Любовь ребёнка

Как только Саске переступил порог, его взгляд упал на Наруто. Омега устроился на кушетке в прихожей. Тело Наруто было в тени из-за красного света заходящего солнца, льющегося сквозь большие окна. Солнечный луч ласкал его лицо. Глаза были опущены, а светлые брови были нахмурены от беспокойства. Когда глаза Саске привыкли к тусклому свету комнаты, он смог увидеть, что Сорен крепко спит на коленях Наруто. Наруто медленно проводил пальцами по чёлке Сорена; иногда он обхватывал его щёку и гладил её. Как долго он это делал? Наруто даже напевал; это была нежная мелодия, предназначенная только для ушей Сорена. Этот момент близости не должен был быть увиден кем-то другим. Если бы Саске не вошел так тихо, он бы никогда этого не увидел. Наблюдая за Наруто, он снова почувствовал то же, что и в офисе. Они слегка утихли по дороге домой, но достаточно, чтобы он смог объективно оценить ситуацию, лавируя по переполненным улицам. Желание увидеть Наруто настолько поглотило его, что он покинул офис и поехал прямиком домой, где, как он знал, Наруто должен был быть. Зайдя внутрь и увидев Наруто с Сореном на коленях, который так сладко напевал ему, Саске вспомнил, почему он так хотел увидеть Наруто. Он хотел увидеть это . Сорену было так уютно в объятиях Наруто. Словно он был здесь своим, и это было потому, что он действительно был там своим. «Наруто», — Саске дал о себе знать. Он хотел ещё немного понаблюдать за Наруто и Сореном в тишине, но больше не мог молчать. Наруто вздрогнул. Его взгляд был настороженным, когда он остановился на Саске. Неудивительно, что он не почувствовал присутствия Саске или не учуял его запаха – он всё ещё был в состоянии оборонительной реакции. Инстинкты велели ему защищать Сорена от любой угрозы. Такие первобытные инстинкты часто могли сбить с толку чувства омеги или беты, даже знакомые запахи порой становились жертвами подозрений. Решение проблемы было очень простым. Постоянное маркирование запахом или, что ещё лучше, укус в пахучую железу Наруто мгновенно сделало бы Наруто более доверчивым. Но Саске не осмелился бы сделать это. Не позволил бы себе даже мечтать об этом. По крайней мере, не сейчас. «Извини, это всего лишь я. Я не хотел подкрадываться к тебе». Саске подошёл ближе, так что солнечный свет, льющийся из открытого окна, упал на его затенённое лицо. «О...» — Наруто сник. Настороженность в его взгляде сменилась знакомой. Хотя взгляд исчез, он всё ещё обнимал Сорена, словно защищая его. Никто, даже Саске, не сможет отобрать Сорена у Наруто, пока тот в таком состоянии. Саске чувствовал беспокойство от одного взгляда на Наруто. Ему хотелось прикоснуться к омеге. Ему хотелось сесть прямо за Наруто на кушетку и расположиться рядом с ним, а Сорен – сверху. Они все могли бы спать на маленьком диванчике, словно импровизированная семья. Семья? Да… семья. Саске снова почувствовал, как желание нарастает. «Я вернулся домой так быстро, как только мог. Я видел, что сегодня произошло». Рука Наруто дрогнула, поглаживая волосы Сорена. «Ч-что ты говоришь?» — голос Наруто был тихим, словно неуверенный шёпот. Он избегал зрительного контакта, устремив взгляд на беззвучный экран телевизора. Так Наруто собирался скромничать? Зачем? Саске не понимал. Был ли он недоволен произошедшим? «Кисаме показал мне видео, где вы с Сореном в кафе. Я видел, как ты дал отпор этому бета-самцу, я всё видел». Наруто поерзал на кушетке. Он не отрывал глаз от телевизора. В полном замешательстве Саске взглянул на него, пытаясь понять, что же такого интересного в том, чтобы удерживать взгляд Наруто во время такого разговора. Неужели он действительно настолько нервничал, что не мог смотреть ему в глаза? Как по команде, в тот самый момент, когда Саске взглянул на экран, в нижней части экрана мелким шрифтом было написано: Через 15 минут: Саске Учиха и его тайный возлюбленный-омега: что мы знаем на данный момент. Она отображалась в нижней части экрана вместе с другими актуальными темами, которые будут обсуждаться в вечерних новостях далее в программе. Наруто тут же оторвал взгляд от телевизора. «Наруто?» Саске не понимал, почему Наруто так себя ведёт. Он думал, что, как только он расскажет Наруто о происшествии в кафе, омега обрадуется. Чёрт, он вообще ожидал хоть какой-то похвальбы? В конце концов, Наруто спас его сына. Это было непросто, особенно для омеги, который идёт против беты! «Слушай, я…» Внезапно на глаза Наруто навернулись слёзы, появляющиеся так быстро, что Саске не понял, что их вызвало. «Я не хотел устраивать скандал!» — закричал Наруто, его рука всё ещё мягко запутывалась в чёрных волосах Сорена. Он попытался заглушить крики, чтобы не разбудить Сорена. «Я не мог остановиться. Этот бета… я не мог позволить ему фотографировать! Сорену это не понравилось! Ты бы видел, как этот человек фотографировал, пока Сорен кричал, чтобы он остановился!» Наруто обнял Сорена ещё крепче, словно боялся, что Саске может его утащить. «Извини, я пойму, если ты… ты захочешь, чтобы я ушёл. Я также пойму, если ты захочешь выселить Сорена из моего класса». По выражению боли на лице Наруто было видно, что всё это ранило его. Саске почувствовал, будто его только что ударили. Что Наруто задумал? Уйти? Забрать Сорена из класса? Почему Наруто ведёт себя так, будто сделал что-то не так! Он что-то пропустил? Он что-то сказал? Сделал злобное лицо? Саске не очень много знал об омегах, его скромные знания о них были получены от омеги-партнёра Итачи. Друг Итачи научил его тому, что омег легко запугать альфами. Простое резкое движение руки иногда могло напугать омегу. Саске знал это, но он не сделал и не сказал ничего, что заставило бы Наруто так робеть и извиняться. И, кроме того, Наруто не был тем типом омеги, которого легко напугать. Саске не выразил никакого неодобрения ни одному из действий Наруто, так почему же Наруто ведёт себя так! Он был в замешательстве, но сначала ему нужно было утешить Наруто. Желание успокоить его было сильным. «Зачем мне наказывать тебя, делая всё это, если ты не сделал ничего плохого?» «А?» — Наруто резко поднял голову. Его большие, влажные голубые глаза быстро заморгали, словно он не мог поверить своим ушам. Милый. Наруто был таким милым. Рука Саске сама собой двинулась, когда он слегка наклонился, чтобы смахнуть слезу со щеки Наруто. Наруто просто вызывал в нём чувство, которое заставляло его относиться к омеге с заботой. Неужели так себя чувствуют альфы, когда обожают своих партнёров? То, что он чувствовал сейчас, напомнило ему о том, как его брат обращался с его партнёром. Если бы текущая ситуация не была столь эмоционально мучительной, Саске был бы более склонен размышлять об этом подробнее. «Не понимаю, почему ты считаешь себя виноватым, но ты не виноват в том, что произошло. Я должен был предупредить тебя, чтобы ты не выходил на бой. Это я был неосторожен. Пожалуйста, не плачь». Саске говорил как можно спокойнее, он не хотел пугать Наруто ещё сильнее. Глаза Наруто оставались непроницаемыми. Слёзы в них делали их мутными, как небо после сильного шторма. Принесли ли ему облегчение его слова? Саске не мог сказать. Он должен был успокоить Наруто, объяснив всё подробнее, но в тот момент он отвлёкся. Пока он говорил, он неосознанно опускал голову всё ниже и ниже. Он практически чувствовал тепло, исходящее от кожи Наруто. Саске поддался искушению и вдохнул, учуяв запах омегана Наруто. Он сопротивлялся, как всегда, когда был рядом с Наруто, и теперь просто не мог больше бороться с этим желанием. Он сказал себе, что никогда не позволит себе думать о том, чтобы учуять запах Наруто, но его намерение не соответствовало его возможностям. От Наруто пахло смесью подсолнухов и засахаренных персиков. Сладко , так соблазнительно, что Саске на несколько секунд потерял визуальный фокус. «А?» — Наруто удивлённо скосил глаза на Саске. Саске заметил, как на мягких щеках Наруто появился лёгкий румянец. «Что ты делаешь, Саске-сан?» Наруто почувствовал перемену в его запахе. Саске знал, что Наруто чувствует его интерес, желание, жажду . Омега понимал, что с ним делают, но не предпринял попытки пошевелиться или оттолкнуть Саске, как следовало бы. Красный оттенок на щеках Наруто был таким манящим. Саске не мог вспомнить, чтобы когда-либо имел мнение о румянце другого человека, но в отношении Наруто это было мило. И снова омега вызвал у него чувство, непохожее ни на что, что он чувствовал к другим раньше. Черт возьми, его зацепило то, как выглядели щеки Наруто с румянцем, окрашивающим их. Это было ненормально. Но, с другой стороны, ничто из того, что он чувствовал к омеге, нельзя было назвать нормальным. С Наруто всё всегда было таким сильным. Даже его чувства к нему. Всё началось с одного лишь влечения, а теперь посмотрите на него. Он снова учуял Наруто, но на этот раз не пытался скрыть это. Какой смысл, если Наруто и так всё знал? Он наклонился к нему и глубоко вдохнул сладкий аромат, исходивший из пахучей железы Наруто. Это было нападение, это было оскорбительно и нарушение личного пространства омеги, но Саске не останавливался. Как долго он думал об этом чудесном аромате? С того самого момента, как он впервые учуял его в детском саду, ему хотелось вдохнуть его снова. Он был таким же прекрасным, каким он его помнил. Даже лучше. Саске действительно чувствовал, как у него во рту текут слюнки, ему хотелось укусить . От Наруто пахло так заманчиво. Как спелый персик, готовый к укусу. Если бы он закрыл глаза, то мог бы представить, как он кусает пахучую железу Наруто, пока все, что он не может почувствовать на вкус и запах, это Наруто. Каково это? Чем это отличается от вдыхания запаха с женщинами-бетами и альфами? То, как его брат описывал запах омеги, было совсем не похоже на вдыхание запаха беты или альфы. Видимо, когда Итачи впервые почуял запах своей супруги, он впал в псевдогонку. Вкус его омеги был настолько сильным... потребовалось несколько отметок запаха и укусы с альфой или бетой, и даже тогда это не вызывало возбуждения уровня гона. Он с трудом мог представить, насколько сильным должен быть запах омеги, чтобы откусить всего один укус. «С-Саске-сан», — румянец Наруто стал тёмно-красным. Он залил всё лицо, вплоть до его тонкой шеи. Саске чувствовал жар, всю эту кровь, приливающую к его коже. Наруто был так застенчив, что Саске хотелось укусить его ещё сильнее. «Что ты делаешь, Сорен-кун всё ещё здесь!» «Знаю, прости», — Саске не смог бы остановиться, даже если бы кто-то приставил к его голове пистолет. Глаза Наруто были крепко зажмурены. Он дрожал, как листья на дереве в ветреный день. Будто он вот-вот рассыплется и улетит. Но это ничего, потому что Саске его поймает. И метафорически, и здесь, в реальности. «Прости», — Саске ещё раз извинился и одним быстрым движением укусил, впиваясь зубами в кожу. В этот момент он должен был почувствовать сладость аромата Наруто, разливающуюся по его языку, а затем блаженное чувство, как этот аромат проникает во всё его тело, но он не укусил его паховую железу. В самый последний момент он сжал ладонь Наруто и укусил тыльную сторону своей ладони. Он не смог этого сделать. Страх на лице Наруто остановил его. Он не был таким чёртовым зверем, как те альфа. Что бы ни говорил Какаши, он отказался насильно нападать на Наруто. Он выбил зубы из тыльной стороны ладони. Он укусил так сильно, что прорезал кожу. Из каждой раны сочилась кровь. Саске даже не чувствовал боли. Он оплакивал потерю того, что могло бы быть. Он только что добровольно отказался от возможности почувствовать запах Наруто. Он чувствовал себя полным идиотом. Какаши посоветовал ему понюхать Наруто; ему нужно было сделать это ради собственного блага. У него было веское оправдание, но даже с ним он не мог. Только после устного разрешения Наруто. «Саске-сан!» — воскликнул Наруто при виде крови. Всего несколько секунд назад Наруто дрожал от ужаса, а теперь он мог проявить такую заботу? Саске был тронут. Он буквально напал на Наруто, и омега почему-то не возненавидел его. Он не чувствовал себя заслуживающим такой доброты. «Ты истекаешь кровью, нужно перевязать!» Глаза Наруто горели лишь чистой заботой. «Всё в порядке, это всего лишь небольшой порез. Со мной всё будет в порядке». Теперь, когда желание утихло, Саске стало стыдно за свои зверские поступки. Он лишь порадовался, что не разозлился и не укусил Наруто. «Ты не в порядке! Я тебе помогу!» «Ма-кун?» — раздался сонный голос Сорена. Громкий всплеск эмоций Наруто в сочетании со всей этой суматохой разбудил Сорена. Он несколько