Глава 1. Заметая следы
17 августа 2025 г., 18:58
Я разузнал твой секрет, и спонтанно
Зарделся на сердце умышленный план.
Пытаться к тебе подобраться так странно...
Но ты, горделивая, не нажмешь на стоп-кран.
Я чувствую помесь азарта и риска,
Но кто я такой, чтоб тебя не вкусить.
Подлог — не удел гриффиндорских изысков,
А я… ни на шаг не готов уступить.
Отражение Гермионы Грейнджер в полированных доспехах у входа в Большой зал карикатурно смотрело на нее, хмурясь. Толпа старшекурсников стояла в очереди на завтрак, приглушенно перешептываясь между собой, будто осторожно проверяя границы новых правил, установленных при режиме Кэрроу.
Замок, прежде дышавший декабрем, с его запахом хвои, который шнырял по сквознякам, ленивым паром над тыквенным пуншем и хлопушками, взрывающимися над головами, теперь стоял вычищенный до скрипа, безликий, потерявший звон беззаботных смешков за длинными факультетскими столами. Вместо рождественских венков — увядшие гирлянды с магическими клеймами дисциплины. А вместо сов, фривольно перемещавшихся когда-то с подарочными свертками от родителей, — металлический ящик, куда письма и посылки падали с одинаково глухим стуком. Воздух, некогда пахнущий корицей, медом и свежей выпечкой, теперь отдавал холодом камня и едким запахом чар-принуждений, что тянулись по коридорам тонкими, почти невидимыми нитями.
Есть не хотелось. Покидать Большой Зал в строго отведенное трапезное время было категорически запрещено, поэтому Гермиона ровно сидела на своем месте и пыталась не выдавать истинных эмоций, без энтузиазма перемешивая овсянку стальной ложкой. В душе ее жило единственное, жгучее желание поскорее улизнуть наружу, спрятавшись в стенах Визжащей Хижины, развернуть один из осколков Сквозного зеркала Сириуса и связаться, наконец, со своими мальчишками. Где они сейчас? Все ли у них хорошо? Удалось ли им приблизиться к цели?
Седьмой год обучения в Школе Чародейства и Волшебства выдался непривычным для Золотого Трио. Скрепя сердце, ребята разделились: Гарри и Рон должны были отправиться вдвоем в опасное путешествие за крестражами, покинув Замок; Гермиона же взяла на себя роль той, кто останется в пределах Школы, параллельно ведя миссию поиска оставленных частей души Того-кого-нельзя-называть в привычных стенах, а также помогая однокурсникам выдерживать гнет Кэрроу. Зеркальные осколки связывали друзей на расстоянии незримой нитью их перешептываний и редких улыбок. Как ценны были для них эти моменты! В участившиеся безжалостные метели за подрагивающими стеклами витражных окон связь с Гарри и Роном была единственной причиной, по которой Гермиона выбегала из дубовых дверей и, оставляя миниатюрные следы на снегу, мчалась стремглав в свое укрытие, чтобы ни одна живая душа не подслушала ничего об их миссии.
Вот и сейчас, мимолетно бросив взгляд на циферблат наручных часов, бывшая староста львиного факультета (отстранили ее, конечно же, Кэрроу) аккуратно прижала к себе теплую мантию, прикидывая, с какой скоростью после завтрака ей нужно будет сегодня пробежаться, чтобы успеть к намеченному времени.
***
Теодор Нотт остановился в коридоре, лениво крутя в руках перо. Слизеринский стол, ломившийся от яств, не соблазнил его ни на йоту, аппетит испарился еще рано утром, хотелось только неспешно курить, желательно прямо в Замке. В свободный час до урока магловедения все обычно разбредались кто куда. Нотт вытащил портсигар из бокового кармана с нашивкой в виде черного волка и уже собирался было двинуться в сторону статуи Бориса Бестолкового, за которой курили все слизеринцы от мала до велика, но внезапно резкий запах Амнитиума вперемешку с лавандовым мылом заставил его резко повернуть голову. Густые кудри с трудом не переходящей с быстрого шага на бег гриффиндорки чуть не полоснули его по удивленному лицу. Интересно. Вкус и запах антидота от Сыворотки правды сам Тео еще не скоро забудет после опросов в Министерстве, а тут… замаячило в мыслишках его одно очень неосторожное подозрение. Неосторожным оно сулило быть для Грейнджер, конечно же. Не раздумывая, Нотт проворно скользнул за девушкой, сливаясь с тенью стены. Ее походку он знал — чуть резкая, вечно куда-то спешащая, не терпящая пустых разговоров. Но сегодня в движениях Грейнджер было что-то… лишнее. Не просто шаги в библиотеку или в класс зельеварения, нет. Они были настороженными, с какими-то резкими остановками и почти незаметным взглядом через плечо. Так двигаются те, кто знает, что их могут заметить. Грейнджер шла, сверяясь постоянно с каким-то клочком пергамента в руках, все дальше от людных коридоров, по узким, полутемным проходам, куда старшекурсники обычно не суются без причины. У Тео такая причина образовалась жирным шрифтом перед глазами: подруга Поттера явно что-то скрывала. Оставалось держаться от нее на достаточно безопасном расстоянии, чтобы не заметила даже намека на присутствие слизеринца. Шум стих, остались только его невесомые шаги да ее торопливое дыхание. Вдруг Гермиона замедлилась, огляделась и, удостоверившись, что поблизости