~ Глава 28 ~
6 января 2026 г., 10:40
Карлайл и Эсме вошли в зал, неся с собой ещё более ощутимое спокойствие, если это вообще было возможно. Эсме, проходя мимо, нежно поцеловала Элис в лоб и устроилась рядом с Розали. Карлайл оглядел всех с довольной улыбкой. Его семья, вся в сборе. Вид, который до сих пор трогал его сердце.
— Рад видеть вас всех вместе, — произнёс он, его голос был тёплым и сразу смягчил любое напряжение. Затем тон слегка изменился, стал более задумчивым. — И раз уж мы все здесь… я хотел бы узнать, что вы выяснили о том мальчике, который так тревожит Эдварда.
Взгляды встретились молниеносно, кратко и беззвучно. Никто не выглядел особенно встревоженным, но все были настороже.
Эмметт, как обычно, разрядил атмосферу.
— Я пару раз сталкивался с ним. Вполне приятный парень, на самом деле. Наблюдательный. Слишком, пожалуй. — Он пожал плечами. — Из-за его замечания мне пришлось съесть гамбургер на глазах у толпы людей. Знаете, насколько это отвратительно? Потом пришлось всё вырвать… за кафетерием. Мерзость. Но, кажется, он ни о чём не догадывается.
Розали, как всегда безупречная, чуть сильнее откинулась на спинку кресла, прежде чем заговорить.
— Я видела его. Едва. Он не произвёл впечатления. Не выглядит особенным.
Джаспер, самый аналитичный из всех, говорил, глядя вниз.
— Я следил за ним. Издалека. Используя достаточно скорости, чтобы остаться незамеченным. Он мало с кем общается. Не выглядит эмоционально нестабильным, но… есть что-то. Тень печали, которая никогда его не покидает. Я видел его с Беллой Свон, с сыном Билли Блэка. Вёл себя как обычный подросток.
Карлайл кивнул, обрабатывая каждое слово с вниманием человека, который веками принимал трудные решения. Затем он повернулся к Элис.
— А ты? Ты говорила с ним больше всех. Что думаешь?
Элис сцепила пальцы на коленях, задумавшись. Несколько мгновений она смотрела в пол, прежде чем поднять взгляд.
— Нэйт… интересный. У него острый ум. Разговоры с ним не такие, как с другими людьми. Он заставляет задуматься, заставляет говорить. Будто точно знает, куда нажать, чтобы ты сам выдал то, о чём и не догадывался. Разговаривать с ним — как смотреть в зеркало. Или как сидеть напротив терапевта, который почти ничего не говорит, но умудряется вытянуть из тебя все скрытые истины.
В комнате повисла тишина. Элис продолжила, теперь уже более задумчиво.
— Меня также удивило одно… Взгляд. Он быстро справился. Я проверяла его маленькими жестами, едва заметными намёками. Я наблюдала. Конечно, он нервничал, но справился с удивительным спокойствием. Особенно если сравнить с его первой реакцией при встрече со мной.
Карлайл посмотрел на неё внимательно, словно пытаясь прочитать за словами нечто большее.
— Значит… ты думаешь, он представляет угрозу?
Элис замялась на миг. Задумалась всерьёз. Закрыла глаза лишь на секунду.
— Не думаю. Но я хочу продолжать сближаться. Чтобы быть уверенной.
Повисла пауза. И тут гулкий, насмешливый смех Эмметта разнёсся по комнате.
— Неужели это ты сама оказалась… ослеплена, сестричка?
Эта реплика сопровождалась широкой улыбкой. Розали закатила глаза. Джаспер чуть напряг плечи, едва заметным жестом.
Элис посмотрела на него с мягкой, спокойной улыбкой.
— Это не твоё дело, Эмметт.
Эсме сдержала тихий смешок — как человек, наблюдающий за давно знакомой игрой, чьи правила и исходы известны наперёд. Карлайл не сказал ни слова, но на его лице мелькнула едва заметная улыбка.
Постепенно семья начала расходиться: кто-то поднялся наверх, другие разбрелись по крыльям дома, каждый следуя негласной традиции — уважать пространство и покой друг друга. Гостиная погрузилась в полумрак, залитая мягким золотистым светом, пробивавшимся сквозь редкие облака Форкса.
Элис не двинулась с места.
Она сидела ещё несколько минут, сжав руки, глядя куда-то вдаль, в неведомую точку. Слова Эммета отзывались в ней сильнее, чем она готова была признать. Ослеплена? Нет. Дело было вовсе не в этом. Человек, конечно, мог бы считаться привлекательным по меркам людей, но для того, кто привык жить среди почти безупречных бессмертных, он не был — «ослепительным».
Это было нечто иное. Это было... волнение. Неопределённость. Чувство, которое она испытывала так редко, с тех пор как научилась доверять своим видениям. Нэйт был пустотой. Загадкой. Кусочком, который не вставал в общую картину. И для той, кто привык видеть будущее с порой удушающей ясностью...
Это становилось почти наркотическим соблазном.
***
Неделя Нэйта тянулась однообразно, почти уныло, окутанная туманом повседневных повторений. Однако ясное небо Форкса было редкостью, за которую он искренне благодарил судьбу. Тёплое солнце, пусть и едва ощутимое, побуждало его носить куртку расстёгнутой, закатывать рукава свитера и ехать с опущенными стёклами, позволяя холодному воздуху просачиваться сквозь леса. Это было то самое солнце, что казалось «взятым напрокат», будто город украл его у более светлого края.
Занятия проходили без происшествий. Неспешные беседы с Эриком — который, по-видимому, считал Нэйта своим лучшим слушателем, — задавали ритм каждому утру. Разговоры с Беллой за обедом и на физкультуре превратились в маленький ритуал, в уютный пузырь, где сарказм и глупые шутки делали дни чуть менее серыми.
Единственным отличием этой недели было то, что Эдвард Каллен всё ещё отсутствовал. И вместе с ним — все его братья и сёстры. Нэйт, привыкший замечать пустоты, мгновенно уловил подвох.
В четверг за обедом он ловко избежал компании Джессики — слишком много лишних вопросов — и выбрал место рядом с Анджелой. Она сидела, перелистывая тетрадь, сортируя конспекты по истории и нехотя тыкая вилкой в кусочек дыни.
— Тебе не кажется странным, что Каллены все пропали именно сейчас, когда стоит солнце? — спросил Нэйт небрежно, открывая бутылку воды.
Анджела посмотрела на него, приподняв бровь, будто этот вопрос был ей не внове.
— Не особо. Говорят, когда стоит такая погода, они часто ходят в походы. Ну… что-то вроде семейной традиции.
