Понять себя

Дерек еле стоял на ногах, попытки попасть ключом в замочную скважину успехом не увенчались. Если бы он в таком состоянии появился возле дома в Сиэтле, то разговоров хватило бы на ближайший месяц, а то и больше. Здесь же он мало кого интересовал. Соседи лишь здоровались на автомате, но чужой жизнью явно не интересовались. Нью-Йорк был стремительным и живым, тут каждого заботили только собственные проблемы. И Дерека это более чем устраивало. Думать о том, что сказала бы и сделала Джоан, если бы увидела его сейчас, вовсе не хотелось. Он ни капли не сомневался в ее реакции, но вот представить степень раздражения не брался. Он думал: алкоголь и веселье выветрят из головы надоедливый образ, но на вечеринке не раз и не два оборачивался, ощущая на себе недовольный взгляд. Его, конечно, не оказывалось, но скинуть липкое оцепенение выходило не сразу. Наверное, именно попытки сбежать от него и заставляли Дерека опрокидывать один шот за другим. Но теперь он хоть на практике знал — не помогает. Алкоголь не лечит точно, лишь дает краткую передышку, а после делает всех демонов куда страшнее, чем они есть. — Черт, — выругался он сквозь зубы, осознав, что миссия «Открыть дверь» невыполнима. Зато он повеселился, хоть и с периодическим преследующим его досаждающим взглядом, он попытался и даже почти получилось. Если бы не перебрал с алкоголем, то мог бы сказать, что получилось точно. Дерек привалился лбом к входной двери, вспоминая, как феерично они отметили день первокурсника. Голова кружилась, образы сливались в одну полосу, а множество имен, услышанных сегодня, стерлись из памяти. Вот, например, как звали ту блондинку, упорно пытавшуюся утащить его с собой? Куда и зачем — Дерек предпочитал не задумываться. Ее общество ему было неинтересно. Чарльз смеялся, что Дерек упустил счастье. Если бы он только знал правду. Но даже лучшему другу Дерек не решался открыться. Слишком уж семья Чарльза религиозна. Прямо как родители Дерека — по крайней мере, со стороны. Воскресные посещения церкви, молитва перед едой. Все это напускное и фальшивое. Дерек знал, что на самом деле Джоан глубоко наплевать на Бога, церковь и религию. Главное — выглядеть достойно. Это единственное, что ее всегда волновало. И в их престижном районе не ходить в церковь приравнивалось к самоубийству. На памяти Дерека на такое решилась только семья Кейнов. Но им всегда было плевать на мнение высокомерных выскочек, так рьяно думающих о чистоте имени, но забывающих о грязи белья. Думать о вечеринке куда приятнее, но даже дурман алкоголя не мог вытравить из сознания то, что беспокоило по-настоящему. И это раздражало. Конечно, Дерек понимал — вырваться из Сиэтла мало. Нужно вырвать Сиэтл из себя, но это не могло произойти мгновенно. И на шумной вечеринке все равно взгляд Джоан, неотрывно следящий за ним на светских приемах, его не покидал. — Дерек, что случилось? — голос Джейсона ворвался в сознание яркой вспышкой боли. Дерек простонал, приготовившись выслушивать нотации. Джейсон наверняка никогда не приходил домой в подобном состоянии. У Джейсона уютная квартира, хорошая работа и прекрасная девушка. Джейсон, черт его дери, идеальный