раз моргнул, потирая уставшие глаза. Он был полусонным, но всё равно потянулся и схватил Наруто за лицо. Ища тепла матери в своём уязвимом полубессознательном состоянии. «Мм, я сплю. Когда папа вернётся домой?» Пятилетний малыш всё ещё слишком устал, поэтому его чувства были притуплены. Он не видел и не чувствовал Саске. «Я здесь, глупыш», — ласково сказал Саске, похлопав Сорена по лбу. «Папочка!» — Сорен распахнул глаза. «Я скучал по тебе!» Он спрыгнул с колен Наруто и прыгнул к Саске. Саске спрятал окровавленную руку за спину. Если бы Сорен увидел всю эту кровь, он бы точно испугался. «Мы с Ма-куном ходили по магазинам, а ещё он испек мне банановые оладьи, и мы смотрели «Самолёты»!» «Похоже, у тебя был весёлый день, да?» — Саске поцеловал Сорена в щёку. — «Думаю, нам стоит попросить Ма-куна чаще за тобой присматривать, а?» «Да, я хочу, чтобы Ма-кун смотрел на меня каждый день! Вечно, вечно и вечно!» Сорен продолжал, пока не выдохся. Саске посмотрел на Наруто сверху вниз, ожидая увидеть, что тот обрадовался желанию Сорена, но Наруто выглядел обеспокоенным. Этот взгляд озадачил Саске. Он совершенно не понимал Наруто. Разве мать не должна быть рада услышать от сына подобные слова? Ведь Наруто был именно таким, он был матерью Сорена. Очевидно, его предыдущее наблюдение о том, что Наруто всё ещё не успокоился, было верным. Им нужно было поговорить, чтобы прояснить ситуацию, но разговор придётся отложить. Они не могли позволить себе этого, пока Сорен здесь. «Я пойду уложу его спать…» «Нет, папочка, я не хочу спать!» — запротестовал Сорен. Саске намеревался твёрдо стоять на своём решении, но всегда был слабаком для сына. «Хорошо, но поднимись в свою комнату ненадолго и поиграй. Папа придёт за тобой, когда придёт время, хорошо?» «Но я хочу остаться здесь, с Ма-куном!» Сорен не был тем ребёнком, который хнычет или устраивает истерики, но мог быть очень упрямым, когда хотел. Когда он действительно чего-то хотел, он непременно должен был это получить. Это была генетическая черта альфа, которая, к сожалению, была свойственна и самому Саске. Он вздохнул: теперь будет почти невозможно заставить Сорена пойти к нему в комнату. «Сорен-кун, — внезапно заговорил Наруто, — пожалуйста, послушай и сделай, как сказал папа?» Голос Наруто был нежным, без малейшего жёсткого подтекста. Саске почувствовал себя плохо: когда Сорен начинал упрямиться, такой мягкий тон на него не действовал. К полному удивлению Саске, Сорен согласился. «Хорошо, Ма-кун», — прощебетал Сорен, — «но я вернусь перед сном, ладно, папочка?» Саске улыбнулся: «Да, конечно. Папа почти забыл, что ты ещё не ужинал». Саске был так увлечён текущими делами, что забывал о таких простых вещах, как необходимость помыть и поужинать Сорена перед сном. «Извини, я позову тебя, когда придёт время, Рен. А теперь иди». Сорен вырвался из рук Саске и побежал наверх, но через мгновение уже частично спустился. Он присел на ступеньку, чтобы лучше видеть отца, не тратя силы на спуск. «Папочка, ты можешь побыстрее? Мне нужна твоя помощь!» — задыхаясь, проговорил Сорен. Саске рассмеялся: «Я пошёл, иди вперёд. Папа скоро придёт». Он повернулся к Наруто. Им ещё предстояло поговорить. Им нужно было так много сказать... «Всё в порядке, иди», — Наруто посмотрел вниз, словно читая мысли Саске. «Он идёт первым». Саске улыбнулся. «Да, ты прав». Он повернулся, чтобы уйти, но рука Наруто взмахнула и удержала его. «Обязательно промой и перевяжи порезы, прежде чем идти. Я-я не хочу, чтобы он это увидел». Наруто отпустил Саске. Он больше ничего не скажет. «Хорошо. Я сейчас вернусь». Поднимаясь по лестнице, Саске почувствовал укол тревоги. Но почему? Почему он так нервничал? Всё разрешится, как только они с Наруто поговорят. Да, всё уладится, и чувство тревоги (надеюсь) наконец-то уйдёт. Когда Саске спустился по лестнице, его встретила пустота. Наруто не было ни в гостиной, ни на кухне, ни в столовой, ни в какой-либо другой комнате на первом этаже. Он принялся проверять остальную часть пентхауса. Пусто. Наруто не было ни в одной из комнат. Во второй раз осмотрев первый этаж, Саске заметил, что запасные ключи, которые он дал Наруто, тоже исчезли. Он не хотел в это верить, пытался быть уверенным, но отсутствие ключей подтвердило это. Наруто ушёл. И он уже догадывался, куда омега подевался. Наруто обещал ему, что не пойдёт без него... зачем он ушёл? Неужели это то, что его беспокоило? Должно быть, это оно. Он должен был прислушаться к своей интуиции! Он должен был сохранять спокойствие. Он достал телефон и позвонил Наруто. Нет ответа. Он снова позвонил. Нет ответа. Чёрт! Он зря звонил. Если Наруто действительно пошёл туда, куда думал, то времени терять нельзя. Саске побежал наверх и объяснил Сорену, что им нужно сходить по небольшому делу. В идеале он не взял бы сына с собой, но ждать Чиё времени не было. Время имело решающее значение. Саске потратил около пяти минут на перевязку ран, а потом ещё около пятнадцати минут на помощь Сорену, так что у Наруто было двадцать минут форы. Времени терять было нельзя. Он отнёс Сорена на парковку и пристегнул его к детскому креслу. Сорен был дезориентирован. Он чувствовал исходящую от отца хаотичную энергию, которая его бесила. «Папа, куда мы идём?» Саске так резко вырулил с парковки, что шины завизжали. «Мы пойдём за твоим Ма-куном и привезём его домой». Наруто не мог там оставаться. Дом Саске. Он просто не мог. Он чувствовал себя таким виноватым. Конечно, Саске сказал, что это не его вина, но как иначе? Его заставил уйти не только скандал, который он невольно спровоцировал, но и осознание того, что ему стало слишком комфортно в доме Саске. Один день, и он уже не хотел уходить никогда. Сначала это было забавно и немного пугающе, но теперь стало страшно. Когда Сорен сказал, что хотел бы, чтобы он остался навсегда, Наруто был так счастлив, что сердце готово было разорваться, но это также напугало его. Что, если он не сможет уйти? В конце концов, его присутствие здесь было лишь временным. Когда он ушёл, у него не было цели. Он просто чувствовал, что ему нужно на несколько часов сбежать от этой любящей семейки. Только когда он оказался в машине Саске, он решил, что поедет к нему домой. Хоть он и обещал Саске, что не вернётся к нему, он хотел увидеть свою кошечку. В самые тяжёлые моменты Кьюби всегда был рядом, чтобы прижаться к нему. Он сомневался, что Какузу вообще был дома в такое время. Альфа был сумасшедшим, но он же, по крайней мере, пошёл домой спать, верно? Прошлая ночь была другой, ведь Какузу ушёл к нему домой сразу после их катастрофического свидания. Теперь, когда наступила новая ночь, он должен был пойти домой. Даже такому сумасшедшему альфе нужно было привести себя в порядок. Наруто не мог представить, как этот богатый ублюдок принимает душ в его маленькой квартирке, приваренной к стене, или спит в его маленькой двуспальной кровати. Он бы туда даже не поместился! Если окажется, что он ошибался и Какадзу всё ещё здесь, Наруто был готов и к этому. Он скользнул взглядом по пассажирскому сиденью, где стоял баллончик с перцовым газом. Купленный на мелочь, взятую из миски Саске. Он брызнет Какадзу в его мутные глаза, прежде чем альфа успеет его увидеть. Он всё спланировал. Он пустит перцовый газ в Какадзу, и пока Какадзу будет стонать от боли из-за горящих глаз, он схватит Кьюби и убежит оттуда. Это был лучший план, который он смог придумать в таком эмоциональном состоянии. Он припарковал машину Саске и схватил баллончик с газом, который тот принёс. Он отсутствовал всего день, но его квартира уже выглядела как что-то чужое. Уродливое. Не там, где ему хотелось бы быть. Прогуливаясь, он осматривал окрестности. Ничего необычного. Машины Какузу он нигде не видел. Всё было как обычно. Мерцающие флуоресцентные лампы магазина ослепили его, когда он подошёл ближе. Он отвёл взгляд от бета-тестеров, тусовавшихся перед магазином. Они курили и передавали друг другу бутылку спиртного. Даже в эту холодную зимнюю погоду они бездельничали снаружи. «Эй, милашка, дай-ка я посмотрю на твою сладкую попку». Один из мужчин ухмыльнулся. Обычно они оставляли Наруто в покое, если он на них не смотрел, но сегодня они были грубее обычного благодаря жидкой храбрости, согревавшей их животы. Холодная погода тоже не способствовала этому; холод всегда усиливал желание, чтобы кто-то согрел их постель. В конце концов, ничто другое не могло разжечь огонь так, как два тела, слившиеся в одно. Бета, сидевший рядом с тем, кто улюлюкал, стукнул его кулаком. «Молодец, братан. Но если он и собирается кому-то показать свою задницу, так это мне, верно, омега? Иди сюда и наклонись передо мной, чтобы я мог получше рассмотреть твою задницу!» Наруто проигнорировал их и оставался непреклонным, не удостоив их ни единого взгляда. Он не мог бояться. Ему нужно было быть уверенным в себе на случай, если Какузу затаился в его квартире. Как он мог встретиться с альфой, если позволил этим пьяным бетам напугать себя? Он поднялся по деревянным ступенькам. Каждый шаг отдавался скрипом и стоном дерева. Он почти ожидал, что однажды они расколются пополам, и он провалится. Он добрался до двери своей квартиры. Приложил ухо к двери, пытаясь услышать хоть какое-то движение или дыхание. Всё было тщетно, ведь он слышал лишь прерывистый стук собственного сердца. Он вставил ключ в замок. Он был почти удивлён, что замок вообще остался целым; он думал, Какузу выломает его и уничтожит, пытаясь попасть в квартиру. Это был хороший знак; может быть, это означало, что Какузу так и не зашёл в квартиру? Он нерешительно открыл дверь и шагнул внутрь. Он уже держал наготове баллончик с газом. Где же его котёнок? Он понюхал воздух, пытаясь уловить запах, но был слишком напуган, чтобы понять, пахнет ли Какузу. Страх оказался сильнее, чем он ожидал. Это была плохая идея. Теперь он мог в этом признаться. Не стоило убегать. Надо было послушать Саске. Ему следовало сдержать свое обещание . Наруто почувствовал, как откуда-то сильные руки обхватили его талию. Наруто сопротивлялся. Он пытался повернуться, чтобы стрелять, но ничего не видел. «Ты вернулся, как я и думал, омега», — голос Какузу был подобен ножу, режущему тьму. Он обещал боль. Наруто начал распылять спрей куда только мог. Во все стороны, надеясь, что одна из струек попадёт Какузу в глаза. «Отпусти меня!» Наруто продолжал распылять, пока весь баллончик не опустел. Какузу не попало ни капли! Наруто был так напуган, что едва мог дышать. Это был его кошмар, ставший явью, и хуже всего было то, что он сам навлёк на себя этот кошмар. Если бы он только сдержал свое обещание... Саске прибыл к дому Наруто в рекордное время. Он не призывал к превышению скорости, особенно когда в машине с тобой ребёнок, но у него не было другого выбора, кроме как ехать быстрее. Он гнал как сумасшедший, лавируя между машинами, которые ехали с максимальной скоростью. Чудо, что его не остановил регулировщик. Сорен получал удовольствие от этой безумной езды. Он хихикал каждый раз, когда Саске слишком резко входил в поворот и машина слишком сильно кренилась в сторону. «Оставайся здесь, хорошо, Рен?» Саске включил детский замок. Функция позволяла машине оставаться заведённой, но отключала все основные функции двигателя, так что руль оставался заблокированным, а некоторые кнопки были недоступны без ввода кода. Сорен был в полной безопасности. «Я хочу пойти с тобой, папочка». Сорен чувствовал, что что-то не так. Его отец начал нервничать с тех пор, как они уехали из дома. Даже пятилетний ребёнок мог это почувствовать. «Я уже объяснял тебе, что тебе небезопасно ехать». Саске вкратце рассказал Сорену о том, что он делал, пока они ехали. Он также объяснил, почему превысил скорость, и что это допустимо только в экстренных случаях. «Я сейчас вернусь, никому не открывай дверь, хорошо? Я ненадолго, заберу твоего Ма-куна и сразу же вернусь». «С Ма-куном всё будет в порядке?» — Сорен нервно перебирал пальцами. Он всю дорогу до квартиры держал этот вопрос в себе. Саске тоже должен был понимать, как тяжело Сорену. Он не понимал, что происходит, кроме того немногого, что Саске ему объяснил: Наруто в какой-то опасности, и Саске должен его спасти. Саске схватил Сорена за руку и крепко сжал её. Не было времени на объятия или утешительные слова. Пока что он мог сделать лишь самый минимум. «Не волнуйся. Папа спасёт Ма-куна». Саске быстро поцеловал Сорена в лоб и закрыл дверцу машины. Саске бежал к квартире, пока не понял, что не знает, какая из них принадлежит Наруто. Всего