Нора и Эван

С учётом того, что средняя скорость машины превышает среднюю скорость человеческой ходьбы примерно в десять раз, в школу Нора приехала за тридцать минут до начала урока. Когда дверь машины открылась, впуская в салон поток холодного воздуха, дождик уже накрапывал. Френк сказал дочери на прощание: -Позвонишь, когда уроки кончатся. Заберу тебя. -Как скажешь. Прикрыв голову капюшоном, Нора выскочила из машины, захлопнула дверь и помчалась к школьному крыльцу, стремясь избежать быстрых капель. Придя в кабинет и наскоро сложив все учебники на парту, она быстро приступила к выполнению плана. Шелли любит ребят, веселье и игры. Если всё это смешать в одно целое, получится что-то, что ей точно понравится! Майк стоял рядом со своей партой и аккуратно складывал тетради на самый её уголок, держа в другой руке рюкзак. Казалось, он полностью поглощён этим занятием и не видит ничего, кроме своих тетрадей. Голос внезапно появившейся рядом с ним Норы заставил его содрогнуться и в страхе прижать к груди учебник по геометрии, как будто Харпер грозилась его отобрать. -Хей, Майк... -Ой, Нора! Привет, чего пугаешь? -Извини. Слушай... У меня к тебе будет одна просьба. Ты ведь знаешь, что Шелли переезжает?

***

Веснушка медленно шла по мокрой улице. Дождик лениво накрапывал, словно его заставлял кто-то свыше. Может, у дождя, как у людей, есть босс или работодатель. А может, дождь – это ребёнок, которого родители заставляют поливать мир грустными холодными каплями. Дождик хотел бы быть чистым небом и ярким солнышком, но родители считают, что «так будет лучше». Конечно, так будет лучше, ведь небесная вода позволит напиться растениям, умоет лесных животных, смоет пыль с дорог. Но неужели оно того стоит?.. Тёмные тучи сгущались нехотя, а слабый, но прохладный ветер гнал девочку к школе. Небо вот-вот прольётся на землю стеной ливня, но надо подождать, пока несчастная малышка дойдёт до укрытия. Что у неё такого случилось? Почему она еле волочет ноги? Всю ночь Шелли проплакала, ни разу не сомкнула глаз. Встала она рано, когда все ещё спали. Сходила в ванную умыться после бессонной ночи, окинула грустным взглядом своё отражение. Рыжие волосы потускнели, растрепались. Бежевые прядки, продержавшиеся на её волосах довольно долго с момента покраски, в считанные дни растворились. Лицо слегка опухло, мешки под глазами были красные-красные, как и задранный кверху веснушчатый нос. Вздохнув, Шелли завязала волосы, чтоб не мешались, и умылась. Следы слёзной ночи не смыть водой, но лицо хотя бы выглядело более свежим. Расчёска тоже сделала своё дело, зубная щётка добавила запаха мяты в образ. Поднявшись обратно в комнату, Шон натянула первую попавшуюся футболку, потёртые джинсы, носки. Теперь в зеркало смотрела обычная Шелли Шон, только немного заплаканная и с пустыми глазами. Удивительно, как порой внешность отражает наше состояние. Рюкзак Шелли не открывала со вчерашнего дня – что толку от сделанной домашки, раз уже всё решено и билеты на поезд в Бостон куплены? Придя домой вчера вечером, девочка даже не поужинала и бросилась лицом на кровать, пытаясь заглушить подушкой безудержные рыдания. Сейчас Шелли вытащила из рюкзака всё ненужное, после чего он заметно полегчал. Закинув его на плечо, девочка окинула взглядом комнату. В углу кровати лежала скомканная кофта из жёлтой шерсти. На улице было пасмурно. Надев кофту, Шон посмотрела в зеркало, надеясь на чудо. Эта кофта всегда делала жизнь ярче в серые деньки, согревала в холодную погоду. С ней Шелли была как солнышко, буквально вся светилась с головы до ног. Но сейчас в отражении стояла поникшая девочка с грустным лицом, и яркая вязаная кофточка смотрелась на ней более чем неуместно. Как если бы на чёрный манекен напялили белый пиджак. Чуда не произошло, и Шелли укуталась в чёрную кофту с капюшоном, больше соответствующую её нынешнему состоянию. Ей не хотелось светить, ей хотелось упасть и лежать, бесконечно лежать. Утонуть с головой в снах про их с Норой