сын. Гордость семьи Джефферсон. Во всяком случае, Джоан никогда не уставала это повторять, словно Дерек хоть на минуту забывал об этом. Он и сам считал Джейсона идеальным братом. Правда, об этом Джоан знать не стоило. И это раздражало до зубовного скрежета. В их идеальном светском обществе он даже с братом не мог вести себя, как ему хотелось. Вся их близость всегда тщательно скрывалась от Джоан, ведь иначе ее недовольство раздулось бы до пределов штата, а то и всей страны. Но она ведь была, эта чертова близость. А потом Джейсон уехал, отделавшись скупыми и холодными открытками на Рождество и дни рождения. Джейсон остался идеальным сыном и наследником, а вот братом быть перестал. Конечно, для чего ему тащить в прекрасную жизнь такое недоразумение, как Дерек. Как говорила Джоан — он может только позорить фамилию Джефферсон, а Джейсону нужно ее прославлять. Хотелось верить, что все это Дерек сам себе надумал, но первый же вечер в квартире Джейсона показал — между ними пропасть. Теперь пропасть. — Ты пьян? Дерек готов был поаплодировать Джейсону, если бы смог поднять руки. Озвучить вслух столь очевидную вещь — верх гениальности. Раздражение с каждой секундой становилось сильнее и сильнее. Чертов Джейсон. И сколько беспокойства, переживаний в голосе. Стоило еще Оскар вручить за бесподобную роль старшего брата. Идеального старшего брата. Неужели верил, что Дерек купится? Поверит, что все как раньше? Нет… Эта надежда слишком дорого стоит, потому что ее осколки поранят куда глубже, чем недовольство Джоан. Если он хоть на секунду допустит, что все, как прежде, то не соберет себя потом по кусочкам. Попросту не сможет. Он только научился жить без Джейсона. Второй раз этого пути ему не осилить. Закрыв дверь, Джейсон впихнул Дерека в квартиру, устроил на диване и заботливо стащил кеды. Единственное, что смог сделать Дерек — упасть на этот самый диван, желая поскорее провалиться в сон. Судя по всему, нотации откладывались на завтра. Хоть что-то радовало во всей этой ситуации. Сейчас выслушивать лекции о том, как можно и нужно себя вести, Дерек был не готов. И так от «бери пример с Джейсона» тошнило. Дерек никогда не смог бы стать таким же правильным. И, судя по всему, Джейсон это понял. Понял, насколько неидеален его младший брат. А если бы он узнал, какой секрет хранит Дерек, то не просто отвернулся бы, а возненавидел. Ненависти Джейсона Дерек вынести бы не смог. — Может, кофе? Голос Джейсона донесся словно откуда-то издалека. Реагировать на него не хотелось. К тому же Дерек почти провалился в спасительные объятия сна. Что может быть лучше, чем хорошенько выспаться? Во сне он снова ругался с Джоан. Ничего из ряда вон выходящего. Дерек так старался сбежать, но разве ускользнешь от этой фанатички? Нет, она припиралась даже во сны, напоминая, как сильно родители разочарованы. Хорошо — не требовала, чтобы он нашел дорогу к Господу, которого она так любила вспоминать, хоть в ее устах это звучало, скорее, смешно, чем серьезно, ведь Дерек знал, что в него Джоан не верила. Пока не требовала. Но у них впереди целая ночь. А миссис Джефферсон никогда не сдавалась. Особенно если нужно было достать Дерека.

