопок картины. Все присутствующие обернулись на звук. В гостиную влетела запыхавшаяся Джинни, её волосы были растрёпаны, а щёки пылали от быстрого бега. — Белла! — воскликнула она, едва переведя дух. Её голос дрожал от волнения. Несколько студентов прервали свои занятия, с любопытством наблюдая за происходящим. В гостиной стало заметно тише. Белла отложила книгу и внимательно посмотрела на подругу: — Что случилось? — Тебя ждёт Гарри в Выручай-комнате! — выпалила Джинни, пытаясь восстановить дыхание. — Сказал, что это срочно. Белла нахмурилась, в её глазах отразилось искреннее недоумение: — Что? Зачем? — Понятия не имею, — пожала плечами Джинни. — Он только сказал, что это очень важно и нужно прийти немедленно. Не говоря больше ни слова, Белла аккуратно закрыла книгу, заложив страницу пальцем, и положила её на столик. Её движения были спокойными и размеренными, словно она старалась не показывать своего беспокойства. — Хорошо, — произнесла она наконец. — Пойду посмотрю, что там случилось. Поднявшись с кресла, она направилась к выходу, чувствуя на себе любопытные взгляды других студентов. В её голове крутилось множество вопросов, но она старалась сохранять спокойствие. Джинни последовала за ней, но остановилась у выхода: — Я подожду здесь. На случай, если тебе понадобится помощь. Белла лишь кивнула и вышла в коридор, начиная свой путь к неизвестности. Белла медленно шла по коридорам Хогвартса, погруженная в свои мысли. Что могло случиться такого срочного, что Гарри позвал её в Выручай-комнату? Её шаги эхом отражались от каменных стен, а сердце билось чуть быстрее обычного. Добравшись до нужного места, она остановилась перед дверью. Никого вокруг не было — только тишина и полумрак коридора. Глубоко вздохнув, Белла вошла в комнату. То, что она увидела внутри, заставило её застыть на месте. Перед ней стоял Фред. Его лицо выражало смесь гнева и беспокойства. В тот момент, когда он обернулся на звук открывающейся двери, их глаза встретились. Не успела Белла произнести ни слова, как дверь за её спиной с громким хлопком закрылась. Девушка вздрогнула от неожиданности, обернувшись на звук. — Что происходит? — сердито спросил Фред, его голос дрожал от напряжения. В этот момент под дверью появилась тонкая щель, из которой выскользнул пергамент. На нём отчётливо проступили слова, написанные светящимися чернилами: «Привет! Надеюсь вам понравился наш сюрприз. Мы хотим, чтобы вы раскрыли все свои недопонимания. С любовью Джинни и Джордж.» Белла и Фред переглянулись. В их глазах читалось одинаковое недоумение и тревога. — Что за шутки? — нахмурился Фред. — Они хотят, чтобы мы поговорили, — тихо произнесла она, не отрывая взгляда от записки. — Но как они вообще узнали про... про всё это? Фред скрестил руки на груди, его взгляд стал жёстким. — Они всегда были слишком любопытными, — проворчал он. — Но запереть нас здесь — это уже перебор. Комната вокруг них словно изменилась, стала более уютной: появились мягкие кресла, столик с чаем и сладостями. Казалось, сама Выручай-комната помогала создать подходящую атмосферу для разговора. — Может, они правы? — неожиданно для себя произнесла Белла, опускаясь в одно из кресел. — Мы действительно должны поговорить. Фред замер, его глаза на мгновение расширились от удивления. Он не ожидал такой реакции от неё. — Ладно, — вздохнул он, присаживаясь напротив. — Начнём с того, что ты согласилась пойти на бал с Седриком. В напряжённой тишине Выручай-комнаты голос Беллы звучал непривычно тихо: — Это было спонтанное решение, — призналась она, опустив взгляд. — Мы просто не разговаривали, и я... не подумала. Фред, стоящий напротив, скрестил руки на груди. Его лицо выражало смесь раздражения и чего-то ещё, чего Белла не могла разгадать. — И что? — его