их было четыре. Словно гигантская комната на крыше магазина, разделённая на четыре секции. Снаружи они казались ужасно маленькими. Он мог только представить, насколько они были крошечными внутри. «Блондин-омега, который здесь живёт, в какой квартире он живёт?» — крикнул Саске группе бета-самцов перед магазином. Саске чувствовал исходящий от них запах алкоголя даже со своего места. Они рассмеялись друг над другом, найдя неистовый нрав Саске совершенно уморительным. «Слышали, пацаны? Он хочет знать, куда делся мёд!» Один из бета-самцов безудержно расхохотался, слюни текли по его подбородку, а тело подпрыгивало от смеха. Друзья присоединились к нему, сами громко смеясь. «Я спрошу ещё раз. Какая у него квартира? » — Саске стиснул зубы, выдыхая запах альфы. В другое время он бы просто сравнял с землёй этих идиотов. Они были ниже его, и тратить на них силы было пустой тратой времени. Но не сейчас. Он не был настроен пассивно сидеть сложа руки. «Я жду», — прорычал Саске. «О-он в номере 2б! Да ладно тебе, мы не хотим драки!» Беты съёжились под сильным запахом. Их самоуверенные ухмылки исчезли, уступив место страху. «Д-да, нам жаль!» Саске сердито посмотрел на него. У него не было времени задерживаться. Он взбежал по лестнице и быстро нашёл квартиру Наруто. Он знал, что Наруто находится там, ещё до того, как открыл дверь, и ещё один альфа. Он чувствовал их запах. Слабый, но он был. Он выбил дверь и ворвался внутрь. Адреналин сделал его зрение предельно чётким. Словно бык, идущий на яркий красный флаг, Саске последовал за запахом Наруто вглубь маленькой квартиры. Когда он наконец нашёл Наруто, ему пришлось сдержать себя, чтобы не уйти немедленно, чтобы найти Какузу и ударить его в лицо. Наруто был голым, если не считать нижнего белья. Он был привязан к кровати, его руки были связаны вместе, а ноги привязаны к спинке кровати, так что он не мог их сомкнуть. Рот его был завязан грязной тряпкой, которую он кусал. Он уже был весь в слюне, значит, ему уже давно заткнули рот кляпом. Наруто резко поднял глаза и встретился взглядом с Саске. Глаза были красными и полными слёз. Неужели он опоздал? Саске, чёрт возьми, не мог понять, потому что кипел от ярости. Где, чёрт возьми, этот ублюдок? Он собирался перерисовать лицо Какузу за то, что тот сделал с Наруто. «Шхкадф!» — Наруто позвал Саске по имени, но из-за тряпки голос прозвучал глухо. Он заплакал ещё сильнее. Он вырывался из верёвок, пытаясь дотянуться до Саске. «Тсс, всё в порядке. Он больше не сможет причинить тебе вреда», — Саске поспешно развязал тряпку, заткнувшую рот Наруто. «Он в ванной!» — предупредил Наруто, как только его рот освободился. «Быстрее, нам нужно идти, пока он не вернулся!» «Мы пока не можем уйти». Саске вытер слюни с дрожащего подбородка Наруто. Он не мог уйти, не влепив Какузу как следует за то, что тот сделал. Он просто не мог оставить это безнаказанным. Ему было бы физически плохо, если бы он ничего не сделал. «Нам нужно, он…» Наруто замолчал, когда дверь ванной распахнулась. Старая деревянная дверь со скрипом показала затенённую фигуру. «Я знал, что почуял Учиху». В дверях ванной угрожающе маячила крупная фигура Какузу. Он всё ещё был в том же костюме, в котором Саске видел его в ресторане. Костюм был мятым, словно он провёл в нём всю ночь. Под глазами залегли глубокие мешки, и от него слабо пахло алкоголем. Значит, он всё-таки не покинул квартиру Наруто. «Зачем ты здесь?» Какузу, не отрывая от него взгляда, подошёл ближе. Он выглядел как тот самый монстр, которого дети боятся и который прячется под кроватями. «Ты портишь моё свидание с моим омегой. Ты уже второй раз это делаешь. Я не буду таким снисходительным, как в прошлый раз». « Твой омега? » — вскипел Саске. Он чувствовал, как волосы на руках встают дыбом. Он был так напряжен. Если бы он не кончил тогда, Какузу, без сомнения, изнасиловал бы Наруто. Одна мысль об этом приводила его в бешенство. «Садист чёртов, ублюдок! Кто ты, чёрт возьми, такой, чтобы считать себя вправе обращаться с Наруто как тебе вздумается!? Думаешь, раз он слабее, то можешь его терроризировать и преследовать?» «Именно так и есть», — без тени притворства сказал Какузу. «Если бы всё зависело от меня, у омег не было бы никаких прав. Их следует считать собственностью. Наруто — мой омега, так что, конечно же, я имею право делать с ним всё, что мне, чёрт возьми, заблагорассудится». Дыхание Саске стало поверхностным, когда он представил, как разрывает Какузу на части. Тип извращенного мышления Какузу был тем же типом мышления, которому Саске научил его отец. Именно эти убеждения стали причиной стольких несчастий в его жизни. Если бы эти убеждения не были вбиты в него, он бы никогда не был ограничен в отношениях с тем типом людей, с которым встречался, и, тем более, его брата никогда бы не отвергли. Омега , это был всего лишь вторичный пол, это не было каким-то великим злом. Омеги не заслуживали наказания и холодного обращения за то, что они не могли контролировать. Это было похоже на прозрение, поглотившее Саске целиком. Или, скорее, это был здравый смысл, наконец-то снизошедший на него. «Итак, если вы закончили свой визит домой, Учиха-сан, можете идти», — съязвил Какузу. «У меня ещё много планов для моего омеги, а твоё присутствие делает всё невозможным». Саске бросился на Какузу. Он намеревался разорвать альфу на куски, но Наруто внезапно позвал его по имени. «Саске-сан, не надо!» Саске замер на полусогнутом кулаке. Он оглянулся через плечо на Наруто. «Почему бы и нет? Посмотри, что он с тобой сделал!» Саске мельком взглянул на тугие верёвки на руках и ногах Наруто. Они были так туги, что Саске видел, как они врезались в кожу Наруто. Он не понимал, почему Наруто просит его остановиться. Разве он не слышал всего того дерьма, что наговорил этот придурок? Саске даже не был омегой, но он злился за Наруто. Как Наруто мог не хотеть, чтобы он ударил Какузу? «Потому что он этого хочет!» — закричал Наруто. «Разве ты не видишь? Он тебя дразнит! Нам нужно уходить немедленно!» «Давай, ударь меня», — поддразнил Какузу. «Вот здесь было бы хорошее место». Какузу указал на свой глаз. «Оставь мне хороший фингал, который будет хорошо виден. Хочу, чтобы он хорошо смотрелся на камерах». Саске опустил кулак. Наруто был прав. Какузу его дразнил . Но зачем? И тут до него дошло. Истинное намерение Какузу было не изнасиловать Наруто. Если бы это было его планом, он бы уже сделал это. Его истинная цель была заманить его сюда. « Ты... это все часть твоего плана, не так ли?» Какузу улыбнулся, словно тот, кого нашли с руками в банке с печеньем. «Ты меня поймал. Признаюсь, я изменил свой план после того, как увидел видео Наруто с твоим ребёнком. Хорошо, что твой омега пришёл вовремя, потому что я был близок к тому, чтобы сказать «к чёрту» и уйти, но, чёрт возьми, как же я рад, что подождал». «Какой у тебя был план? Притащить меня сюда, чтобы я тебя избил? Ты от этого ничего не выиграешь!» «О… но вот тут-то ты и ошибаешься», — Какузу цокнул языком. «Ты унизил меня в ресторане. Я собирался отплатить тебе той же монетой, позволив тебе испытать то же унижение. Я собирался позволить тебе избить меня, а потом рассказать всё в СМИ. Представь, какой дурной оглаской ты бы заслужил, если бы стало известно, что ты напал на другого альфу? В сочетании с твоим глупым скандалом с Наруто, ну же, не заставляй меня всё это выкладывать, даже такой богатый ублюдок, как ты, подвергся бы общественному осуждению. Конечно, я знаю, что холодный приём не продлится долго. Даже твой брат вернул себе большую часть общественного расположения после того, что он натворил, но мне будет достаточно даже небольшого осуждения». «Так вот оно что? Это то, чего ты хотел? Это твой большой план?» — рассмеялся Саске. Его невольно забавляли детские мысли Какузу. Какузу сердито посмотрел на него. Ему не нравилось, когда над ним смеялись. «Что смешного? Я тебя поймал! Я победил!» «Нет, не ты». Саске снова рассмеялся. Он и сам чувствовал себя немного сумасшедшим, но не мог остановиться. «Ты и правда такой же глупый, каким кажешься, правда… тупой ублюдок». «Что?» — прошипел Какузу. «Не строй из себя такого высокомерного. Я…» «Заткнись уже! От таких альф, как ты, меня тошнит! Ты всё это планировал и ждал только потому, что омега тебя отверг? Заткнись!» Саске взмахнул рукой и ударил Какузу по лицу. Загорелый альфа не ожидал такого удара. Удар отбросил его обратно в ванную, где он споткнулся о ковёр и упал. Его голова с грохотом ударилась о край ванны. От удара он потерял сознание. «Чокнутый ублюдок». Саске всё ещё кипел от гнева. Он подошёл к бесчувственному телу Какузу. Схватил альфы за воротник и замахнулся. «Вот тебе и синяк под глазом, которого ты так хотел. Давай я подставлю тебе второй глаз такой же!» «Саске-сан, хватит! Он уже упал!» — Наруто с ужасом наблюдал, как Саске наносит удар за ударом по лицу Какузу. «Я не хочу устраивать тебе очередной скандал, пожалуйста, давай уже уйдём!» Тревожный голос Наруто был единственным, что заставило Саске опустить кулак. Как бы сильно ему ни хотелось продолжать крушить лицо Какузу, он не стал этого делать, пока Наруто умолял его этим голосом. «Ты в порядке?» Наруто осмотрел тело Саске. «Это я должен был задать тебе этот вопрос, не думаешь? Я в порядке». Саске развязал путы Наруто. Они были скреплены пластиковыми стяжками. Из-за тонкого пластика запястья Наруто были так сильно порезаны. Какузу затянул их как можно туже. Чудо, что кровообращение Наруто не нарушилось. «Ты истекаешь кровью!» Наруто заметил, что кровь просочилась сквозь повязки на руке Саске, где тот недавно укусил себя. Наруто взял руку Саске в свою и крепко сжал. Он надавил, надеясь остановить кровотечение. Саске моргнул. «Ты…» — его снова поразило самоотверженность Наруто. «Ты истекаешь кровью больше, чем я, так что не беспокойся обо мне». Саске высвободил руку из хватки Наруто и осторожно поднял его окровавленное запястье. Глядя на порезы, Саске захотелось встать и снова ударить Какузу. Сломанный нос идеально подошёл бы к его почерневшим глазам. «Тебе не следовало его бить. Ты же слышал, что он сказал. Теперь ты снова будешь во всех новостях. И всё из-за меня ». Наруто опустил взгляд, его светлые пряди упали ему на глаза. Он прикусил губу, пытаясь сдержать слёзы. «Я только и делаю, что создаю тебе проблемы». «Ты поэтому ушел?» Наруто кивнул, его чёлка взметнулась в такт медленному движению головы. «Я чувствую себя таким виноватым, Саске-сан. Настолько виноватым, что, казалось, не мог дышать. Ты же сказал, что не злишься на меня, как ты мог не злиться? Я подверг Сорена опасности! Из-за того, что я сделал, пострадали и Саске-сан, и Сорен-кун. Ты был так добр, что позволил мне остаться в твоём доме, а в ответ я создал тебе проблемы. Но даже после всего этого я не хочу уезжать. Я эгоист, и мне это ненавистно». «Благодаря тому, что ты сделал, мой сын в безопасности. Ты не должен чувствовать никакой вины. Я же тебе это уже говорил. Эй, посмотри на меня». Наруто помедлил, но затем его взгляд метнулся вверх и встретился со взглядом Саске. «Ты спас Сорена. Небольшая негативная реакция СМИ — небольшая цена за его безопасность. Когда я увидел видео, где ты защищаешь Сорена, я ни в коем случае не злился. Я был горд , я…» Саске вздохнул, это был тот самый момент. «Не думаю, что есть кто-то ещё в этом мире, кому я доверял бы Сорену больше, чем тебе. Я хочу, чтобы ты стала его постоянной опекуном». «Я?» — в голосе Наруто слышалось недоверие. Саске сказал ему, что ищет омегу, которая будет заботиться о Сорене, но было ясно, что он и не подозревал, что Саске имеет в виду именно его. «Почему я?!» «Помнишь, я водил Сорена к детскому специалисту, чтобы выяснить, почему он развивается именно так?» Наруто кивнул. Саске вздохнул, вспомнив об этом. Даже сейчас эта мысль всё ещё была для него тяжёлой. «Врач сказал мне, что Сорену не хватало материнской связи, и это сказывалось на его развитии. Его связь с тобой невероятна, даже я поражаюсь, как сильно он любит тебя, а ты любишь его. С тобой он сможет нормально развиваться. Ты ему нужна. Ты мне нужна », — признался Саске тише. «Это должен быть ты». "II-" «Только если ты, конечно, тоже захочешь!» — добавил Саске. Он не хотел давить на Наруто, чтобы тот согласился, если тот сам не хотел. Наруто выглядел так, будто ожидал, что Саске скажет ему: «Шучу». Саске не мог читать мысли омеги, но выглядел таким, таким … ну , Саске даже не знал! Наруто молчал, и Саске занервничал. Неужели Наруто собирается