~ Глава 42 ~
18 февраля 2026 г., 08:43
Дом погружался в тени, когда Нэйт открыл входную дверь. Он не включил свет. Закрыл её осторожно и остался стоять в прихожей, прислушиваясь.
Вечерний дождь утих, но влажность всё ещё висела в воздухе, как невидимая кожа.
Что-то было не так. Он пока не мог назвать это, но чувствовал нутром.
Он медленно поднялся по лестнице, ставя каждый шаг точно и беззвучно. На верхней площадке повернул к комнате бабушки. Дверь была приоткрыта. Он осторожно заглянул внутрь.
Она спала спокойно. Ровное дыхание, лёгкий храп. Кошка спала у её ног, свернувшись клубком, её спина чуть выгибалась от тепла одеяла. Нэйт почувствовал лёгкое облегчение. По крайней мере, с ней всё было в порядке.
Но что-то… не складывалось.
Взгляд скользнул к окну комнаты.
Оно было приоткрыто.
Он нахмурился.
Бабушка всегда закрывала его. Не по привычке, а по необходимости: холод сразу делал её больной. Нэйт видел, как она закрывает его каждый вечер, ритуально, будто оберегая дом от ночных призраков или запирая тепло внутри.
— Забыла? — мелькнуло в голове. Но он не верил в это. Она могла быть беззаботной, да, но не забывчивой в таких вещах.
Он закрыл окно молча, но чувство чужого присутствия росло внутри, как росток, нашедший плодородную почву. Он двинулся к своей комнате, открыл дверь медленно.
Запах ударил первым.
Тонкий. Сладковатый. Довольно приятный, но чуждый. Это был не запах моющих средств, не его одежда и не аромат дома. Это не был парфюм — это была чья-то сущность.
— Этого здесь раньше не было, — подумал он.
Он вошёл.
На первый взгляд, всё было на своих местах. Стол аккуратный. Лампа выключена. Кровать не заправлена, как он и оставил. Но его глаза не были обычными. Он знал каждый дюйм этой комнаты.
Он заметил лёгкий сдвиг в коробке, которую оставил открытой: фотографии лежали чуть более рассыпано. Блокнот, который прежде лежал горизонтально, был чуть повернут, как если бы кто-то открыл его и снова закрыл. Стул был отодвинут чуть дальше от стола.
— Не думаю, что бабушка заходила сюда, — пронеслось в мыслях.
— Может, я сам сдвинул, когда торопился, — он вдохнул глубоко, медленно. — Но после всего, что случилось сегодня… вряд ли.
Он подошёл ближе, начал внимательно осматривать. Провёл пальцем по поверхности стола. Ничего не было сломано. Ничего не было украдено. Но каждая мелочь кричала одно: тебя наблюдали.
Он сел на край кровати, выпустил долгий, ровный выдох.
— Должно быть, это кто-то из Калленов.
Это было самым логичным. Он прижал Эдварда к стене сегодня — а если Нэйт что-то знал, так это то, что загнанный зверь становится опаснее. Его не удивило бы, если кто-то из их семьи пришёл осмотреться. Он сам бы сделал то же самое на их месте.
Он не был абсолютно уверен, но сладковатый аромат, всё ещё висевший в воздухе, подсказывал ему, что это была Элис. Нэйт узнал бы этот запах где угодно — тот самый, который ему приходилось сдерживать каждый раз, когда они сидели в одном классе.
Слишком плохо для Калленов: теперь, когда Нэйт знал их секрет, они уже не застигнут его врасплох.
— Если бы они были умнее и обыскали мою комнату до того, как я узнал правду, — подумал Нэйт, — возможно, я бы ничего не заметил. Но теперь, когда я знаю, что искать, я не мог не увидеть следов.
Одно было ясно, как удар молнии в зимнюю ночь. Он здесь больше не в безопасности. И его бабушка — тоже.
Он вытащил телефон и без колебаний набрал номер Джейкоба.
