Любовь ребёнка

«Ого, дядя Ита пропал!» — посетовал Сорен, нахмурившись. Он сбежал по ковровой лестнице в прихожую, опередив свою гораздо более медлительную мать, которая плелась на расстоянии вытянутой руки от пятилетнего ребёнка. Сорен ускорил шаг, таща за собой плюшевого медведя. Он воспользовался своим высоким положением, чтобы осмотреться и убедиться, что дядя действительно ушёл. «Смотри под ноги, малыш», — предупредил Наруто. Влажные чёрные волосы Сорена развевались при каждом его гигантском прыжке. «Помедленнее», — сказал Наруто более строгим тоном. Сорен замедлил шаг, но лишь самую малость. Он шёл достаточно медленно, чтобы не слышать назойливых замечаний Наруто, но всё же достаточно быстро, чтобы всё ещё быть на несколько шагов впереди. Умный маленький альфа. Прошло уже некоторое время, прежде чем Наруто перестал чувствовать запах Итачи. Аромат всё ещё витал в воздухе, но, к счастью, едва ощутимо. Он напоминал аромат погасшей свечи. Он держался, но с каждой минутой становился всё слабее. Наруто был рад, что Итачи вернулся домой. Находиться рядом с его запахом было для него тяжело. Это заставляло его задуматься, что за человек пара Итачи, ведь кого может привлечь такой навязчивый запах, как у Итачи? Наруто не мог представить, чтобы он нашёл в нём хоть какое-то утешение. Из двух братьев Наруто предпочитал запах Саске. Поначалу запах Саске ошеломлял его, но теперь, когда он привык к нему, он был идеальным сочетанием всего, чем должен быть запах альфы. В отличие от запаха Итачи, запах Саске обещал защиту, и, что самое главное, он пах восхитительно. Возможно, он был предвзят, но для него просто не было никакого сравнения. Когда они обогнули прихожую, Наруто увидел, что Саске сидит за кухонным столом. Подойдя ближе, он заметил, что что-то не так. Обычно Саске не выглядел таким угрюмым, как сейчас. Он выглядел так, будто ему только что сообщили смертельную новость. Тревожно было видеть, как его тонкие чёрные брови взметнулись вверх, соединившись в середину от беспокойства, и как ужасно он задумчиво надул губы. Такое выражение не подходило лицу Саске. Наруто хотел, чтобы оно исчезло. О чём говорили Саске и Итачи, что привело к тому, что Саске выглядел таким трагически побеждённым? Их разговор даже не был таким длинным! «Папочка!» Сорен, не подозревая о настроении Саске, подскочил к отцу и вскочил ему на колени. Мрачное выражение лица Саске сменилось короткой улыбкой, он потёрся носом о Сорена, но улыбка тут же исчезла, как и появилась, когда тот взглянул на Наруто. «Папочка, Ма-кун заставил меня пахнуть ванной!» Сорен поднял длинный рукав своей пастельно-красной рубашки, украшенной синими и желтыми мультяшными китами, и просунул руку под нос Саске. «Мм, ты приятно пахнешь», — Саске преувеличенно вдохнул, а затем пощекотал руку Сорена носом, заставив пятилетнего малыша громко захихикать. «Нет! Папочка, прекрати!» Сорен делал вид, что пытается вырваться, но на самом деле ему нравилось внимание, которое осыпал его отец. Наруто обожал Саске как альфа-самца. Некоторые альфа-отцы, особенно те, чьи партнёры не были альфами, склонны были полностью оставлять родительские обязанности своим партнёрам. Благодаря своей профессии Наруто видел достаточно примеров. Он знал матерей всех своих учеников, но не мог сказать, что знал всех их отцов. Исключением, конечно же, был Сорен. «Ты пахнешь так вкусно, что я, пожалуй, съем тебя!» — заявил Саске голосом, подражающим игривым монстрам из детских мультфильмов. «Ма-кун, спаси меня!» Сорен протянул свободную руку Наруто, который стоял в стороне и с лёгкой улыбкой наблюдал за дуэтом отца и сына. «Я?» — Наруто указал на себя, притворяясь наивным. «Да! Спаси меня, ма…» У Сорена в считанные секунды вылетел воздух из лёгких, когда Саске поднял его к себе на колени и продолжил атаковать. Сорен закричал. Его смех перешёл в радостные крики. Глаза его светились счастьем, а улыбка была самой широкой из всех, что Наруто видел на нём за весь день. Если бы не Саске, который так улыбался Сорену, Наруто бы немного позавидовал. «Ма-кун!» — взвизгнул Сорен, теперь он мог протянуть обе руки, так как Саске пощекотал чувствительную шею Сорена вместо его руки. «Всего один укус!» — процедил Саске, прикрывая губы, чтобы случайно не укусить Сорена. Наруто рассмеялся: «Хватит, больше не ешь моего ребёнка!» Наруто легко вырвал Сорена из рук Саске и прижал его к своей груди. Сорен задыхался от смеха. Он вцепился в спину Наруто, ухватившись за ткань его топа. Он извернулся, чтобы высунуть язык отцу. «Теперь ты не сможешь меня съесть, папочка! Не когда здесь Ма-кун!» — поддразнил Сорен, выпятив маленькую грудь. С растрепанными волосами и диким блеском в тёмных глазах он напоминал пещерного ребёнка из далёкого прошлого. Это было так мило, что Наруто мысленно пожалел, что у него нет краски и меховой шкурки, чтобы развить иллюзию ещё дальше. Его маленький пещерный ребёнок выглядел бы очаровательно, нарядившись. Саске громко выдохнул: «Ты прав!» Он улыбнулся Сорену, но Наруто снова заметил странный взгляд Саске, когда тот посмотрел на него. Все мысли о том, чтобы наряжать Сорена в милые наряды, вылетели у него из головы. Ему не нравилось, что Саске так на него смотрит, не понимая, почему этот взгляд направлен именно на него. «Теперь ты злишься, что Ма-кун может меня спасти?» Сорен всё ещё радовался своей победе. Альфы любят побеждать, и для молодого альфы, такого как Сорен, лишённого всех нормальных альфа-характеристик, такие маленькие победы были важны теперь, когда он находился в процессе нормального развития. «Злишься?» — Саске задержал взгляд на Наруто ещё на несколько мгновений, а затем снова перевёл его на Сорена. «Я бы никогда не рассердился из-за того, что твой Ма-кун здесь». Наруто уловил двойной смысл слов Саске. Он не знал, были ли они намеренными или нет. Это был его способ сказать ему не волноваться? Мог ли Саске вообще заметить, что он волнуется? Может, поэтому Саске продолжал так на него смотреть? Наруто невольно прикусил нижнюю губу, и в голову ему всё время приходили вопросы. «Я буду скучать по Шин-чану!» Глаза Сорена вспыхнули тревогой, и он вырвался из объятий Наруто. Он бросился в гостиную, стащил две подушки с кушетки на ковёр и крикнул, чтобы включили телевизор и включили нужный канал. Он свернулся калачиком на боку. Одна подушка была под головой, другая – под ногами, обутыми в носки. Он прижимал к животу плюшевого медведя, обнимая его, и увлечённо смотрел один из своих любимых сериалов. Вот так всё веселье с Саске и Наруто было забыто в угоду телешоу. Наруто улыбнулся. Он собирался уложить Сорена вздремнуть после ванны, ведь тот всё утро не спал, помогая ему готовить банановые блинчики. Пятилетний малыш точно уснёт ещё до того, как закончится его любимое шоу. Как только он это сделает, Наруто просто переложит его на диван. Он бы оставил его на полу, поскольку пол был тёплым, но не хотел, чтобы у Сорена заболела шея от сна на жёсткой земле. С уходом Сорена Наруто остался наедине с Саске. В голове всё ещё вертелось столько вопросов, которые он хотел задать старшему альфе, но они не выходили. Они застревали в горле, добираясь лишь до кончика языка, пока он не проглотил их обратно. Ему это не нравилось. Вместо того чтобы стоять как идиот, он принялся убирать со стола. На нём всё ещё валялся мусор от завтрака. Он чувствовал, как Саске наблюдает за ним, пока тот опустошает тарелки, ополаскивает их в раковине и кладёт в хромированную прозрачную посудомоечную машину. Минуты текли в тишине. Наруто у раковины, Саске за столом, а Сорен в гостиной смотрел мультфильм. Они с Саске молчали. Тишина буквально убивала Наруто. Что сказал Итачи, что так накалило обстановку? Он не был любителем подслушивать, но если бы знал, к чему приведёт этот разговор, обязательно бы подслушал. Пока Наруто вытирал руки полотенцем, он услышал, как Саске вышел из стола. Возможно, тишина между ними была слишком тягостной для альфы, поэтому он решил уйти из кухни, но как только Наруто подумал об этом, Саске внезапно оказался позади него. Он решил сделать вид, что не замечает, но затем почувствовал, как Саске прижался к его боку, его рука опустилась на поясницу. Тело Наруто вздрогнуло от шока. Он сыграл это, сделав вид, что собирался сделать это, когда отложил полотенце. Рука Саске оставалась твердой на месте. Было так смело со стороны альфы прикасаться к нему таким образом, но это было так естественно, что Наруто не почувствовал, что