сказать ему «нет»? Он боялся, что это случится. Но он не жалел о своём предложении. Если Наруто скажет «нет», то, по крайней мере, он сможет начать искать другие варианты для Сорена. Ему придётся снова отвести Сорена к Цунаде… "Я принимаю." «А?» — Саске не был уверен, правильно ли он расслышал. «Я сказал, что согласен!» — крикнул Наруто во весь голос. «Я позабочусь о Сорене!» «Правда? Даже если это непрофессионально и всё такое?» «Заткнись!» — Наруто шлёпнул Саске по руке. «Мы перешли черту профессиональных отношений». «Правда? Ты уверен?» Наруто улыбнулся. Яркая улыбка озарила унылую тёмную квартиру. «Да, правда». «Ты уверен? Тебе придётся жить у меня дома. Ты...» Наруто внезапно подскочил к Саске и обнял его. Он уткнулся носом в шею альфы. Его губы небрежно коснулись пахучей железы Саске. От этого Саске вздрогнул. «Я так счастлива, Саске-сан. Ты даже не представляешь, как ты меня осчастливил. Спасибо. Огромное спасибо. Да, сколько бы ты меня ни спрашивал, я всегда буду уверена в этом решении». Саске растаял, прижавшись к Наруто, он чувствовал себя так правильно, держа Наруто в своих объятиях. Так тепло . Не задумываясь, он поцеловал Наруто. Он прижался губами к мягким губам Наруто. Как и при его попытке пометить Наруто запахом ранее, сопротивления не было. Наруто был таким уступчивым, таким послушным в его объятиях, что Саске почувствовал себя могущественным. Словно он получил самую богатую силу во всем мире и никогда ни с кем не поделится. Губы Наруто были робкими, двигаясь по его губам так, что Саске хотелось быть грубым. Ему хотелось укусить губы Наруто, оставить синяк, пометить их любым доступным способом. И он так и сделал. Он прикусил нижнюю губу Наруто. Наруто заскулил, но терпел боль. Этот звук кольнул сердце Саске. Он лизнул губу Наруто, извиняясь. Он не знал, зачем он это сделал, но желание пометить Наруто толкнуло его на это. Он нежно поцеловал Наруто. Легкий последний поцелуй, прежде чем отстраниться. Наруто покраснел, его щёки так покраснели, что Саске даже в темноте это заметил. Это было не самое подходящее время для первого поцелуя, да и место тоже было не самое подходящее. В нескольких метрах от него лежало без сознания тело Какузу, но Саске ни за что на свете не променял бы это на что угодно. «Зачем?» Наруто был ошеломлён. Его губы приблизились к губам Саске. Так близко, что Саске мог бы легко поцеловать их снова, просто поджав губы. «Потому что я так хотел», — честно ответил Саске. «Ты злишься? Ты не хотел этого?» Саске не спрашивал разрешения и только сейчас это понял. Можно было бы и раньше пометить Наруто, если бы тот всё равно собирался вести себя как этот альфа-зверь. «Я не ненавидел его». Наруто было трудно понять, даже несмотря на то, как близко их лица были расположены. Саске не мог разгадать выражение лица омеги. "Вы уверены?" Наруто заставил Саске замолчать ещё одним поцелуем. Его губы коснулись губ Саске, намереваясь развеять все его сомнения. Показывая, что он тоже хотел этого поцелуя. «Уверен», — хихикнул Наруто. Он замолчал, и на его лице появилось беспокойство. «Где Сорен?» «Я оставил его в машине!» — забыл Саске. Наруто уставился на Саске, и в его голубых глазах пылала ярость. «Ты оставил его в машине!» «Он в полной безопасности», — успокоил Наруто Саске. «Он будет рад тебя видеть. Он очень переживал за тебя». Наруто опустил взгляд, виновато нахмурившись. «Извини». «Не извиняйся. В любом случае, это будет последний раз, когда подобное произойдёт, ведь это место больше не будет твоим домом». На прикушенных губах Наруто расцвела улыбка. Это была такая милая улыбка, что Саске снова захотелось поцеловать его. Прежде чем поддаться искушению, он встал и помог Наруто встать с кровати. «Пойдем. Не будем заставлять его больше ждать». «А как же Какузу? Мы не можем просто оставить его здесь. Может, вызвать скорую?» Саске усмехнулся, искренне изумлённый. Наруто был слишком добр. Ему не стоило тратить эту доброту ни на кого, кроме себя и Сорена. И, возможно, ещё на нескольких избранных... но точно не на Какузу. «Пусть он проснётся один. Он не заслуживает твоей доброты». Наруто прикусил губу, глядя на Какузу. Саске показалось забавным, как неотёсанный Какузу выглядел, лежа на полу, в своём ярком, мятом костюме. Наруто не разделял его чувств. Судя по выражению лица омеги, он не нашёл в этой ситуации ничего комичного. «Он не усвоит урок, если вы будете о нём беспокоиться. Он просто поверит, что с омегами можно обращаться так, как он». Наруто кивнул. Соглашаясь с Саске, он, однако, на какое-то мгновение задержал взгляд на Какузу, прежде чем наконец отвёл его. «Ты прав. Пойдём». Ноги Наруто болели от верёвки, поэтому Саске практически нес его на руках вниз по лестнице. Одной рукой он обнимал омегу за талию, а другой держал за руку. Немного лечебной мази и льда – и он будет как новенький. Когда они достигли последней ступеньки, Наруто внезапно отстранился от Саске. Саске был в замешательстве, пока не понял, что заставило Наруто это сделать. Впереди Сорен стоял на коленях возле машины и пытался засунуть руку под нее, чтобы что-то достать. Наруто подбежал и поспешно поднял Сорена с грязной земли. Земля была грязной: грязь, мусор, слюни, даже использованные презервативы – всё это здесь было частым явлением. Наруто отряхнул колени и руки Сорена и крепко обнял его. «Это опасно! Тебя могла сбить машина или что-то похуже», — Наруто перевёл взгляд на пьяных бета-самцов. Наруто не стал бы допускать, чтобы бета-самцы нападали на такого маленького альфу, как Сорен, просто чтобы выплеснуть своё раздражение. «Что ты делал, Рен? Я же сказал тебе ждать меня в машине!» Саске поблагодарил чёртов космос за удачу. Если бы он подождал ещё немного, прежде чем выйти наружу, то мог бы найти Сорена в куда более плачевном состоянии. Хорошо, что он пригрозил этим бетам, если бы он не продемонстрировал своё превосходство, он был уверен, что они бы что-нибудь предприняли. «Я пытался поймать котёнка, папочка!» — Сорен указал под машину. На руках у Наруто он был выше ростом, поэтому попытался заставить его опустить его, чтобы показать, где кот, но Наруто всё ещё был слишком взвинчен. Он не хотел отпускать Сорена. Саске улыбнулся. Его раздражали мелочи, которые он начал замечать. «Кот?» — переспросил Наруто. И тут его глаза загорелись. В тот же миг из-под машины выполз рыжий кот. Потянувшись в лунном свете, он принялся облизывать лапы. «Кьюби!» — воскликнул Наруто, и в то же время Сорен закричал: «Киса!» Наруто был вне себя от радости, увидев своего любимого кота. У него не было времени искать Кьюби, так как Какузу устроил ему засаду, а из-за произошедших чрезвычайных событий он забыл о своём любимом питомце. Кьюби потерся о ногу Наруто и замурлыкал. «Так вот где ты был? Однажды я ушёл, а ты снова оказался на улице, как бродяга?» — радостно выругался Наруто. «Папочка, можно мы его оставим?» — взмолился Сорен. Саске вздохнул. Кот явно принадлежал Наруто. У него не было выбора. «Да, но теперь ты будешь за него отвечать, хорошо?» "Нет, папочка~" После этого они вчетвером вернулись домой. Сорен хотел поехать с Наруто на запасной машине Саске, а Кьюби пришлось ехать с Саске. Когда они вернулись домой, Наруто приготовил ужин, и их первая ночь как семьи (в каком-то смысле) подошла к мирному завершению. Никто из них не подозревал, что на следующее утро их ждет шторм. Кисаме поправил галстук, ожидая, когда откроют дверь. Он облизал зубы, чтобы очистить их от остатков еды, и пригладил волосы. Он не видел Итачи уже несколько недель. Он всегда нервничал, когда дело касалось старшего брата Учиха. Будучи альфой своего размера, Кисаме редко встречал других альф, которые его пугали. Конечно, Саске был сильнее его, но он не был пугающим. (Ну, мог быть, но только изредка.) Саске был для него как брат, с которым он мог свободно шутить. На самом деле, это было одним из его любимых занятий — раздражать младшего Учиха. Но с Итачи такого никогда не было. Прямо говоря, чувства, которые он питал к Итачи, не были такими же, как чувства к Саске. Они с Итачи были друзьями, но Кисаме никогда не дурачился с ним. Всё сводилось к восхищению. Итачи был гением. Когда он ещё работал в компании, его идеи всегда поражали Кисаме. То, как Итачи мог в одиночку разрабатывать гаджеты, которые преображали общество, вдохновляло. Кисаме всегда нравилось видеть новые вещи, которые придумывал Итачи. Он обожал, как Итачи радовался, представляя своё новое творение. Кисаме всегда считал Итачи самым красивым, когда на его губах появлялась эта лёгкая восторженная улыбка, когда он рассказывал о своих новых шедеврах. Когда всё закончилось, и Итачи отреклись от компании и запретили ему когда-либо снова входить в неё, Кисаме чуть не ушёл, просто чтобы проявить солидарность с Итачи. Он подал заявление в Корпус Учиха только из-за Итачи, поэтому не видел смысла оставаться там без него. Но Итачи отвёл его в сторону перед уходом и спокойно попросил остаться, чтобы присматривать за братом. «Я доверяю тебе его. Он безрассудный мальчишка, так что позаботься о том, чтобы он не влип в неприятности», – вот что сказал Итачи. Кисаме принял одолжение близко к сердцу. Он готов был на всё ради Итачи, поэтому и остался. Все эти годы он добросовестно присматривал за Саске. Это было несложно, ведь они были лучшими друзьями, но и непросто. У Саске был ужасный вкус на женщин. Это обычно вызывало у него ненужные драмы. Когда случилась ситуация с Карин, Саске первым рассказал об этом брату, чтобы Кисаме не пришлось докладывать. Но эта новая ситуация была чем-то совершенно новым. Кисаме позвонил Итачи, и когда он объяснил всё во время видеозвонка, Итачи велел ему немедленно приехать. Это было несколько часов назад. Сейчас было почти девять вечера. Кисаме доехал до дома Итачи в пригороде. Это был хороший район, подходящий для семейного отдыха. Дверь открылась. «А, Кисаме-сан». Хаку слегка склонил голову в знак приветствия. Омега был одет в простую зимнюю одежду. Белый кашемировый вязаный свитер длиной до бёдер, эластичные чёрные леггинсы и мягкие домашние тапочки. Поверх свитера на нём был накинут пастельно-голубой фартук с узором из маленьких жёлтых сердечек. Его длинные каштановые волосы были собраны в небрежный пучок, несколько выбившихся волосков теперь падали Хаку на лицо. Кисаме покраснел. Сколько бы раз он ни встречал Хаку, он никак не мог привыкнуть к его нелепой красоте. Он почувствовал укол ревности, как всегда, когда видел Хаку. С самого первого дня их знакомства Итачи отдал своё сердце Хаку. История их встречи была печально известна. Хаку тогда ещё работал моделью. Он шёл по подиуму, когда его взгляд упал на Итачи, сидевшего в первом ряду. В тот вечер Итачи был на свидании с хорошенькой наследницей-бетой. В любом случае, когда их взгляды встретились, Итачи не смог отвести взгляд. Хаку был так заворожён взглядом альфы, что упал прямо с подиума на колени Итачи. Если бы не десятки видеозаписей того момента, Кисаме ни за что бы не поверил, что подобное могло произойти не только на страницах любовного романа. Кисаме до сих пор помнил, какой это был грандиозный скандал. Хаку был известной топ-моделью, а Итачи — сыном одной из самых богатых семей в стране. Все хотели узнать больше об их отношениях. Не каждый день топ-модель буквально попадает в объятия наследника крупной компании. Всем хотелось узнать, есть ли что-то большее в их отношениях. Если это все, что было между Итачи и Хаку. Папарацци неотступно следовали за ними. Следовали за ними без всякого стыда. А потом, несколько недель спустя, скандал разросся до размеров, когда выяснилось, что Итачи и Хаку начали встречаться. После этого открытия начался настоящий хаос. Такого грандиозного скандала еще не было и, вероятно, больше не будет... ну, по крайней мере, не будет, если Итачи удастся убедить своего младшего брата в необходимости этой светловолосой омеги, на которую он так засматривался! «Входи, Итачи скоро будет дома». Завязки фартука Хаку колыхнулись, когда он повернулся и повёл Кисаме в дом. Кисаме с трудом подавил желание посмотреть на зад Хаку. Дело было не в том, что он жаждал Хаку, он просто завидовал его круглой и пухлой заднице. Она так сильно отличалась от его собственной, более плоской и далеко не такой упругой. В сотый раз в жизни Кисаме молча проклинал себя за то, что ему не повезло с задницей, которая нравилась Итачи. Он всегда считал, что ему повезло быть альфой, потому что Итачи разрешено встречаться только с альфами и бетами. О, как же он ошибался... Хаку