Звонок соединялся долго, и когда в трубке наконец зазвучал гудок, в животе у Нэйта что-то шевельнулось. Это была не боязнь — скорее, чувство острой неотложности.
Голос Джейкоба ответил на втором гудке.
— Нэйт? Всё нормально?
— Извини, что так поздно, — сказал Нэйт, голос его был низким и напряжённым, как натянутая тетива. — Мне нужно поговорить с твоим отцом.
— С отцом? Эм… хорошо, подожди секунду.
В трубке послышался шум — может, открылась дверь. Потом раздался хрипловатый, но тёплый голос Билли Блэка.
— Что случилось, сынок? Неужели опять хочешь учить нас рыбалке?
Нэйт не улыбнулся. Он не мог.
— Что удерживает их от нападений на людей?
Повисла тяжёлая, вязкая тишина.
— Прошу прощения…? — переспросил Билли, голос его был сбитым, растерянным.
— Каллены, — твёрдо произнёс Нэйт. — Я живу в Форкс уже больше месяца. Ни смертей, ни исчезновений. Но я знаю, кто они. И они знают, что я знаю.
Билли вдохнул глубоко, будто проглотил что-то горькое и наконец решился его проглотить.
— Думаю, ты делаешь опасные выводы, Нэйт.
— Я ничего не предполагаю, — отрезал Нэйт. — Сегодня ночью кто-то был в моей комнате. Ни следов, ни отпечатков. Но я знаю — кто-то был. Движение воздуха. Запах. Едва заметный сдвиг вещей… это был один из них. Говори прямо. Насколько они опасны?
Повисла долгая пауза. Потом Билли тяжело вздохнул.
— Я говорил тебе держаться подальше, мальчик. Не приближаться.
— Уже поздно, — резко сказал Нэйт.
— Они… они не такие, как другие, — наконец признался Билли. — Они другие. Мы заключили с ними договор. С племенем Квилетов. И они его соблюдали. До сих пор.
— Какой договор? — нетерпеливо спросил Нэйт.
— Я не могу говорить об этом по телефону. Не в такой час. Не так.
— Тогда дай мне главное. Они когда-либо убивали кого-то?
Билли замешкался. Потом ответил, голос его был приглушённым, тяжёлым.
— Насколько нам известно… нет. По крайней мере, не на наших землях.
Нэйт опустил взгляд, наблюдая, как его тень тянется по деревянному полу.
— А если они передумают? Если решат начать?
— Тогда племя ответит, — сказал Билли, в голосе его звучала угроза, тяжёлая, как боевой барабан. — Поверь, мы не беззащитны. Мы не слепы. Если они причинят тебе вред, если переступят черту, мы не будем колебаться.
— Один из них уже вошёл в мой дом, Билли. Они никого не тронули, но были рядом с моей бабушкой. Это уже переход черты.
С другого конца линии донёсся резкий, тяжёлый выдох.
— Я понимаю. И не виню тебя за то, что ты напуган. Но слушай: они не тронут тебя. Не если не хотят начать нечто куда большее.
— Если я переживу эту ночь… я буду у тебя завтра, — сказал Нэйт, в голосе его прозвучала решимость, как звук закрывающейся двери.
— Ты переживёшь, — сказал Билли, и хотя голос его был уверенным, под ним таился едва слышный оттенок беспокойства. — Я обещаю. Мы поговорим. Я расскажу всё, что смогу. Но ты ввязался в то, во что не должен был. Это больше, чем ты думаешь.
— Я знаю, — тихо сказал Нэйт. — И я хочу понять это, прежде чем оно поглотит меня.
Билли больше ничего не сказал, но молчание его было тяжёлым, как камень, что висит на шее утопающего. Звонок оборвался.
Нэйт сидел молча. Глядя на дверь своей комнаты. Он знал, что за ней сейчас никого нет… пока.
Но он также знал, что это спокойствие — лишь короткая пауза.