***

Утро началось с дикой головной боли и запаха свежесваренного кофе. Тошнота подступила к горлу, но Дерек, едва сдерживая позывы, кое-как поднялся и сел на диване. Голова раскалывалась, свет нещадно резал глаза, а желудок настоятельно требовал избавиться от содержимого. Похмелье — вечный спутник выпивки. Вчера было весело, за что сегодня приходилось расплачиваться. И Дерек не был уверен, что оно того стоило. Он поплелся в ванную, надеясь, что прохладный душ сможет сделать из него хотя бы подобие человека. Да и встречу с Джейсоном хотелось оттянуть. Он не верил в то, что старший брат оставит вчерашнее без внимания. Привалившись к стенке душевой кабины, Дерек с наслаждением ощущал, как струи прохладного душа возвращали к жизни. Все-таки в колледже появиться нужно и желательно не овощем. Невозможно стать идеальным студентом, если начинаешь прогуливать с первой недели. Нельзя сказать, что Дерек стремился к идеальности, но все же хотелось доказать, что он не хуже Джейсона. Что тоже может достичь многого, правда, он не верил, что Джоан обратит на это внимание. Но и старался Дерек вовсе не для нее. Ему хотелось, чтобы Джейсон увидел, что он не такое уж и недоразумение. Только ему и никому более Дерек хотел доказать, что чего-то стоит. Дерек хмыкнул, отмахнувшись от мыслей. Выключил воду, вытерся и поплелся в комнату, чтобы взять свежую одежду. Вчерашние джинсы и футболка пропитались запахом веселья и отправились в корзину с грязным бельем. И стоило так напиваться, что даже добраться до кровати оказалось невозможным? Дерек не помнил, чтобы хоть раз был в таком состоянии — страх наказания был слишком велик. Джоан не поскупилась бы, если бы он посмел подорвать репутацию семейства Джефферсон. Побеги из дома, яркая и броская одежда, дерзость хоть и карались, но если бы соседи увидели Дерека в таком виде, то взрыв был бы куда страшнее. Его Дерек мог бы и не пережить. Да и если в Нью-Йорке он не мог избавиться от взгляда Джоан, то в Сиэтле вовсе вздрагивал бы от любого звука. На кухню Дерек зашел со смесью раздражения и настороженности, хотя старался выглядеть так, словно вчера не совершил ничего предосудительного, и у Джейсона нет даже мельчайшего повода, чтобы злиться. — Ну что, голова раскалывается? — улыбнулся Джейсон, кивнув на таблетки и стакан с водой, стоявшие на столе. — Давай только ты постараешься сократить лекцию о неподобающем поведении? — отозвался Дерек и взял таблетки, залпом запив водой. Интересно, как скоро они начнут действовать? — Да ладно тебе, — поставив чашку с кофе и тарелку с омлетом, Джейсон слегка пихнул Дерека в плечо, — ешь давай. Тебе полегчает. Думаешь, я не приползал со студенческих вечеринок? Главное, не перебарщивать с алкоголем и случайными связями. — О, я не знал, что на твоей идеальной репутации есть пятна, — хмыкнул Дерек. — Джоан была бы в ужасе и окрестила тебя грешником. — Но ты же ей не расскажешь? — подмигнул Джейсон и, устроившись на стуле рядом, сделал глоток кофе из кружки. — И я тебя не сдам. Будем хранить тайны друг друга. Как раньше. — И станем счастливой семьей? Как раньше? — зло произнес Дерек, вскочив с места. Боль, обида и ярость мгновенно вспыхнули в нем. Он два года страдал и мучился, переживал в одиночестве все закидоны Джоан, а Джейсон даже не вспоминал о нем, а теперь так просто хочет все вернуть. — Ты бросил меня. Свалил и два года не приезжал. Все, что я от тебя получал — открытки на Рождество и дни рождения. И теперь ты решил снова поиграть в «братьев»? Да пошел ты! — Дерек буквально сорвался с места, подхватил в коридоре рюкзак и хлопнул дверью. Джейсон не попытался его остановить, но Дерек этого и не ждал. Он даже не верил, что Джейсон правда хочет все наладить. Ему, как и Джоан, скорее всего, нужен лишь красивый фасад. И неважно сколько за ним демонов.