лето – весёлое, доброе лето... Из всех ребят, с коими Шелли доводилось иметь дело, Нора единственная была искренна, честна и до удивительного простодушна. Она не пыталась «понравиться» подруге, не скрывала настоящих чувств и мыслей. За маской скрытности и безразличия скрывалась девчушка, способная всему миру рассказать о своей жизни в максимуме подробностей. И Шелли была единственной, кто был готов её слушать. Не хотелось светить, хотелось плакать. У солнца по имени Шелли Шон сели батарейки. До школы она добрела, когда до начала урока оставалась добрая четверть часа. А жаль. Здорово было бы опоздать. Или вообще не приходить в эту школу. Школу, благодаря которой они с Норой встретились и из-за которой их вот-вот разлучат. Нора... Интересно, как она там? Она уже в школе? Или ещё дома? Сложив все вещи в шкафчик, Шелли поднялась до их этажа и... застыла в безмолвном шоке. Если обычно все ребята в ожидании уроков сидели в кабинетах или прогуливались парами-тройками друзей, то теперь в кабинетах осталось меньшинство. Остальные дети и подростки огромной толпой бегали по этажу, носились по коридорам, что-то весело крича, спотыкаясь и падая друг на друга. Учителя уже не предпринимали попыток остановить озверевшую гурьбу детей, предпочитая стоять рядом и испускать горестные вздохи, следя за тем, чтоб никто не ушибся. Шелли пару секунд стояла и смотрела на это зрелище шокированным взглядом, после чего стала нервно озираться. Ей нужно найти Нору и узнать, что происходит... Она наверняка сидит где-нибудь в классе и ждёт её за партой. Стоило Шелли сделать робкий шаг в толпу, как её закрутило, завертело в этом море людей. Огромная толпа понесла её куда-то прочь от кабинетов, и Шелли стоило больших усилий протиснуться сквозь неё. Всё это так пугает... Какие-то ребята сзади Шелли закричали: -Эй, беги! Девочка с рыжими волосами, быстрей!! В порыве эмоций Шон помчалась к классу, чуть ли не слезно моля Небеса о пощаде. Где-то позади неё кто-то шлёпнул по лбу ладонью и произнёс: «Нет, не туда...», и Шелли понеслась ещё быстрее, всеми силами пытаясь избежать незримой опасности. Вдруг откуда ни возьмись перед Шелли словно из земли вырос коренастенький парнишка, загородив собой проход к классу. Выглядел он так, словно вот-вот схватит Шелли, и это вызвало у неё полный непонимания ступор. Она застыла, силясь сказать: «Дай пройти», но слова застряли в горле. У парнишки в глазах читался вопрос, почему она не бежит от него сломя голову. Наконец, подумав, что так и надо, парень бросился на неё с неведомыми намерениями. Шелли зажмурилась и почувствовала, как чья-то тёплая рука схватила её за локоть и потащила прочь. Открыв глаза, Веснушка обнаружила, что они вдвоём с Норой бегут куда-то в школьные коридоры, а за ними несётся тот самый парень. Харпер неслась быстрее пули. Шелли еле поспевала за подругой. -Но... Нора! Что здесь происходит? Харпер обернулась и посмотрела на неё горящими огнём воодушевления глазами. В этот момент Нора была не похожа сама на себя. Лицо так и светится какой-то идеей, русые пряди развеваются на ветру. Харпер улыбнулась: -Это прятки-догонялки, Сну. Прятки-догонялки в твою честь! -Чего? Но я не... -Тише! - Нора прижала палец к губам. Девочки забежали в тёмное пространство под одной из каменных лестниц. Паренёк, мчавшийся за ними, не увидел этого, и подумал, что девочки вместе со всеми ребятами убежали на нижний этаж. Когда звук его шагов затих, подруги наконец-то выдохнули. -Кажется, оторвались... - Прошептала Нора, выглядывая из-за ступенек. - Но это ненадолго, этот парень скоро кого-нибудь поймает и водящим станет кто-то другой. Видела, как он бегает? По-любому он уже догнал кого-нибудь. -Да ты... И сама... Бегаешь... Как фурия, честное слово!.. - произнесла Шелли, пытаясь отдышаться. -Правда? Спасибо... Сама от себя не ожидала. Я в детстве ходила на лёгкую атлетику... - Нора была искренне удивлена такой информацией и вдруг заметила, что волосы у Шелли слегка мокрые, как, впрочем, и