его трогают неподобающим образом. Ему даже понравилось ощущение большой ладони Саске на пояснице. Вероятно, больше, чем следовало. « Саске-сан?» — тихо спросил Наруто, когда стало ясно, что альфа ничего не ответит. «Что ты делаешь?» «Я тут подумал». Наруто спрашивал совсем не об этом. Он хотел узнать, почему Саске прикасается к нему именно так, но промолчал. Саске стоял так близко, что Наруто задумался, осознаёт ли альфа, насколько близко он находится. Казалось, он не замечал, что стоит буквально вплотную к Наруто и что тот его касается. Было ли это для Саске таким же естественным, как и для него самого тогда? «О чём ты думал?» Наруто тоже хотел это узнать. Что именно было сказано, что так расстроило Саске? Ответ на этот вопрос он хотел узнать чуть больше, чем ответ на вопрос, почему Саске такой обидчивый. Правда, совсем чуть-чуть. «Насчёт Итачи». Саске выдохнул. Внезапно он, казалось, осознал их близость, потому что его рука напряглась на спине Наруто. Наруто думал, что Саске теперь, когда он осознал это, совсем уберёт руку, но этого не произошло. Рука Саске расслабилась, выпрямившись, чтобы закрыть большую часть поясницы Наруто, и он прижался ещё ближе. Он ткнулся носом под ухо Наруто, не учуяв омегу, но, безусловно, мог бы сделать это, если бы захотел. В конце концов, Наруто позволил ему это. Вместо того, чтобы почувствовать себя неловко, как следовало бы, Наруто расслабился в прикосновениях альфы. Словно его тело изголодалось по прикосновениям, и только прикосновения Саске могли смягчить эту жажду. «Ч-что сказал Итачи-сан?» Наруто попытался вернуть внимание и себя, и Саске к разговору. «Честно?» Тело Саске обмякло, прижавшись к более слабому телу Наруто. Он был таким ласковым, что Наруто едва мог с этим справиться. Конечно, они целовались, но такие лёгкие прикосновения были редкостью. Жужжание посудомоечной машины и прерывистое дыхание Наруто заполнили тишину, пока Саске не заговорил снова: «Он хочет, чтобы я… спрятал тебя, пока не уляжется внимание». Конечно, именно этого Итачи и хотел. Он видел, как Итачи с раздражением смотрел на него. Словно обвинял его во всём, что происходит с братом и племянником. Если Саске спрячет его, Итачи и все остальные больше не будут его видеть. Неужели ему совсем безразличен племянник? Разве Итачи не видел, как хорошо сейчас справляется Сорен? Если Наруто придётся прятаться, кто знает, станет ли Сорен прежним? Весь этот прогресс будет потерян! «Не злись на него. Я уже сделал это за тебя», — сказал Саске, заметив, как Наруто нахмурился. Наруто запаниковал: Саске, казалось, хотел протянуть руку и провести пальцем по морщинке между бровями, но передумал. «Я же сказал ему , что не буду этого делать. Я же тебе сказал , что не буду». Осторожность Саске лишь сильнее разозлила Наруто. Наруто всё ещё злился, он был чертовски зол, думая о том, как Итачи, по сути, хотел отобрать у него его детёныша. Секунду назад он был робким омегой под прикосновениями Саске, но при упоминании о том, что Сорена у него отнимут, превратился в яростно защищающего омегу. Ему было всё равно, насколько устрашающим был Итачи. Сомневался, что если бы Итачи был рядом, он бы удержался и не отчитал альфу. «Наруто?» Саске видел, как Наруто дрожит; он понюхал его шею, наконец переступив последнюю границу, учуяв омегу. «Господи!» — воскликнул Саске. — «Успокойся. Я же сказал, что не сделаю этого. Я никогда не заставлю тебя прятаться или уходить! Послушай меня! » «Знаю», — Наруто, естественно, хотел подчиниться приказу альфы. Если Саске говорил, что не собирается этого делать, значит, Наруто ему верил. «Но я просто… тьфу, как он смеет тебе это говорить!» «Тсс, он просто волнуется». Саске позволил своему аромату стать успокаивающим, окутывая Наруто. «Ты же не хочешь, чтобы Сорен понял, что ты злишься?» «Сорен…» Наруто разжал кулаки. Напоминание о том, что его ребёнок рядом, в сочетании с запахом Саске успокоили Наруто. Он искал утешения в Саске, убаюканный его успокаивающим запахом. Он был таким приятным, словно тёплое одеяло окутывало его. «Ты… ты же не будешь слушать Итачи?» — прошептал Наруто. Он поднял глаза и умоляюще посмотрел на Саске. Ему нужно было словесное подтверждение. Сейчас он был так уязвим. Он не был слабым и определённо не был тем омегой, который жаждет утешения от альфы, но он хотел этого от Саске. «Не буду». Саске обхватил рукой подбородок Наруто. Теперь, когда Саске чувствовал его запах, на него подействовал омега-запах Наруто. Наруто это видел по тому, как глубоко он дышал, пытаясь вдохнуть побольше его запаха. Влияние Саске на альфу укрепило его уверенность. Да, Саске действительно желал его. По крайней мере, он знал это. «Надеюсь, ты сдержишь слово». Наруто моргнул, его ресницы скользнули по щеке. Он почувствовал прилив смелости. Видя, как альфа, вроде Саске, жадно глотает воздух, чтобы ощутить его запах, ему захотелось прихорашиваться. «Я стараюсь». Саске облизал губы, наблюдая за Наруто, как кошка за красивой птичкой, а затем медленно опустил свои губы на его губы. Наруто предвидел приближение поцелуя ещё до того, как он случился. Словно невидимая нить между ним и Саске, он чувствовал, как она укорачивается, притягивая их друг к другу, пока наконец не порвалась. Саске застонал, глубоко вдыхая через нос, и сжал пальцами челюсть Наруто. Его хватка была крепкой, словно он боялся, что Наруто выскользнет. Наруто никуда не денется. Он хотел этого. Это превосходило его желание. Рука Саске скользнула с его челюсти к шее, надавливая. Это была демонстрация доминирования. Невербальный способ альфы напомнить слабому, что он контролирует ситуацию. Саске целовал его так интимно, что у Наруто подогнулись пальцы на ногах. По правде говоря, всё в этом было интимным. Рука Саске на его шее и талии. Саске использовал его запах, чтобы успокоить его. Неистовый взгляд в глазах Саске прямо перед тем, как он соединил их губы... всё это было формой близости, которая возможна только между парами. Тихий голосок в голове Наруто предупреждал его не думать об этом слишком много. Саске не говорил, что они пара, так что он не должен предполагать, что они пара... но как он мог не думать, когда альфа делал такие вещи! Наруто хотел этого. Он хотел альфу так, как никогда раньше не хотел другого альфу. Все его предыдущие «любви» никогда не вызывали в нём такого желания. Он хотел этого альфу. Моего. Он думал, когда губы Саске прикусили его нижнюю губу, а язык скользнул по ней. «Саске-сан», — пробормотал Наруто имя альфы, прерывая поцелуй, пока Саске не заставил его замолчать новым поцелуем. Его губы лениво двигались, чередуя посасывание и покусывание. До сих пор их поцелуи не были такими. Они никогда не скатывались до… намеренно эротичных . Их первые два поцелуя, пусть даже с укусами и жадным сосанием, были в каком-то смысле невероятно сладкими. Сила этого поцелуя терзала Наруто. Он схватил Саске за грудь. Несмотря на то, что он был в его объятиях, Саске чувствовал себя недостаточно близко к нему. Он хотел полностью завладеть альфой. «Ты пахнешь так чертовски вкусно». Рука Саске во время поцелуя опустилась ниже по спине Наруто. Теперь она обхватывала одну из круглых ягодиц Наруто. «Ты тоже так чертовски вкусно». Саске сжал его ягодицу, отчего Наруто застонал. «Мне тоже нравится, как ты пахнешь». Наруто сходил с ума, его чувства были перегружены запахом Саске и жаром его рук и губ. Учитывая, как бурно развивались события на кухне, секс не казался таким уж нереальным. Саске тоже должен был испытывать желание, верно? Не только Наруто думал и надеялся, что альфа подарит ему больше, чем просто эти поцелуи. Погоди… кухня? Кухня! «Сорен!» — глаза Наруто распахнулись. Он толкнул Саске в грудь, отталкивая альфу. «Мы не можем, Сорен, он…» «Спит», — закончил Саске. Он нежно обнял Наруто за плечи и повернул его к Сорену в гостиной. Тот действительно крепко спал. Его хватка на плюшевой игрушке ослабла, а губы слегка приоткрылись, и он тихонько вздохнул. «Я убедился, что он спит, прежде чем поцеловать тебя». «Но…» Наруто был в замешательстве. Сорен проснулся всего несколько минут назад. Он даже не заметил, как Саске проверил его перед поцелуем. «Он был очень занят. Он устал», — объяснил Саске, видя замешательство Наруто. «Иди сюда». Саске схватил Наруто за подбородок и снова соединил их губы. Он вдохнул, вдыхая его персиковый аромат. Наруто запротестовал, все еще смущенный и испытывающий дискомфорт из-за присутствия Сорена, но тут Саске снова