провёл его на кухню, где велел Кисаме сесть на табурет у кухонного острова. Кухня была просторной и оборудована всей необходимой современной техникой. Итачи баловал своего омегу. Кисаме огляделся, представив, что это его кухня, а не Хаку. В своём мире воображения он попросил бы Итачи купить ему такую же кухню. А потом в знак благодарности приготовил бы Итачи все свои любимые блюда. «Ты голоден? Я испекла детям сахарное печенье, но оно им не понравилось, потому что было слишком сладким». Пухлые губы Хаку слегка вытянулись в улыбке, когда он поставил тарелку с глазированным печеньем на кухонный стол. «Как бы я ни старался, они, похоже, не любят сладкого». «Прямо как Итачи-сан», — рассмеялся Кисаме. «Ой, прости», — Кисаме стер улыбку с лица, увидев, каким подавленным выглядит Хаку. Хаку вдруг улыбнулся. «Ничего страшного, надежда ещё есть. Молюсь, чтобы этот унаследовал мои вкусовые рецепторы». Хаку потёр свой плоский живот. «Ты беременна?» Хаку нахально кивнул. «Поздравляю!» — радостно воскликнул Кисаме. Казалось, его сердце только что пронзили ножом. Итачи подарил Хаку ещё одного ребёнка. Кисаме завидовал ему, но не мог этого показать, поэтому изобразил широкую улыбку. «Это уже третий ребёнок, да? Кадзуки всего четыре, Итачи-сан, конечно, не стал тратить время, закладывая в тебя ещё одного ребёнка, правда?» Щёки Хаку залились краской. «В этом нет ничего плохого, Кисаме-сан». «Ты прав, извини». Кисаме вздохнул. Ему нужно было расслабиться. Это ведь был не первый ребёнок Итачи. Он уже испытывал эту боль с первыми двумя детьми Итачи. «Кстати, где остальные чиби?» «Они с отцом. Они пошли смотреть праздничное световое шоу. Хикари очень хотела пойти, и Итачи, конечно же, взял его с собой. И всё, что делает Хикари, хочет делать и Казуки, поэтому он пошёл с ними. Он уже в том возрасте, когда хочет делать всё, что делает его старший брат», — раздражённо сказал Хаку. Он взял с подноса печенье и принялся жевать его с отсутствующим видом. «И ты не хотел идти?» — приставал Кисаме. Хаку быстро покачал головой: «Я ненавижу подобные вещи. Но даже если бы я захотел пойти, Итачи бы меня не отпустил. Ему не нравится, когда я нахожусь в толпе, когда беременна». «А, я совсем забыл об этом». Казалось, Итачи становился всё более контролирующим с каждой новой беременностью Хаку. Но, хотя Кисаме и ревновал, он понимал, почему Итачи был таким гиперопекающим. Итачи любил всей душой, а Хаку было так легко полюбить. Несмотря на то, что Хаку украл сердце Итачи, Кисаме не ненавидел его. Невозможно было ненавидеть такого милого человека, как Хаку. Напротив, Кисаме был счастлив, что Итачи нашёл того, кто смог позаботиться о нём и обо всех его нуждах. Потому что небеса знали, что у него никогда не будет и не будет такой возможности. «Вы уже выбрали имя?» «Хм, нет. Я выбрал первые два, так что на этот раз пусть Итачи решает сам», — Хаку улыбался, говоря это. Итачи полностью приручил этого омегу. В прошлом Хаку был своего рода диким омегой. Он, по сути, выиграл в лотерею удачи, став топ-моделью, будучи омегой. Он появлялся на обложках всех журналов и дефилировал по всем важным подиумам мира. Он был суперзвездой: одной ночью он летал в Милан на съёмки рекламы, а следующей ночью улетал в Китай на фотосессию. Хаку жил такой суматошной, бешеной жизнью, а теперь живёт в самом центре пригорода, рассуждая о сахарном печенье и именах будущих детей. С ума сойти, что любовь может сделать с людьми. «Ты планируешь ещё, когда родится этот?» Кисаме взял печенье. О чём говорили эти мальчишки? Печенье было совсем не сладким. Оно представляло собой идеальный баланс сладости и масла. Лицо Хаку стало задумчивым. «Не знаю. Если случится, то случится. Но я надеюсь хотя бы на ещё один. Хотя не думаю, что Итачи хочет ещё». Кисаме, блядь, очень в этом сомневался. Хотя он и был влюблён в альфу, Кисаме знал, как альфы относятся к женщинам-бетам и омегам. Итачи не переставал завязывать узел на своей омеге, лишь бы не забеременеть. Это противоречило инстинкту альфы, когда речь шла об их партнёрах. «Уверен, это неправда». Кисаме выбрал более... подходящие слова, чтобы выразить свои мысли. «Итачи-сан не остановится, пока ты ему не скажешь. Не удивлюсь, если у вас окажется целый выводок». Хаку поднёс руки к губам и рассмеялся. «Это немного чересчур!» Его маленькое тело дрожало от смеха. «Ты такой забавный, Кисаме-сан, такому альфе, как ты, не пристало быть одиноким!» Кисаме откусил большой кусок печенья и прожевал: «Да, расскажи мне об этом». «Не волнуйся, идеальный человек где-то ждёт тебя. Я в этом уверен». Кисаме откусил ещё один большой кусок, чтобы не сказать то, о чём потом пожалеет. Он держал свои чувства к Итачи в тайне с тех пор, как знал его, и не собирался разглашать их и сейчас. Итачи пришел всего через десять минут. «Дядя Кисаме!» Хикари обняла Кисаме, заключив его в медвежьи объятия. Семилетний мальчик был вылитым Итачи, только глаза у него были янтарного цвета, как у матери. «Ты становишься большим! В последний раз, когда я тебя видел, ты был мне по колено!» «Я тоже большой!» — надулся Казуки. Четырехлетний мальчик был наделен светло-каштановыми волосами и янтарными глазами. Он был миниатюрным Хаку, если не считать черт лица, таких как губы, нос и разрез глаз, которые он унаследовал от Итачи. «Ну да!» Кисаме подхватил Кадзуки на руки и подбросил его в воздух. «Ты серьёзно растолстел. Мама, наверное, слишком много кормила тебя молоком в младенчестве, потому что ты за ночь вырос, как бобовый стебель!» Казуки действительно перестал кормить грудью только в прошлом году, в три года. Он перестал только потому, что узнал, что Хикари тоже перестала кормить грудью в этом же возрасте. Он хотел во всём подражать брату. «Я стану таким же большим, как Хикари!» «Ты станешь еще выше», — тихо прошептал Кисаме, опуская Казуки обратно на землю. Казуки хихикнул. Он любил, когда его осыпали комплиментами. «Как прошло представление?» Хаку поцеловал Итачи, помогая ему снять зимнее пальто и повесив его на вешалку. «Это было так круто, мам!» — ответил Хикари вместо отца. «Там был момент, где одна девчонка сделала сальто, а потом выстрелила лазерами из рук и глаз!» «Да правда?» — Хаку взглянул на Итачи. «И это ведь должно было быть в праздничной тематике, верно?» «Даже не спрашивай», — раздраженно сказал Итачи. Он выглядел так, будто ему нужна была десятичасовая ванна, потом пятидесятичасовой массаж, а потом десятилетний сон. «Всё так плохо, да?» — Хаку подвёл руку Итачи к своему плоскому животу и заставил альфу потереть его. «Всё в порядке, папочка, теперь ты дома. Мы скучали по тебе». Итачи улыбнулся и сам начал поглаживать живот омеги. Теперь, когда Кисаме смог рассмотреть его получше, он понял, что живот Хаку оказался гораздо больше, чем ему показалось. Он выпирал из большой ладони Итачи. «А ты? Наш малыш был хороший?» Итачи положил другую руку на вздутый живот Хаку. Он так крепко держал его живот в своих ладонях. Итачи весь дрожал от тепла и счастья, осыпая Хаку лаской. «Да, наш ангел был совершенно неподвижен». «Наконец-то ты дал маме отдохнуть», — сказал Итачи, глядя в живот Хаку. Казалось, он вот-вот встанет на колени и поцелует его в живот. «Кхм…» Кисаме было не по себе от такого уровня близости. Он, блядь, не мог вынести, как его самое заветное желание выставляется напоказ прямо перед ним. Он и так позволил себе увидеть больше, чем ему хотелось. Казуки и Хикари не смутило это зрелище, они привыкли видеть, как родители проявляют друг к другу нежность. Им было настолько всё равно, что они побежали на кухню доедать остатки еды, съеденной ими на ужин перед уходом на праздничное представление. «Извините», — сказал Хаку с застенчивой улыбкой. «Было приятно снова увидеть вас, Кисаме-сан. Теперь я дам вам с Итачи немного времени поговорить». Хаку поклонился и пошёл укладывать своих детей спать. Он скрылся наверху, держа Кадзуки на руках, а Хикари плелась за ним следом, пока он хвастался матери о праздничном представлении. «Я позволяю тебе украдкой поглядывать на мою супругу только потому, что знаю, что ты не хочешь причинить мне вреда. Но постарайся хотя бы быть немного сдержаннее в этом». Кисаме покраснел. Он даже не собирался пялиться на задницу Хаку, поднимаясь по лестнице. Его взгляд был вызван чистой завистью, а не сексуальным влечением, но Итачи этого не знал. «Прости, Итачи-сан!» «Как я и сказал, всё в порядке. Только не будь таким очевидным». Итачи сжал рукой напряжённое плечо Кисаме. Альфа редко был так снисходителен к другим, открыто глазеющим на своих партнёров, но Итачи никогда на него за это не злился. Почему? Кисаме не знал. Может быть, какая-то часть Итачи понимала, что его взгляд не был пронизан вожделением? Какова бы ни была причина, Итачи не открывал её, поэтому Кисаме и не спрашивал. «Пойдем сядем. У нас есть дела поважнее, не так ли?» Кисаме сглотнул и пошёл с Итачи в гостиную. Итачи сел в кресло, а Кисаме – на чёрный кожаный диван. Итачи выглядел как воплощение крутого стиля, сидя здесь так доверительно. Взгляд Кисаме скользнул по мускулистым рукам, которые он видел сквозь рубашку Итачи. Такие сильные руки могли бы легко поднять его... «То есть, ты говоришь, мои братья влюблены?» — начал Итачи. Он достал толстую сигару из запечатанного контейнера на подставке рядом с его креслом. Контейнер, похоже, открывался только по цифровому отпечатку пальца, чтобы дети не смогли добраться до сигар внутри. Ещё один из чудесных творений Итачи. «Да, он влюблен в омегу!» — без приукрашивания подтвердил Кисаме. Итачи закурил сигару и глубоко затянулся: «С чего ты взял, что он влюблен?» Кисаме начинал раздражаться: почему Итачи не выглядел таким обеспокоенным, как он ожидал? Разве он не слышал, что человек, в которого был влюблён его младший брат, был омегой?! «Ты видел видеозапись. Она буквально повсюду!» Итачи махнул рукой: «На этих записях просто видно, как омега защищает Сорена. Может, омега увлекся и случайно назвал себя матерью моего племянника? У тебя есть другие доказательства? Ты говорил по телефону так взволнованно, что я просто хотел, чтобы ты навестил меня, чтобы убедиться, что с тобой всё в порядке». Итачи потянулся вперёд и легонько накрыл своей рукой руку Кисаме. «Ты выглядишь таким же безумным, как эти телевизионные сплетники со всеми их беспочвенными предположениями. Я правда за тебя волнуюсь, знаешь ли». Кисаме сглотнул. Сейчас не время паниковать из-за прикосновений Итачи. Он чувствовал, что вот-вот взорвётся. Итачи же просто попросил его прийти и проверить, как он? В общем, Итачи подумал, что он преувеличивает! «Я не хочу обидеть Итачи-сана, но я знаю Саске немного лучше тебя. Я знаю, когда он серьёзно относится к человеку. Я никогда раньше не видел его с таким выражением лица, оно напомнило мне то, что ты скорчил, глядя на Хаку-куна!» Сердце Кисаме бешено колотилось. Он боялся, что звучит слишком грубо. Но он просто хотел показать серьёзность ситуации. Его любовь и страх перед Итачи не могли помешать ему высказать своё мнение. Саске был на грани опасности, и только Итачи мог это предотвратить. «И какое это будет лицо?» «Тот, где ты выглядишь как обдолбанный зомби!» Итачи усмехнулся. «Я серьёзно, Итачи-сан! Он так и не смог дожить до сегодняшнего дня! Ты должен поговорить с ним! Я думаю, он действительно способен сделать то, что ты...» «Ладно, ладно». Итачи убрал руку и откинулся в кресле. «Понял. Поговорю с младшим братом». Итачи затянулся. «Завтра навещу его специально для тебя. Как тебе?» Кисаме вздохнул с облегчением. Это лучшее, на что он мог надеяться. Он не хотел, чтобы Саске повторил ошибку Итачи. «Спасибо, Итачи-сан. Похоже, это именно то, что я хотел услышать». «Я рада. А теперь перестань быть такой непредсказуемой. Ты мне больше нравишься, когда спокоен». Кисаме кашлянул в руку, чтобы скрыть румянец. Будь он проклят, если Итачи это увидит. Итачи улыбнулся. «Ты так сильно заботишься о моём брате, что так сильно о нём беспокоишься. Я поступил правильно, доверив тебе присматривать за ним». Кисаме не знал, когда снова увидит Итачи после сегодняшнего дня, поэтому он наслаждался его улыбкой и добрыми словами. Он запер их в своём сердце, вместе с бесчисленными другими секретами, которые он там хранил. «Ма-кун, тебе это нравится?» Наруто заглянул в миску, которую смешивал Сорен. «Ещё немного! Помни, чтобы не осталось пузырьков, иначе в блинчиках будут комки». «Нет!» — Сорен снова принялся за дело. Его маленькие ручки двигались с такой скоростью, что Наруто рассмеялся. «Спасибо, что стараешься