кофта. -Сну, ты попала под дождь? Написала бы, чтоб мы тебя подбросили... К Шелли тем временем вернулась способность дышать и нормально говорить. Дотронувшись до своей макушки, она почувствовала лёгкую сырость. Видимо, капюшон не помог спастись от небесных капель. Шон вздохнула: -Я так не могу. Если честно, я думала, что наше общение станет ужасным после этого всего... После этого известия. Я представила, как мы с тобой едем в одной машине, смотрим в разные окна и молчим, будто две незнакомки... Нет, в таком случае я лучше промокну насквозь! Шелли опустила грустный взгляд. Нора вздохнула и обняла её: -Хей, но мы не две незнакомки. Мы – лучшие подруги, Нора Харпер и Веснушка. И я сделаю всё, чтобы ты уехала в Бостон с лучшими воспоминаниями обо мне и о нашей дружбе. Веснушка зажмурилась, не давая жгучим слезам выползти наружу. Довольно слёз... Обняв подругу в ответ, Шелли прошептала: -Спасибо... Послышался топот многочисленных ног. Девочки встрепенулись. Пора бежать... Уловив момент, они выскочили на лестницу и помчались вверх, словно быть догнанными грозило им не становлением водящими, а как минимум страшной смертью. Вероятно, остальные ребята чувствовали то же самое. Адреналин поджимает рёбра, заставляет живот скрутиться. Кровь бежит по венам так же быстро, как дети бегут по школе. Дыхание сбивает, глаза отчаянно ищут место, где можно укрыться и передохнуть. А на лице – улыбка, весёлая и беззаботная. Нора мчалась впереди, Шелли – чуть сзади. Обе девочки громко смеялись, перекрикивались. Да, уже двадцать восьмого числа она сядет в поезд и, возможно, навсегда покинет этот город. Но это будет двадцать восьмого. А сейчас они сами бегут быстрее поезда. У них есть ещё десять минут до урока. И они бегут вдвоём. Вместе.

***

Звонок призвал всех остановиться, шокированно оглядеться и со вздохами разойтись по классам. Ребята прощались, сетовали на быстротечное время и на скучные уроки. Они все уже успели забыть, что бегают по школе, а не по площадке. Учителя радостно выдохнули и отправились вслед за детьми, по классам. Наверняка новоиспечённых спортсменов ждёт взбучка от преподавателей, но разве это важно? Ведь ребята уже договорились так же бегать на всех следующих переменах. Учительница класса Норы и Шелли была одной из тех, кто не любит делать строгие выговоры ученикам (всем желаю таких учителей), и поэтому вместо того, чтобы половину урока рвать на детей глотку, девушка вздохнула и попросила их больше не рисковать своими жизнями. Её лекции о безопасности заняли буквально пару минут, после чего она начала урок. Шелли, записывая термины то через слово, то через фразу, шёпотом допытывалась у Норы, почему прятки-догонялки были именно в её честь: -Нор, а эти... прятки-догонялки. Почему они в мою честь? Что это значит? Харпер, быстро заполняя тетрадные строки ровными буквами, тихо пояснила: -Понимаешь, мне до сих пор трудно смириться с твоим переездом, но я не хочу, чтобы наша последняя неделя общения была похожа на затянувшиеся поминки... Тут Нора замолкла, на минуту сосредоточившись на каком-то сложном словосочетании, и Шелли, немного подождав, всё ещё не видя связи между собой и масштабной школьной игрой, переспросила: -Но как это связано с тем, что тут произошло? И с тобой? Нора внимательно посмотрела на подругу: -Шел, ты серьёзно ещё не поняла? Шон похлопала глазками, тщательно стараясь понять некое «что-то», но не понимала, и отрицательно помотала головой, отчего её хвостик слегка ударил по веснушчатым щекам. Харпер вздохнула: -Это я устроила догонялки. Чтобы превратить этот обычный и грустный день в небольшой праздник. Для тебя. - Глаза Норы сверлили Веснушку, добиваясь понимания. Шелли постепенно менялась в лице, начиная понимать, что устроила её подруга. Нора продолжала с нарастающим воодушевлением: - Я попросила Майка, чтобы он собрал всех ребят из других классов играть в эту игру. Ты же знаешь, у него в каждом классе есть друзья и знакомые. Я хочу устроить нам самую весёлую