В погоне за кудрями

Утро в квартире Гермионы стало для Драко чем-то священным. Каждое утро, когда первые лучи солнца пробивались через тонкие занавески, он просыпался первым, чувствуя тепло её тела рядом. Гермиона спала, уткнувшись лицом в подушку, её кудри разметались по простыням, как тёмный ореол. Он любил эти моменты — когда она была такой уязвимой, без своей обычной брони из остроумия и решительности. Он осторожно убирал прядь с её лица, стараясь не разбудить, и просто смотрел, запоминая каждый изгиб её черт. "Ты опять пялишься," — пробормотала она, не открывая глаз, её голос был хриплым от сна. Драко усмехнулся, его пальцы замерли в её кудрях. "Не могу удержаться, Грейнджер. Твои волосы — это какой-то магический беспорядок." Она открыла один глаз, её губы изогнулись в лёгкой улыбке. "Магический беспорядок? Это лучшее, что ты придумал?" "Я работаю над этим," — ответил он, наклоняясь, чтобы поцеловать её в лоб. Она фыркнула, но прижалась к нему ближе, её рука лениво легла на его грудь. Их утренний ритуал сложился сам собой. Гермиона вставала, закутываясь в мягкий кардиган, и начинала варить кофе, пока Драко, всё ещё растрёпанный после сна, наблюдал за ней с дивана. Её маленькая кухня была полной противоположностью холодной роскоши Малфой-Мэнора — тёплые деревянные шкафы, керамические кружки с отколотыми краями, стопки книг, которые каким-то образом оказывались даже на столе. Но именно здесь, среди этого хаотичного уюта, Драко чувствовал себя дома. "Ты опять забыл, как пользоваться кофейником?" — поддразнила она, ставя перед ним дымящуюся кружку. Аромат кофе наполнил воздух, смешиваясь с её цветочным ароматом. "Я предпочитаю, когда ты делаешь это за меня," — ответил он, подмигнув. Он взял кружку, его пальцы на мгновение коснулись её, и он заметил, как её щёки слегка порозовели. — "Ты лучше справляешься." Она закатила глаза, но села рядом, подтянув колени к груди. Они пили кофе в молчании, и это было идеально — просто быть рядом, без слов, без необходимости что-то доказывать. Её кудри падали на лицо, и он не удержался, чтобы не убрать одну прядь за её ухо, его пальцы задержались на её щеке чуть дольше, чем нужно. "Ты невыносим," — сказала она, но её голос был мягким, и она не отстранилась. "Ты это любишь," — ответил он, и её смех, лёгкий и искренний, был лучшей наградой.