никого нет, решительно метнулась к старому дереву, одиноко стоявшему у края заснеженного склона. Гремучая ива. Теодор чуть прищурился. Он видел, как она ловко увернулась от хлестких ветвей, почти задевающих ее теплую мантию, и, пригнувшись, исчезла под толстым стволом, усыпанным пушистым ворохом снега. Секунду он колебался, но азарт пересилил. Аккуратно переместившись следом, он едва не задохнулся от внезапного запаха сырой земли и старых корней, пока не увидел узкий, тускло освещенный тоннель. Гермиона открыла тяжелую скрипучую дверь, лязг которой вызывал мириады мурашек на руках, и тут вдруг зажегся яркий свет. Тео прижался к выступу, вслушиваясь. Грейнджер едва успела дотронуться до холодной поверхности сквозного зеркала, как на другой стороне вспыхнуло теплое, дрожащее от движения изображение Гарри и Рона. Они оба дышали часто, как будто только что прибежали, а лица были залиты потом. — Гермиона! — задребезжал голос Гарри, перебившего Уизли. — Мы сделали это! — Нет-нет, дай я скажу! — Рон, чуть толкнув Гарри в бок, сунулся ближе. — Мы его уничтожили. Медальон. Понимаешь? Его больше нет! Гермиона замерла, а потом воскликнула: — Вы… что? Серьезно?! — Серьезнее не бывает! — Гарри, запыхавшись, показал на какую-то темную, почерневшую груду темного пепла на столе посреди палатки. — Меч Годрика Гриффиндора помог нам в этот раз! Рон усмехнулся, но в глазах горело что-то теплое, даже гордое: — Да, я, если что, герой дня. Ты бы видела, как он визжал… медальон, а не Гарри. — Эй! — возмутился Гарри, но тут же расхохотался. — Хотя, если честно, я тоже немного кричал. Гермиона прижала ладонь ко рту, чувствуя, как по коже бегут мурашки. — Это… это потрясающе. Еще на один… осталось меньше. — Нам осталось… — Гарри запнулся, обменявшись с Роном быстрым взглядом. — Ладно, об этом потом. Но, Гермиона, ты бы видела, как мы это сделали. Это было… — Как в лучших историях, — перебил Рон. — И ты обязательно будешь в следующей. Гермиона рассмеялась, но в ее глазах блестели слезы — от облегчения, от радости, и от того, что они были живы и все еще держались вместе, даже если между ними была сотня миль. Даже если впереди ей предстоит перевернуть Хогвартс самостоятельно в поиске как минимум еще одного крестража. — Берегите себя, — тихо сказала она, но внутри у нее уже пульсировала мысль: «Это все реально. Мы действительно сможем». Тео стоял, прижавшись спиной к влажной от конденсата стене подземного хода, и слушал. Голоса не доносились отчетливо, поэтому он не понимал всех деталей, но хватило нескольких фраз, чтобы пазл сложился. Поттер и его друг-шалопай не просто скрываются вне Школы — они что-то ищут. И уже нашли. Сердце коротко дернулось, когда он уловил слово «уничтожили». Нотт среагировал очень быстро на маячащую перед носом выгоду: раз Грейнджер знает, где Поттер… значит, она лгала всему новому преподавательскому составу… И вот откуда этот запах антидота Сыворотки правды…Это билет в настоящую игру даже для такого «нейтрального» игрока, как он! Да и о нейтралитете можно было забыть с тех пор, как Нотта-старшего забрали под стражу. «Союз с ней — как альянс с бомбой. Но если я правильно отмерю провода… взорвется не подо мной.» Резко оттолкнувшись от стены, он поспешно вернулся к выходу. Холодный воздух ударил в лицо, ослепив белым блеском снега. Тео глубоко вдохнул мороз, стряхивая с пальцев липкую сырость подземелья. Надо выглядеть так, будто он здесь случайно. Очень случайно. Обогнув ствол Гремучей ивы, юноша остановился у стены замка, доставая из кармана сигарету — наконец-то зажег ее, вспоминая, как мечтал сделать это еще сорок минут назад. И как раз в этот момент из-за угла показалась Грейнджер. Щеки ее были раскрасневшимися, глаза чуть блестели в смеси возбуждения и осторожности. — Грейнджер, — произнес он с таким видом, будто рад неожиданной встрече, — не думал, что ты любишь зимние прогулки. — Я и не люблю, — отозвалась она, вскинув подбородок и подозрительно нахмурившись. — А ты, значит, вышел полюбоваться пейзажем? — Разумеется, — мягко усмехнулся Тео. — Ты только посмотри на этот замок в снегу. Прямо как на открытках, что шлют родственники, чтобы скрыть, что у них скучная жизнь. Она вновь прищурилась, явно оценивая, насколько его слова искренни. — Ну, а ты в какой категории? — спросила она. — Скучающий или шпионящий? Он сделал полшага ближе, медленно окинув Грейнджер взглядом с пят до головы. — А если я скажу, что я третий вариант? Очаровательный случайный попутчик. Гермиона фыркнула, но свой взгляд не отвела. — И кого ты тут собираешься очаровывать? — Очевидно, тебя, — сказал он бархатным голосом, чуть приподняв уголок губ. — Хотя, честно говоря, это ты тут в роли соблазнительницы. Щеки розовые, глаза горят… опасно так ходить, Грейнджер. Люди подумают, что ты счастлива. Она сжала губы, борясь с улыбкой. — Осторожнее, Нотт. Скажи, флирт — это твой способ отвлечь от того, что тебя не должно быть здесь? — Возможно, — он небрежно затушил сигарету в ровном слое снега мыском ботинка. — Но, признай, работает.