неделю нашей дружбы. Наверстать то, что мы упустили в дни, когда не могли встретиться. Хочу, чтобы ты уехала в Бостон со счастливыми воспоминаниями об этом городе, о школьных днях, обо мне... Учительница, до этого что-то диктовавшая, прервалась. Перешёптывающиеся девочки уже не просто тихо шептались, а говорили чуть ли не вслух. На фоне молчащего класса это было ещё более раздражающе и очень мешало вести урок. -Девочки... Ноль реакции. И в ответ учителю следовала отнюдь не тишина, а назойливое шептание. Только тут учитель обратила внимание на то, что болтала не Шелли, как обычно происходило, а отличница Харпер Нора. Шелли сидела и молча слушала подругу. Впрочем, дела это не меняет – от урока отвлекаются обе. -Девочки... Харпер! Шон! Нора наконец замолчала. Она только дошла до описания того, что она планирует устроить в середине недели, и теперь её голос было слышно даже на дальних рядах. -Мисс Бенсон? - Нора выглядела удивлённой, словно отвлекли от разговора не учителя, а её. Заметив, что её наконец-то слушают, мисс Бенсон заговорила строгим, но всё таким же мягким голосом: -Нора, Шелли, вы отвлекаетесь от урока и отвлекаете остальных. Мне очень трудно вести урок, пока вы там... шепчетесь. Дождитесь перемены и говорите вдоволь вместо того, чтобы носиться по всей школе, в конце концов! -Извините, мисс. Мы постараемся быть потише, - Шелли сказала это почти на автомате. Она постоянно болтала на уроках и эта фраза летела ответом учителям чаще любой другой. Но мисс Бенсон хотела понимания не от Шелли, а от Норы. -Нет, Шелли. Сегодня дело не в тебе. Я хочу обратить своё внимание на поведение Норы. Харпер, услышав это, подняла голову и посмотрела учительнице в глаза. Прямым и метким взглядом. Как кирпич – прямой и меткий. Мисс Бенсон едва удержалась, чтобы не отшатнуться от такого взгляда, и отвела взор. -Нора... Я всё понимаю, ты расстроена переездом Шелли, но это не значит, что тебе надо забивать на учёбу! Шелли может не писать на уроках и не делать домашнее в течении этой недели, ведь фактически это ни к чему, но ты-то куда? Ей плохо даётся учёба, и она тянет тебя за собой, но... Между этими словами и моментом, когда Нора совершила вторую за этот день выходку, длился менее секунды. Но за эту секунду много что произошло. У Норы внутри всё вскипело, она впервые за всю жизнь почувствовала, как её распирает гнев, а жгучая злоба прожигает внутренности. В порыве ярости она вскочила и чуть ли не криком принялась изливать на учителя поток едких слов. Лицо у Норы раскраснелось, на глазах выступили слёзы от волнения и переизбытка чувств. Веснушка сидела и смотрела с открытым ртом на ораторство возбудившейся подруги, а Харпер всё кричала и кричала: -Знаете, что, мисс Бенсон? Мне это надоело! То, что Шелли плохо учится, не значит, что она плохой человек, что с ней что-то не так! Она ровно такая же, как и любой из нас... Нет, она лучше вас всех в стократ!! Говорят, что люди меряют величие личности толщиной кошелька и количеством денег, но, видимо, здесь вы приучаете детей мерять друг друга по оценкам! Подаёте им пример ненависти к тем, кто учится хуже отличников! Это отвратительно, попросту мерзко! Человек – это не его мозги, а мозги плюс характер, плюс привычки, плюс внешность, плюс множество остальных факторов! Вы же учитель, постоянно заставляете нас заучивать ваши дурацкие формулы. Так вот вам самая важная и главная формула. Формула человека, о которой вы, судя по всему, не знаете! Учительница стояла в полном ступоре и пыталась понять, что она сделала не так, что вызвало у Норы, примерной отличницы, тихой и скромной девочки, такой вихрь эмоций. Неужели всё это время она копила в себе негатив и пришло время взорваться? Харпер говорила и говорила, прожигая мисс Бенсон карими глазами. И при свете рыжих люстр в кабинете эти глаза горели алым огнём, полыхали бордовым пламенем, сверкали языками кровавого пожара. Эти глаза могли бы прожечь в ком угодно дырку, если не сжечь дотла... Ребята замолкли и сидели, не говоря ни слова. Шелли чуть ли не плакала от страха за себя, за подругу, за них и за бедную учительницу. А Харпер рычала, извергала громкие речи, и казалось, что она вот-вот превратится в огромного могучего дракона, из её пасти вместо слов начнут извергаться огненные шары, а потом она, взмахнув громоздкими крыльями, схватит Шелли и унесёт далеко-далеко – туда, где никто не сможет разрушить их дружбу. -...