облизнул губу, и Наруто почти растаял. Такое влечение было опасным. Такая физическая совместимость была опасной. Все в этом было опасно . Но его тревоги отошли на второй план, когда Саске продолжил целовать его. «Что сказал Саске?» — тихо спросил Хаку. Кофеварка тихонько капала, из неё выливался горячий напиток. Завтрак, который Хаку усердно готовил, шипел на горячей сковороде на плите. А телевизор в соседней гостиной тихонько показывал какое-то реалити-шоу, которое Хаку смотрел прошлой ночью. Это было совершенно обычное утро в доме Учиха, но хмурый вид и общее мрачное настроение Итачи не вписывались в эту обыденность. «Ты вчера так поздно вернулся домой, что я не успел спросить». Итачи поставил свою кофейную кружку. «Он не хотел меня слушать». Итачи пытался заставить брата послушать, но тот просто не слушал. Он был так твёрдо уверен в своём выборе, что Саске не изменил своего решения даже при упоминании о грядущих неприятностях, которые может принести их отец. Хаку вздохнул. Он выключил конфорку, добавил два кусочка сахара и немного молока в кружку, а затем сел за стол к Итачи. Он устроился прямо на коленях Итачи. Его тело так легко помещалось на крепких бёдрах альфы. Даже будучи на шестом месяце беременности, Итачи без труда поднимал его. Это было одним из немногих преимуществ его естественной миниатюрности. «Он всегда был безрассуден. Не вини себя за это, Тачи». Хаку отставил кружку в сторону и потёр Итачи по плечу. Итачи расслабился под успокаивающим ощущением пальцев омеги, но не мог в полной мере насладиться им. Закрыв глаза, он увидел лицо Саске. Если бы ему удалось убедить Саске арендовать помещение, чтобы оставить омегу на некоторое время, пока всё не успокоится, он бы чувствовал себя менее напряженным. Но, учитывая текущее положение дел, Саске вряд ли бы на это пошёл. «Это не безрассудство, а упрямство. Не понимаю, почему он меня не слушает! Всё дело в омеге». «О? Наруто-кун, да?» — Хаку успокаивающе взмахнул рукой, глядя на растерянное лицо Итачи. Итачи ещё не назвал Хаку имя омеги, поэтому не был уверен, откуда тот его знает. «Его имя уже называли в новостях. Наруто Узумаки , кажется, он воспитатель детского сада». «Это было быстро», — Итачи был слегка впечатлён скоростью. «Ну, конечно. Им больше нечем заняться, кроме как лезть в чужие дела», — раздраженно фыркнул Хаку. «И вообще, как там Саске с ним? В новостях пишут, что они тайно поженились или что-то в этом роде». « Ну», — Итачи вспомнил, что видел вчера. Саске вёл себя как альфа и его партнёр. «В новостях любят преувеличивать, что они не женаты, но, кажется, нет, я знаю, что он влюблён в эту омегу», — признался Итачи, отчего Хаку тут же ахнул. «Так они встречаются?» Хаку был возмущен, и не без оснований. Он, как и Итачи, и весь остальной мир, наблюдал за плейбойской тактикой Саске. Он встречался с одной женщиной за другой, но ни с одной из них не заводил серьёзных отношений. Даже с матерью своего ребёнка. Казалось, он всегда выбирал партнёрш, которые ему не подходили. Подумать только, омега — та, с которой он наконец-то решил остепениться... Хаку определённо никогда не рассматривал такую возможность. Он считал, что Саске не может быть близок с омегой, не говоря уже о том, чтобы влюбиться. Он совершенно ничего не понимал в омегах, когда Хаку давал ему небольшие уроки о них. Саске никогда не показывал вида, что заинтересован в отношениях с кем-то из них или даже в постели. Это было просто немыслимо. «Они пока не встречаются. Но кто знает, в каком статусе их отношения сейчас? Судя по тому, что я видел вчера, меня не удивит, если мой брат в течение недели укусит эту омегу за шею». «Серьёзно?» — Хаку широко раскрыл глаза, а рот слегка приоткрылся, но с каждой секундой его мягкие черты лица стали самодовольными. «Молодец он, молодец они оба». «Что?» Итачи посмотрел на Хаку так, словно тот сошёл с ума. «Я же сказал, молодцы!» — повторил Хаку так же самодовольно, как и в первый раз. «Саске давно пора найти себе кого-нибудь, с кем он сможет остепениться! Ну же, Тачи, ты тоже так думаешь? Я уже начал волноваться, наблюдая, как все его отношения рушатся одна за другой. Я уже начал думать, что он никогда не найдёт себе пару! Надеюсь только, что он выбрал хорошую, чтобы надеть кольцо!» «Ты это серьезно?» Хаку пожал плечами: «Я абсолютно серьёзен. Наличие нескольких партнёров не пошло Сорену на пользу. Сорену нужна стабильность. Я почти не вижу своего племянника, и даже я видел, что он в ней нуждается. К тому же, альфа без пары — это грустно и опасно». «Ты говоришь точь-в-точь как он», — Итачи цокнул зубом. Неужели он единственный, кто видит здесь здравый смысл? «Ты же знаешь, что это нехорошо. Ты же знаешь, что сделает мой отец, если Саске начнёт встречаться с Наруто». «Уверен, это очередная охота на ведьм». Хаку закатил глаза, вспоминая. «Но кого это волнует? Посмотри на нас. Мы же выжили, правда?» Хаку провёл рукой по груди Итачи, прижимая её к твёрдым щекам, проглядывающим сквозь мантию, затем скользнул пальцами вверх, пока они не обхватили мягкие чёрные волосы Итачи. «Думаю, всё сложилось для нас весьма удачно, не так ли?» Хаку поцеловал уголок губ Итачи, задержавшись губами на коже, пока он продолжал говорить: «Прошли годы с тех пор, как твой отец сказал мне, что я никогда не буду достаточно хорош для тебя или недостаточно силён, чтобы родить тебе детей. Я с гордостью поддерживал тебя все эти годы, носила твоё имя так же гордо, как любая невеста из клана Учиха, и родила тебе двоих детей», — Хаку обхватил живот свободной рукой и погладил его. «Скоро у тебя будет трое детей, и что сделал Фугаку? Игнорировал нас? Презирал? Изгнал, словно нас больше нет? Это ничего. Саске сильный, он тоже справится. Тебе нужно поддержать его, а не пугать его угрозами того, что сделает Фугаку. Саске заслуживает возможности влюбиться в кого захочет, как это сделал ты». Итачи сделал глубокий вдох. Его омега был хорош. Играл на нём, как на скрипке, на которой только он и умел играть. Хаку знал, что эта лёгкая близость успокоит Итачи лучше любого кофе или разговора. И в его словах не было ничего плохого. Его младший брат действительно заслуживал влюбиться, испытать счастье и всё такое... «Хмм? Значит, ты поддержишь их отношения?» Хаку поцеловал Итачи, ожидая ответа. Их губы снова встретились, как только они оторвались друг от друга. Взаимная жажда разгоралась между ними без малейших усилий. Иметь пару означало вечно жаждать её. «Для них всё будет по-другому. Ты же знаешь», — говорил Итачи, но не слушал ни слова. Хаку покусывал его за шею. Его маленький язычок, словно котёнок, оставлял дорожки над пульсирующей точкой, прямо над меткой. «Чего не будет, Итачи?» — Итачи больше не мог выносить то, как Хаку промурлыкал его имя. «Ты, мерзкая девчонка, — прошипел Итачи, хватая Хаку за задницу. — Твоя власть надо мной не знает границ. Если тебе это понравится, я поддержу их!» Итачи был твёрд и не из тех, кто сдерживается, особенно когда его омега сам напрашивался на это. Быстрым движением Итачи отодвинул стул, убрал со стола хлам и кружки и швырнул Хаку на кухонный стол. «О, что? Ты собираешься взять меня прямо здесь, большой и злой альфа?» — кокетливо спросил Хаку. Он захлопал ресницами и вытянул шею назад, подставляя её своему альфе. Он показывал знак покорности, несмотря на свои колкие слова. Итачи прорычал: «Дети?» — спросил Итачи, срывая с Хаку пижамные штаны. Его пальцы, уже знакомые с опытом, скатывали тугой чёрный шёлк нижнего белья Хаку с его округлых бёдер. Он с лёгкостью поднял ноги Хаку и раздвинул их, открывая омегу только ему. «Спят. У нас еще пятнадцать минут, прежде чем мне придется их разбудить», — пробормотал Хаку, задыхаясь, когда Итачи погрузил в него свои толстые пальцы. «Хорошо. Не думаю, что я долго продержусь». Итачи готов был кончить, увидев Хаку на столе, с раздвинутыми ногами и выпирающим животом между ними. А потом ещё и лицо. Всегда такое красивое, с глазами, всегда полными любви. Его омега. «Хорошо», — передразнил Хаку беззаботным голосом, — «потому что мне придется убрать кофе, который ты пролил на пол, а потом приготовить нашим детям завтрак, так что поторопись и трахни меня, Тачи!» Итачи рассмеялся: «Да», это был обычный день в семье Учиха. Абсолютно обычно. Наруто сделал глубокий вдох, успокаиваясь. «Дыши, просто дыши», — напомнил он себе, прежде чем его охватило волнение. Прошло всего несколько часов, буквально несколько часов, с тех пор как в новостях