изо всех сил, Сорен-кун». Сорен продолжал смешивать, не слыша Наруто. Всё было в порядке, Наруто ещё похвалит его, когда всё будет готово. Было около девяти утра. Они готовили завтрак. Сорен стоял на табурете, прислонённом к стойке рядом с Наруто. На нём был маленький фартук с милым рисунком мультяшного медведя. Его пухлые щёчки и ручки были кое-где перепачканы мукой. Пятилетний малыш замешивал тесто для блинов. Пока маленький альфа-самец Наруто добросовестно резал бананы на мелкие кусочки. Наруто напевал что-то себе под нос, разрезая фрукты. Было так приятно проснуться и не чувствовать гнетущую тревогу и одиночество, которые обычно его мучили. Прошлой ночью Саске доверил ему Сорена. Он не мог поверить, что это случилось. Но это случилось. Теперь Сорен навсегда принадлежал ему, и он должен был защищать и заботиться о нём. Такая огромная ответственность заставляла его нервничать, он не мог отделаться от мысли, что может оказаться недостаточно хорош для Сорена. Он был омегой, и из-за него Сорен всегда будет сталкиваться со стигмой и осуждением. Но неуверенность Наруто в себе победила его эгоизм. Даже если бы существовал кто-то, более подходящий для заботы о Сорене, он никогда бы не отдал его ему. У него не хватило смелости притвориться, что он способен покинуть Сорена. Теперь, когда Саске дал ему разрешение, ему не нужно было беспокоиться о пересечении границ. Теперь он будет учителем Сорена и его опекуном. Какая бы негативная реакция ни последовала за этим, это не имело значения. Саске сказал, что Сорен нуждается в нём для своего развития. Наруто улыбнулся, он был так польщён тем, что Сорен выбрал именно его. Он следил за Сореном, когда маленький альфа, думая, что никто не смотрит, сунул палец в сырое тесто и попробовал его. Его лицо скривилось от отвращения, а затем он снова принялся быстро перемешивать, как будто ничего не произошло. Да, скандал был небольшой ценой за то, чтобы остаться в жизни Сорена. Утро прошло спокойно. Наруто добавил ломтики банана в тесто, которое затем замесил Сорен. После этого они принялись печь блины. На десятом блине в дверь постучали. Звук напугал Наруто. Должен ли он был ответить? Саске всё ещё спал. У него был выходной, и после вчерашней драмы Наруто совсем не хотел его будить так рано. Честно говоря, он просто тянул время. Вчера вечером они поцеловались, и Наруто не знал, как себя вести в присутствии Саске. Прошлой ночью их переполняли эмоции, но что будет теперь, когда Саске выспится и всё обдумает? Наруто пока не хотел знать ответ, поэтому тянул время. Наруто вытер руки о фартук и велел Сорену держаться подальше от горячей сковороды, пока он проверяет, кто стучится. Он чувствовал, что переступает черту, открывая дверь Саске, но раз уж он теперь здесь живёт, то ничего страшного, верно? Теперь это его дом... пусть это и казалось нереальным, но это было правдой. Теперь он жил здесь и мог не беспокоиться о том, что когда-нибудь снова уедет. Он прикусил внутреннюю сторону щеки, чтобы сдержать расползающуюся по лицу жалкую улыбку. Он выпрямился, привел себя в порядок и открыл дверь. Он не знал, кого ожидал увидеть по ту сторону двери, но это была точно не она. Сакура. Последняя бывшая девушка Саске. Было жутко видеть её снова. Она была одета в пушистое белое пальто из перьев и розовую кожаную юбку. На ней были чёрные кожаные туфли на каблуках; её накрашенные розовые пальцы ног покраснели от холода. Её длинные розовые волосы были распущены и уложены волнами, словно она только что сделала укладку в салоне, а макияж был идеально нанесён. Она пришла сюда, прекрасно уложенная, и Наруто уже догадался, почему. Она пришла, чтобы попытаться помириться с Саске. В правой руке она держала два подарочных пакета с тонкой блестящей жёлтой бумагой, торчащей из них, а в левой – белую коробку, от которой исходил сладкий аромат. Она определённо пришла сюда, чтобы попытаться помириться с Саске. Наруто поежился, когда она бросила на него сердитый взгляд. Она тоже не ожидала его увидеть. Её зелёные глаза осуждающе оглядели его тело. Она заметила фартук на талии и лопатку в руке. «Так это видео было не шуткой?» Сакура облизнула зубы, её красивое лицо медленно раскалывалось от безмолвной ярости, как и в тот день в квартире, когда она крикнула ему, чтобы он убирался. «Я пришла увидеть Саске, отойди, омега ». Она попыталась оттолкнуть Наруто, но тот не сдвинулся с места. Он был относительно спокойным человеком. Драки и тому подобное не входили в его обычные привычки, но он чувствовал, как ему физически хочется ударить Сакуру. Он не хотел, чтобы она находилась в доме Саске, в их доме или где-либо рядом с Сореном. «Ты что, туповат? Я же сказала, шевелиться!» — закричала Сакура. Вся эта суматоха привлекла Сорена. Он слез со своего маленького табурета и встал позади Наруто, чтобы выглянуть и увидеть, кто стоит у двери. Он отпрянул от громкого крика Сакуры. «Нет, я хочу, чтобы ты ушёл». Наруто оставался непреклонен. Он начинал чувствовать тот же кипящий прилив сил, что и в кафе, когда столкнулся с тем бета-папарацци. Он словно становился смелее, чем был на самом деле. Это был выброс адреналина, который придал ему уверенности. Что бы Сакура ни говорила и ни пыталась, он не пустил бы её в свой дом. Сакура была так ошеломлена, что её накрашенные губы отвисли. «Какая наглость... кем ты себя возомнил, что разговариваешь со мной таким образом? Ты же омега! Если я скажу тебе двигаться, ты будешь двигаться! Ты отвратительна, даже отсюда я чувствую твой запах изнутри!» «Не кричи на моего Ма-куна, ты подлая леди!» — заорал Сорен изо всех сил. Он спрятался за ногу Наруто, но продолжал смотреть на Сакуру с чистейшей яростью. Сорен был из тех детей, которые редко проявляют свои эмоции, поэтому ни Сакура, ни Наруто никогда не видели его таким разъярённым. Его губы изогнулись в ухмылке, а чёрные брови нахмурились. Это выражение лица делало Сорена старше своих лет! Щенок Наруто буквально выпустил когти. Сакура буквально отпрянула. Она отшатнулась назад, широко раскрыв глаза и не моргая. «С-Сорен-кун, это я, Сакура-тян? Помнишь, я готовила тебе все эти вкусные ужины? Я водила тебя в школу и присматривала за тобой, ты же должен хотя бы помнить моё лицо? Смотри, я принесла тебе клубничный чизкейк и подарки». Сорен не сбавлял ярости. Его не впечатлили предложения Сакуры. Помнил он её или нет, он не собирался говорить. Вся её надежда на то, чтобы завоевать его расположение, рухнула в тот самый момент, когда она открыла рот, чтобы накричать на Наруто. Это было не к добру. Если Сорен её ненавидит, Саске даже не подумает принять её обратно! «Сорен, смотри», — Сакура опустилась на колени и с трудом открыла белую коробку. Внутри был чизкейк, украшенный розовой глазурью и засахаренной клубникой. «Не хочешь? Давай съедим его с папой, как тебе?» «Уходите, немедленно!» — потребовал Сорен. Он не желал подкупать. Улыбка Сакуры померкла. «Это всё твоя вина!» — прошипела Сакура Наруто. «Ты пожалеешь об этом!» Она фыркнула, встала и гордо удалилась. Наруто тут же закрыл дверь и быстро поднял Сорена на руки. Он всё ещё был в ярости, но сначала ему нужно было успокоить Сорена. Альфа-черты Сорена развивались стремительно, и тот Сорен, которого он впервые встретил в классе несколько месяцев назад, никогда бы не проявил такой стойкости. «Спасибо, что защитил меня, Сорен-кун». Сорен собственнически обнял Наруто за шею, а затем уткнулся головой ему в плечо. «Мне не нравится, когда люди плохо с тобой обращаются, Ма-кун». Наруто потёр спинку Сорена. «Знаю, мой детёныш, знаю». Они постояли там какое-то время. Наруто гладил Сорена по спине, пока альфа-малыш пытался оправиться от только что пережитого всплеска защитных инстинктов. Наруто делал то же самое, ведь он испытывал этот адреналиновый всплеск всего пару раз, поэтому ему тоже потребовалось время, чтобы прийти в себя. Они бы простояли там дольше, если бы не сработала пожарная сигнализация. Пустая кастрюля на плите перегрелась, и дым сработал. «Фу, выключи его, Ма-кун!» Наруто понятия не имел, как отключить будильник. Он ошеломлённо посмотрел на Сорена, но пятилетний малыш закрыл уши руками и, глядя на Наруто, одним взглядом приказал ему что-то сделать с этим громким шумом. Наруто улыбнулся и поцеловал Сорена в щёку. Несмотря на то, что Сорен только что защитил его, Сорену тоже требовалась серьёзная защита. Он будет растить этого маленького альфа-самца до тех пор, пока Сорен не сможет защитить их обоих. Когда Наруто собирался поставить Сорена на землю и попытаться выяснить, как выключить этот чертов будильник, появился Саске. Его тонкие черные волосы были взъерошены и откинуты назад. На нем не было рубашки, только черные шелковые пижамные штаны и домашние тапочки. Его глаза все еще были маленькими со сна, как будто он только что открыл их впервые за день. У Наруто возникло непреодолимое желание подойти прямо к альфе и поцеловать его. Он признался, что хотел поцеловать его снова. Он выглядел таким потерянным и дезориентированным, как будто ему нужна была поддержка. Возможно, в нем звучали инстинкты омеги, но когда Наруто видел, что кто-то нуждается в помощи, его желанием всегда было помочь. Наруто никогда не видел Саске таким уязвимым. Это было мило. Даже без рубашки, с выставленными напоказ мускулистыми руками и торсом, все, о чем мог думать Наруто, было - мило. Саске поерзал на месте и выключил будильник. Громкий писк явно разбудил его. «Извини», — извинился Наруто. Он планировал дать Саске поспать, но по неосторожности испортил план, позволив сковороде перегреться. Если бы этот чёртов будильник не сработал, Саске всё ещё спал бы наверху крепким сном. Он больше не мог тянуть. «Ура, папочка прекратил шуметь!» Сорен вытащил уши и закричал от радости. Саске улыбнулся милому подбадривающему жесту Сорена, прикрыв сонные глаза. Совсем как щенок, греющийся на солнышке. Альфа выглядел таким очаровательным, когда спал, что Наруто не мог удержаться от желания поцеловать его. Он смущённо подумал, чувствует ли Саске то же самое? Или его опасения подтвердились, и после ночного сна Саске понял, что вчерашний поцелуй был ошибкой? «Мы с Ма-куном испекли тебе блинчики, папочка! Смотри», — Сорен похлопал Наруто по руке, чтобы тот мог спуститься. Наруто поставил Сорена на ноги и наблюдал, как пятилетний малыш схватил отца за руку и повёл его к стойке. «Я помогал Ма-куну месить тесто. Я сделал всё идеально, чтобы не было комочков!» — Сорен с энтузиазмом объяснял процесс. Он уже полностью успокоился; гнев больше не омрачал его очаровательное лицо. «Ма-кун, порежь бананы». Сорен встал на цыпочки и указал на закрытую кастрюлю: «Смотри, папочка, мы даже клубничный соус сделали, чтобы полить блинчики, потому что Ма-кун сказал, что сироп на завтрак два дня подряд — это плохо». Сорен надулся, но не прошло и секунды, как он снова улыбнулся. «Ты удивлён, папочка?» Сорен подпрыгнул от предвкушения. Саске посмотрел на Сорена с чистой любовью в глазах. Он наклонился и поцеловал его в голову. «Да, я удивлён, спасибо, Рен». Саске повернулся к Наруто: «Спасибо... за всё». Наруто понял, что имел в виду Саске. Он благодарил его не только за блины, но и за то, что тот согласился позаботиться о Сорене. Саске уже много раз благодарил его с тех пор, как тот согласился прошлой ночью. Наруто ничуть не возражал. Он также был рад, что Саске, похоже, не стал относиться к нему иначе, чем ожидал. «Я был тебе должен, так что не нужно благодарностей». Наруто хотел всего лишь одного поцелуя, одного лёгкого вкуса прекрасных губ Саске – вот чего он хотел в этот момент. Он предпочёл бы получить это, чем благодарность. Если бы он попросил, дал бы Саске то, что он хочет? Теперь, когда он об этом подумал, вчерашний поцелуй Саске был не таким уж случайным, как ему показалось. До поцелуя, ранее этим вечером альфа почти пометил его своим запахом. Запах альфы отмечал то, чем они хотели владеть… то, что они хотели пометить поцелуями, то, что они хотели трахнуть… Наруто покачал головой. Он не хотел думать об этом сейчас. Важно было то, что поцелуй не был просто порывом. А это означало, что Саске, вероятно, поцеловал бы его прямо сейчас, если бы он попросил. Саске ухмыльнулся. «Я ещё с утра хотел съесть твои блинчики. Давай уже поедим». «Йа!» — Сорен повёл их к кухонному столу. Наруто принёс тарелку с блинчиками и клубничной заправкой. «Выглядит очень аппетитно. Ты уверен, что хочешь, чтобы я это съел, Рен?» Саске замер с вилкой, полной блина, перед своим открытым ртом. «Да!» — Сорен протянул