L.O.R.D. (Трилогия)

Ветер быстро облюбовал эти места. Здесь тихо, спокойно. Лети куда хочешь, делай что хочешь — никто не остановит. Слишком тихо. Еще два дня назад это был живой город, по улицам которого спешили люди. Теперь же остались лишь каменные остовы и руины. Некоторые здания уцелели, но выглядели жалко и безжизненно. Все вокруг было серым — даже небо, некогда сиявшее ярким солнцем. Город промерз до костей, дышал мертвым, холодным, отвратительным. С мрачного неба медленно падал пушистый снег, смешанный с пылью и копотью. Он ложился на руины Москвы белыми сугробами, будто одеяла, укрывающие боль, недавно жившую здесь. Все живое покинуло эти места. Ветер нежно гладил фасады зданий, сметая уголь и крошечные осколки, сверкавшие, словно кристаллы. На дорогах лежали оледеневшие тела, искореженные автомобили и каменные глыбы. Всё это укрывал мягкий снег, на который опадала черная пыль, а ветер смешивал их между собой — словно пытался подружить «детей неба». Тишина тянулась до самой ночи. Казалось, она будет вечной. Но вскоре мрак прорезали два ярких луча фонаря, касавшиеся каждого предмета на пути. Снежинки сверкали в их свете и делали белое покрывало еще мягче. Из темноты вышли двое военных в зимних костюмах и противогазах. Их тяжелое дыхание, похожее на удушье, глухо раздавалось сквозь фильтры. Вика любила смотреть на звезды и ловить языком снежинки. Сейчас снег больно жалил ее лицо, покрытое ледяной коркой, заставляя жмуриться от холода. Она не знала, сколько лежит здесь — день, два, три? Помнила только вспышку и последовавшую за ней гробовую тишину. А небо было по-своему прекрасным: зеленовато-голубое, с тонкими перышками облаков и россыпью звезд, складывающихся в созвездия. «Может, снег — это подарок небес?» — подумала Вика. Или от Луны, которая лишилась куска и казалась расколотой пополам, превращая осколки в снежные узоры на ее лице. Она что-то шептала, напевала грустную мелодию, закрывала глаза. С ресниц, похожих на крошечные сосульки, сыпался иней. Вдруг лицо коснулся яркий, холодный свет. Вика с трудом повернула голову. Ледяные волосы хрустнули. Изо рта вырывался пар, и она старалась дышать реже, чтобы не растерять остатки тепла. Перед ней стояли военные, кричали что-то, но их голоса превращались в гул. Вика улыбнулась и ощутила рядом ледяную руку Артура. Она потянулась к нему, но юноша лежал неподвижно, с закрытыми глазами. — Артур… — прошептала она, тряся его за руку. — Артур, нас нашли… Помощь пришла… — но он не ответил. Она потрясла его сильнее, но тщетно. Артур спал вечным сном. Слезы текли по ее щекам, замерзая на льду. Вика уткнулась носом в его руку, продолжая звать, но он не слышал. Почему все, кого она любит, умирают у нее на глазах? Почему Бог оставил ее одну в этом мире? Сняв с шеи золотой крестик, она вложила его в ладонь Артура. — Храни тебя Господь, — прошептала, целуя его озябшие пальцы. Она посмотрела на уходящих вдаль военных. Если не окликнет их, погибнет. Попыталась закричать, но голос сорвался — холод лишил ее сил. Оглянувшись, Вика заметила тело полицейского. На его шее висел серебряный свисток. Собрав остатки сил, она поползла к нему, цепляясь за тела и обломки. Каждый рывок давался с болью и отчаянными стонами. Но она добралась. Трясущимися руками схватила свисток и изо всех сил дунула в него. Пронзительный звук разорвал тишину. Военные вздрогнули и побежали к ней. Вика снова и снова дула в свисток, думая о друзьях и любимых, которых потеряла. Их уход оставил в ее душе рану, которая будет кровоточить еще долго, терзая и без того измученное сердце.