сообщили, что они всё ещё не уверены, кто он. Эта частичка уединения давала ему подобие душевного спокойствия, пока он спал ночью. Если они не знали его имени, то не могли знать его по-настоящему. Они могли бы строить любые предположения, но это были бы всего лишь предположения . Для них он был бы просто лицом, и ничем больше. Удивительно, как много перемен может произойти за несколько часов. Группа папарацци столпилась у небольшого входа в детский сад. Не было нужды строить догадки: они узнали его имя и адрес работы. Как они это выяснили? Наруто хотел узнать, было ли это старомодным шпионажем или кто-то продал его личность СМИ. Печальная правда заключалась в том, что, каким бы способом это ни было сделано, дело уже было сделано. Его последний кусочек личной жизни был потерян. «Ма-кун, эти люди тоже следовали за нами сюда?» — простонал Сорен с заднего сиденья машины. В его голосе слышались нотки сонливости, но Наруто всё ещё слышал в нём нотки разочарования. Наруто прекрасно понимал чувства Сорена. Он тоже был разочарован. Он надеялся наконец-то отдохнуть от всего этого внимания на работе. Как и сказал Итачи в тот день, когда он посетил пентхаус, покинуть его было настоящим адом . Саске ушёл ещё утром; он своими глазами видел, что новый день привлёк к ним домой ещё больше людей. Поэтому он велел Наруто уехать через чёрный ход. Он велел парковщику припарковать его запасную машину в безопасном месте и подождать, чтобы Наруто и Сорену оставалось только спуститься по аварийной лестнице, сесть в машину и уехать. Но Наруто, когда он наконец добрался до чёрного хода, упёрся в горячую чашу реальности. Саске даже не подозревал, что сзади будут ещё и репортёры. Камер было меньше, чем спереди, но их всё равно было достаточно, чтобы сердце Наруто забилось чаще, когда он быстро пристегнул Сорена в автокресле и уехал. «Прости, детка. Я не знал, что они тоже здесь». Наруто был рад, что стёкла машины тонированы. Он видел папарацци, но они не видели его и Сорена... по крайней мере, пока. Он не был готов снова столкнуться с ними. Адреналин всё ещё был на пределе после хаоса, связанного с попыткой выбраться из пентхауса. Если он чувствовал то же самое, то был уверен, что Сорен чувствует то же самое. Он снова взглянул на Сорена в зеркало. Из-за пушистой зимней куртки и шапочки тот выглядел как пушистый комочек в автокресле. Даже его маленькие белые перчатки дополняли общую зефирную ауру. Сходство было не случайным: Наруто специально украсил свой сладкий зефирный леденец таким образом. «Почему?» Сорен привык к вниманию публики, но никогда оно не достигало таких масштабов. Он не знал, что это внимание распространится и на места, которые обычно были для него «безопасными зонами», например, на школу. «Почему они здесь, Ма-кун?» Сорен был в курсе сложившейся ситуации, но не всей. Ни он, ни Саске не считали, что Сорену нужно знать основные детали этого нового внимания, а всё потому, что Наруто был омегой, которого подозревали в отношениях с Саске. Но, поскольку эта суматоха, похоже, не собиралась утихать в ближайшее время, Наруто, вероятно, придётся спросить Саске, стоит ли рассказывать Сорену всю правду. Да, теперь он мог принимать решения о воспитании детей, поскольку Сорен теперь принадлежал ему, но для такого серьёзного разговора сначала требовалось одобрение Саске. Пока что Наруто мог лишь туманно сказать Сорену, что людям интересно им, что он и сделал. «Помнишь, что сказал папа? Они хотят узнать обо мне больше, поэтому следуют за нами, куда бы мы ни пошли». «О да! Я защищу тебя, Ма-кун!» Сонные глаза Сорена вспыхнули яростным огнем. Наверное, Наруто впервые видел его таким бодрым в это время утра. Раньше, когда Сакура, а позже и Чиё приводили Сорена в детский сад, он всё ещё был полусонным. Он плелся в детский сад с полуприкрытыми глазами. «Готов?» Наруто нажал кнопку, заглушая машину. Он оглянулся через плечо на Сорена. Как бы приятно ни было сидеть в машине, ему нужно было успеть на работу. Он и так уже достаточно долго задержался из-за хаоса, возникшего при выезде из гаража, изо всех сил стараясь никого случайно не задеть. Если он ещё немного замешкается, то официально опоздает. Такая роскошь не по карману омеге вроде него. «Нам придётся поторопиться, хорошо?» «Нет!» — Сорен быстро кивнул. Он отстегнул ремень безопасности и потянулся к соседнему сиденью за рюкзаком. Наруто хихикнул, как мило выглядел Сорен, закутанный в зимнее пальто, с маленькими ножками в ботинках, свисающими с автомобильного сиденья. Миловидность Сорена немного смягчала его остроту. Он просто переживёт это и проведёт день как обычно. К тому же, его ждало кое-что интересное. Саске сказал, что сегодня они все пойдут на обед в небольшой частный ресторан. Как только они вышли на улицу, Наруто схватил Сорена и протолкнул их сквозь толпу. Он пытался поступить так же, как Итачи, игнорируя их, словно мух на стене, но у него не было той грации, что была у Итачи. Он не мог скрыть эмоции и сделать вид, что все эти вспышки и крики его не трогают. Он не знал, как Итачи это делает, но уж точно не мог. « Наруто-кун, это правда, что ты на третьем месяце беременности?» « Вы считаете, что вам повезло поймать одного из самых востребованных альф во всей Японии?» « Ты собираешься выйти замуж за Саске-сана?» « Можете ли вы рассказать нам, какие у вас отношения с Саске-саном?» Наруто дрожал; каждый шаг казался долгим. Единственное, что удерживало его на ногах, — это вес Сорена на руках. « Наруто-кун, пожалуйста, прерви молчание. Ты держишь в напряжении всю Японию. Дай нам что-нибудь!» Наруто узнал эту женщину. Это была та самая репортёрша, которая вчера брала интервью, точнее, её донимала Сакура перед их зданием. Наруто запомнил её по отталкивающей улыбке. Зубы у неё были настолько белыми, что ослепляли, а губы были тонкими и растянутыми в широкую, как на экране, улыбку, которая выглядела совсем ненастоящей. Она стала непреодолимым препятствием, когда сунула микрофон ему в лицо. Он моргнул, когда оператор навёл свой блестящий объектив на него и Сорена. Маленькая красная кнопочка на блестящей камере означала, что его снимают, и, что хуже всего, это, скорее всего, транслируется в прямом эфире. « Когда ты познакомился с Саске-саном? Как давно ты его знаешь? Правдивы ли слухи, что ты украл его у Сакуры-тян? Нарушь молчание!» Ноги Наруто замерли. Он почувствовал, как его рука сжалась в кулак и прижалась к бёдрам Сорена. Ему хотелось ударить её и выбить её идеальные зубы. Ему хотелось выбить их все. Ему хотелось кричать во всё горло, чтобы они оставили его в покое. Но он не мог. Не мог, и это убивало его. Он дрожал; он был так расстроен, что готов был расплакаться. Он собирался устроить этим людям шоу, в котором они, казалось, так отчаянно нуждались. Прямо здесь и сейчас он был в нескольких секундах от того, чтобы публично их разоблачить. Но тут заговорил Сорен. Произнёс слова, которые Наруто нужно было услышать. «Перестань кричать на моего Ма-куна!» — яростно крикнул Сорен. Демонстрируя всю храбрость, которой Наруто сейчас не хватало. Наруто оправился от почти эмоционального срыва. Он никогда не устроит этим людям шоу, которого они так жаждали. Он крепче прижал Сорена к бедру и протолкнулся мимо репортёра. Он поставил Сорена на землю, как только они оказались в душных коридорах детского сада. «Спасибо, Сорен-кун». Сорен лучезарно улыбнулся. Наруто не был уверен, понял ли Сорен вообще, что он только что для него сделал, но Наруто всё равно был бесконечно благодарен. Его сладкий маленький зефир всегда придавал ему сил. «Прежде чем ты нападёшь на меня, просто знай, что я сделал это только потому, что волновался». Кисаме вошёл в кабинет Саске с поднятыми руками в знак капитуляции. « Брат ... ты настучал на моего брата». Саске швырнул карандаш в голову Кисаме. «Правда?» «Ты правда не оставил мне выбора!» Кисаме поднял карандаш и спрятал его за ухо, продолжая улыбаться своей раздражающей улыбкой, которая, казалось, никогда, черт возьми, не сходила с его лица. «Мой БРАТ, ты придурок?!» На этот раз Саске схватил ручку и бросил её прямо в лоб Кисаме. На этот раз ручка попала в лоб с приятным стуком, который лишь на несколько секунд успокоил Саске. Даже если бы он бросил в Кисаме все ручки и карандаши в своём кабинете, он всё равно был бы недоволен. Он вздохнул и, опершись головой на переплетённые пальцы, бросил на Кисаме сердитый взгляд. «Ты закончил драматизировать?» Кисаме взял ручку и засунул