Болезненный орнамент. Часть 1.

«Всё сложное — просто». — неизвестный. Пика рыцаря стояла у изголовья и своим могучим остриём указывала вверх, на лепестки. А Виктор, повесив ружьё на плечо, зашагал к рыцарю, опустился на корточки и снял шлем. Мертвенно-бледная кожа и запах давно гниющей плоти ударили в нос. Виктор отвернулся, но, пересилив себя, взглянул снова — на его лицо, в его глаза. Всё такие же пустые, полные пепельной серости и простоты, но на этот раз в них было что-то другое, не мертвецкое. Наверное, благодарность. Но благодарность — за что? Лицо омрачала грустная улыбка, спокойная и такая знакомая. Да и глаза… они были пусты, но в этой пустоте теперь что-то осталось. Виктор покосился на ружьё «Друг», будто ища в нём ответа, а потом снова вперился в мёртвое лицо. Кто ты был? С кем говорил? Вдруг в запахе Виктор уловил знакомые нотки — полыни, как у… И в ответ мир дрогнул и стал прозрачным, как стёклышко. Пейзажи наложились друг на друга: вот тот же тракт, та же фигура на коне сближается… но уже не с ними. С Тали. Виктор сразу всё понял. И от этого понимания похолодело внутри. Взгляд заметался по тем же пейзажам: та же фигура сближается… но уже с Тали. Тёмное платье, неразличимый символ, качающийся под одеждой. Она стала… Очередное движение ресниц — и вот он видит, как Тали спокойно, беззвучно что-то объясняет рыцарю, и они удаляются в разные стороны. Виктор моргнул. Земля закрутилась. Он чуть не упал — Жек поддержал его. И на поднятые брови и обеспокоенный взгляд Жека Виктор лишь произнёс: — Мы зашли не туда…