***

Джейсон даже не встал, чтобы остановить Дерека. Просто не ожидал подобного от обычно спокойного и уравновешенного брата. Нет, Джоан говорила, что Дерек стал слишком эмоционален, бурно реагировал на любые замечания и сбегал из дома, но Джейсон верил, что с ним брат не будет так себя вести. Казалось, он сможет наладить с Дереком отношения, если не станет давить, читать нотации и хоть чем-то напоминать Джоан. Раньше он был самым близким человеком для Дерека, всегда угадывал, когда тому плохо. Дерек доверял Джейсону, рассказывал о проблемах буквально все. Но сейчас рядом чужой человек. Непонятный, закрытый, огрызающийся. Джейсон отчетливо осознал, что он причина того, что Дерек изменился. Брат нуждался в нем, а Джейсон отсутствовал. Целых два года. И этого уже не изменить, как бы сильно Джейсон не хотел отмотать время назад. Джейсон почувствовал себя настолько свободным, что возвращаться в дом родителей в Сиэтле совершенно не хотелось. Джоан просто помешалась на репутации семьи, поэтому пыталась загнать детей в строго установленные рамки. Джейсон всегда считал, что ей проще подыграть, чем трепать себе нервы, да и если он был идеальным, то Джоан не трогала Дерека. Тот мог быть собой, а за это Джейсон был готов на все, чем Джоан охотно пользовалась. Он прекрасно учился, мило улыбался гостям на светских приемах и знал правила этикета назубок. Он даже ходил с Джоан в церковь, хотя считал это самым скучным занятием на свете, но тогда она не тащила туда хотя бы Дерека. Ведь Дерек иной. Он ненавидел соответствовать, любил рисовать, мог часами корпеть над блокнотом. Ненавидел встречать гостей и улыбаться папиным партнерам по бизнесу. Он был замкнут, мало с кем общался. Большая часть школьных предметов оказалась ему неинтересна. А уж от зубрежки он и вовсе вешался. Высший балл он получал только если по-настоящему увлекался, в остальном учился хорошо, но небезупречно. В церковь Джоан не могла его затащить — Дерека мутило от запахов. Джоан боялась, что ему станет плохо и он потеряет сознание, а это ведь такое пятно на репутации. Да и освобождая от походов Дерека — она могла тем самым давить на Джейсона. Дерек никогда открыто не бунтовал. Ведь это не было целью. Он просто не хотел следовать золотым правилам семейства Джефферсон. Дерек никогда не был тем сыном, которого хотела видеть Джоан Джефферсон. Он не соответствовал, выбивался. Сам Джейсон считал Дерека скорее ярким пятном в их семье, но Джоан думала иначе. Всегда ставила его в пример младшему брату. А Дерек просто оставался другим. По мнению Джейсона, Дерек был лучше. Но что думал об этом всем сам Дерек? Да, в детстве они часто мечтали сбежать из дома, жить вдвоем вдали от правил и тоски светских раутов. Они делились мечтами, но рассказывали ли друг другу всю правду о настоящем? Джейсон многое скрывал от Дерека ради его же спокойствия, так может и тот прятал часть переживаний? Джейсон вздохнул и принялся убирать со стола. Аппетит пропал напрочь, зато появилось очень много вопросов и мыслей. Точно ли Джоан тщательно исполняла условия негласного договора между ней и Джейсоном.

***

В колледже Дерек старательно вспоминал расписание, чтобы вытащить все нужные ему тетради из шкафчика сразу. Но легкая головная боль, все еще напоминавшая о вечеринке, мешала, да и ссора с Джейсоном до сих пор крутилась в голове. Слишком много мыслей и чувств переполняли Дерека. — У твоей вчерашней блондинки шикарная подруга. — Дерек невольно поморщился, вспоминая вечеринку, но воодушевление Чарльза явно не сулило ему ничего хорошего. — Кристина, — кивнул тот куда-то в сторону. Дерек обернулся и встретился взглядом с двумя девушками. Блондинку он вспомнил сразу, хоть имя так и не приходило на ум, а вот рыженькая казалась незнакомой. Но обе махали им с Чарльзом. Значит, он успел их еще и с другом познакомить. Вот это точно в памяти не отложилось. Или Чарльз познакомился с ними сам? — Твоя ночь прошла веселее, чем моя? — поинтересовался Дерек и залез в рюкзак, делая вид, что его очень волнует содержимое. — Во всяком случае, умереть девственником мне не грозит, — рассмеялся Чарльз. — Нас пригласили сегодня на просмотр новой серии «Игры престолов». — И мы, конечно же, просто будем смотреть сериал? — Я очень надеюсь, что не только. В конце концов, тебе давно пора найти девчонку. Многие вчера строили тебе глазки. — Я даже имени ее не помню, — сознался Дерек. — Виктория, — просветил его Чарльз, — соглашайся. Без тебя ничего не светит и мне. Дерек еще раз бросил взгляд на девушек. Виктория казалась симпатичной. Определенно. Высокая, стройная, с длинными светлыми волосами, пухлыми губами и большими карими глазами. Дереку больше нравились голубые, но разве дело в цвете глаз? Совершенно точно нет. Может, у него получится? Вдруг стоит попробовать, и все неправильные мысли исчезнут? Ведь тогда ему самому станет намного проще. — Ладно, идем. Чарльз лишь показал девушкам большой палец и потащил Дерека в сторону аудитории. Все-таки учеба оставалась для них на первом месте. Во всяком случае пока.