её за другое ухо. «Заткнись. Зачем ты сюда пришёл, если не из-за моего драматического поведения? Ты что, ждал объятий?» «Конечно, нет». Кисаме плюхнулся на один из блестящих круглых стульев перед столом Саске. «Они новые? Похоже на то», — Кисаме поморщился. «Тебе стоит сказать Ино-чану, чтобы заказал тебе новые, эти совсем неудобные». "Кисаме!" «Ладно, ладно, чёрт. Я просто пришёл узнать, как прошла твоя встреча с братом. Знаешь, я волнуюсь, даже если ты так не считаешь, и, раз уж мы заговорили об этом, должен добавить, что меня задевает то, что ты думаешь, будто мне всё равно». «Фу», — Саске захотелось встать и сделать себе выпить, но было ещё слишком рано. Впрочем, раньше это его никогда не останавливало... «Всё прошло именно так, как вы и думаете». «Все настолько плохо?» «Ты действительно думал, что всё пройдёт хорошо?» «То есть нет, но... что именно сказал Итачи-сан?» «Он сказал именно то, что и ожидалось! Он не хочет, чтобы я была с Наруто. Он считает, что мне следует держаться от нас подальше, пока всё не уляжется, а потом возобновить наши отношения, когда мой отец перестанет что-либо подозревать». «Это хороший план, конечно, Итачи-сан должен знать хорошее решение... погодите, отношения?» Глаза Кисаме вылезли из орбит. «Вы с Наруто-куном официально начали встречаться? С каких это пор! Скажи мне, что ты шутишь!» «Нет, ты же понимаешь, о чём я». Это был уже второй раз, когда Саске обвиняли в отношениях с Наруто от кого-то из близкого окружения. Честно говоря, чем больше он об этом думал, тем меньше эта мысль казалась ему безумной. Если бы Кисаме жил с омегой и подвергал бы себя такому же риску ради омеги, как Саске, то он бы точно так же подумал. Но и Итачи, и Кисаме ошибались: он не встречался с Наруто. Несмотря на чувства к Наруто, они не встречались. Не имело значения, что всякий раз, когда Саске смотрел на Наруто, он мог думать только о том, как бы наклонить его и засунуть в него свой член, или почувствовать его запах, или снова и снова целовать эти нежные розовые губы, или просто прижать к себе любым способом, который Наруто ему позволит, – нет, всё это не имело значения. Это не означало, что они встречаются… нет, совсем нет. «О». Кисаме, глядя на лицо Саске, не выглядел совершенно убеждённым, но благоразумно решил не комментировать. «Итак, ты собираешься последовать его совету?» «Чёрт возьми, нет. Я же тебе уже сказал, я не прячу Наруто!» «Почему ты просто не можешь его послушать?» Кисаме раздраженно вздохнул. «Итачи-сан знает, как...» «Мне плевать, что мой брат думает, будто знает, как лучше! Чёрт, я не понимаю, почему ты вечно лезешь к моему брату в задницу! Я не такой, как ты. Я не считаю, что каждое слово Итачи — это, блядь, закон, которому нужно следовать!» Кисаме молчал. Если он и был оскорблён, то виду не подал. «Ладно, не слушай. Но ты пожалеешь». "Как скажешь." Саске чувствовал себя ребёнком, срываясь на Кисаме. Он не злился на Кисаме. Кисаме был раздражающим, но он был хорошим другом. Саске просто был так раздражён, что вымещал свою злость не на том человеке. Чёрт, почему всё должно быть так сложно? Он не чувствовал себя таким неуверенным и неконтролируемым с самого детства. Но он больше не был ребёнком. Теперь он был полностью способен принимать собственные решения, и тот факт, что в этой ситуации он не мог этого сделать, расстраивал его. Он сказал, что не собирается прятать Наруто, но сейчас сомневался, будет ли глупо не сделать этого. Они смотрели друг на друга в гнетущей тишине, пока Кисаме наконец не сдался. Он никогда не мог долго молчать. Его большой рот постоянно что-то изрыгал. «Если ты не собираешься делать то, что хочет Итачи, что ты тогда собираешься делать?» «Не знаю». Это была чистая правда. Саске не знал, что, чёрт возьми, делать. «Ну, тебе лучше поторопиться с чем-нибудь, потому что я сомневаюсь, что эта ситуация может долго сохраняться». «Знаю, жду звонка от отца со дня на день». Саске изо всех сил старался не думать об этом. Если бы отец позвонил ему сейчас, он бы буквально не знал, что сказать. Он прекрасно понимал, что его решение оставить Наруто рядом приведёт к тому, что ему придётся отвечать отцу за то, почему он решил ему перечить. Но теперь, когда это стало правдоподобной реальностью, Саске уже не чувствовал себя таким смелым, как раньше. Слова Итачи заставили его взглянуть на ситуацию иначе. До их разговора Саске ожидал такого же наказания, как Итачи, но теперь всё было не так радужно. Невозможно было предсказать, что предпримет отец. Это осознание потрясло его настолько, что он уже хотел спрятаться, но тут появился Наруто, и кажущийся глупым страх сменился решимостью оставить Наруто рядом. «Я не имел в виду Фугаку-сана», — Кисаме сделал лицо, выражающее недоверие тому, что Саске так точно не понял его мысли. «То есть, да, и его тоже, но я не о нём говорил. Я говорил о Наруто-куне». Теперь пришла очередь Саске скорчить гримасу. Он потребовал от Кисаме объяснений. Он начал терять терпение, когда другой альфа спросил его: «Правда?», а затем, наконец, доконал его пронзительным взглядом. Кисаме достал телефон и включил видео. Это был новостной репортаж. Отметка времени внизу показывала, что это было час назад. Он сразу узнал фасад детского сада Сорена. «Что это? В последний раз, когда ты показывал мне видео...» «Просто смотри». Кисаме перемотал видео до нужного места. «Смотри». Саске наблюдал, как репортёры окружили Наруто. В какой-то момент казалось, что он вот-вот расплачется, но Сорен встал на его защиту. Репортёр, комментировавший эту сцену, произнёс тоном, предназначенным для сплетен: «Видите, Сорен-кун действительно защищает предполагаемого омегу-возлюбленного Саске Учихи, что просто завораживает. Он так похож на Саске! Это всегда красноречивый знак, когда новый возлюбленный связан с ребёнком! Я уже слышу свадебные колокола! Как ужасно, что он выбрал омегу!» «Не думаю, что Наруто-кун сможет всё это выдержать. Даже я бы не смог!» — Кисаме указал на многочисленные камеры вокруг Наруто, чтобы подчеркнуть свои слова. «Я найму охрану, я…» Саске потерял ход мыслей, наблюдая за тем, какими маленькими Сорен и Наруто выглядят среди всех остальных. Их было так мало, что если бы кто-то из них попытался причинить вред Сорену или Наруто, это было бы так легко. Саске выругался. Он не думал, что СМИ действительно нападут на Наруто. Если бы он знал, он бы сам отвёз Наруто и Сорена. «Я посмотрел это видео раз пять и понял, что омеги — не такие, как мы. Такие вещи их пугают». «Знаю». Саске знал, что Наруто силён, но это не меняло того факта, что он всё ещё был омегой. Всё сводилось к инстинктам, как и Наруто, когда тот впервые встретил Итачи. Если бы альфа-папарацци загнал Наруто в угол и выдал свой запах, неизвестно, что он мог бы с ним сделать. Неудивительно, что Итачи переехал в пригород. Он бы и глазом не моргнул, зная, что Хаку постоянно в такой опасности. И это было только начало. «Эй, не стоит так напрягаться. Знаю, тебе неприятно это слышать, но ты всегда можешь поверить Итачи-сану. Доверься ему. Он знает, о чём говорит». Кисаме встал. «Увидимся позже, мне нужно сбегать по поручению Пейна». Кисаме потянулся, готовя мышцы к предстоящему заданию, и ушёл. Саске не мог поверить, что он действительно обдумывает совет брата, хотя заверил Наруто, что даже не подумает об этом. Но как иначе? В данный момент он не видел другого выхода. Несколько стражников не смогли бы защитить от целой толпы... Нет, должен быть другой выход. Он не собирался прятать Наруто. День тянулся медленно. Наруто наслаждался его однообразием. Общение с учениками было словно чашка тёплого чая после проливного дождя. Это было просто утешительно. За выходные произошло так много хорошего. Например, Сорен стал его, Саске предложил ему переехать, и его «отношения» с Саске в целом (какими бы неясными они ни были), но было и много плохого. Например, вся эта история с Какузу и, конечно же, всё это новое внимание. Можно было с уверенностью сказать, что жизнь Наруто была совсем не такой, как в последний раз, когда он был в классе. Но со всеми учениками Наруто чувствовал себя под контролем, и его радовало, что хотя бы это неотъемлемое чувство комфорта осталось прежним. Наруто стало теплее на сердце, когда он увидел, как Сорен смело (ну, для Сорена, который раньше всегда был один) сидит со своими сверстниками и лепит снеговика из огромных пушистых ватных шариков и блесток. «Я сделала это для тебя, Сорен-кун». Айто, маленький