голос прозвучал резче, чем он, вероятно, хотел. — Ты с этим Диггори теперь встречаешься? Белла глубоко вздохнула, пытаясь сдержать нарастающее раздражение. — Нет, ничего такого нет! — воскликнула она, взмахнув рукой. — Мы просто друзья, хорошо? Я просто согласилась пойти с ним на бал. Разве в этом что-то плохое? Фред усмехнулся, но в его усмешке не было ни капли веселья. Его взгляд становился всё холоднее с каждой секундой. — И почему же ты согласилась пойти именно с ним? — спросил он, делая шаг ближе. Белла вскинула голову, встречаясь с ним взглядом. В её глазах читалась решимость не отступать. — Потому что он пригласил меня, — ответила она, стараясь говорить спокойно. — Что такого? Почему ты вообще спрашиваешь про это? В этот момент дверь комнаты распахнулась, и в проёме появились Джинни и Джордж. Их радостные лица мгновенно потускнели, когда они увидели напряжённую атмосферу. — Ну как, помирились? — с надеждой в голосе спросил Джордж. Не дав Фреду ответить, она резко развернулась и бросилась к выходу. — Лучше бы вы меня сюда не звали! — выкрикнула она, едва не сбив с ног опешившего первокурсника. — Что случилось? — обеспокоенно спросила Джинни, но Белла уже исчезла за поворотом. Её шаги эхом отдавались в пустых коридорах. В голове крутились одни и те же мысли: «Почему он так реагирует? Почему его так волнует мой поход на бал с Седриком? Он что, ревнует? Нет, не может быть...» Она остановилась у окна, тяжело дыша. В стекле отразилась её растерянная фигура. Сердце бешено колотилось, а в груди разливалась горечь разочарования. Почему всё пошло не так? Почему их с Фредом отношения превратились в этот клубок недомолвок и обид? Белла прижалась лбом к холодному стеклу, пытаясь собраться с мыслями. Но чем больше она думала, тем запутаннее становилась ситуация. Одно она знала точно — так дальше продолжаться не может. *** Белла сидела у окна в гостиной Гриффиндора, обхватив колени руками. Последние несколько дней превратились для неё в настоящий кошмар. Мысль о том, как Фред пригласил Анджелину на бал при всех, до сих пор жгла изнутри. В дверь постучали, и в комнату вошла Джинни. — Белла, ну пожалуйста, — уговаривала Джинни, — нам будет так весело в Хогсмиде! — Нет, правда, не хочу, — тихо ответила Белла, не отрывая взгляда от заснеженного двора. — Это всё из-за Фреда, да? — прямо спросила Джинни, присаживаясь рядом. Белла вздохнула, не зная, что ответить. — Послушай, — заговорщически начала Джинни, наклоняясь ближе, — я тут случайно подслушала разговор Джорджа и Фреда... Сердце Беллы забилось чаще. — И что же ты услышала? — спросила она, стараясь казаться равнодушной. — Ну... — протянула Джинни, наслаждаясь моментом, — оказывается, ты нравишься Фреду. Белла резко подняла голову, её глаза расширились от удивления. — Что? — только и смогла произнести она. — Ага, — кивнула Джинни, улыбаясь. — Так что у тебя есть все шансы! В голове Беллы словно взорвался фейерверк. Все эти месяцы сомнений, недомолвок и страданий вдруг обрели смысл. — Но... как же Анджелина? — прошептала она, всё ещё не в силах поверить. — Иногда люди делают то, чего не хотят на самом деле, — философски заметила Джинни. — Просто чтобы что-то доказать. Белла молчала, переваривая услышанное. Всё это время она мучилась, терзалась сомнениями, а ответ был так прост и одновременно сложен. — Ладно, — улыбнулась Джинни, поднимаясь, — я пойду. Но ты больше не расстраивайся, хорошо? Когда подруга ушла, Белла ещё долго сидела, глядя в одну точку. Теперь всё обрело смысл. И его вопросы про Седрика, и внезапная злость, и эта нелепая ссора в Выручай-комнате. «Может, Джинни права?» — думала она, впервые за долгое время чувствуя проблеск надежды. До бала оставалось всего три дня, и теперь у Белла знала что делать.