***

Двухэтажный особняк в пригороде Нью-Йорка буквально кричал о достатке владельцев. Впрочем, «Мазерати», которую водила Виктория, тоже. У Дерека этот дом вызвал отвращение, напоминая о родительском. Особняке, в котором он ощущал себя словно в клетке. Но Виктория явно чувствовала себя великолепно. К тому же, судя по всему, жесткому контролю и опеке ее не подвергали. — Родители уехали в отпуск, — сообщила она гостям и достала пиво из холодильника. — Закажем пиццу? — С удовольствием. — Чарльз устроился на диване и набрал номер доставки. Кристина уселась рядом с ним, Чарльз приобнял ее за плечи, диктуя заказ по телефону. Было видно, что Кристина таким раскладом более чем довольна. Дерек же чувствовал себя напряженно. Ему вся эта затея не нравилась совершенно, да и Виктория поглядывала на него с явным намеком. Дерек чувствовал себя неловко от этих взглядов. Его нисколько не волновала и не интересовала Виктория, как и любая другая девушка. Поэтому, когда он видел интерес со стороны девушек, ему становилось не по себе. И сейчас идея все-таки попробовать, переступить через собственные желания, удачной не казалась. Он не только заставлял себя, но и внушал ложные надежды Виктории, явно этого не заслужившей. Она была веселой, симпатичной и вроде бы хорошей девчонкой, а вот себя Дерек ощущал последним уродом, собравшимся играть чужими чувствами. — Расслабься, — улыбнулась Виктория и, подтолкнув Дерека к дивану, мгновенно устроилась рядом с ним, — я не кусаюсь. Дерек мог бы поспорить, но промолчал. Взял со стола пиво, постаравшись последовать совету и расслабиться. А уж после того, как привезли пиццу и они все-таки приступили к просмотру сериала, у него это почти вышло. Да и поскольку Кристина раньше не смотрела «Игру престолов», решили смотреть сначала. Дерек увлекся настолько, что даже забыл, где и с кем находится. В реальность вернуло прикосновение — Виктория положила руку на колено и прижалась к нему. Он скосил взгляд и заметил, что Чарльз и Кристина уже вовсю целуются. Чарльза их присутствие определенно не смущало. — Неужели тебе сериал интереснее? — не сводя глаз с лица Дерека, мягко улыбнулась Виктория. — Меня вот общение с тобой привлекает куда больше. Ее рука скользнула по груди Дерека, пальцы пробежались по шее, и, прежде чем он среагировал, Виктория уже коснулась своими губами его. Нельзя сказать, что поцелуй был неприятным или вызвал отвращение. Но Дерек не хотел, чтобы к нему прикасались, а уж тем более целовали. Не о женских губах грезил по ночам Дерек. Если для Чарльза или множества других парней это было естественно, то для Дерека — нет. И пора было признаться, что он не сможет пойти против природы. Что даже в этом он умудрился оказаться неправильным и дефективным. Дерек оттолкнул Викторию и вскочил с дивана, чем вызвал испуганный взгляд, а Чарльз и Кристина уставились на него с полным недоумением. — Я вспомнил, что у меня дела, — слишком поспешно выпалил Дерек. И бросился прочь из комнаты. Чарльз было ринулся за ним, но Дерек посмотрел на него более чем красноречиво. Чарльз знал его очень давно, поэтому понял, что друга лучше не трогать. Дерек выскочил за дверь и даже не попытался поймать такси, а просто пошел в сторону дома. Сейчас ему точно пора было признать, что ему придется принять собственную ориентацию. Он пытался от этого бегать, старательно прятал внутри себя, но, как ни пытайся, изменить ничего он не мог. А главное, поговорить об этом ему было совершенно не с кем. Когда в пятнадцать он влюбился в Майкла Клейтона, Джейсон уже уехал покорять Нью-Йорк. Он не приезжал, не звонил, а Дереку так необходимо было поделиться с ним переживаниями. Но сейчас он четко понимал: говорить правду нельзя. Джейсон полностью стал тем, кем его хотела видеть Джоан, а от того, кого знал Дерек не осталось ничего. Он больше не его брат, и если узнает правду, то никогда не сможет ее принять.