блондин-омега цвета клубники, который так переживал из-за отсутствия Сорена на прошлом уроке, робко протянул Сорену снежинку, сделанную из палочек от мороженого и белой блестящей краски. Наруто с улыбкой отметил, что он справился с ней просто потрясающе. Сорен стал менее застенчивым, чем раньше, но всё ещё оставался Сореном. Он был застенчив, когда дело касалось таких вещей. Сорен долго смотрел на подарок, пока пухлые щёчки Айто не покраснели. Честно говоря, это было так мило, что Наруто захотелось сфотографировать его и отправить Саске. «С-спасибо». Сорен взял сверкающую снежинку и склонил голову в знак благодарности. Он рассматривал снежинку, не совсем понимая, что с ней делать. Айто смотрел на Сорена, и в его глазах загорались звёздочки. Наруто был уверен, что Сорен мог бы просто засунуть снежинку в свой шкафчик и спокойно жить, и Айто был бы этому рад. «Почему ты слепил только одного для Сорена-куна, Айто-кун?» — заныл Инари. Он лепил снеговика рядом с Сореном. Он изо всех сил старался сделать своего снеговика больше и пушистее, чем его собственный. Впрочем, он не был склонен к искусству, поэтому ему не удалось слепить снеговика такого размера, как хотелось бы. Айто сердито посмотрел на темноволосого альфу, словно хотел отомстить ему за то, что тот помешал ему. «Потому что я могу!» «Да, и зачем Айто-куну тратить на тебя свои блёстки и краски?» — спросила Хана, подруга Айто, тоном взрослого человека, каким его делают дети, подражая родителям. «Потому что я лучше его!» — крикнул в ответ Инари. «Нет-нет! Даже за миллиарды миллиардов лет ты не станешь лучше Сорена-куна!» — возразил Айто, его оскорбило то, что Инари вообще сказала такое. «Дети, хватит. Мы должны быть добры друг к другу», — отрезал Наруто. Казалось бы, положив конец спору, но тут Инари выпалил ещё одно оскорбление быстрее, чем Наруто успел его заставить замолчать. Он просто не мог молчать, особенно когда ему отвечал омега. Его альфа-характеристика была ему не по душе. «Если Сорен-кун настолько лучше меня, то почему у меня есть мама, а у него нет! Я лучше!» Инари высунул язык, глядя на искаженное болью лицо Айто. Он выиграл этот небольшой спор и понял это по молчанию Айто. Наруто бросил на Инари суровый взгляд, мгновенно стерший самодовольное выражение с лица маленького альфы. Наруто приготовился. Сорен был очень чувствителен к этой теме. В последний раз, когда ему пришлось говорить о матери в классе, он разрыдался. Он лихорадочно пытался придумать, что сказать, чтобы разрядить обстановку. Нужно было наказать Инари, но сначала, как всегда, Сорен. Наруто попытался обнять Сорена, но тут Сорен закричал. «У меня есть мама!» Инари покачал головой: «Нет, не надо! Моя мама сказала, что твоя мама не живёт с тобой! Мамы должны жить с тобой!» «Нет, он такой», — Сорен указал своим маленьким пальцем на Наруто. «Моя мама прямо там, и он живет со мной!» Заявление Сорена заставило Инари отшатнуться. Он был ошеломлён. Как и Наруто. Но не по той причине, по которой был ошеломлён Инари: он искренне восхищался тем, что Сорен считает его своей матерью. Услышав, как Сорен заявляет это так гордо и без малейшего колебания, Наруто улыбнулся. «Инари, иди в угол и подумай о своём поведении на уроке. Я знаю, Комару-сан не обрадуется, узнав о твоём поведении сегодня на уроке». Плечи Инари поникли при упоминании о матери. Он с трудом дотащился до деревянного стула в углу комнаты и плюхнулся на него, надув губы и скрестив руки на груди. Он ненавидел, когда его ругали, пожалуй, даже больше, чем проигрывать в споре. «Что ты имеешь в виду, когда говоришь, что Наруто-сенсей — твоя мама, Сорен-кун?» — смело спросил Айто. «Д-да. Моя мама тоже сказала мне, что твоей мамы больше нет, но она сказала, чтобы я ничего не говорила», — добавила Хана полушепотом. «Наруто-сэнсэй — моя мама. Что, так сложно получить?» — нахмурился Сорен. Наруто видел, что его ребёнок расстроен. Он и так справлялся со всем этим вниманием СМИ, а тут ещё и это. Понятно, почему Сорен раздражался. «Айто-кун, Хана-тян, можете ли вы уделить нам минутку?» Два омеги ловко кивнули. Они взялись за руки, подпрыгнули к куче пенопластовых деталей и начали строить замок. Айто каждые несколько секунд поглядывал на Сорена, чтобы убедиться, что с альфой всё в порядке. «Сорен-кун, ты можешь пойти со мной?» Инари усмехнулся: «Наконец-то сэнсэй на тебя накричит». «Инари-кун, повернись лицом к стене и подумай о своих действиях. Я ещё не говорил, что тебе можно остановиться», — предупредил Наруто. Инари сердито посмотрел на него и еще сильнее вжался в кресло, повернув лицо к стене. Сорен последовал за Наруто в коридор. Наруто опустился на колени. Он положил руки на напряженные плечи Сорена. «То, что сказал Инари-кун…» Наруто наклонил голову, чтобы поймать взгляд Сорена. Это было важно. «Был неправ. Я…» Наруто попытался выразить свои мысли так, чтобы их мог понять даже пятилетний ребенок. «Ты же знаешь, я люблю тебя. Я тебя обожаю», — щёки Сорена надулись, и на губах расцвела улыбка. Несмотря на плохое настроение, он не мог не улыбнуться этим словам обожания. «Я тоже тебя люблю, Ма-кун», — ответил Сорен. «Я знаю, что ты это делаешь. Я…» Наруто не объяснил Сорену подробностей решения Саске сделать его постоянным опекуном Сорена. В отличие от ситуации со СМИ, Наруто мог объяснить это Сорену без одобрения Саске. Дело не в том, что он откладывал; он просто не знал, как это объяснить. Как выразить словами такое? Наруто глубоко вздохнул и просто сказал то, что чувствовал в глубине души. «Хотя я и не рожал тебя, я считаю тебя своим сыном. Я хочу, чтобы ты знал, что я всегда буду в твоей жизни, Сорен-кун. Я никогда тебя не оставлю, потому что я…»… « Я твоя мама …» «Я твой Ма-кун». Сорен покраснел и кивнул. Он опустил голову так, что чёлка закрыла глаза, и резко кинулся в объятия Наруто. Он уткнулся лицом в его грудь, словно пытаясь втиснуться в него. Наруто улыбнулся и обнял Сорена в ответ. Он не отпускал его, пока Сорен не закончил. «Я-я никогда не прощу тебя, если ты бросишь меня, как моя другая мама, Ма-кун!» — Сорен шмыгнул носом. Его бросили, но это было нормально, ведь Наруто всегда был рядом, чтобы всё исправить. Он никогда не покидал Сорена. Он поцеловал Сорена в щёку и провёл пальцами по его волосам. Сорен закрыл глаза и позволил матери излить на него всю свою ласку. Именно такой ласки он был лишён своей родной матерью. Это был момент, который был нужен им обоим. Звук прочищения горла заставил Наруто вздрогнуть и поднять голову. «Узумаки-кун, что ты делаешь?» Это был не вопрос, а обвинение. Наруто побледнел. Почему из всех людей это должна была быть именно она? «Томей-сан, я…» Наруто знал, как это выглядит в глазах его босса. Он обнимал ученика, прикасался к нему и, что ещё хуже, вытащил Сорена из класса, подальше от остальных. Его боссу это показалось крайне неуместным. «Могу объяснить, это не то, что ты думаешь!» Наруто вскочил на ноги, готовый защищаться. «Не нужно объяснять, Узумаки-кун. Я буду ждать твоё письмо об отъезде на моём столе к концу дня». «Н-но, нет! Я ничего плохого не сделала! Пожалуйста, Томей-сан, это работа моей мечты. Я люблю своих учеников, мне нравится здесь работать! Вы не можете просто так меня уволить!» «Тебе следовало подумать об этом, прежде чем приводить этот цирк в мою школу». Наруто вдруг понял. Томей увольняла его не из-за сцены между ним и Сореном, свидетельницей которой она стала. Нет, она приняла решение уволить его задолго до этого. Возможно, ещё в тот момент, когда видео с ним в кафе стало вирусным, она решила его отпустить. Она бы уволила его сегодня в любом случае; ей просто повезло, что она наткнулась на него здесь. Томей прищурила свои чёрные глаза, и её взгляд стал угрожающим. «У меня был очень выгодный контракт с Учихой-саном, который обещал конфиденциальность его сыну при условии, что он сможет посещать мою школу отдельно. Если бы ты не связался с Саске-саном, Сорен-кун мог бы продолжить своё тихое обучение здесь, и ты бы сохранил свою работу. Но из-за твоего неконтролируемого омега-либидо мы больше не можем этого допустить. Я была неправа, наняв тебя. Твоё письмо, я хочу его получить к концу дня», — язвительно сказала Томей и ушла. По одному её языку тела Наруто понял, что никакие мольбы и уговоры не заставят её передумать. Работа, которую он так упорно добивался… вот так всё и закончилось. «Ма-кун?» — Сорен дёрнул Наруто за штанину. «Не грусти, ладно? Я всё ещё рядом». Наруто не