руку, схватил Саске за руку и сунул ему вилку в рот. Саске рассмеялся, когда Сорен насильно его покормил. «Ты был прав, Рен. Такие вкусные блины заслуживают того, чтобы их съели. Твой Ма-кун хорошо тебя обучил, не так ли?» Сорен энергично закивал головой и отправил в рот кусок блинчика. Он провёл пальцем по лужице клубничного соуса на тарелке и облизал палец. К этому моменту он съел больше соуса, чем блинчиков, но Наруто это позволял. Позже он приготовит Сорену здоровый обед, чтобы компенсировать недостаток питательных веществ за завтраком. «Ма-кун, теперь и ты папу покормишь!» Наруто покраснел: «А, эм, Сорен-кун, это...» «Ты слышал его, я жду». Саске ухмыльнулся и открыл рот: «А...» Альфа развлекался этим. Наруто твердил о желании поцеловать Саске всего несколько минут назад; кормление не должно было так нервировать его! Он мог бы это сделать! Наруто наколол кусок блина на вилку и скормил его Саске. Их взгляды встретились, когда вилка коснулась нижней губы Саске, когда он вытащил её. Глаза Наруто полуприкрылись, когда он представил, как наклоняется и слизывает капельку клубничного соуса, оставшуюся с вилки на губе Саске. «Ммм, очень вкусно». Саске слизнул остатки соуса с губ и проглотил. Наруто сглотнул. Ему действительно нужно было взять себя в руки. «Папочка, ты должен сказать спасибо Ма-куну. Он дал тебе самый большой кусок блина!» «О, ты прав, Рен», — Саске кокетливо схватил Наруто за затылок и поцеловал. «Спасибо, Наруто ». Это был быстрый поцелуй, быстрый и совсем не похожий на томный поцелуй прошлой ночи, но этого было достаточно, чтобы Наруто покраснел до кончиков ушей. Губы Саске были такими мягкими на его коже. Он хотел большего, но сейчас он был доволен тем, что Саске не жалел об их поцелуе прошлой ночью, иначе он бы больше не поцеловал его. И если бы Саске просто произнес его имя без всяких уважительных обращений? Наруто прикусил губу. Это было так интимно. Зачем Саске это сделал? Только близкие члены семьи и возлюбленные воздерживались от использования уважительных обращений друг к другу. Означало ли это, что у них с Саске были какие-то отношения? Но они даже не говорили об этом! Все развивалось слишком быстро для Наруто. Ему нужно было успокоиться. Два- три поцелуя не означали, что они с Саске теперь встречаются! «Эй, папочка! Что ты делаешь! Ты раскраснел Ма-куна!» — выругался Сорен. Он обхватил рукой стакан с холодным соком и коснулся пылающих щёк Наруто, пытаясь их охладить. «Папа должен заботиться о Ма-куне, а не раскрашивать его!» «Но твоему Ма-куну нравится, когда я его краснею». Саске холодно улыбнулся Наруто. Их взгляды встретились. «Правда, Наруто?» Щёки Наруто снова залились краской, когда Саске снова произнёс его имя без всяких уважительных обращений. «Д-да». Не было смысла лгать. Если бы ему было противно, он бы так себя не вёл. Саске не был глупым. Он просто надеялся, что не выглядит таким нуждающимся, каким себя чувствовал. «Ма-кун, ты глупый. Почему тебе нравится, когда папочка делает тебя красным!» «Я-я-я» Наруто спас звонок в дверь. «Я принесу!» Сорен побежал к двери, прежде чем Саске или Наруто успели его остановить. «Сорен, нет. Ты же знаешь». Саске встал и пошёл за Сореном. На полпути Наруто бросился вперёд. В этот момент ему пришло в голову, что это могла быть Сакура. Что, если бы она вернулась? Если Саске откроет дверь, что произойдёт, когда он её увидит? Наруто не выдержит, если Саске действительно впустит её. Наруто пробежал мимо Саске и поднял Сорена как раз в тот момент, когда маленький альфа собирался открыть дверь. « Что за…» Саске моргнул. Только что Наруто сидел за столом, а в следующую секунду уже стоял у двери. Даже самый спокойный альфа потерял бы ориентацию от такой быстрой телепортации. «Я принесу. Не волнуйся, Саске-сан», — Наруто мило улыбнулся, развеяв подозрения Саске своей улыбкой. «Ладно...» Если Саске и не заподозрил ничего раньше, то теперь уж точно заподозрил. Наруто стоило просто промолчать, но было уже поздно. Он открыл дверь. Если бы это была Сакура, он бы её закрыл и придумал какое-нибудь оправдание. Наруто скрипнул дверью. Он выглянул и тут же закрыл её. Он крепко сжал Сорена в объятиях. «Кто это был?» Саске насторожился, увидев реакцию Наруто. «Альфа!» Наруто даже не успел как следует разглядеть мужчину, но, когда он открыл дверь, его обдало мощной волной запаха альфы. Он был настолько сильным. Он ощущался сильнее, чем запах Саске, настолько пугающим, что его первой реакцией было съёжиться и убежать. Когда он встретил Саске, его тоже охватил его запах, но он также привлёк его. Он не чувствовал никакого влечения к этому новому запаху альфы, только страх. Саске оставил Наруто и Сорена позади. Страх Наруто утих, когда Саске его защитил. Его широкая мускулистая спина была воплощением физической силы. Даже такой сильный альфа, как тот, что стоял по ту сторону двери, не шёл ни в какое сравнение с силой Саске в глазах Наруто. «Не паникуй, я справлюсь». Саске открыл дверь, и его поза сменилась с напряженной на расслабленную, как только он увидел, кто это был. «Вот это сюрприз». Саске широко улыбнулся. Наруто раньше не видел такой улыбки. Он немного позавидовал. Кто этот альфа, которому Саске так мило улыбался? «Надеюсь, хороший». Высокий альфа переступил порог. Он был лишь немного выше Саске. Его сходство с Саске было поразительным. Слишком много сходств, чтобы это было просто совпадением. Должна же быть какая-то родственная связь? У альфы была такая же бледная кожа, как у Саске, такие же чернильно-чёрные волосы цвета воронова крыла (только у мужчины они были длиннее и собраны в свободный хвост), и черты лица были похожи. У них тоже были общие запахи. Они определённо должны были быть хотя бы родственниками? Даже если это так, Наруто всё равно был настороже. Он крепко обнимал Сорена, он не знал этого незнакомца. Но, похоже, Сорен знал этого альфу. «Дядя Итачи!» — радостно воскликнул Сорен. Альфа, теперь известный как Итачи, недоуменно взглянул на Сорена. «Ты никогда ещё не встречал меня так доверительно, Сорен. Кто ты и где мой племянник?» Даже этот альфа заметил стремительное развитие Сорена. Сорен хихикнул: «Я здесь, дядя, разве ты меня не видишь?» Итачи взъерошил волосы Сорена. «Как я мог не сделать этого, ты же такой большой стал». «Я буду таким же высоким, как папа», — самодовольно заявил Сорен. «Держу пари, так и будет», — подмигнул Итачи. «Что привело тебя сюда, брат?» — спросил Саске. Итак, у них были близкие отношения. Итачи был братом Саске. Наруто держался немного прямее. Он хотел произвести на Итачи хорошее первое впечатление. Он не хотел смущать Саске. Он и так рисковал многим, позволяя ему жить здесь. Он не знал, что Итачи думает об омегах, поэтому должен был вести себя как можно лучше. «Я только что услышал кое-что…» — взгляд Итачи скользнул к Наруто, — « что-то. Я хотел зайти и убедиться, что всё в порядке». Скандал. Брат Саске имел в виду то, что произошло в кафе с папарацци. Вот тебе и хорошее первое впечатление. Наруто знал, что будут последствия. Как и сказал Саске, скандал — небольшая цена за спасение Сорена. Он не мог позволить себе стыдиться, но ему было плохо. Итачи волновался и пришёл только из-за того, что он сделал. «Всё хорошо», — проворчал Саске. «Правда? Потому что добраться сюда было настоящим испытанием». «Что ты имеешь в виду?» — Саске поднял бровь, услышав неопределённость ответа Итачи. «Посмотри сам». Итачи вошёл в прихожую и отодвинул тяжёлую занавеску. «Смотри». Наруто выглянул в окно вместе с Саске. Он ахнул. На тротуаре перед их домом собралась целая орда папарацци. Он также заметил несколько припаркованных фургонов новостных агентств. Вчера вечером, когда они вернулись из квартиры Наруто, был только один фургон, и Саске зарычал на них, что их отпугнуло. Но теперь их были десятки! «Папа, посмотри на всех!» — Сорен с изумлением смотрел на толпу. С высоты люди казались Сорену муравьями. Он высунул им язык. Наруто было трудно дышать. Людей было так много... как долго они там были? Пока он пек блины, они уже были там? Их было так много, что они высыпали на улицу. С Сореном на руках он побежал к телевизору и включил новостной канал. Он должен был узнать, что, чёрт возьми, происходит! « Я стою перед домом Саске Учиха. Знаменитый наследник клана Учиха в последнее время оказался в центре скандала. Вчера в интернете разлетелось видео с его сыном, Сореном-куном, и омегой. Из-за этого видео, где таинственный омега называет себя матерью Сорена, поползли слухи о том, что у омеги могут быть серьёзные отношения с Саске-саном. Есть даже предположения, что омега беременна от него». Камера на секунду замылилась, затем сменила ракурс и сфокусировалась на входной двери их дома. Сакура гордо выходила из дома. На ней были солнцезащитные очки, скрывающие лицо, но всё остальное было таким же, как и утром. С собой у неё всё ещё были подарки и коробка с клубничным чизкейком. Съёмка была сделана сразу после её визита. Её манера держаться ни за что не заставила бы кого-то подумать, что она только что участвовала в словесной перепалке. « Сакура-тян, у тебя есть минутка поговорить с нами?» Репортёрша ткнула микрофоном в лицо Сакуры. Сакура мило улыбнулась. Так фальшиво. «Конечно». « Ходили слухи, что вы с Саске-саном больше не встречаетесь, но никто из вас этого не подтвердил. Можете ли вы сказать нам, встречаетесь ли вы с Саске-саном всё ещё?» « К сожалению, на данный момент мы с Саске-саном не вместе». Эта часть «пока что» не ускользнула от внимания Наруто. « Можете ли вы рассказать нам, связано ли ваше расставание с омегой, показанным в вирусном видео в кафе? И можете ли вы сказать нам, встречаются ли Саске-сан и омега?» Наруто заметил трещину в безупречной внешности Сакуры. Её накрашенные губы едва заметно дрогнули, но она сохранила самообладание, как настоящий профессионал. «Без комментариев». « Сакура-тян, пожалуйста, расскажи нам что-нибудь», — простонала репортёрша, выдавив из себя улыбку. Её белоснежные зубы блеснули. «Нам кажется, что ваш разрыв с Саске-саном обоюдный, раз вы можете навещать его дома. Должно быть, вы всё ещё в хороших отношениях. Не могли бы вы рассказать нам что-нибудь об этом омеге? Почему он назвал себя матерью Сорен-куна? Встречаются ли они с Саске-саном? Омега беременна? Любая информация будет очень кстати. Даже просто его имя». Фальшивая улыбка Сакуры наконец сникла. Если бы не очки, Наруто знал, что её злобные зелёные глаза сверкали бы так же яростно. «Без комментариев», — повторила она сквозь зубы, а затем протиснулась мимо репортёра и оператора. Камера последовала за ней, снимая, как она важно пробирается сквозь толпу и садится на заднее сиденье машины, ожидающей её на обочине. Камера снова вернулась к репортёру. « Нам не удалось получить много информации от наследницы Харуно, но мы будем здесь наготове, пока не появится Саске-сан или его предполагаемый тайный омега». Сцена сменилась на новостную студию. Двое ведущих сидели по стойке смирно за хромированным столом. «Вы только что видели кадры, где Сакура Харуно выходит из дома Саске Учихи сегодня утром. А у нас только что появились новые кадры, где Итачи Учиха всего несколько минут назад входит в здание, где живёт его брат. Посмотрите». На экране появилось видео. Итачи спокойно пробирался сквозь толпу репортёров и папарацци. Камеры сверкали прямо ему в лицо, но он никак не показывал, что это его беспокоит. Его буквально засыпали вопросами. Вопросы задавались так быстро, что Наруто не успевал понять, о чём они его спрашивают. Саске выключил телевизор. «Было довольно сложно пробраться сквозь толпу, не ударив в лицо кого-нибудь из этих папарацци», — посетовал Итачи. Как будто ему было жаль, что он не сдался и не сделал этого. «Почему ты не сказал мне, что Сакура приходила? Я же сказал ей, что ей больше нельзя сюда», — спросил Саске Наруто. Наруто замер. «Я не думал, что это важно». Это была ложь, но Саске не должен был об этом знать. Он ненавидел врать, но не мог сказать правду. Было слишком неловко. Что он мог сказать? Что одна мысль о том, что Сакура переступит порог их дома, вызывала у него желание поддаться яростному гневу? Он едва успел переехать. Саске сочтет его сумасшедшим! «Она очень плохо обращалась с Ма-куном, папочка!» — вмешался Сорен. Саске ощетинился. «Сакура была?» «Да! Мне не понравилось». Губы Сорена сложились в полуулыбку. Его тело вспоминало гнев, который он испытал в тот момент, когда Сакура кричала на Наруто. Саске скривился. Он был недоволен. «Я позвоню ей и скажу, чтобы