Это дискриминация! Каждый человек имеет право на обычную учёбу, обычную жизнь. Зачем отсылать кого-то в Бостон, в школу для каких-то отсталых? Тем более полностью здорового человека! Вы не понимаете, что без неё, без Шелли, этот город станет серым и тусклым, в нём не будет радости и веселья!! Кто рвался каждому из вас на помощь в трудные минуты? Кто готов был поддержать добрыми словами и объятиями в тяжёлые моменты? Кто украшал класс на каждый праздник, кто дарил нарисованные открытки каждому из вас на ваши дни рождения даже на каникулах? Всем ученикам, всем учителям. Но вам на это наплевать. Она может быть гением в творчестве, побить рекорд Гиннесса по энергичности и весёлости, может превратиться в солнце и освещать вас каждый день, но вы будете считать её ничтожеством, пока она не начнёт учиться! Да что у вас вообще в голове творится?!! Остановившись на секунду, чтобы схватить ртом воздух и продолжить злословие, Нора замерла, почувствовав затупившимся осязанием, как что-то шевелится у неё на руке. Посмотрев вниз, Харпер поняла, что всё это время Шелли сидела и дёргала её за рукав, отчаянно моля остановиться. Её гнев настолько оглушил и ослепил её, что она не заметила этого. У Шелли в глазах стояли слёзы. -Нора... Пожалуйста... Осознав, что она натворила, Нора вдруг почувствовала себя самым мерзким человеком на Земле. Как будто совершила убийство, самое извращённое и ужасное. И вот она стоит над бездыханными телами и понимает, что сделала. Осознаёт, какой грех на себя взяла. Все ребята сидели, притихнув. Некоторые даже затаили дыхание в страхе обрушить на себя гнев Харпер. Нет, они, конечно, волновались за неё, но в такие моменты всем становится страшно по непонятной причине. Как будто ругающийся человек может зверем накинуться на всех, кто попадётся на глаза. Те, кто сидел близко к их с Шелли парте, отодвинулись, стараясь не издавать ни звука. Сквозь призрачную дымку Нора опёрлась о парту, стараясь не потерять равновесие. Голова гудела. Перед глазами всё плыло. Дошаркав ватными ногами до выхода, Харпер промямлила: -Простите... Мне надо выйти... И скрылась за дверью. Ребята проводили её боязливыми взглядами. Все по-прежнему молчали. Все ждали того смельчака, что решится первым разрушить эту тишину. У мисс Бенсон подкосились ноги, и она рухнула в учительский стул. Взволнованные взоры переметнулись к ней. Она накрыла глаза ладонью. Нет, она не плакала, но ей было очень тяжело на душе. Она ведь хотела просто провести урок... Просто быть хорошим учителем... Но раз даже отличница Харпер так вспылила, вероятно, ей лучше уволиться и не мучать бедных детей. -Дети... Простите. Тишина нарушена. Все встрепенулись, как от сигнала «даёшь разговор, долой тишину». Ребята ещё притихшими и негромкими, но участливыми голосами залепетали: -Нет, что вы... -Вы не виноваты, мисс Бенсон! -Совсем не виноваты. -Тут нет вашей вины! -Нора просто устала... -Не вините себя! -Вам помочь? -Никто не виновен... Мисс Бенсон выдавила из себя жалостливую, но благодарную улыбку. Нет, виновата, и ещё как... Но разве объяснишь это сиим добрым детям? -Ох... Не знаю, что и делать. Шелли, сходи к ней. Тебя она послушает. Извинись от меня... Передай, что я не этого добивалась. Шелли, всё ещё ошарашенная выходкой подруги, кивнула и вышла из кабинета, неся в руках её и свой рюкзаки. Мисс Бенсон обернулась обратно к ученикам: -Я правда не хотела, - Она виновато и как-то тупо улыбнулась, потом зачем-то посмотрела на часы, которые уже полгода как не работают, и произнесла: - Что ж, давайте продолжим наш урок...