позволял себе плакать. Он знал, что, переступив черту, он мог поступить неподобающим образом. Он сделал это, и, честно говоря, глядя на лицо Сорена, Наруто не жалел о своём выборе. Он так упорно трудился, чтобы получить диплом учителя, но весь этот тяжёлый труд ничего не значил, если Сорен не был в его жизни. «Давайте вернёмся в класс. Нужно сделать так, чтобы сегодняшний день закончился как-то особенно, ведь это мой последний день преподавания здесь». Ох, как же больно было произносить это вслух. «А потом мы встретимся с папой, верно?» — спросил Сорен, входя с Наруто в класс. Его руки легко нашли руки Наруто и сплелись. «Да, потом мы встретимся с папой и съедим что-нибудь вкусненькое». «Ура!» — воскликнул Сорен. Наруто улыбнулся. Это было так горько-сладко. Это была всего лишь очередная перемена в его постоянно меняющейся жизни. Саске взглянул на своё отражение в телефоне. Он пригладил волосы и отряхнул пыль с лацкана пиджака. Он почувствовал, как незнакомое беспокойство скручивает его внутренности. Это было для него совсем не необычным чувством, но ожидание появления Наруто вызвало у него именно такие чувства. «Узумаки-сан и Сорен-сан прибыли, Учиха-сан», — произнёс седеющий официант, его голос был подобающе вежливым на фоне мелодичных звуков скрипки, игравшей в нескольких шагах от него на возвышении. Саске арендовал весь ресторан на час. Обычно многолюдный ресторан теперь был пуст, если не считать нескольких сотрудников, таких как официант, скрипач и повара, которым Саске щедро заплатил не только за то, чтобы они остались и обслуживали гостей, но и за то, чтобы они молчали о его присутствии. Он не собирался рисковать конфиденциальностью, которую обещал Наруто этим утром. Он сказал, что здесь не будет прессы, и Саске был твёрдо намерен продолжать в том же духе. Однако ему пришлось приложить немало усилий, чтобы подготовиться. Поначалу он думал, что одного лишь расположения ресторана будет достаточно, чтобы обеспечить им уединение, но, увидев видео, которое так любезно показал ему Кисаме, он понял, что этого недостаточно. Поэтому, не раздумывая, он позвонил управляющему ресторана и попросил – скорее, настоял – закрыть ресторан и позволить ему есть там в обеденное время только ему и ещё двум гостям. В конце концов, Саске остался доволен своим решением. Теперь, когда ресторан был пуст, в нём царила атмосфера интимности. Он был уверен, что такое расположение успокоит Наруто и даст ему передышку от всех этих СМИ. Или, по крайней мере, именно к этому Саске стремился. Саске невольно выпрямился, увидев, как Наруто подходит к столику. Его щеки обдувало ветром, и они слегка покраснели, как и кончики ушей, которые Саске теперь мог видеть, потому что Наруто собрал волосы в полувысокий пучок. Он был выше, чем его обычный низкий пучок, который всегда лежал на затылке. Его стройные ноги выглядели соблазнительно в обтягивающих джинсах, а яркая желтая толстовка с рисунком, хотя и слишком большая для его маленького телосложения, тоже была привлекательной. Саске, вероятно, нашел бы бумажный пакет на Наруто привлекательным, так что, на самом деле, сейчас было все равно, что Наруто был одет. Сорен сидел на бедре Наруто. Его глаза горели любопытством, когда он обводил ими все пустые места в ресторане. «Только не говори, что это твоих рук дело?» Наруто тоже заворожило пустое помещение ресторана. В его голубых глазах горел тот же вопрос, что и у Сорена. «Сюрприз». Саске понравилось, как Наруто был впечатлён. Если бы Саске мог, он бы похлопал себя по спине. Это была определённо хорошая идея. Он чувствовал себя как ребёнок, которому вручили золотую звезду. Просто смешно, как он радовался, просто потому что сделал что-то, что сделало Наруто счастливым . Наруто усадил Сорена на место, а сам сел в своё мягкое кресло напротив Саске. Саске видел, как Наруто избавился от накопившегося напряжения. Его плечи расслабились, а черты лица приобрели безмятежное выражение. Спокойная обстановка уже начала оказывать на него благотворное воздействие. «Должен признать, это довольно мило. Хотя в любой другой день я бы этого не допустил». Наруто посмотрел ему в глаза. Внезапно он смутился. «Я не... как остальные, понятно? То есть, я не знаю, в курсе ли ты, но делать такие вещи — это безумие. Не ожидаю, что ты будешь тратить на меня столько денег». «Ты определённо не такой, как остальные», — Саске мог бы смело согласиться с этим утверждением. Несмотря на статус омеги, Наруто был другим человеком. Он был таким бескорыстным и таким лёгким в общении. «Я серьёзно, Саске-сан. Тебе действительно не обязательно это делать». «Я знаю, что не обязана, но мне хотелось. Я хотела дать тебе немного уединения. Ты этого заслуживаешь». Саске понимал, что преувеличивает, но это стоило того, когда румянец залил щеки Наруто, и тот прижался к нему всем телом. Иногда очаровывать Наруто было так легко. Это происходило почти инстинктивно. В прошлых отношениях это никогда не было так просто. Он был практически не в состоянии понять Сакуру таким образом. «Но почему?» Наруто отвёл взгляд в сторону и поиграл шёлковой салфеткой с лебедем, лежащей рядом со столовыми приборами. «Я просто твой… Я не твой любовник, так что…» «Ты не хочешь быть им?» — выпалил Саске. Ему не нравилось слышать, как Наруто считает себя не своим возлюбленным. Это казалось ему неправильным. Это злило его. Ему даже хотелось зарычать на Наруто за то, что он вообще признался в этом. Он понимал, что это безумие, ведь они не были возлюбленными. Он ясно дал это понять и брату, и Кисаме. Он и Наруто никогда не приглашал на свидание. «Ну, разве это не очевидно!» Наруто снова ощетинился взглядом, заставившим Саске почувствовать себя виноватым. Всё это время он, сам того не зная, водил Наруку за нос. Что ещё мог подумать омега, учитывая все поцелуи, которые Саске ему дарил? «Я бы никогда тебе не позволил…» Наруто метнул взгляд на Сорена, который с удовольствием играл с салфеткой в форме голубя, «никогда бы не позволил тебе поцеловать меня, если бы я сам этого не хотел». «Значит ли это, что если я предложу тебе стать моим парнем, ты согласишься?» Сердце Саске ритмично забилось в груди. Он никогда не боялся приглашать кого-то на свидание. Он всегда ожидал ответа «да», но с Наруто он не знал, согласится ли омега. Они только что познакомились, и всё было так сложно. Сейчас было не самое подходящее время для начала новых отношений. Но Саске всё ещё лелеял надежду. Он пристально смотрел в глаза Наруто, молча умоляя и надеясь, что тот согласится. «Наруто?» — Саске начинал терять терпение. Если Наруто собирался ему отказать, то он предпочёл бы, чтобы это произошло быстро, а не так долго. Он не мог справиться с этим ожиданием. Через мгновение Наруто покорно кивнул. Саске не мог усидеть на месте, потянулся через стол и взял руки Наруто, играющие с ним. Он отрицал заявления Кисаме и Итачи о том, что они с Наруто встречаются. Он игнорировал многочисленные подозрения СМИ о том, что они с Наруто – пара. Он должен был знать, что это неизбежно. Все эти поцелуи были не просто из желания остаться друзьями. Он хотел Наруто. Он хотел тех близких отношений, которые подразумевают звание любовников. В этот момент Саске хотел этого так сильно, что пугало то, как сильно это проявилось. Саске зарычал. Он отпустил руку Наруто и схватил его за подбородок. Он притянул Наруто к себе и поцеловал его. Собственнически, с хозяйским видом. Наруто смягчил губы, позволяя им стать нежными, чтобы Саске мог легко поцеловать его. Казалось, Наруто тоже этого хотел. Наруто так покраснел, что Саске захотел вывести его на улицу, на прохладный зимний воздух, чтобы тот мог остыть. Но, с другой стороны, было очень приятно видеть, как щеки Наруто покраснели только из-за него. Он чувствовал, как тепло согревает его щеку, прижатую к румяной щеке Наруто. «Нет, папочка!» — маленькая ладошка Сорена резко шлёпнула Саске по щеке. С такой силой, что Саске пришлось отстраниться от губ Наруто, потому что у него звенело в голове. «Не трогай так моего Ма-куна!» Саске усмехнулся, потирая жгучую щеку. «Прости, Рен. Папочка увлёкся. Он забыл о тебе». Он облизнул губы и снова жадно посмотрел на Наруто. Какой красивый омега! Саске снова захотелось его поцеловать. «Мне не нравится, когда ты так поступаешь с Ма-куном», — Сорен сердито посмотрел на него, его розовая нижняя губа так сильно выпятилась, что Саске едва сдержался, чтобы не рассмеяться — насколько это было мило. «Почему бы и