больше так не делала. Она всегда была немного... прилипчивой; думаю, её возвращение было лишь вопросом времени. Я просто не думал, что это случится так рано». Саске вздохнул, позволяя гневу из-за ситуации с Сакурой уйти вместе с воздухом, который он только что выдохнул. Он наклонился и взъерошил волосы Сорена. «Ты защитил своего Ма-куна от Сакуры, Рен?» «Да!» Губы Сорена изогнулись ещё сильнее. Почти в оскале. «Это хорошо. Ты всегда должен заботиться о защите своего Ма-куна, ясно?» «Потому что я альфа, папочка?» «Да, потому что ты альфа. Но ещё и потому, что Ма-Кун — твоя семья. Ты же видел всех этих людей там, да?» Сорен кивнул. «Некоторое время всё будет сложно. Эти люди попытаются добраться до твоего Ма-куна, так что тебе придётся его защитить, хорошо?» «Да, папочка!» — Сорен выпятил грудь и сделал серьёзное лицо. Он был похож на маленького солдата, стоящего по стойке смирно. «Мне так жаль». Наруто хотелось плакать. Во всём этом хаосе и суматохе виноват он. Он не знал, что всё так обернётся. Итачи там окружили толпой, Саске – объектом пристального внимания СМИ, а теперь Сорену приходится нести такую огромную ответственность. Он бы не стал менять свой поступок в кафе, потому что безопасность Сорена была превыше всего, но ему было больно от того, что всё так сложилось. Увидев толпу снаружи, он наконец-то осознал это. Неджи и вчера предупреждал его, но он не мог поверить, насколько прав был его лучший друг. Неужели все не могут просто оставить их в покое? «Ненавижу это!» «Ма-кун, не плачь!» Сорен вытер слёзы Наруто своими маленькими тёплыми пальцами. «Эй, — подошёл Саске. Он нежно обхватил лицо Наруто. — Помнишь, что я сказал?» Наруто кивнул. «Небольшая цена за безопасность Сорена». «Да, так что не забудь». Итачи едва мог вынести увиденное. Его младший брат, за которым он наблюдал, проходя через череду отношений, демонстрировал черты характера, которых он никогда не видел ни в одном из них раньше. Он пришёл сюда, думая, что Кисаме преувеличивает. Он подыграл Кисаме, когда тот сказал, что Саске сделал «это лицо», даже не понимая, о каком лице идёт речь. Он нашёл Кисаме пугающе милым, поэтому подшутил над ним. Но теперь он понял, что Кисаме имел в виду под «этим лицом». Саске смотрел на светловолосого омегу с такой нежностью, словно тот был хрупким, и всё, что он мог сделать, – это бережно обращаться с ним, чтобы тот не сломался. Кисаме был прав: Саске был влюблён. Или, по крайней мере, полностью увлечён омегой. Это добром не кончится. «Но я не хочу, чтобы Сорен был вовлечён во всё это. Я так это ненавижу», — услышал Итачи шёпот светловолосого омеги Саске. То, как он посмотрел Саске в глаза… Итачи сомневался, что даже омега осознаёт, насколько открыто он выражает свои эмоции. Было очевидно, что омега влюблён. Или, может быть, увлечён? Что бы это ни было, в его голубых глазах плескались глубокие чувства. «Я всё время напоминаю себе о твоих словах, но я не думал, что всё будет так». Его брат был повсюду вокруг омеги. Нависая над ним, словно приближаясь, он волшебным образом заставлял омегу чувствовать себя лучше. Саске, однако, не ошибся: омега заметно расслаблялся, пока Саске ласкал его. Итачи видел, как омега невольно понюхал руку Саске; запах брата, должно быть, действовал на него успокаивающе. Неужели они уже дошли до стадии обоняния? Нет, если бы они были рядом, шея омеги уже была бы покрыта следами укусов. «Сорен сильнее, чем ты думаешь. С ним всё будет в порядке». Сорен кивнул, словно его сила была само собой разумеющимся фактом. «Не плачь больше, Ма-кун». «Прости, детка», — шмыгнул носом Наруто. Но Итачи ещё больше беспокоило то, что в омегу был влюблён не только его брат, Сорен, похоже, любил омегу так же сильно, как и отец. Их связь была связью матери и ребёнка, но это была связь, основанная на любви. Но как такое вообще возможно? Матерью Сорена была Карин, а не этот светловолосый омега? Омега тоже обращался с Сореном как с родным сыном. Это было очевидно по мелочам. Например, по тому, что он ни разу не приземлил Сорена с тех пор, как тот вошёл в дом Саске. Омега не знал его, поэтому не доверял ему. Пока Итачи не будет признан омегой заслуживающим доверия, омега не подпустит сына к неизвестному альфе. Это было как с Хаку и их детьми. Только поэтому Итачи это заметил. «Я поговорю с Сакурой и найму охрану для тебя и Сорена. Всё будет хорошо». Итачи мог только смотреть на них. Сейчас он был для них невидим. Омега был маленьким по сравнению с Саске. Он, вероятно, был даже ниже Хаку или примерно того же роста? Он тоже выглядел молодым. Его брат практически затмевал омегу размером. Где Саске вообще нашёл этого омегу? Насколько он знал, его брата не привлекали омеги. Саске встречался только с альфами и бетами женского пола. Ни разу Итачи раньше не видел, чтобы взгляд его брата падал на омегу. Но и Итачи никогда не увлекался омегами до встречи с Хаку. Физическое влечение перестаёт иметь значение, когда ты чувствуешь аромат, от которого захватывает дух. Так было и при первой встрече с Хаку. Он подумал, что Хаку выглядит милым в тот день, когда расхаживал по подиуму, но только когда Хаку упал на него, и Итачи учуял его запах, Итачи влюбился в него. Если то же самое произошло и с Саске, то Итачи опасался, что уже слишком поздно. «Саске, можем мы на минутку побыть наедине? Мне нужно кое-что обсудить с тобой», — прервал его Итачи. Он тоже. Чем больше он смотрел, тем сильнее становилось его беспокойство. Омега обратил свои заплаканные глаза на Итачи в тот же момент, что и Саске. «Я так и думал», — Саске отдернул руку от щеки омеги. «Ты никогда не приходишь ко мне по другой причине, брат». «Нелегко ходить в гости, когда в результате визита отец кричит на тебя за то, что ты общаешься со мной». «Ты же знаешь, мне всё равно», — ответил Саске и что-то прошептал омеге. Омега кивнул и пошёл вверх по лестнице, всё ещё держа Сорена на бедре. Сорен помахал им на прощание. Итачи улыбнулся и помахал в ответ. «Присаживайтесь. Если мне придётся выслушивать ваши ругательства, я предпочту всё это время чувствовать себя комфортно». «Я здесь не для того, чтобы тебя ругать ». Итачи сидел с Саске за кухонным столом. Он взглянул на полупустые тарелки. Блины на завтрак? Значит, Саске поручил омеге приготовить ему еду. Он что, здесь живёт? «Тогда почему ты здесь?» Саске откинулся на спинку стула. Он откинул волосы назад и рассеянно ковырял блинчик на тарелке. При взгляде на блинчик на его губах появилась лёгкая улыбка. «Вспоминаешь?» — Итачи мог описать выражение лица младшего брата только этим словом. Казалось, он предавался приятным воспоминаниям. Может, это из-за блинов? «Нет», — Саске позволил улыбке превратиться в линию, — «то есть, я полагаю, ты хочешь обсудить определённые текущие новости обо мне?» «Да», — подтвердил Итачи. «Кисаме пришёл ко мне, выразил обеспокоенность, и вуаля, вот я здесь». «Кисаме?» — Саске стиснул зубы. «Не сердись на него. Он просто беспокоится о тебе, вот и всё». «Дай угадаю, ты тоже волнуешься?» — усмехнулся Саске. «Почему? Ты же знаешь, как работают эти новостные сайты и сайты сплетен. Они преувеличивают и распространяют ложь. Ничего нового». «Да, я тоже так сначала подумал. Но…» Итачи вспомнил, как Саске нежно утешал омегу. «Судя по тому, что я заметил, я не думаю, что это всё преувеличения. Ты влюблен в этого омегу». Саске отверг это заявление. Итачи видел его насквозь. Чувства брата были для него всё ещё в новинку. Он никогда раньше не влюблялся, поэтому, конечно же, не мог понять, что чувствует тот. «Тогда почему ты так обожаешь его? А Сорен? Он когда-нибудь называл кого-то из твоих любовников матерью? Я ясно видел, что ты испытываешь к нему большие чувства, чем к другим, с кем ты связывался». «Это не так», — Саске всё ещё отрицал. «Врач сказал мне, что у Сорена возникла материнская связь с Наруто. Сорену нужно, чтобы Наруто развивался, как и другие альфа. Ты же видел его, он уже так развился. Наруто рядом со мной ради Сорена. Может, он меня и тянет или что-то в этом роде, но это не более того». Итачи был удивлён. Неудивительно, что связь Сорена с омегой была такой крепкой. И он уже видел разницу в Сорене. Он уже не был таким застенчивым, как раньше. И теперь он стал гораздо более улыбчивым. И всё же: «Из-за этого ты позволил омеге стать его матерью? Ты же знаешь, отец никогда этого не допустит. Ты даже не веришь, что это всего лишь влечение, не валяй дурака, младший брат». «Мне всё равно, разрешит отец или нет. Если бы это были Хикари или Казуки, разве ты не хотел бы убедиться, что у них тоже есть шанс нормально развиваться? Если бы кто-то предложил тебе решение, ты бы просто проигнорировал его только из-за отца?» Саске уже знал ответ. Итачи уже бросал вызов их отцу, поэтому спрашивать, сделает ли он это снова, было излишним, но Итачи всё равно понял Саске. Он сделает всё возможное, чтобы обеспечить благополучие своих детей. «Понимаю, но... я не глупый, брат. Всё гораздо глубже, чем ты имеешь в виду. Ты держишь этого омегу не только ради благополучия Сорена... признаёшь ты это или нет, твои чувства переросли влечение. Я вижу это по тому, как ты на него смотришь, ты его любишь. Ты можешь этого не замечать, но этот омега тоже тебя любит». У Саске перехватило дыхание. Значит, он ещё не знал об этом. Если бы он знал, Итачи оставил бы свои наблюдения при себе. «Я пришёл предупредить тебя. Ещё не поздно выбраться из этой ситуации невредимым. Отец в курсе ситуации, но не знает всех подробностей. Если ты хочешь сохранить его расположение (а, несмотря на все твои увещевания, я знаю, что хочешь), то тебе нужно как можно яснее прояснить этот скандал. Купи омеге жильё, чтобы развеять слухи о его романе. А когда всё утихнет и у отца больше не будет причин тебя подозревать, ты сможешь снова тайно позволить омеге заботиться о Сорене». Саске уставился на Итачи так, будто у него выросла ещё одна голова. «Я бы никогда не стал прятать Наруто, словно он какая-то чёртова тварь, которой стоит стыдиться? Ты себя слышишь?» «Я знаю, что это неидеально, но ты же знаешь нашего отца, это единственный выход из того хаоса, который ты создал». «Чёрт», — Саске опустил голову. «Я знаю, что ты прав, но я просто не могу, я никогда не смогу так с ним поступить». «Потому что ты его любишь». «Заткнись», — нахмурился Саске. «Я волнуюсь. Учитывая, как обстоят дела сейчас, я не могу не опасаться, что ты закончишь так же, как я». «Ты жалеешь об этом?» Саске выглядел так, словно искал ответ. Путеводный свет, который помог бы ему выбраться из затруднительного положения. «Когда я влюбился в Хаку, я уже знал, что это значит», — тихо рассмеялся Итачи. «Знаешь, тогда я действительно думал, что отец поймёт. Я был настолько глуп, что думал, будто он примет партнёра, с которым я проведу остаток жизни». Итачи покачал головой. «Я был настолько глуп, что думал, будто он когда-нибудь это примет. Но знаешь, когда он сказал мне уйти и никогда не возвращаться, я не опечалился. Конечно, я чувствовал себя ужасно, потому что меня изгоняют из семьи, но я знал, что никогда больше не буду счастлив, если позволю отцу разлучить меня с Хаку». Итачи вздохнул. «Но ты мне не брат. Ты преуспеваешь в своей профессии. Компания всегда была твоей страстью. Ты управляешь ею так, будто тоже родился». «Ты тоже любил свою работу. То, что ты создал, было не похоже ни на что другое», — возразил Саске. «Ты говоришь, что я рождён, чтобы управлять компанией, но ты также рождён, чтобы творить для неё». Итачи усмехнулся. «Ты меня поймал, я скучаю по старой работе. Но, честно говоря, я боюсь за тебя. Тяжело постоянно находиться под пристальным вниманием общественности. То внимание, которое ты сейчас получаешь, — это то же самое, что и я получаю каждый день. Не думай, что я переехал так далеко только из-за отца. Мне пришлось. Если бы я остался в Токио, у меня бы не было никакой личной жизни. Ты хочешь, чтобы Сорен каждый день получал такое внимание?» «Нет», — Саске сглотнул, — «но если так должно быть, чтобы Наруто всё ещё был рядом со мной, значит, так и будет». «И что именно ты тогда будешь делать с нашим отцом? Он уже потерял своего старшего сына. Он не может позволить себе потерять своего последнего наследника. Не думай, что он будет с тобой так же мягок, как со мной. Изгнание может показаться милосердием по сравнению с тем, что он для тебя уготовил». Саске не ответил. Как и опасался Итачи, Саске теперь вышел из-под его контроля. Он лишь надеялся, ради брата, что всё наладится, когда всё будет сказано и сделано.