Израненные Судьбы

— Раз вам стало гораздо лучше, могу ли я отправиться домой? Думаю, мой отец сейчас не находит себе места от волнения, — с легкой улыбкой спросила Элениэль, заканчивая утреннюю перевязку. В её голосе проскальзывало беспокойство за родного человека. — Не вижу никаких препятствий, но перед отъездом назови цену, которую я тебе должен за твоё врачевание, — ответил Торин, его лицо оставалось серьезным. — А сколько вы готовы заплатить? — спросила она. — Издеваешься? Торговаться не буду, просто назови окончательную сумму, — произнес он с суровостью, стараясь скрыть свою растерянность. — Я работаю немного иначе, — произнесла Элениэль, замечая, как его взгляд наполнился недоумением. — К сожалению, не все мои пациенты способны заплатить за своё лечение. Поэтому я решила, что не буду устанавливать цену своим умениям. Каждый платит столько, сколько может. Если это вас оскорбило, прошу прощения. Торин, услышав её слова, задумался. Он понимал, что подход Элениэль к делу был искренним и благородным, это вызвало в нём долю уважения. — Нет, ты не оскорбила меня, — произнес Торин, смягчившись, — Ты получишь достойную награду. Девушка благодарно кивнула и распрощявшись с королём, покинула его покои.

***

POV: Элениэль — Долго же ты собиралась, — сурово произнёс Двалин, поджидая меня у входа с тем же пони. Его борода была покрыта инеем, а пальцы сжимали поводья так, будто он держал не мирное животное, а готовился к битве. — Я не нуждаюсь в сопровождении. На сей раз всё не так уж и срочно, — ответила я, поправляя плащ. — Вот только Балин наказал сопроводить этот «подарок судьбы» до самой калитки её дома, — проворчал гном, и его взгляд стал ещё угрюмее. — Только не говорите, что ревнуете брата ко мне, — усмехнулась я. — Его похвала, вижу, вас сильно расстроила. Вы наверняка привыкли одни плескаться в водах славы. — На счастье твоей мелкой головы, ты смогла спасти Торина. Поэтому я буду терпелив, — сквозь зубы процедил он. — Полезай в седло, пока дойдёшь до города точно отморозишь себе что-нибудь. Элениэль всё же согласилась сесть рядом с Двалином. День и правда выдался непростым. Она не отходила от покоев Торина, пытаясь не прогадать момент его пробуждения, без устали моля богов, чтобы он вообще очнулся. — Только не дышите на меня огнём, господин гном, а то спалите ненароком, — пошутила я, усаживаясь поудобнее. — Раскомандовалась тут. Благо, больше не придётся видеть твоё заносчивое лицо, — проворчал он. — Ну, это вы рано радуетесь. Я пообещала вашему брату следить за раной Торина и самолично делать ему перевязки, пока тот окончательно не поправится. Так что, чувствую, возить меня туда-сюда будете именно вы. — Чтоб тебя, Балин… — выругался Двалин про себя, и наступила наконец желанная тишина.

***

До города мы доехали так же, как и в первый раз: быстро и молча. Гном и не думал заводить разговор, а я не желала лишний раз тревожить разозлённого воина. Лишь ветер свистел в ушах, да копыта пони мерно стучали по замёрзшей земле. — Что это эльфы стерегут? — угрюмо, но с заметным любопытством произнёс Двалин. Я выглянула из-за его широкой спины и заметила эльфийских воинов на одной из самых высоких башен Дейла, у самого въезда. Трое часовых смотрели на нас с холодным вниманием, точнее их взгляды были обращены к гному. Несмотря на совместную победу над орками, отношения между расами оставляли желать лучшего. — Не знаю. Они никогда сюда не заходят, разве что встречают обоз из Лихолесья. Наверное, что-то случилось, — предположила я. Двалин ответил им таким же испепеляющим взглядом, только в два раза злее. — Надеюсь, ты живёшь вдали от этих ушастых фей, — бросил он, замедляя пони из-за столпотворения на улицах. — От рынка недалеко. Заверните за тот угол и поедем до самого конца. Улица, на которой я жила с отцом, была самой безлюдной в городе. Среди обвалившихся домов лишь наше жилище годилось для временного приюта. Остальные либо окончательно отсырели, либо от них не осталось и пепла, Смауг постарался на славу. — Вот здесь, — указала я на серое, полуразрушенное здание. Двалин притормозил у самых дверей и с нескрываемым любопытством принялся оглядывать мой дом, словно оценивая каждую трещину в стенах. — Эй, прекратите оглядываться и помогите мне слезть, — толкнула я воина в плечо, чтобы тот наконец обратил на меня своё внимание. Раздражённо выдохнув и не забыв послать меня на кхуздуле, Двалин перекинул ногу через седло и оказался на земле. Протянув свои могучие руки, он почти сбросил меня с пони, бедное животное вздохнуло с явным облегчением. Сунув мою сумку прямо в лицо, гном развернулся и, не сказав ни слова, направился прочь. — Элениэль, дорогая, кто это? — смотря вслед Двалину, я не сразу заметила отца, стоявшего на крыльце. — Папенька! — я бросилась к нему, повиснув на его шее. Обнимала так сильно, будто меня не было дома несколько лет, а не дней. — Я так переживал, родная. Даже твоя записка не смогла до конца успокоить моё сердце. — Давай зайдём в дом, а то снова начнёшь кашлять. Поставив воду кипятиться, я разложила вещи из сумки по местам и принялась готовить новый настой для отца. Заметив, как я роюсь среди склянок в поисках нужной травы, он мягко позвал: — Оставь это дело, доченька, — он кивнул на два кресла у камина. Я послушно подошла и присела, вытирая руки о полотенце. — Ты выглядишь усталой. Твои глаза вот-вот сами закроются, а ты сгорбилась над столом. Так нельзя, милая, — тёплый взгляд отца всегда успокаивал и отгонял все тревоги. Вот и сейчас сердце забилось ровнее, а тело наконец расслабилось. — Король гномов, Торин Дубощит, оказался смертельно ранен. Меня попросили о помощи, и я не смогла отказаться, отец. Видел бы ты его бледное лицо, казалось он одной ногой уже ступил в чертоги Мандоса. — Должно быть, тебе нелегко далось вылечить его. — Он и сейчас не шибко здоров, однако пришёл в сознание и уже разговаривает. Рана заживёт потихоньку. — Ты большая умница, дочка, — в его глазах читались гордость и любовь. Он всегда хвалил меня, когда я делилась итогами своей работы. — А кто был тот гном, который привёз тебя домой? Неужто кто-то из приближённых короля? — удивлённо спросил папа. — Ага, он самый. Это воин его величества, и даже главенствует армией, насколько мне известно. — Совсем запамятовал. К тебе эльф один приходил. — "Миэлдрас", мелькнуло у меня в голове. — Спрашивал, когда ты вернёшься. А я и не смог ничего толком ответить, не имел понятия когда именно ты появишься. Миэлдрас не пришёл бы просто так. Он явно был чем-то встревожен. Завтра обязательно наведаюсь в эльфийский лагерь и пойму, что к чему.