нет? Помнишь, я говорил тебе в прошлый раз, что Ма-куну нравится, когда я так с ним делаю?» «Ну, мне это не нравится!» Сорен встал со своего места и устроился на коленях у Наруто. Он скрестил руки на груди и бросил на Саске взгляд, предвещавший неприятности, если тот снова осмелится что-то предпринять против Наруто. «А если я сначала спрошу разрешения? Тогда я смогу?» Саске улыбнулся. Наруто покачал головой, и его собственные губы блеснули улыбкой. Один взгляд на них вызвал у Саске желание поцеловать их снова. Чёрт, наверное, это желание останется с ним навсегда, ведь губы Наруто теперь так и манили к себе. «Ммм, нет!» — решительно сказал Сорен. «Даже если я попрошу?» «Мммм, нет!» — сказал Сорен после серьёзных раздумий. «Но теперь Ма-кун тоже принадлежит папочке, так что будет справедливо, если ты тоже поделишься», — Саске понизил тон, изображая невинность. Он проигнорировал ущипновение Наруто за ногу под столом. «Нет!» — крикнул Сорен. Он извернулся и обхватил руками шею Наруто, повиснув на нём, словно обезьянка, вцепившаяся в свою мать. «Ма-кун мой! Точно, Ма-кун!» «Да, детка. Весь твой». Наруто кивнул. Он потёрся щекой о макушку Сорена. Его любовь к Сорену была настолько ощутимой, что Саске почувствовал тепло внутри. Он был почти уверен, что Наруто вырабатывает какие-то материнские гормоны, когда так ласкает Сорена, потому что Саске всегда чувствовал, будто его балует родная мать, только в более экстремальной форме, ведь его мать не любила обниматься. «Но мы должны поделиться с папой, ладно? Он ведь тоже меня любит». Наруто скосил взгляд на Саске. В его взгляде читался невысказанный вызов. «Мой. Подумал Саске. Он будет моим». «Только если я так скажу», — Сорен надулся, крепче обняв Наруто за шею. «Но я поделюсь только с тобой, папочка!» Наш. Саске поправил. «Это очень мило с твоей стороны, Рен». «Нет, я знаю, папочка», — высокомерно сказал Сорен. Наруто рассмеялся. Он поцеловал Сорена в щёку. «Знаешь, я действительно думал, что этот день был ужасным. Все эти камеры, а потом потеря работы, но я счастлив. Спасибо, зефирка, и тебе тоже, Саске». « Саске?» — переспросил Саске. Ему нравилось, как Наруто так фамильярно звал его по имени. Он и правда чувствовал, будто только что заслужил ещё одну золотую звезду. «Ну, теперь ты мой парень, так что да, Саске ». Наруто действительно выглядел таким счастливым, как он утверждал. «Подожди, тебя уволили?!» Наруто взмахнул рукой. «Давай не будем сейчас об этом. А сейчас просто закажем еду». Наруто потёр живот: «Я вдруг проголодался». «Йоу! Еда! Я хочу блины!» — поддержал Сорен. Наруто расхохотался. «Опять? Они были у тебя вчера и сегодня утром!» «Я хочу ещё, потому что они напоминают мне тебя, Ма-кун!» — Сорен застучал маленькими кулачками по столу. «Блины!» «Блины и фрукты?» — торговался Наруто. «Нет», — со вздохом согласился Сорен. «Но совсем чуть-чуть». Наруто промычал что-то в ответ. Сорен снова принялся играть со своей салфеткой, а Наруто равнодушно завязал его взъерошенные волосы в такой же пучок, как у него. Саске это очень понравилось. Ему понравилось спокойствие и уют этого момента. Если бы он знал, что Наруто станет его парнем, он бы в первый же день в детском саду встал на колени и умолял Наруто стать его. Ну, потихоньку. Наруто будет полностью принадлежать ему и Сорену, а если кто-то попытается встать у них на пути, он даст им знать. Саске ухмыльнулся. Он надеялся, что отец позвонит, потому что теперь знал, что сказать. Через час Саске решил оплатить ещё один дополнительный час, чтобы ресторан оставался открытым только для них. Этот короткий час обошёлся ему даже дороже, чем первый, но его это не волновало. Он вернётся на работу гораздо позже, чем планировал, но посчитает это поздним обедом. Это было одним из преимуществ положения сына генерального директора компании. Он слишком хорошо проводил время с Наруто и Сореном, чтобы уходить прямо сейчас. «Спасибо», — лучезарно улыбнулся Наруто. Вокруг него было сияние, и не только от солнца, пробивающегося сквозь стеклянные панели потолка. Наруто буквально сиял. Сорен уснул после пятого блина и теперь лежал, закутавшись в объятия Наруто. Ноги Сорена обнимали талию Наруто, а голова лежала у него на груди. Щёки и тыльная сторона ладоней были в сиропе. Наруто пытался отмыть его, но липкий сироп не смывался ничем, кроме мыла и воды. «Это было потрясающе, не так безумно, как я сначала подумал. Шучу, не делай так больше, может, в следующий раз поедим в дешёвой раменной или бургерной». Наруто ковырял клубничный пирожок, заказанный на десерт. Сорен уже съел первый, который заказал Наруто, поэтому пришлось заказать второй. «Вот так? Ты мне намекаешь, где мне провести наше следующее свидание?» «Следующий?» — удивлённо переспросил Наруто. Он замер, собираясь поднести вилку с кремом ко рту. «Это был наш первый раз? Я даже не знал. Если бы знал, то принарядился бы или что-то в этом роде». Саске рассмеялся. «Мне кажется, ты сейчас очень мило выглядишь». Наруто ухмыльнулся; его насмешливая улыбка смягчилась внезапным румянцем на щеках. «Ты думаешь, я выгляжу в этом мило?» «Я тоже так подумал, когда увидел тебя в нём сегодня утром. Жёлтый — твой цвет», — сказал Саске с ложной важностью. Как репортёры, которые пересказывали сплетни, словно речь шла о ядерной войне. «Пожалуй, тогда я надену что-нибудь жёлтое». Наруто снова смутился. Игривая улыбка исчезла. Саске по ней скучал. Он схватил Наруто за запястье и отправил пирожное с кремом на вилке ему в рот. Он сглотнул и тоже игриво улыбнулся. Его попытка пофлиртовать сработала как по маслу. Наруто лучезарно улыбнулся, и сияние этой улыбки в глазах Саске было прекрасным. «Очень мило». «Фууу». Наруто закатил глаза, когда Саске повернул его запястье и поцеловал тыльную сторону ладони. Теперь, когда он стал парнем Саске, Наруто пора было привыкнуть к такому чрезмерному обращению. Саске не видел в этих отношениях ничего общего с его прошлым. С Сакурой желание прикоснуться к ней иногда не возникало неделями. Он говорил, что Наруто милый. Желание прикоснуться к нему жгло неудержимо. «Что скажешь насчёт того, чтобы вернуться домой и продолжить там?» — спросил Саске, целуя руку Наруто всё выше и выше. После каждого поцелуя его взгляд перемещался на шею Наруто. Ему хотелось укусить её. Скорее всего, он даже не доберётся до дома. Если повезёт, Наруто оставит ему след в машине. Это было не лучшее место, чтобы впервые почувствовать запах Наруто, но Саске не думал, что сможет ждать до дома. «Т-тебе всё равно придётся вернуться на работу, не так ли? Мы не можем». Это не было прямым отказом. Это был хороший знак. Саске позволял языку свободно скользить при каждом поцелуе. Кожа Наруто была сладкой на вкус. Это было лишь предвестником персикового аромата, таящегося внутри него. «Саске!» — вскрикнул Наруто, когда Саске случайно укусил его. «Прости», — Саске увлёкся. Если бы его сын не сидел сейчас на коленях у Наруто, он бы убил его. Прямо здесь, на людях. Какаши был бы так горд. «Учиха-сан», — седеющий официант не мешал им, пока они ели. Он возвращался лишь для того, чтобы наполнить стакан или спросить, не нужно ли кому-нибудь чего-нибудь. Саске уже отмахивался от него, приказывая принести счёт, но выражение лица официанта заставило его замолчать. У официанта был талант принимать совершенно безразличный вид. Саске заметил это и раньше, и даже был слегка впечатлён. Сейчас же этот постоянный безразличный взгляд скрывался за выражением крайней тревоги. «Что случилось?» — спросил Саске. Что-то случилось? Пожар? Он встал, потянув за собой Наруто, а затем и Сорена. «Прошу прощения, Учиха-сан! Я пытался её не пускать, но она... ну...» «Хватит». Сквозь бормотание официантов прорвался монотонный голос, который Саске слушал с детства. Скрипка затихла. Казалось, пространство в воздухе испарилось. «Я пытался сказать ей, что мы закрыты до конца часа, но она настояла, чтобы мы её впустили. Она заплатила вдвое больше только за вход, а когда я сказал ей, что ей нельзя в эту часть ресторана, её охранники начали мне угрожать». Официант был в истерике. Бедняга совсем потерял рассудок, когда понял, кто эта женщина. «Успокойте его». Она щёлкнула пальцем в сторону ревущего официанта. Один из её здоровенных охранников подошёл, поднял официанта за локти, словно он был ничего не весящим ребёнком, и вынес его. «Кто она?» — прошептал Наруто Саске. Он чувствовал растущее беспокойство Наруто. Он прижал Сорена к себе ещё крепче. " Моя мать."