***

Шелли нашла Нору на лестнице. Бедняжка попросту не добрела до скамейки и села спиной к стене прямо на грязных ступеньках, по которым ещё минут десять назад носились десятки грязных кроссовок и кед. Взгляд у Норы то был пустой и одинокий, то вдруг загорался каким-то жутким огнём, но почти сразу затихал и сменялся сумасшедшей отрешённостью. Веснушка молча опустилась на ступеньку рядом с подругой, предварительно смахнув грязь со ступеньки. Рюкзаки она положила рядом. -М-да... Ну ты даёшь, подруга. Молчание. Да, такой фразой вряд ли можно что-то сделать. -Нор... Ты как хоть? Когда ты шла к двери, я думала, ты вот-вот упадёшь. -Упала. -Что?.. -Я упала в твоих глазах. В глазах мисс Бенсон. В глазах ребят. И вечером паду в глазах родителей. Шелли, я как будто убила человека! - Голос у Норы задрожал, на последней фразе она дотронулась до плеча подруги, а потом зарылась лицом в растрёпанные волосы и закрыла лицо ладонями. Шелли погладила её по голове, разглаживая взъерошенные пряди: -Нор, ты никого не убила. Все живы, и ты не упала ни в чьих глазах. Да, все немного в шоке от такого, но уже через полмесяца все забудут об этом происшествии. Нора оторвала руки от глаз и робко посмотрела в глаза Веснушки. -Все проявляют эмоции, это нормально. И все тебя понимают. Кто-то срывается дома на семью, кто-то выезжает в лес проораться. А ты вон какая молодец, всю жизнь живёшь и ни разу ни на кого не кричала! Естественно, тебе тяжело было сдержаться. -Я не сдерживалась... Я... Я... У меня впервые такое. Как будто внутри меня разлился бензин – по каждой вене, по всем артериям и клеткам... И мисс Бенсон взяла спичку... И кинула её... В меня. Лицо Норы сменило выражение ужаса и приняло гримасу, изображающую кого-то очень злого: -«Ей не даётся учёба, она тянет тебя вниз!». Отвратительно. Никуда ты меня мне тянешь, ты помогаешь мне всплыть, набрать в лёгкие воздуха и плыть против течения!! А она... Она просто... Мерзавка, вот она кто! -Нор, Нор, тише!.. -Лицемерка! Тщеславная, безжалостная! Это из-за неё тебя переводят в Бостон!! -С чего ты это взяла? Нора кинула на подругу злобный взгляд: -А из-за кого ещё?! Шелли вздохнула: -Вообще решение принял директор. Он самостоятельно проверяет успеваемость учеников каждый год, и мои результаты ему не очень понравились. Я ходила разговаривать с ним в начале этого учебного года, да и в прошлом тоже... И все учителя там были, и мои родители. Мисс Бенсон всячески меня защищала. Она очень не хотела, чтобы я уезжала, да и никто не хотел. Тут уж никто не смог повлиять на ситуацию. Глаза Норы расширились. Её словно током ударило. Весь мир перевернулся вверх ногами. Но как так? Ведь именно мисс Бенсон доложила директору на учёбу Шелли, она ведь их классный руководитель! Это не мог быть кто-то другой. Но лицо Веснушки выражало лишь прямую и твёрдую, немного наивную честность. Не было в ней ни единой чёрточки, показывающей, что её слова преувеличены или преуменьшены. В этот момент взгляд Шелли был очень похож на Норин – прямой и меткий. Кирпич правды, кирпич честности. -Но... Но... Я же.. я думала, это мисс Бенсон! -Да, Нор. Надо будет как-нибудь извиниться перед ней... Можем вдвоём сходить, чтоб тебе не страшно было. Я думаю, вы просто друг друга не так поняли. Нора кивнула и обняла подругу. С появлением Шелли в её жизни у Харпер разблокировались эмоции, с них слетел тяжёлый замо́к. Нет, замо́к слетел не с эмоций, а со стен, которые Нора выстроила внутри себя. Шелли вошла в эти стены, и вместе с Норой они открыли башню, где долгое время томились чувства, эмоции, ощущения. Теперь они здесь, вместе с девочками. Но без Шелли... Уйдут ли все эти эмоции, когда уедет Шелли? Об этом Нора старалась не думать. О переезде подруги и о том, что он за собой влечёт. Сейчас им дорога каждая секунда, проведённая вместе. Ведь время летит, пускай уже и не так быстро, но всё же. Летит, спешит разлучить их поскорее. Что же ждёт этих девочек там, впереди?